Два парня на Е

Эти переглядки меня уже напрягают…

Да, в коридоре я первый начал диалог от нечего делать и тогда всё шло хорошо. Было приятно вести с ним диалоги, пусть мне и показался странным тот факт, что со мной он общался немного по иному — не так заносчиво и нагло что-ли, как с другими. Но это ведь ерунда, так ведь?

***

От скучных и однообразных учебных будней, иных жизненных мелочей помогает отвлечься и забыться хотя бы на время лишь любимый спорт, у меня к счастью их два. Но лишь один из них повлиял на мою жизнь координально — волейбол. И речь сейчас не о любви к победам, не о рутинных действиях, нет; это скорее та самая любовь к спорту, когда ждёшь занятий и пропускаешь уроки, рискуя своим аттестатом, когда постоянно обсуждаешь тактики, виды ударов, даже разновидности мячей. А когда ты не один болен всем этим, то вы оба увлечены вдвойне. Пусть и не все безостановочно трудятся над домашкой и уроками в целом, однако от проведения времени в дружеской компании, играя в свое удовольствие, невозможно отказаться даже ярому заучке. Особенно, когда есть шанс увидеть хотя бы глазком того, к кому сердце лежит…

***

Чересчур страны частые встречи и в общем плотные взаимоотношения старшеклассника и парня "помладше", не так-ли? Видимо нет, иначе как объяснить то, что необычные разговоры двух таких парней были замечены и забыты окончательно после первого же глупого подкола. Друзья, подумаешь, однако если они «друзья», то почему одному трудно оторвать взгляд от профиля второго, а второму тяжело заткнуться в присутствии первого; почему нельзя не увидеть их рядом на переменах, в столовой или даже вне стен школы; а главное — почему и с чего это всё началось?

***

— Идёшь сегодня на тренировку? — внезапно, по привычному безэмоционально, выпалил остановившийся в метре, а до этого идущий навстречу, старшеклассник. — Ам, да… а что? — в свою очередь я, идущий по своим делам, впал в ступор. По инерции произнёс вопрос, хоть и невозможно отрицать того, что неконтролируемый интерес взял на секунду вверх — что же заставило его впервые заговорить со мной? — Мне нужен связующий для ударов. Увидимся, — уже уходя, полу-крича отвечал Егор, уверенный в себе парень из одиннадцатого класса, которого раньше мог видеть я только на тренировках по волейболу и редко в коридорах на втором этаже. Меня совершенно ошеломило произошедшее, но ненадолго, вскоре я забыл сказанное и вовсе не пошёл на занятие по причине: «лень природная одолела». Какого же было моё удивление, когда вечером того же дня я получил короткую, но крайне эмоциональную смс-ку:

Ты где, блять, был?

Неизвестный номер

21:14

Почему-то сразу понял от кого... Я не знаю как описать то, что почувствовал: было одновременно смешно от тупости вопроса и его контекста, не по себе от первого в жизни опыта подобных доёбок, страшновато от предполагаемых последствий, хотя казалось бы — что такого произошло? Да, не пришёл, моё дело, что за бред, однако пальцы печатают иное: Прости, не смог прийти, дела 21:16

Прощаю, но чтоб на следующей был

Неизвестный номер

21:16

Обещаю, что приду 21:17 Внезапно захотелось подписать контакт, что я и сделал...

А как же иначе)

Прилипала

21:17

Да когда я, блять, стал таким послушным?! Самому смеяться без остановки хочется, а никак. Я нервничаю и осознал это самостоятельно… Следующая тренировка уже послезавтра и это ранее неизведанное чувство азарта разрывает на куски, хочется ускорить время и глянуть со стороны на то, что конкретно меня ожидает. Но это реальность и всё, что меня пока ждёт — тёмная пустота, под названием царство Морфея...

