Под юбкой

Остаток дня был достаточно спокойный. Минхо ни разу не пристал к Джисону, вообще будто забыл о его существовании. Хан уже слишком привык к вниманию старшего и теперь, когда все было тихо и спокойно, внутри был странный скрежет. А еще... "кажется, он догадывается... а может и нет," - продолжал сомневаться Джисон. Наконец, он сам взял рандомный стул и сел напротив Минхо. У них было немного времени до ужина. - Ты чего притих? - напрямую спрашивает Хан, - Мне, конечно, хорошо без тебя, но это странно... - А? Ничего странного, - качает головой Минхо и ест мармеладки, протягивая упаковку Джисону, - Бери, если хочешь. - Нет, спасибо, я худею и прочие причины не есть с твоих рук. Вдруг отравлены, - он снова смотрит на Минхо, - Ты чего такой добрый стал? - А чего мне на тебя злиться? - непонимающе спрашивает Минхо. - Ты все это время... Меня щипал... Дразнил... И все такое. Куда все делось? - хмурится Джисон и его взгляд снова падает на сладости, - Ты ел эти мармеладки утром? В них точно что-то есть... Минхо тяжело вздыхает, закатывая глаза. - А ты хочешь, чтобы снова приставал? - Нет, - тут же отвечает Джисон и усмехается, - Расстроился, что я сказала, что с парнями встречаться не буду никогда? - Нет, наоборот я рад этому. И не хочу тебя смущать лишний раз. Тут Джисон еще больше не понял Минхо. - Я девушка, если что. Я плоская, но девушка. А, ты ж не по девушкам. Хани потягивается, расслабленно откидываясь на спинку, послеживая за реакцией Минхо. Старший спокойно кивает и берет еще одну мармеладку. - Эх, похоже, у нас правда нет общих черт. Джисона как-то расстраивает такое отношение старшего. - У нас общего больше, чем ты думаешь, - говорит Джисон, встает и уходит. Минхо продолжил смотреть видео, которое остановил до разговора. На следующий день была конференция, на которой один человек от класса рассказывал реферат. Эту роль было решено отдать Сынмину. Джисон поудобнее устроился в кресле, чтобы поспать, Чанбин внимательно готовился слушать, а Кихен сидел у края и смотрел на Минни с вниманием и восхищением. Он знал, что младший очень усердно готовился и надеялся, что все пройдет хорошо. Минни начал рассказывать, почти не смотря в листы. У него была тема толерантности и терпимости. Он говорил о ней так, что многие невольно стали отвлекаться от разговоров с друзьями. Но на середине доклада Сынмин оставил листы на высокой тумбе с краю сцены и стал говорить немного медленнее. Кихен нахмурился, внимательно всматриваясь в Сынмина и стараясь понять, что происходит. Минни немного путался в словах, облокачиваясь на тумбу. В зале было очень душно и слишком большое количество людей. Сынмин начал заметно бледнеть, от чего с места подорвался Чонин, подходя к Кихену, но старший сам уже встал и направлялся к Сынмину. Пробегая мимо стола жюри, он схватил первую попавшуюся бутылку с водой. - Сынмин, остановись! - кричит он, начиная подниматься на сцену. Минни замолкает, упираясь в тумбу. У него в глазах начинало темнеть, от чего Ким медленно начал сползать на пол, стараясь успокоиться и прийти в себя. Ему становилось только хуже, потому что стало не хватать воздуха. Он переоценил свои возможности, когда решил, что сможет спокойно рассказать доклад перед таким большим количеством человек, когда уже перед началом чувствовал себя не очень. Кихен тут же оказывается на сцене, расстегивая верхние пуговицы. - Чан, присмотри за детьми, я позабочусь о нем, - бросает Кихен, смотря на Чана. Затем он берет Сынмина на руки и уносит из зала, направляясь на прохладную черную лестницу, потому что до медпункта было очень далеко. Он положил Сынмина на широкий подоконник и, набрав в рот воды, брызнул ею в лицо младшего. Минни начал медленно приходить в себя, но был очень напуган, потому что не