Продолжение тебя

Я смотрела как все с тобой прощаются и не могла полностью отдать тебя следующей ступени жизни. Столько несказанно, столько прочувствованного, но я знала важную деталь, которая привела к мысли. Времени ждать не было, я подошла к палате из которой ещё не вышел доктор Глассман — человек тактичный и смышлёный, он чувствует всё наперёд, это пугает, но и восхищает. Пожав руку Нилу, доктор удалился. Я подошла ближе не переставая смотреть на Нила: бледный и смиренный он всё же улыбался мне. А я наполнялась слезами, сердце сдавило и дышать не хотелось, но надо. – Я хочу признаться, — настало время говорить, вот она я, обнажённая и готовая сделать то, что надо было ранее. — Я первый — ты совсем не умеешь играть в боулинг. Я такого позора в жизни не видел. Даже перед смертью он заставляет меня ощущать несколько эмоций за раз. — А я хотела сказать, что ненавижу твоё тату… Слишком большие рога… — ему это нужно, мне это нужно, — Я люблю тебя! — И я тебя люблю. Знала, я это знала, а теперь сделай это для меня, только согласись. А если он не согласиться, то я потеряю его всего. — Нил… подари мне кое-что. Он может отказать, может отреагировать совершенно по-разному, но мне это надо. — Скидку на тату там не делают. Он старался быть расслабленным, но не выходило. Раз я сделала шаг, то нужно дойти. — В этот раз я более серьёзна, чем когда-либо. Позволь мне родить тебе ребёнка. Состояние шока быстро переходящие в понимание. Секунды шли, нужен ответ. — … с помощью чрезкожной пункции яичка, — он завершил свои мысли, — ты будешь одна расти ребёнка? — Ты уверенный, надёжный, поддерживающий и понимающий, тактичный и умный. Самые главные качества, которые я хотела бы передать ребёнку есть в тебе. Я хочу этого подарить миру твоего ребёнка. На свет появиться часть тебя. — Ребенок будет самым замечательным на свете благодаря и твоим качествам. Уролога-андролога, подготовка к операции — это долго. Ты успеешь? — 2 минуты. Я потёрлась щекой о твою ладонь и отправилась искать врача. Подготовка, сбор персонала, 7 минут и мы это сделали. Через две его не стало. Тяжёлым камнем мне упала в душу потеря. Было нечто прекрасно — то, ради чего хотелось жить: ожидание чуда, я уже не думала о статистике и процентах, я была уверена, что всё получится. Весь персонал недопонимал, но очевидно догадывался. И почему мне хочется объясниться, если это уже личное дело и поздно связывать с работой… — В скором времени я надеюсь забеременеть и выйти в декрет. Мы с доктором Мелендесом поговорили и сошлись на согласии. Морган что-то хотела сказать, но её перехватил Пак: — Что ж, мир будет рад второй копии доктора Мелендеса и даже если что в женском лице. Доктор Лим лишь стояла не шевелясь, но опомнилась и кивнула.