Дочь Листопада

Стоя в прихожей, мы с Ваней не умолкали, продумывая план и правила игры. Ваня аж светился от азарта, который так и излучали все опасности, кои предстояло нам сегодня выполнить. Вот только я не разделяла его тягу к испытанию, а потому реалистично сказала, собирая перед зеркалом волосы в хвост: — В школу невозможно пройти незамеченными. Персонала слишком много. Кто-нибудь да заметит. — Ну, в этом-то и сложность, — улыбнулся Ваня. — Пошли уже. Подтолкнув меня за талию, друг вывел меня из дома. Очутившись за порогом, я не поверила своим глазам, так как дома я совсем не заметила, как на улице мелко моросил дождь. К слову, парень тоже был в шоке. Но делать нечего, а потому нам с Ваней пришлось натянуть на головы капюшоны легких кофт, чтобы добежать до школы. Не забыв запереть дом, мы побежали по тротуару, наступая в мелкие лужи и заразительно смеясь. Редкие люди, проходившие нам навстречу, тоже улыбались, видно, вспоминая пору собственной юности. Подобным образом перемещения мы оказались у школы очень быстро. — Итак, — глотая воздух, начала Ваня. — Ты идешь первой, а я ставлю секундомер и жду тебя под нашим деревом. Когда ты дотронешься до его коры, я остановлю секундомер, и побегу следующим. Кто справится быстрее — тот и победитель. В других заданиях всё будет работать по этой схеме. — Понятно. Тогда точно победа будет моей. Я же всегда была лучшей среди девчонок по бегу. — Это мы ещё посмотрим, — ехидным тоном проговорил тот. — Забыла, кто лучший из парней? — Хм, Димка Чайка? Ваня бросил на меня обиженный взгляд. Ох, как же я люблю выражение ревности на его лице! Я прикрыла рукой свои смешки и вздрогнула от внезапной вибрации в кармане. Телефон разрывался от входящего вызова. — Кто звонит? — полюбопытствовал парень, тут же забыв мимолетную обиду. — Не знаю. Номер какой-то незнакомый. — Да? — нежным голосом проговорила я. — Слушаю, говорите. — «Она сказала что-то. О, говори, мой светозарный ангел! Ты надо мной сияешь в мраке ночи, как легкокрылый посланец небес пред изумленными глазами смертных, глядящих, головы закинув ввысь, как в медленных парит он облаках и плавает по воздуху». — Шекспир? Еще никто и никогда не цитировал мне строки Шекспира, — произнесла я, изумленно раскрыв глаза. Конечно, услышанное очень меня поразило. Какой-то незнакомец позвонил мне и начал с выражением читать «Ромео и Джульетту» Уильяма Шекспира. Вот это нонсенс. Ко всему прочему, голос у этого Ромео был будто мне знаком, но я никак не могла вспомнить, кому он принадлежит. Но уж точно не моим друзьям, голос которых я узнаю всегда и везде. Ваня начал терять терпение, околачиваясь возле меня. Он прекрасно видел мою реакцию, и это, судя по всему, его задело. Парень задал мне немой вопрос: «Кто это?», на что я пожала плечами, так как мне самой был интересен ответ. — Может, Ромео представится своим настоящим именем? — Зачем же? Джульетта его уже и так знает. — Твой голос мне знаком, но я никак не могу вспомнить, кому он принадлежит. — Вспомни дерево, кошку, раны, — посоветовал Ромео на том конце провода. — Что? «Дерево, раны… Точно! Это его голос. Голос таинственного парня с множеством секретов и странностей». — Никола, — безрадостно, провозгласила я. — Вспомнила всё-таки, — довольно сказал он. По звуку ухмылки я поняла, что он улыбается. — Зачем звонишь? — Просто хотел узнать, как у тебя дела. Можем, например, сегодня опять сходить куда-нибудь, — загадочно предложил Никола. — Например, в ресторан или в кино, а можно просто прогуляться, как вчера. Куда хочешь ты? — Нет, я не смогу. — Почему?  — У меня есть парень, — чётко произнесла я, глядя на Ваню. Он удивился, перехватив мой взгляд. — Так что даже не проси меня пойти с тобой на свидание. — Ты же говорила, что его у тебя нет, — заметил Никола. — К тому же я не говорю о свидании. — Не мели чепухи. Я не первый год на свете живу. — Кто это? — не выдержал друг. — Никола, — шепотом ответила я. — Я так понимаю, что он рядом с тобой, — всё твердил Никола. — Я слышал ваш шепот. Передашь ему трубку? — Нет, не передам. Если это всё, то пока. Впопыхах сбросив вызов, я тут же поставила гаджет на беззвучный режим и сунула его в карман курточки. Нахохлившись, я старалась не подавать вида рассерженной, но высказывание Вани тут же вывело меня из внезапной злости. — Не знал, что у тебя есть парень, — с ревностью в голосе сказал он. — Ох, Ваня, — выдохнула я, тепло улыбнувшись. — Я о тебе говорила, дурак. Парни всё равно думают, что мы с тобой вместе, после вчерашнего, когда ты уснул у меня дома и проснулся только утром. Он звал меня на свидание, а я не хочу с ним встречаться. Давай уже закроем эту тему. И вообще, иди первым. — Дамы вперед, — поклонившись и указывая обеими руками на школу, сказал он. — Просто проверишь обстановку. — Ладно-ладно. Потоптавшись на месте, подготавливаясь к рывку, Ваня отправился в школу, пока я включила на телефоне секундомер. Осталось только дождаться друга. Отвернувшись от входной двери, я наткнулась на стену дождя, что из мелкой россыпи капель превратился в настоящий проливной ливень. Застегнув молнию кофты, и прислонившись к каменной стене школы, я наслаждалась тишиной, прерываемой барабанящими по крыше и подоконникам каплями дождя. Закрыв глаза, я вдохнула воздух и ни о чем не думала. Но, судя по этой тишине, позади меня вовсю шли занятия, а потому Ваня должен быстро со всем справиться. Но как бы хорошо и спокойно не было на улице, меня мучили различного рода мысли. «Правда ли, что Ваня — оборотень? Бессмыслица… их же не существует. Но, пусть может сейчас это кажется глупостью, вчера я искренне прониклась его историей, моментально почувствовала его боль. А те царапины, вышедшие прямиком из моего сна? А волосы, резко окрашенные в рыжий цвет? Ерунда какая-то… Логика и разум перемешался со сказаниями и легендами. Я уже не знаю, что может быть еще страннее, чем эта история с Ваней. Ах, да, Никола. Кто же он на самом деле? Что скрывает? » Я отвлеклась от размышлений и ощупала свою голову. Вроде, никаких ран нет. Может, это все мои предсмертные галлюцинации, и я сейчас лежу в коме? Это бы всё объяснило, но вот только я уже давно не падала и ничего не ломала. Не успела я закончить изучать свою теорию, как из дверей впопыхах выбежал Ваня. Я остановила секундомер. — Ну как? — его зеленые глаза метались от меня к секундомеру, а грудь часто поднималась. — Пять минут и пятьдесят семь секунд. — Неплохо, да? — гордо сказал парень, встав в неуклюжую из-за его прерывающего дыхания, но героическую позу. — Теперь твоя очередь. Нам ужасно повезло: у неё сейчас нет урока. Наверное, как обычно, чай с физруком в конторке пьёт, — Ваня усмехнулся, смахивая со лба выступающие капли пота. — Так что давай, топай, пока она у физрука. — Ладно, я пошла. Открыв тяжелую парадную дверь, я только лишь услышала писк начала отсчета у секундомера. Вот и моё время пошло. По сторонам, в соседних кабинетах были слышны голоса учителей и учеников, но не было никого, кто бы меня заметил. Отворив незапертую дверь по вечной несобранности Евдокии Павловны — учительницы истории — я оказалась внутри. Идя на цыпочках, дабы не привлечь внимание других учителей, я медленно пробиралась к заваленному бумагами и тетрадями учительскому столу, стоящему у большого окна. В классе, где покрашенные в желтый цвет стены не успокаивали, а, наоборот, раздражали, стояли, помимо столов, также книжные шкафы, набитые книгами практически до отказа. Сам же стол учительницы стоял на уступе, который напоминал небольшую стену, чтобы женщине было видно всё, что творится в классе. На учительском столе, помимо тетрадей и иных документов, мне удалось найти стопку бумажек с тестами моего класса. Не без труда я нашла тест Вани, и обнаружила, что они до сих пор не проверены. Достав листочек с ответами Тани — любительницы истории и пишущей все тесты по ней на пятерки — я быстро исправила варианты ответов Вани и попыталась как можно небрежнее вставить варианты обратно в общую стопку. Только когда листочки оказались вместе с листочками моих одноклассников, я весьма четко и громко услышала стук женской обуви по плитке. Не придумал варианта лучше, мне пришлось залезть в один из гигантских шкафов, где я еле разместилась. Разместилась я как раз в том самом шкафу, где Евдокия Павловна оставляет свою одежду и припасенные для чаепития сладости и чай. Помимо этого, на нижней полке стояло ведро для генеральных уборок и половые тряпки вместе с моющим средством. Из-за того, что в шкафу было несколько курток и иной одежды, я чуть не выпала из него, но вовремя оперлась спиной о заднюю стенку, крепко удерживая дверцы. Но, даже несмотря на то, что мне было очень неудобно, в таком положении была возможность открывать щелочку в дверце, через которую мне без проблем можно было наблюдать за только что вошедшей женщиной. — Книга, да, конечно, — зайдя в кабинет, учительница с кем-то разговаривала по телефону. — Я не знаю, где она. Там её точно нет, я всё перерыла, — продолжала она, садясь за свой стол. Любопытно. Её точно нельзя назвать любительницей книг, так как всё, что она любила, был школьный журнал, который она заполняла день ото дня. Также она нам рассказывала, что смотрит много обучающих программ по телевизору, из чего следует, что дома она только и делает, что смотрит его. Поэтому услышать то, что Евдокия Павловна с таким острым желанием ищет книгу, было крайне странно. — В подвале? — удивленно спросила учительница, будто забыв это слово, или услышав его впервые. — Нет, я даже не знаю, есть ли подвал в этой школе. «Опять подвал и какая-то книга. Про это же говорил и Никола с тем странным типом в парке. Он сказал, что Николе помогают найти книгу, и, судя по всему, это именно Евдокия Павловна. Да. Что же тут происходит?» — Сегодня в десять вечера, — сказала она после недолгой паузы, пока слушала, что говорит её собеседник. — Конечно, я понимаю, что время на исходе. Но не забывай, ведь её нужно еще прочитать, а ей неизвестно сколько десятков лет! К тому же не факт, что мы знаем язык, на котором она написана. «Становится всё интересней. Она разыскивает какую-то антикварную книгу? Потрёпанная древностью, ценная книга в подвале нашей школы. А я-то думала, что сегодняшний день не приобретёт куда более интересного разворота. Нужно будет найти подвал школы быстрее неё». Женщина попрощалась с собеседником и принялась рыться в бумагах на своем столе, что-то, по всей видимости, разыскивая. Ей понадобилось время, чтобы выудить из груды листочков и тетрадей новенький белый конверт. Я заметила, что она спешила, так как без ножниц вскоре его вскрыла, внимательно изучив содержимое. Но ещё через пару минут женщина вложила листочек обратно в конверт, и, повертев его некоторое время в руках, убрала в шкафчик. После этого Евдокия Павловна поспешила выйти из кабинета, как обычно забыв запереть дверь. Как только дверь хлопнула, а стук удаляющихся каблуков зазвучал в голове, я попыталась вылезти из шкафа, но моё спасительное сооружение стало для меня тюрьмой. С полки повыше посыпались моющие средства, придавившие мои ноги и заблокировавшие мне выход. Оказавшись запертой, я постаралась выйти, используя свои физические силы, но не рассчитала, попав локтём в заднюю панель шкафа, сломав её. «Чёрт!» — пронеслось в голове от сильной боли. С усилием распахнув дверцы, все средства, одежда и несколько швабр повыскакивали из своей клетки прямиком на пол, как и я. Оказавшись на полу в окружении предметов для уборки, мой взгляд приковал тот пролом, что я сотворила. Через дыру не просвечивал ужасный желтый цвет, да и вообще мало напоминал каменную стену здания. Приблизившись, я увидела, что за шкафом находится каменная порода вместе с обрывистой ямой, уходящей вниз на метра полтора. Вот это да! Мне стало любопытно, и я через мгновение