понял, что произошло. Из-за этого он мгновенно схватился за Кихена. - Все хорошо, Минни, - гладит его по голове Ю, смотря в глаза. Он смочил руку и провел по лбу младшего, зачесывая челку, - Все хорошо, я здесь. - Эм... - Минни только сильнее сжал рубашку старшего, стараясь успокоиться, - Ч-что произошло? Сейчас он не думал о том, что ему нужно держать дистанцию с Кихеном. Сынмин и так был не в лучшем состоянии, поэтому просто старался прийти в себя, смотря на человека, которого любит и которому очень доверяет. Кихен держал его за предплечье и гладил по голове. - Там просто было душно и много людей. Ты начал терять сознание. Ничего страшного, - мягко и тихо говорит Кихен, но он волновался за Сынмина. Перестает его гладить и дает воду, - Попей. - Хорошо, - Минни немного отпивает и ставит бутылку рядом, обнимая старшего. Сынмин надеялся, что хотя бы сейчас Ю его не оттолкнет. Дыхание Кихена дрогнуло. Он не сразу обнял младшего в ответ, но это стало одним из самых крепких объятий в его жизни. Ю глубоко вдохнул. Ему хотелось передать младшему спокойствие, хотя у самого бешено забилось сердце. Сынмин медленно начал успокаиваться, хотя все еще чувствовал себя не очень хорошо. Минни понимал, что ему все еще плохо, но он не мог уже отпустить Кихена. Об этих объятиях младший мечтал с первой встречи, поэтому почти сразу прикоснулся холодным носиком к шее Ю. Большая рука зарылась в волосы Минни, прижимая его еще ближе, но не давя, понимая, что младшему нужен воздух. Он старался гладить его, чтобы успокоить. Сейчас не было никаких границ, Ю просто хотел помочь человеку, который ему не безразличен. Сынмин начал дышать глубже, но при этом отходя от того, что произошло. - Ты помог мне... то есть вы. Спасибо, господин Ю, - вздыхает Минни, прижимаясь к старшему. Кихен тихо смеется, ероша мягкие волосы и устраивая подбородок на голове младшего. - А может ты и прав, и тебе помог сейчас не господин Ю, а Кихен... - тихо выдыхает он, смотря в окно и думая о том, какой же Сынмин теплый. "Температура приходит в норму," - улыбается он. - Почему тогда, чтобы добиться от вас объятий, мне пришлось упасть в обморок?- устало спрашивает Минни. - Потому что неприлично обниматься с учениками, - спокойно говорит Кихен, продолжая гладить Сынмина. Он начинал волноваться, потому что у них еще не было шанса поговорить вот так по душам о том, что происходит между ними даже так - прозрачными намеками. - Неприлично постоянно игнорировать человека, которому вы нравитесь, - тихо произносит младший. Он очень устал, но слишком сильно хотел поговорить с Кихеном, зная, что больше так спокойно обнять не сможет. - Ты снова прав, Минни. Как всегда, - облизывает пересохшие губы Кихен, - Ты всегда прав. Это даже удивительно. Ю прижимает его к себе, чувствуя какое-то отчаяние. Сейчас ему было хорошо, потому что они будто оказались в другом мире, в котором он не учитель, а Сынмин не его ученик. В мире, где можно действительно не беспокоиться о разнице в возрасте или о статусе. "Хороший мир," - думает Кихен, целуя младшего в макушку. Сынмин от такого сжал Ю еще крепче. Его щеки мгновенно покраснели. Он и не надеялся на подобное проявление нежности. Его мечта буквально сбылась за одну секунду, от чего младший едва слышно прошептал "Спасибо". Они так пробыли еще какое-то время, просто обнимаясь. Это действительно было приятно и необходимо им обоим. Воздух был прохладный, но немного сыроватый, потому что они были все еще на лестнице, но в объятиях друг друга было тепло и тихо. Похоже так выглядело умиротворение. Кихен немного отстранился, чтобы посмотреть Минни в глаза. - Пойдем в корпус? - Да, - немного разочарованно ответил Минни, слезая с подоконника. - Как ты себя чувствуешь? - с привычной мягкой улыбкой спрашивает старший