Осмотрительность

Погруженная в свои мысли Микаса лениво парировала атаки Жана. С момента возвращения в корпус прошло уже две недели, раны успели затянуться, однако ей до сих пор не назначили наказание за «своевольные действия, подставляющие под угрозу весь отряд», как выразился главнокомандующий Эрвин. Микаса не считала себя виноватой, ведь она всего лишь выполнила свой долг — убила титана. Хоть и проявила своеволие, но все-таки спасла отряд строителей от аномально высокой махины, ростом чуть выше тридцати метров. Да, она не оповестила остальных разведчиков о надвигающейся угрозе, но ведь все обошлось, правильно? Титан мертв, стена заделана, цель вылазки достигнута. Девушка оглядела рассветное поле для тренировок, а затем метнула взгляд на лавку, предназначенную для отдыха. На ней восседал в довольно вальяжной позе капитан Леви. Но эта легкая небрежность была напускной, Микаса знала, что он пристально наблюдает за процессом тренировок фехтования. Командование считало, что иногда полезно переключиться на другие методы боя, так как это позволяет солдатам не зацикливаться на одних и тех же ошибках, совершаемых в привычном стиле. Совсем погрязнув в размышлениях, девушка почти пропустила укол справа, но ловко, хоть и слегка запоздало отбила выпад. Конечно, это не могло укрыться от внимательного взгляда капитана. Микаса тряхнула головой, пытаясь вовлечься в процесс тренировки, но было уже поздно. Буквально спустя пару минут и еще нескольких ошибок, раздался тихий, но настойчивый голос: — Стоп. — Леви стоял возле пары, скрестив руки на груди, — Жан, можешь отдохнуть, — кивнул он на скамейку, — от такой тренировки проку мало, — капитан протянул руку и принял меч из рук солдата, сурово взглянув на девушку, — Аккерман, постарайся взять себя в руки. Микаса кивнула и едва успев встать в стойку, оказалась под напором ударов. В тренировках с Леви необходимо было сразу включаться в процесс, иначе последствия в виде синяков и множества гематом были неизбежны, и девушка прекрасно это осознавала. Выпады капитана были молниеносны, однако, ощущалось, что он работает даже едва ли больше, чем вполсилы. — Три успешных атаки с твоей стороны и на этом закончим. Мне надоело смотреть, как уныло ты защищалась от Жана, — неохотно произнес юноша. Едва ли условие в три атаки было выполнимым. Леви не давал ни малейшего шанса на выпад, а надежда на то, что он быстро устанет, была слишком призрачной. В конце концов, он был лучшим бойцов в отряде разведки, заработав это звание кровью, как титанов, так и собственной. Все солдаты, занимающиеся на поле, отвлеклись от тренировки и стали наблюдать за поединком. Не каждый день удается увидеть двух, практически одинаковых по силе разведчиков в деле. Спустя десяток минут беспрерывного натиска, Микаса попыталась атаковать. Безрезультатно. Оружие противника мгновенно оказалось у нее под боком. Уставшая девушка была в ярости. — Хватит с тебя, — Леви опустил руку и оглядел поле, — и с вас тоже. На сегодня все, — скомандовал он солдатам, а затем вновь обратил взгляд на Микасу, — Аккерман, — поджал губы капитан, — это было очень плохо. Жду тебя после обеда в высоком зале. Возьмешь два меча.