уже светила вниз своим фонариком на телефоне. «Точно! Время!» — вспомнила я тут же, как опустила свой взгляд вниз. Пробежавшись до выхода, я увидела, что Ваня зашёл в здание, не намереваясь мерзнуть на улице. Как только он меня заметил, то остановил секундомер, обеспокоенно меня осматривая. — Ася, ты чего так долго? Тебя двадцать минут не было, — взволнованно спросил тот, когда я подбежала к нему. — Исправила? Тебя что, поймали? Увидели? Ты была у директора? — Нет, нет, всё хорошо, — начала успокаивать я друга. — Всё исправила, и меня никто не заметил. Сколько до звонка? — Вот-вот будет. — Хорошо, тогда давай звонить пацанам. — Это еще зачем? А как же автобус и дом? — непонимающе и обиженно пробурчал юноша. — В другой раз, Вань. Я кое-что нашла и узнала очень интересное. — Хорошо, заинтриговала, — заворожённо сказал он. Через несколько минут прозвенел звонок, давая своим оглушительным криком понять, что урок закончился. Из классов то тут, то там вдруг посыпались ученики разного возраста, пола и внешности. Все они яркой неравной толпой заволокли все коридоры и холлы. Мы с Ваней пытались найти друзей, вертя по сторонам свои головы, но выходило плохо. Видно, они чем-то были заняты, раз не пошли в столовую, которая для нас была главной точкой обзора. В итоге я решила позвонить Сашке. — Привет, Саш, — поздоровалась я. — Привет, — грустно произнёс постоянно веселый парень, чем ввёл меня в немалое удивление. — Что-то случилось? Ты сам не свой. — Да опять по паре схлопотали по дурости. Ничего страшного, но обидно-то как… — Приходите под наш дуб вместе с Макаром и Димкой. У меня есть такие новости — закачаешься! — Понял, уже бежим, — послышалось на другом конце провода. — Они уже бегут, — сообщила я Ване, завершая вызов. — Дождь вроде закончился, так что встречаемся у дуба. Пошли? — Пошли, — после, выйдя из здания школы, он снова заговорил, пытаясь узнать правду. — Так значит, ты пошла исправлять мне тест, а вернулась через двадцать минут с какими-то приключениями в кармане. Рассказывай давай. — Всем уж расскажу. Под дубом, — улыбнулась я и убежала вперед. Широколиственное дерево своей раскидистой кроной заполняло половину площадки позади школы. Вокруг были посажены кустарники и молодые берёзки, но ничто не притягивало взгляда как массивный дуб, создающий тень на все лавочки, расположенные вокруг его крупного ствола. Из-за кроны дождь не проникал на лавочки, а потому можно было расслабиться на их деревянных сидениях и понаблюдать за просыпающейся природой вокруг. Чем мы и занялись с Ваней, пока трое парней, завернувших из-за угла, не испортили весь настрой. Шумно проскочив прямиком к нам через грядки с посаженными цветами, парни поприветствовали нас своим закадычным способом: постукиванию кулачками. Повседневные улыбки вдруг сменились беспокойством, когда я, резко поднявшись, вдруг почувствовала головокружение и чуть не упала, но вовремя вцепилась в руку рядом стоящего друга. — Ты как? В порядке? — обеспокоенно спросил он, всматриваясь в мое поникшее лицо. — Да, всё нормально, — соврала я, встав поустойчивей, но всё равно не отпуская руку друга. — Ну что, выспались? — с сарказмом произнес Димка, осматривая мою усталую позу и спихивая это на совершенно иную усталость. — Правильно, после ночи вдвоём не грех и школу пропустить. Ого, Ася, ты покрасила волосы? Круто. Тебе очень идет. — А я не мог понять, что же в тебе изменилось, — пропищал Макар, не сводя с меня свои маленькие серенькие глазки. — Да, Ася, это очень неожиданное и смелое решение. Мне так больше нравится. — У тебя волосы стали ярко-рыжие, как огонь, — на ухо прошептал Ванек. — Математичка сказала, что не пустит вас двоих на свой урок, — как бы между прочим, сообщил нам Сашка. — Не так уж и важно, — сказала я. — Не в первый раз, — подхватил Ваня. Оправдываться и уж тем более объяснять, что мы просто заснули у меня, когда готовились к контрольной и проснулись только от