и берет бутылку с водой, дожидаясь младшего, чтобы спуститься по лестнице. - Уже намного лучше, - кивает Минни, хотя все еще не выглядел, как человек, который абсолютно здоров. Сынмину нужен был отдых. Это было очевидно. - Не хочешь выпить со мной по чашечке чая в нашей комнате? - спрашивает Кихен, касаясь спины младшего. - Я всегда хочу. Это вы обычно отказываетесь. - Не бубни. Я сегодня угощаю. Могу даже булочку купить твою любимую. С персиком, - подмигивает старший и с этими словами заворачивает в столовую. - Мне реально все это время нужно было потерять сознание? - обреченно стонет Минни, ударяя себя по лбу. - Нет. Тебе реально надо было познакомиться со мной не в школе. И не бей себя по лбу, мне еще отвечать за тебя и твои шишки, - усмехается Ю. Минни фыркает: - Я с вами познакомился и не в школе. То что вы меня не замечаете, это уже закономерность вселенной. - Да? А может это расплата за то, что в какой-то вселенной ты не замечал меня, - отвечает Кихен и все же интересуется, - И где же мы с тобой познакомились? - Когда вы были на 3 курсе, у вас была практика в нашей школе. Обидно, что тогда вы не запомнили ребят, которые были в классе, в котором вы вели урок. - Так это же тоже было в стенах школы, - смотрит на него Кихен. - Какая разница?! - раздраженно спрашивает Минни, - Я вас ни к чему не принуждаю. Даже на 14 февраля я всего лишь шоколадку подарил и специально без подписи. - Она была единственной без подписи. Кстати, вкусная. Как ты узнал, что это мой любимый шоколад? Кихен покупает младшему булочку, себе - шоколадку и смотрит на него, ожидая ответа. - Я знаю все. Вы забыли, что я лучший ученик в школе? - хмыкает младший, не сводя взгляд с Кихена. - Просто я иногда поражаюсь вниманием вундеркинда к моей скромной персоне, - пожимает плечами старший. - Я сам поражаюсь, - вздыхает Минни и думает: "Я и правда до сих пор не могу понять, почему он мне так сильно нравится. Есть и положительные, и отрицательные качества, но я все равно теку по нему." - Я все ждал, когда ты отвлечешься на кого-то. Например, хотя бы на ту девочку по обмену из Японии, - немного тише добавляет Кихен, не переставая улыбаться, - Ты ей очень понравился. Да и она умная. - Она скучная, - тут же говорит Сынмин, - Как будто вы можете заставить себя любить того, кого нужно, а не того, кого хочется. Кихен смотрит на Сынмина, а его рука неосознанно застегнула самую верхнюю пуговицу рубашки и расстегнула обратно. Ю будто иногда забывал, что они в общем положении. - Да, верно, - он даже останавливается, рассматривая младшего и медленно добавляет, - Всегда поражался тому, насколько ты... - Какой? - спрашивает Минни, оборачиваясь. Кихен как назло выжидает паузу. - Прекрасный... представитель нашей школы, - отвечает старший и заходит в корпус. Сынмин поджимает губы, смотря на Кихена. Ему было обидно, что старший снова так говорит, но молчит и тоже заходит в корпус. Старший тяжело вздыхает, обводя взглядом их комнату. До них не было толком времени посидеть здесь вдвоем, потому что Ю все время уходил по разным делам к остальным учителям. Теперь же можно было заметить, что даже лёгкий бардак они наводили почти одинаково. Кихен заваривает им особенный чай, у Сынмина в чашке распустился цветок на дне. Он достал какие-то спрятанные сладости и положил булочку Сынмина перед ним. Минни внимательно смотрел на цветок, несколько раз бросая взгляд на Кихена. - Вы могли просто позвать врача, но не сделали этого, - задумчиво размышляет вслух Сынмин. - И я мог заварить тебе обычный дешевый черный плевок гоблина, но налил мой любимый, особенный, - кивает Кихен, беря сушку и усмехаясь, - какие еще детали подметите, Холмс? - Вы знаете мою любимую булочку, - открывает упаковку Минни и кусает выпечку. - И я стараюсь