50 оттенков розового

      Пока рабочие дни набирают обороты, а хьюге может существовать только в назойливых обложках ярких журналов, кричащих о приближении праздников и зимних настроений, жизнь продолжает идти своим чередом. С каждым годом, с каждым новым ебаным годом, праздничное настроение все тускнеет, а желание предпринимать неизбежные попытки воссоздать праздник все стремительнее угасают. Идя по, до тошноты знакомой, дороге от остановки до приближающегося подъезда, есть несколько продолжительных мгновений рассмотреть соседские окна, украшенные гирляндами, и витрины, разламывающиеся под тяжестью многоубранства новогодних подарков. Этот праздник приносит больше хлопот нежели непосредственного морального удовлетворения, но люди упорно продолжают следовать традициям ради всеобщей атмосферы? Собственной выгоды? Ради кого-то еще? Кого-то, кто ждет тебя под светом ночной лампы и загадывет желание под летящий самолет, принятый за падающую звезду. Сидит на подоконнике, свесив ножки, закутавшись по нос в одеяло и рисуя чудесные узоры на замерших окнах. Невообразимо, как лишь предрасположенность к наивной вере в чудо может заражать окружающих, особенно, если вы находитесь в самой, что ни на есть близости.       Странно, свет в знакомых окнах потушен, а от всепоглощающей тишины становится лишь свепоглощающе противно. Открывая знакомую дверь чертовски знакомого подъезда, поднимаясь по лестницам, которые очередной год обещают покрасить, проделываешь очередной цикл собственной жизни. Остановившись перед дверью, и на секунду прислушавшись, пытаясь уловить внутреннее убранство. Абсолютная тишина. Ничего удивительного, ведь темнеющая полуночь - время, когда всем маленьким чудесницам уже пора быть в кроватках, смотрящими свои чарующие сказочные сны. Медленный поворот ключей и щелчек открывающейся двери. Остановившись в одиночестве на пороге, стало ясно, что зайка уже легла спать, но, разувшись и пройдя вглубь, комната наполнилась звуками медленной музыки и звуками струящейся воды. Ванные процедуры, вот оно, что помешало побежать моей маленькой принцессе меня встречать. Подойдя к приоткрытой двери, понадеялся услышать знакомые пение. Ах, как же она залипательно пела эти свои забавные песенки в душе под аккомпанемент группы резиновых уточек и баночек с кремами. К великому сожалению, вода оставалась единственным доступным слуху звуком. Собравшись направиться на кухню, чтобы помыть лапки, я внезапно услышал собственное имя, выкрикнутое с какой-то особенно жалостной интонацией. Подумав, что-то случилось, резко развернувшись, направился к малышке, скорее всего услышавшей, как я вошел, и уже успевшей обидеться, что я до сих пор не вынял ее из ванной. Распахивая дверцу, на ходу хватаю полотенце и отодвигаю шторку ванны. И, о чудо, я обнаруживаю совершенно пустую ванну и кричащую малышку, сидящую на стиральной машинке в неестественной позе с ручкой между широко раздвинутых ножек. Мне оставалось только выронить полотенце и томно вздохнуть.       - Что ты тут делаешь? Я не слышала, как ты пришел! Ты меня сильно напугал, что это такое! Ужас, стучаться так и научили! Чего стоишь глаза раскрыл и молчишь! - кричала, тараторя девочка, повернувшись боком, и прикрывшись ручками.       - Принцесса, а ты сама мне не хочешь что-нибудь рассказать? Например, чем ты тут занимаешься? - скрестив руки на груди, ответил, глядя наигранным недовольным взглядом.       - Папочка, ну как что. Что за глупые вопросы! Чем еще в ванне заниматься можно? Моюсь конечно. А ты, между прочим, мне помешал!       - Прости, пожалуйста, моя маленькая, я правда не хотел, но ты так миленько смущаешься, а то, как сладко ты простонала мое имя, уже сводит меня с ума, - шепчу, растягивая удовольствие, медленно обнимая и прижимая тебя к себе.       - Вообще не понимаю, о чем идет речь! - пытаясь оттолкнуть, тихо шипишь в ответ.       - Наверняка неудобно это делать самой, с такими то длинными коготками, ты ж, моя маленькая, - поглаживаю по голове, ни на миллиметр не выпуская из объятий сопротивляющегося котеночка, пытающегося увернуться от моих поцелуев, - наверняка замерзла уже сидеть тут своей сладкой попкой на холодной поверхности. Как насчет идеи составить мне компанию во время водных процедур, как раз согреешься, кисунь.       - Ага, - только тихий кивок и смог уловить в ответ. Мимолетом цмокнул твои сладенькие губки и начал снимать верхнюю одежду. Подхватив все еще смушающееся солнышко, аккуратно усадил ее в ванну и включил теплую воду.       - Подходящая температура? Не слишком горячо? - увидев уже знакомый кивок, отвернулся и продолжил стягивать с себя одежду. Через пару мгновений я залез в ванну, сев позади тебя, схватив в свои объятия и крепко прижав к своему горячему телу.       - Не обижайся, заяц, можешь считать, что я ничего не видел. А может и видел, но не узнал, ничего нового. Особенно то, как ты сладко стонешь мое имя, это было очень мило, - почувствовал, как кто-то вцепился мне в ногу коготками.       - Хватит! Хватит, ну прошу тебя, хватит, это слишком смущает! Бесишь! Давай просто посидим в этой теплой воде без всех этих разговоров, - пробубнела девочка и сползла ниже, погрузившись в воду.       - Смущает? Думаю, ты хотела сказать возбуждает. У тебя до сих твердые соски, правда думала, что я не замечу? - взъерошенная головка резко обернулась и с горящими глазами, в которых читалось желание вспотрошить мне глотку, она провела рукой по моей шее, оставляя еле заметные розовые следы от острых коготков.       - Еще одно слово, и они пойдутся по твоей глотке.       И вправду захотела меня вырезать, я даже усмехнулся от мысли, что я на столько хорошо знаю ее замашки. Пусть попробует, руки тут первые дрогнут явно не у меня.       - Я готов. Стреляйте, королева, - лишь улыбнувшись в ответ, смог сказать я. Ты, аккуратно развернувшись и переставив ножки, уселась ко мне на колени, оказавшись придвинутой моими руками еще ближе.       - Ты правда не обижаешься? - еле пискнув спросила девочка под моими объятьями.       - Обижаюсь? Ну что, ты, солнце. На что я могу обижаться? Может на то, что ты вновь нарушила правила? Или может, развлекалась тут одна, не дождавшись пяти минут до моего возвращения? А теперь ты осталась совершенно без сил, раз даже у меня на коленях ровно усидеть не можешь, - чувствуя более активные движения бедрами и легкую дрожь в ногах, исходящие от маленького тела.       - Ну, пожалуйста, - чувствуя упирающийся член между своих аккуратных ножек, пролепетала малышка.       - Ну пожалуйста, что? Используй свой сладенький ротик для выражения желаний, - издевательски отвечаю я, начиная активнее гладить твои бедра, одной рукой поднимаясь к трепещущей груди.       - Ну, папочка! - вновь слышится недовольный голосок.       - Нет, это так не работает. Попробуй еще раз, - накрываю грудь ладонью и замираю, вопросительно продолжая смотреть на тебя,       - Пожалуйста! Ну давай же! Давай займемся любовью, я очень сильно скучала по тебе и больше не могу терпеть эти твои издевательства!       - Вот оно что, соблазнили меня, а я еще и виноватым остался. Чудненько, - сильно сжимаю бедра, слыша в ответ лишь сбившееся дыхание, - думаю, будет комфортнее продолжить на мягеньких подушечках.       Аккуратно проведя рукой по твоей шее, легонько укусил нежную кожу напоследок, следом же оставив жаркий отпечаток губ на этом же месте, услышав сдавленный стон в ответ. Обожаю тебя мучить, готов издеваться хоть постоянно, только бы еще хоть раз услышать эту нежнейшую мелодию из твоих уст.       Поднявшись из ванны и повязав полотенце на бедрах, поднял тебя и закутал в розовенькое махровое полотенце. Взяв на руки мягенький рулетик, понес тебя в сторону спальни. Войдя в комнату, аккуратно придерживая голову, положил тебя на кровать.       - Ты уверена, что хочешь продолжить, обычно тебе уже после одного раза сил дышать не хватает, - повернувшись и посмотрев на тебя, спросил у своего ангелочка.       - Предлагаешь мне просто уснуть, после того, как успел вдоволь наиграться со мной? Ну уж нет! Но право быть сверху почетно передаю тебе, - прошептала девочка, выбираясь из полотенца и садясь на кровать.       - Как скажете, принцесса. Любой отлиз за мой счет, - притягиваю к себе, целуя в губы. По-настоящему, по-взрослому. Пока ты не начинаешь стонать прямо мне в губы. Твоя мягкая кожа трепещет под моими грубыми касаниями, пока я оставляю дорожку из поцелуев на твоей коже. Аккуратно, придерживая тебя за талию, кладу маленькое тело на постель, нависая сверху. Скинув полотенце, целую тебя в лоб и начинаю предельно искренне улыбаться, ловя твою довольную ухмылку в ответ. Прямо как котеночек, мурлыкающий мне в ушко. Обхватываешь мою шею своими лапками, и с невинным глазками, проводишь коготками по моей спине. Знаешь, что мне не хватает мимолетного движения до нажатия спускового крючка, ставшее твоим прикосновением губами к моей шее. Тут же последовавшим за ним моим сдавленным рычаним и вдавливанием тебя в постель. Закидываю твою ноженьку к себе на плечо, и за бедра пододвигаю к себе. Нежно ввожу головку и замираю, пока не услышу твои недовольные стоны. Сделав пару плавных движений, испытываю неконтролируемое желание прижаться к тебе ее ближе. Аккуратно пододвинув твои ножки, сажу к себе на колени и припадаю к твоей нежной груди, оставляя влажные поцелуи на горящей коже. Оставляя все новые и новые царапины, ты лишь рвано хватаешь воздух своими малиновыми губками и шепчешь милые невнятные слова, прижимая мою голову к своей груди. Еще пару толчков и ты окончательно обмякаешь в моих объятиях, разбудив весь квартал моими стонами.       - Еще пару мгновений, котеночек, пожалуйста, - шепчу я, проговаривая это прямо в твое ушко, легонько покусывая. Одно движение, еще одно, следующее и я резко выпускаю тебя из объятий, опуская на подушечки. Нежно целую в губы, еще раз. Одной рукой глажу твои дрожащие бедра, а второй тянусь за салфетками и прохожусь парой движений по твоему телу.       Ложусь рядом, притягивая тебя к своей груди. Ты, не сопротивляясь, словно кукла, приникаешь к моему телу, нежно обвивая ручками. Целую твои волосы, расположившиеся неровными прядями. Смотрю на твое успокоиваюшееся тело, продолжая медленно водить по спинке, натягиваю повыше одеялко, которое все равно через пару часов окажется полностью у тебя. Ты мило сопишь на моем плече, улыбаясь сквозь сон, но все так же крепко держась за мою руку. Улыбаясь краем уголков губ, замечаю боковым зрением движение на шторах. Снег! Такой замечательный вечер заканчивается по истине королевским жестом погоды. Хлопья снега укутывают девственную холодную землю, кружась и медленно покрывая здания, фонари и вечно спешащих прохожих.