***

Микаса обреченно оглядела помещение. Оно было действительно большим, относительно других помещений корпуса, снабженным необходимым инвентарем, а также специальными колоннами, среди которых можно было маневрировать на УПМ. Обычно этот зал использовался для тренировок зимой, когда нет технической возможности заниматься на открытом воздухе. Индивидуальные занятия в корпусе были вещью, прямо сказать, нечастой. Исключения делались лишь для самых, по мнению командования, слабых солдат. Однако последний из таких, насколько слышала Микаса, существовал задолго до ее вступления в разведотряд. «Это и есть мое наказание?» — задумалась девушка. «Что ж, пока что я легко отделалась». Девушка сняла жакет и начала разминаться перед тренировкой. Чего уж скрывать, перспектива «поработать» после плотного обеда ее не радовала, но, в общем-то, и не огорчала. «Лучше здесь, не привлекая лишнего внимания ребят». Размышления были прерваны холодным голосом, который донесся из-за спины: — Уже готовишься? Это похвально. Жаль, титаны не дают времени на разминку, и не выбирают момент нападения, а то вдруг война, а ты сытый, — сыронизировал Леви. Микаса промолчала. — Бери меч, — капитан обошел девушку, поднимая оружие с пола. Девушка кивнула и приняла стойку. — Что, так сразу? А как же вопросы? — нарочито удивленно спросил Леви, — впрочем, раз так, то вперед. Капитан встал в стойку. Тренировка началась. Леви не изменил условий окончания занятия. Три успешных атаки, и она свободна. До тех пор — нет. К сожалению Микасы неизменным остался и стиль ведения боя капитана. Ведя сражение с кем-то иным, девушка бы обрадовалась сохранению тенденции на бесконечный поток атак, ведь в таком случае противник рано или поздно ошибся бы, дав шанс на победу. Но только не Леви. Леви не ошибался. Спустя сорок минут глухой обороны, Микасе удалось сделать первый выпад. Безуспешно. Леви читал ее движения, как открытую книгу, будто предвидел, что она собирается сделать. — Знаешь, чего тебе не хватает? — запыхаясь, спросил капитан. Микаса угрюмо промычала что-то невнятное, попутно пытаясь нанести удар справа. — Непредсказуемости, — очередной успешно отраженный выпад, — но это актуально только в случае со мной и в данный момент. Ты не хочешь объяснить свое поведение во время последней вылазки? Микаса нахмурилась и перешла в защиту. — Я всего лишь выполняла свой долг, — пробурчала она. — Всего лишь выполняла долг, пытаясь умереть и подставив отряд строителей? — повышая голос задал вопрос капитан, надвигаясь на девушку. — Но ведь не умерла и никого не поставила под удар, — Микаса ловко отбивала атаки. — В твоей голове не промелькнула мысль о том, что этот явно нетипичный титан мог быть не так прост, как кажется? Почему ты не предупредила о нем остальных? Это слишком, — произнес Леви на выдохе, — самонадеянно. Микаса, наконец погрузившись в процесс полностью, молчала. — Аккерман, — Леви резко изменил направление удара, попадая девушке в руку. Меч выпал, — ты один из лучших бойцов разведотряда на данный момент, и это не дает тебе права поступать так глупо. Микаса сжала зубы от резкой боли в запястье и села на пол зала. — Более того, это не дает тебе неприкосновенности от наказаний, — Леви опустил взгляд на руку девушки, — жди. Капитан направился в сторону подсобки. Спустя пару минут он вернулся, неся аптечку. Сел рядом с девушкой, подал ей спасительную красную коробку. Микаса открыла ее, схватила бинт и попыталась перевязать себя. Получалось плохо. Леви покачал головой и требовательно протянул руку. Микаса подала запястье, на котором уже проступил синяк. — Для того, чтобы стать действительно лучшим бойцом разведотряда, а не просто «одним из», тебе не хватает одного качества, — Леви неторопливо начал втирать мазь, — когда ты назовешь это качество, будешь освобождена от наказания, которое, впрочем, довольно банально, — капитан взялся за бинт, — а до тех пор ты обречена на дополнительные ежедневные тренировки. Не только физические, но и духовные — ты должна прочесть всю полку «Тренировка разума» из читального зала. Одна книга — один день. Пересказывать будешь мне во время занятий. Все ясно? — Так точно, капитан, — тихо произнесла Микаса, удивленная не словами, но действиями мужчины. Леви закончил перевязку и, оторвав голову, пристально посмотрел девушке в глаза. Кивнул и поднялся. — Свободна, — развернулся парень и направился к дверям, — ах да, не забудь убрать инвентарь. Микаса лишь утвердительно моргнула и посмотрела на свое запястье. Забинтовано аккуратно, явно не столь аккуратно, если бы это делала она сама себе. «Мазь наложил, удивительно. Черт, а ведь я даже не поблагодарила», — спохватилась девушка, но было поздно — силуэт капитана уже исчез за дверью.

