Зеркала 2

В каждом человеке живет несколько личностей. Две, три или больше – не знаю, наверное, по-разному, но так и есть, я уверена. Во мне все еще чувствуется та девушка, которой страшно, которая помнит ужас от встречи с Бэкхеном. Она помнит, что должна бояться его, но сейчас не ее время. Мое второе «я», Мистер Хайд, темная сторона души – вот чей черед пришел. Комната осталась такой, какой я ее запомнила, только отражения больше не смотрели испуганно. Осталось лишь любопытство и… обожание… Если не считать кожаного ошейника с поводком, свободным концом которого Бэкхен поигрывал в руках, я была свободна. Но вставать я не торопилась, голова все еще немного кружилась и движущиеся отражения не добавили бы мне устойчивости. Нет, одна деталь в комнате точно изменилась: посередине теперь стояла металлическая колонна толщиной со среднее дерево. К ней был привязан по рукам и ногам Чанель. Он был практически голый, и я стыдливо отвернулась. Голова наклонена, очки съехали на кончик носа. Кажется, он был в неадеквате, Бэкхен накачал его слишком сильно. Наверное, он подумает, что оказался в кошмарном сне. Раньше я бы тоже так подумала, но мой обожаемый Бэкхен был рядом со мной, смотрел на меня с вожделением и не трогал Чана. А больше мне и не нужно было. https://pp.vk.me/c9253/v9253046/2b20/4ttae5yTNS0.jpg Бэк перевел взгляд с меня на связанного парня и произнес с непонятными мне горечью и грустью: - Я думал, что он – моя родственная душа. Тогда, при нашей первой встрече, он плакал, слушая одну из моих песен. Потом он рассказал, что должен был прийти на концерт с девушкой, но она жестоко бросила его накануне. Мы были так похожи! Я видел это в его глазах! Мы могли бы стать с ним лучшими друзьями, но я ошибся. Он не такой. Слишком быстро забыл боль и изменил своим чувствам. Печаль уступила место ярости. В ярости Бэкхен был ужасно прекрасен! - Ты знала, что нравишься ему? О, детка, да он влюблен в тебя! И знаешь, я заставлю его вспомнить те чувства. Ты отказалась бросить его, значит, я унижу его по-другому. Как ты думаешь, ему будет приятно смотреть на наши с тобой игры? Он хлестнул длинным поводком, словно лассо, оставив на моей груди ярко-розовую полоску боли. Я втянула воздух сквозь зубы. Боль оказалась приятной... - А затем, будучи милосердным другом, я прекращу его мучения. Он навсегда избавится от какой-либо боли. Он больше никогда не будет брошен. Глаза Бэка потемнели, из кармана он вытащил складной нож. - Нет-нет! Бэк!.. Не надо! – я неосознанно произнесла эти слова. Словно это была не я. - Что? - Не надо убивать его! Пусть он будет унижен, пусть смотрит на нас, но… не надо убивать его… Я понимала, что зря сказала это. Бэкхен не любил вмешательства в его планы. И он сильно разозлился на меня. Одним шагом он преодолел расстояние между нами и наотмашь ударил меня кулаком с зажатым в нем ножом. Скулу обожгло, казалось, из глаз посыпались искры, я упала на ковер и сплюнула на светлый ворс кровавый сгусток. - Ты должна выбрать: я или он. – Бэкхен искривил губы в презрительной усмешке. Той самой усмешке, что так заводила меня. Ощущение правильности происходящего и смутное беспокойство за друга начали сводить с ума. Я разрывалась надвое. Кто прав? Кому верить? Кто мне дороже? Кто мне нужен? Я вытерла кровь рукавом белого платья, молча села на колени перед Бэкхеном и, склонив голову, тихо сказала: - Я полностью в вашей власти, мой Господин. Делайте со мной все, что пожелаете… - и легонько потерлась больной щекой о его ноги, как котенок, который ждет ласки от своего хозяина. Бэкхену нравилось смотреть на меня свысока, я почти лежала перед ним такая беспомощная и хрупкая, согласная удовлетворить все его желания. Я окончательно сделала выбор.