задерживаться для некоторой работы в школе, хотя спокойно мог делать ее дома за компьютером, - как бы невзначай добавляет Кихен, делая пару глотков, и большие пальцы на его руках дернулись. - И даете мне индивидуальные задания, - добавляет Минни, отпивая из своей кружки. - Стараюсь подбирать подходящие тебе и интересные. И я знаю, что ты всегда их сделаешь вовремя, даже если остальные предметы горят, поэтому даю времени чуть больше, чтобы ты мог делать все спокойно, - не смотрит на младшего Ю, - И я, между прочим, помнил тебя еще с третьего курса. - Почему тогда в начале учебы никак не могли запомнить, как меня зовут?! - недовольно хмурится Минни. - Потому что мне нравится твоя морщинка между бровями, скоро будешь выглядеть дедом как я, - шутит Кихен, - Но на самом деле у меня на имена так себе память. С третьего курса только лицо помнил. Имя запомнил раза с третьего. Потом просто шутил. - Шутил. Смешно, - кивает Минни и добавляет, - С точкой. Ю громко смеется, отпивая чай. - Тебе никогда не было страшно? - спрашивает он, снова не смотря на младшего. - Было минут 30 назад. Когда я отключился и не понял, где я и что я, - спокойно отвечает Минни и доедает булочку. - Нет, я... о другом немного... Хотя то, что с тобой произошло действительно страшно. В следующий раз говори заранее, если почувствуешь себя плохо. - Зачем? Вы же, господин Ю, учитель. Учителям не доверяют. Им не говорят, как ты себя чувствуешь, потому что дети боятся, что их наругают. - Я, кажется, очень стараюсь не быть таким учителем, - хрустит запястьем Кихен, - Минни... так ты... никогда не думал, что может быть... Если бы... учитель отправил тебя к детскому психологу или к директору? Тебе разве не было страшно? - За что? Я ничего не делал нарушающего правила школы, - качает головой Сынмин и смотрит на Кихена. - А... да... Но для учителей существует один пункт. Думаю, ты понимаешь, о каком я пункте. Ты разве не думал, что учитель может как-то быть против или даже попросить отстранить ученика или еще как-то от него избавиться? - Кихен говорил осторожно и негромко. Он давно хотел поговорить с Минни и был рад, что это место дает им такую возможность. - Покажи мне закон, по которому ученик не может встречаться со своим учителем, - с легкостью говорит Минни. Он был абсолютно уверен в том, чего хочет, поэтому говорил спокойно и твердо. Кихен открывает сводку прав, обязанностей и запретов учителей, и там действительно есть запрет на отношения с учениками. - К тому же встречаться с шестнадцатилетним мальчиком двадцати трехлетнему парню тоже было бы неприемлимо. Сейчас уже можно что-то говорить, мы... то есть, когда люди давно знают друг друга это уже иное дело. Сынмину было настолько плевать на все, что он спокойно взял сводку, открыл последнюю страницу и зачитал: - Данный сборник не является официальным документом. А еще вы как учитель должны знать, что директор не имеет права выгонять персонал или учеников за их личные связи, которые не мешают учебному процессу. А это написано уже в гражданском кодексе и конституции, то есть в высшем законе. - Это был официальный документ школы, - поджимает губы Кихен, - Думаешь, если бы там не было этого маленького пунктика, то кровати бы сейчас были застелены, а на столе стоял бы чай? Ю делает глоток горячего напитка. - Ты мне чего мозг ебешь? - в конец взбесился Сынмин, - Я не виноват, что в этой школе правила тупые. Директор ни за что не упустит меня, так как я единственная надежда школы на победы в международных олимпиадах. И он не сделает ничего с тобой, потому что в этом нет смысла. Знаете что, господин Ю? Сынмин подходит ближе к Кихену и наклоняется к нему. - Кто хочет, тот делает. Сомнения только доказывают, что вам глубоко похуй на это все. Вы просто стараетесь