***

Саша всегда приходила в столовую заранее, чтобы выпросить пару-тройку дополнительных гарниров. «Все равно эти доходяги ничего не едят», — так обычно звучал ее аргумент дежурному. В этот раз она настолько яростно уплетала ужин, что даже не заметила, как Микаса подсела за стол. Девушка было потянулась к очередной порции, но вовремя поняла, что она принадлежит соседке. — Микаса! — радостно воскликнула Блауз, — Ну, как прошел акт живодерни от капитана? — Да-да, нам тоже интересно, — на скамью напротив плюхнулся Жан, а вслед за ним приземлились Армин и Кони. — Мы переживали, что ты живой оттуда не выйдешь, — произнес блондин, будто чуть виновато. Микаса слегка улыбнулась. Приятно знать, что есть друзья, готовые всегда поддержать. — Все в порядке, — она потянулась за хлебом. — Ой, он все-таки пил твою кровь? — Кони обратил внимание на поврежденную руку, так, будто они уже успели обсудить, какая кара предстоит Микасе. — Теперь ты будешь личным донором для командирского состава? — выпалила Саша. — Нет, всего лишь на какое-то время, — произнесла, улыбаясь, девушка, — на самом деле до тех пор, пока не разгадаю загадку. — Загадку? — переспросил Армин, — расскажи ее, мы тут же решим. Жан сглотнул:  — Эй, эй, я бы не стал так поспешно утверждать. — Я вообще в загадках не силен, — чавкая, промямлил Кони. Разговор был прерван ярким звоном, что оповещало о том, что сейчас будет объявление. Командир Эрвин встал из-за стола, прокашлялся и начал речь: — Друзья, у меня небольшая хорошая новость для вас. Все вы прекрасно знаете, что через несколько дней нас ждет небольшой праздник — день рождения королевы. Обычно, такие события не отмечаются, но в этом году, в честь пятилетней годовщины правления, Хистория объявила обязательный выходной для всех граждан. В связи с этим, — Эрвин обвел зал взглядом, — вас ожидает большой увольнительный, который вы можете провести как угодно, но в пределах разумного, конечно. Навестить семью, выбраться в город или остаться здесь. Только не забудьте о пропусках. Спасибо за внимание, — командир сел. Солдаты искренне обрадовались таком подарку. Оно и верно — такие увольнительные были доступны крайне редко, особенно в последние полгода. Только двое, а то и один из ста получал разрешение на выезд за пределы корпуса, и только в том случае, если происходило что-то важное, касающееся семьи или друзей. Чего уж говорить о групповых выходных — таких практически не существовало. По залу пронесся веселый, граничащий с возбужденным, гул. — Ура, наконец-то я навещу семью, — радостно произнесла Саша, не навещавшая родню уже чуть больше года, — поем маминой похлебки на сале, — мечтательно вздохнула она. — Солидарен, — кивнул Кони, энергично пережевывая котлету, — давно не видел сестру. Армин вздохнул и уставился в тарелку. — А чем займетесь вы? — Не «вы», а «мы», — криво усмехнулся Жан, — напьемся конечно. Но прежде — навестим Хисторию и поздравим ее. — А еще раньше — пройдемся по праздничной ярмарке и выберем подарки, — сказала Микаса. — Вы же передадите поздравления от нас? — Несомненно.