Потеря

Холодно. Но девушка всё равно открывает окно, хотя на душе и так холод, а ещё пусто, но ей всё равно. Неприятный осенний порыв ветра легонько бьёт по лицу и пробирается под грязно-белую майку, вызывая табун мурашек по телу. Пару минут она смотрит на серый город стеклянным, равнодушным взглядом, с двадцати этажной высоты. Ей одиноко. Очень. Закуривает сигарету, продолжая смотреть куда-то в неизвестность, будто бы это что-то изменит. Ветер колышет тёмно-каштановые волосы, а холод пробегающий по коже, становится уже более привычным. Девушка курит давно. Точнее после его смерти. Прошло три года, после смерти Чона, но Ли только совсем недавно свыклась с мыслью, что его больше нет и не будет рядом. Ей не дали посмотреть на мёртвое тело, лишь отдали сумку с кассетами, что нашли в его квартире. На этих кассетах была она и он. Точнее их совместные моменты проведённые вместе. В тот вечер, она пролила много слёз. Он был единственным человеком, которого она подпустила к себе очень близко и не жалеет о сделанном. — Снова за своё, Сохён? — неожиданный вопрос заставляет её вздрогнуть и выронить сигарету из окна. Очень до боли знакомый голос. — Я же говорил тебе, завязывай с этим. Она медленно поворачивается и родным взглядом смотря на него, будто не видела очень давно. Он стоит, запихнув руки в карманы красной куртки и смотрит своим леденящим душу и одновременно тёплым взглядом, а ей просто не верится во всё это. Мотает головой в разные стороны, бьёт себя по щекам, а он до сих пор стоит перед ней, словно живой. — Хосок? Ты же… Умер... — Ли пытается сделать шаг, но ей будто что-то мешает, то ли страх, то ли шок. Он ничего не отвечает, лишь руки раскрывает, приглашая в свои крепкие мужские объятия. Сохён делает шаг, за тем второй, словно заново учится ходить и медленно подходит к юноше. Тяжело. В голове лишь каша из мыслей. Девушка аккуратно прикасается к его куртке, будто бы пытается убедиться, что это он: настоящий и живой, а после обнимает, утыкаясь носом в его плечо. Он холодный, она ощущает это, но всё равно какое-то тёплое, забытое чувство, согревает её, заставляя лишь сильнее прижаться к нему. Слёзы скатываются по щеке, обжигая кожу, но Ли молчит, не смеет даже слово произнести. Она очень скучала. *** — Что с ней? — интересуется медработник у кого-то, увидев как какую-то девушку уносят в морг. — Передозировка наркотиками. Нашли мёртвой в съёмной, грязной однушке, на холодном полу. Дверь в квартиру была открыта. Сосед какой-то увидел в тот же вечер, зашёл и позвонил нам, — врач вздыхает и поправляет халат, чтобы выглядеть более-менее опрятно. — Вроде как её Сохён зовут. Потеряла единственного знакомого или парня, кто он там ей был. В общем, умер хрен знает от чего. Ну она видимо принимала долго вещества эти, вот и последний раз галлюцинации пришли к ней, в виде того парня. Вот такие вот дела. Ну а дальше ты знаешь конечный исход. — Ого... — удивляется работник, представляя это всё в своей голове. Да, тяжёлая судьба, ничего не скажешь. Жаль мне её, но уже не повернёшь время вспять. Надеюсь она в лучшем месте. — Ага, — усталым тоном отвечает врач, задумываясь об этом всём. — Пойдём по домам, поздно уже. Мужчина сразу же разворачивается и уходит прочь, а медработник стоит ещё пару минут, о чём-то задумавшись, но после сразу же идёт следом, стараясь перестать думать о ненужном.