маминого голоса, бесполезно. Поэтому эту затею я решила оставить и не обращать внимания. — Ты сказала, что знаешь что-то интересное? Что-то, что поможет нам найти новые приключения? — сгорая от любопытства, начал расспрашивать Сашка. — Говори, какие опасности нас ждут? Где ров с крокодилами, который необходимо перепрыгнуть? — Не здесь, — откликнулась я. — Здесь слишком много любопытных, как глаз, так и ушей. Парни начали было возмущаться, говорить, что вокруг прекрасная звукоизоляция и прочий бред, но даже, несмотря на их умоляющие лица, я оставалась непреклонна. В качестве убежища остановились на моём, так как это уже стало привычкой, и он находился ближе к школе. Но, конечно, дорога не обошлась без язвительных колкостей Димы. — Голубки, а что вы делали в школе? — спросил он. — Чтобы не умереть со скуки, мы решили повеселиться, устроив соревнование на скорость. — И как? Кто победил? — Никто. — Это как? — не понял Макар. — Первым заданием было пробраться в школу и изменить наши тесты по истории, ведь до этого мы их написали чисто наобум, — объяснила я мальчикам. — Ася, между тем, пропала на целых двадцать минут, а потом прибежала назад с загоревшимися глазами, сказав, что нашла тако-ое! — протянул очевидец, строя рожицу страха. — А что она нашла? — наивно спросил Макар, вслушиваясь в каждое слово. — Вот в том то и дело, что она до сих пор ничего не рассказала, а хотя уже давно могла! — демонстративно обиженно произнес Ваня, сложив на груди руки. — Имейте терпение, парни! Мы почти пришли, — взорвалась я, наконец не имея больше терпения выслушивать их нытьё. Где-то на подсознании я чувствовала: что-то, что я нашла — очень важно. А раз важно, то значит это нужно обязательно сохранить втайне от остальных людей. Ваня не отходил от меня, постоянно поддерживая за талию или руку. Парни так и думают, что мы играем в любовь, хоть это и не так. Как бы я не хотела, чтобы сказанные ими слова оказались правдой, реальность больно била по ребрам, перекрывая дыхание, стоило мне только встретиться с Ваней глазами. Именно из-за этого я всё чаще их опускала, стараясь уйти от его зеленого омута. В моей комнате все еще была не заправлена кровать, а повсюду разбросаны кисти. Я не успела заправить кровать, а потому на простыне можно было отыскать капли крови. Поспешив заправить это так, чтобы никто и глазом не повел в сторону постельного белья, я разместила друзей на клетчатый плед, что расположила поверх одеяла. — Кто-то славно повеселился на этой кровати, не зря же она была такой взъерошенной, — нахально произнес Димка, поглаживая структуру пледа. — Отстань, Димка! — рассердилась я, немного прибираясь на столе. Нет, тут точно нужна генеральная уборка. — Ну что, может, ты начнешь рассказывать? — перебил нас Ваня, и все мальчишки тут же устремили на меня свои заинтересованные и любопытные взоры. Пришлось подчиниться. К тому же я и так тянула слишком долго. Расположившись на полу, подмяв под себя ноги, я в мельчайших подробностях рассказала мальчишкам о том, что я пережила в кабинете истории. Про разговор, про шкаф и про таинственную книгу. Самое интересное я припасла напоследок. Но когда я закончила вторить про загадочную пещеру под школой, коей входом служит вещевой шкаф, наткнулась на четыре неверующих взгляда. — Ты это серьёзно? — первый задал вопрос Сашка, подняв одну бровь. — Абсолютно серьёзно! Разве это не интересно? Учительница что-то скрывает! Гоняется за каким-то антиквариатом, а сама из себя строит законопослушную гражданку. Уличим её на горяченьком и получим всеобщее доверие. А может, сами продадим эту книгу и разбогатеем! — Нужно, наверное, ещё тот конверт проверить. Он наверняка связан с этой книгой, раз Евдокия Павловна так им дорожит, — тут же подхватил Ваня. — Не исключено. — Так давайте проберёмся в школу вечером и всё узнаем, — произнёс Димка, пока его глаза горели адским пламенем. Его хлебом не корми — дай испытать себя на