избавиться от проблемы, а не решить ее. Кихен смотрел на Сынмина расслабленно, улыбаясь ему, но не так как обычно, а как-то хитро. - Вы посмотрите на него, - проводит Кихен по волосам Минни, - Надежда школы. Лучший ученик. Мальчик с самой несчастной почти неразделенной первой любовью. А может просто... - он оттягивает его волосы назад, смачно целуя шею, и наваливается на младшего, падая с ним на кровать, - Немного истеричный и нетерпеливый парень с самым сексуальным мозгом, который только в одном и нуждается? - Кто нуждается: мозг или я? Просто мозг вы мне и так ебете постоянно, - тихо шипит Минни, прикрывая глаза от удовольствия. Руки мгновенно оказались на талии Кихена, не сильно сжимая. - Ты признаешь, что нуждаешься? - руки старшего стекают по телу Сынмина. Кихен облизывается, смотря на такого младшего. "Так близко." Сынмин притягивает к себе Ю за шею: - Да как тебе еще сказать? Нуждаюсь, хочу! Я влюблен в тебя не первый год. Ты мне нравишься. Я хочу тебя. Может тебе еще и клятву любви зачитать? Я просто уже не знаю, как объяс... Кихен прерывает его жадным поцелуем, расстегивая еще пару пуговиц. Его прохладные ладони оглаживают грудь, ключицы и шею младшего. Он вцепился в него, будто в последний раз. Минни не успевал дышать. Он буквально чуть не умер от счастья, мгновенно отвечая и передавая всю эту долгую влюбленность. Сынмин делал поцелуй только более глубоким и горячим, потому что вкладывал в него все, что так долго копилось. Когда воздуха стало не хватать, а языки начинали уставать, Кихен оторвался от губ младшего и перепрыгнул на шею, руками массируя ее и загривок. Он очень старался не оставлять засосов, но это было трудно, он едва мог контролировать себя сейчас. Минни прижимал к себе Кихена, наклоняя голову и давая как можно больше пространства. Он буквально был одновременно в шоке и в самой яркой эйфории. Сынмин по сути достиг того, о чем слишком долго мечтал. Его руки заползли под рубашку старшего, оглаживая спину и бока. Минни наконец-то узнал, как это все на ощупь. Когда Кихен оказался на уровне ключиц, то сдерживаться перестал, притягивая младшего к себе, оставляя голодные засосы. Руками он сжимал волосы и спину Минни. Кихен улыбается, растегивая рубашку младшего до конца и широко проходясь по груди Минни языком. Затем он вновь впечатывается в его губы жарким поцелуем. Минни уже не теряется. Он проводит пальцами по шее, оставляя ладонь на щеке. Младший полностью сконцентрировался на поцелуе, переворачивая их. Сынмин на мгновение остановился и прошептал Кихену прямо в губы. - Тебе не страшно? Ты ж так боялся и беспокоился. Ой извиняюсь, нужно обращаться на вы, господин Ю. - Не пугай меня, а то кину в игнор еще на год, - усмехается старший, оттягивая нижнюю губу Минни, - Хочу слышать свое имя. Ю всасывает под ухом и случайно толкается в пах Сынмина. Младший стонет и наклоняется к Кихену, выдыхая на ушко: - Кинешь в игнор, а я тебя в окно. Сынмин берет одну руку старшего, прижимая ее к подушке, а сам шипит: - Кто бы мог подумать, что учитель литературы будет таким горячим, - усмехается младший и все же мягко произносит, - Ю Кихен. Ю уже приникает к губам младшего новым жадным поцелуем, но в коридоре слышатся шаги и гогот толпы. Кихен отстраняется, шипя себе под нос: - Черт, мероприятие уже закончилось... Они моментально оторвались друг от друга. Кихен быстро привел себя в порядок. Ему пришлось вернуться к обязанностям учителя, что сделал он очень умело. Никто бы и подумать не мог, что он чуть ли не только что умирал от жажды кого-то. Сынмин был рад уже тому, что их отношения наконец-то сдвинулись с места. Он остался ещё на некоторое время в комнате и никто не потревожил его, потому что Кихен сказал, что младшему нужен отдых и покой после стресса на сцене.