прочность. — Но как? — встрепенулся Макар. — А если нас поймают? — Не трусь, Макарка. Мы тебя в обиду не дадим, — уверил того Ваня, после почему-то бросив взгляд на меня. В комнате сделалось слишком душно. Вновь тошнота и головокружение. «Чёрт, Ася, что с тобой?!» Я не находила ответ на этот вопрос. А в это же время всё моё тело покрылось испариной, а дышать стало очень тяжело. Нужно открыть окно, но сил не было даже на то, чтобы подняться. Благо, у меня есть мой замечательный друг, который открыл форточку за меня и без моей просьбы, поняв всё телепатически. — Что с подвалом? Разве в школе есть подвал? Никогда о нём не слышал, — продолжали пацаны, говоря один за другим. — Точно. Мы же всю школу облазили. — Тогда придётся поискать более тщательно, и, если подвал на самом деле существует, то мы его найдем! — героично выпалил Ваня, встав в позу супермена. — Ладно, тогда встречаемся возле школы, когда стемнеет? — Вы можете подождать здесь. Есть фильмы и закуски, — предложила я, когда воздуха в комнате стало достаточно для комфортного разговора. — Ну уж нет! Мы не хотим разрушить вашу романтическую атмосферу, — колко произнёс Дима, собираясь и подначивая Сашку. — К тому же ты совсем плоха, Ася. Тебе нужно отдохнуть. Димка вовсе засмущал меня. Неужели не видно, что своими словами он не помогает, а делает всё ещё более запутанней?! Проводив друзей, мы с Ваней вернулись в комнату. Мои щёки полыхали, а сердце бешено стучало то ли от повышенной температуры, то ли от присутствия этого зеленоглазого парня. Я попыталась забыться за рисованием, но, сев за стол и положив перед собой листок, не смогла нарисовать ничего, кроме загадочных мужских глаз. Глаз за глазом выходили всё хитрее, а потом, мельком взглянув на сидящего с книгой друга, я уловила, что всё это время рисовала его глаза. Смущение вновь захватило мою голову. Да настолько, что в висках отдавалось. — Так, а теперь давай рассказывай, — потребовал Ваня. — Что с тобой происходит? Выдохнув, мне пришлось признаться. — Я не знаю… кружится голова, тошнит, и как-то… плохо. Сложно описать, — я смотрела вниз, выговаривая эти слова, и, видимо, Ваню это беспокоило, так как его слова стали более нежными, чем при разговоре с друзьями детства. — Я волнуюсь за тебя. Может, останешься дома? — И оставлю всё веселье вам? Нет уж, — я попыталась улыбнуться, но получилось совсем не то. — Но ты вся бледная. Не случилось бы чего, — ласково проговорил Ваня. — Ничего страшного. Просто отдохну, и всё пройдет. Я… не выспалась, — выдохнув, я вымучено улыбнулась. — Ладно, как скажешь. Пройдя ко мне за спину, Ваня вдруг обнял меня, прижимаясь всем телом. Растрогавшись, я вскочила со стула и утонула в его приятном объятии. Вокруг лишь валялась одежда и изрисованные альбомные листы наряду с так и не законченной стеной. Парень отпрянул всего на мгновение, а его ладонь с талии медленно перешла на шею и оказалась в районе уха. Щёки запылали, а ресницы начали дрожать. Ваня же то и дело смотрел на мои губы, но неожиданно отпустил меня из своих объятий. Панический смешок вырвался у меня из груди, а из глаз вырвалась одинокая слезинка. «И так всегда. Он меня не любит по-настоящему. Только дружеской любовью», — корила я себя изнутри, подпитываясь противоречивыми действиями со стороны парня. Но он не успел отойти далеко, так как я успела схватить его за руку, врываясь взглядом в его глаза. — Что ты хотел сделать? — я решила по полной взять инициативу в свои руки. — Поцеловать меня? — Нет, — быстро ответил он, а после продолжительного пристального взгляда лишь выдохнул, освобождая руку из моей хватки. Я почувствовала себя ещё хуже, но через минуту Ваня стал прежним: заботливым лучшим другом. Вдруг зазвенел мобильник: звонил Сашка. — Не помешал? — учтиво спросил он. — Нет, Саш, всё в порядке. Что случилось? — Сейчас только четыре часа, и столько времени ждать скучно. Поэтому у Димки созрел план. Через полчаса будем у вас.