***

Школа — слишком унылое место; место, где времени не существует и оно стоит на месте одновременно. Вот и я, игнорируя время, просто проживаю урок за уроком, не имея цели, стремлений, разве что только одно — получить эмоции, любые: чужие, свои, положительные, отрицательные, бурные или легкие, скрытые за ладонью и так по аналогии. Именно своей нездоровой жаждой эмоций я объяснял ответную реакцию на то, о чём я сейчас расскажу, да, объяснял, сейчас же у меня иной взгляд на эту высокую улыбчивую "ситуацию", но не об этом сейчас. Вторник. Как обычно не спеша передвигаю ноги, хоть и опоздал в осторчевшую 8 лет назад школу. Злобно, как это могло показаться на первый взгляд проходящему мимо, осматриваюсь из-под капюшона, скрывающего голову от пушистых снежинок. Подхожу к крутой лестнице, всё ближе к входной двери в здание, шаг, второй.

Рука

Чужая рука сжимает плечо. Настойчиво, грубо, доставляя тупую боль. Я естественно поворачиваюсь, готовый обрушить град слов на обидчика и может даже, смешно подумать, врезать, но застываю не в силах даже пикнуть. Догадаться о том, кто это было несложно, учитывая начало моего рассказа, правда? А вот я тогда и не мог догадаться. Да и времени думать не было — после того, как я вырвавшись, обернулся, обе руки впечатали меня в кирпичную стену здания, чужая голень преградила путь к отступлению, как в принципе и ледяной взгляд напротив (иронично, ведь на улице минус пять градусов по цельсию). Рычащее нечто передалось мне сначала через взгляд, от чего меня будто током ударило, а потом вслух было произнесено нечто совершенно противоположное, от чего ток поменялся на мурашки по всему телу, а щёки сами собой залились краской и уже не от лёгкого мороза: — Шапку носить надо, дурень, заболеешь, — и вот руки уже не давят, легко лежат на плечах; улыбка вместо плотно сжатых красноватых губ красуется на бледном лице и подрагивают ресницы на прикрытых веках. Как наваждение этот парень врывается в мою бесчувственную зону комфорта и дарит желаемые эмоции. И пусть на моём лице ничего не отражается, мне поистине становится тепло, приятно и я отвечаю такими же солнечными жестами: — Кто бы говорил, — улыбаюсь, а в то же время с опаской ожидаю ответную реакцию и она меня не разочаровала. Егор отошёл, усмехнулся чему-то своему и скрылся за белоснежной пластмассовой дверью, сунув перед этим одну из покрасневших ладоней в карман.

***

Денёк прошёл мимолётно, однако на сердце надолго отпечаталась та забота, что я нежданно-негаданно получил ни с чего. Подобное проявление повторилось и на следующий день, только в коридоре школы — в этот раз, видите ли, я слишком быстро в коридорам школы бегаю, «убьюсь ещё». Ага, как же…

***

В этом голосе не было и намека на жалость, будто спрашивал он для галочки, но почему-то до сих пор от меня не отходил ни на шаг. Эта ярая назойливость действовала на мои нервы и, клянусь еще одно слово и я бы… но он замолчал, будто прочёл мысли. В начале отошел на пару шагов, а после — вовсе вернулся на свою часть поля. Периферическим зрением я заметил чужие непонимающие взгляды на себе. Такое внимание загоняет в ступор, заставляет задуматься о том, что до этого момента и не мелькало в голове. В итоге, возникают вопросы. Это те самые вопросы, на которые не найти ответа — мучиться минимум неделю. Я не желаю подобного испытывать, живём один раз как никак. Опьянённый этими мыслями, не помню как засмотрелся на объект своих прений и естественно не остался незамеченным. Но перед тем, как поведаю сюжет кульминации данной рассказа, хочу ввести в курс дела. После окончания тренировки, мне вместе с Егором, как бы вы могли предположить, пришлось как обычно снимать волейбольную сетку с петель. Именно из-за этого муторного занятия я обычно уходил последним, а значит именно на мне были все технические задачи: выключить везде свет, проверить наличие «потеряшек» и закрыть сам спортивный зал на ключ. В этот раз всё также. И вот, я заранее выключил свет. Тишина. Кажись, все ушли — думал я, пока не зашёл в раздевалку, где всё ещё копошился старшеклассник. А теперь к сути… Из раздумий меня временно выловил резкий голос, дрогнувший на конце фразы: — Опять что-то интересное увидел, Данилюк? К этим эмоциональным качелям не привыкнуть, к этим контрастам не приноровиться, этих жестов не избежать. Да ещё и внутренний чертёнок всё шептал свои бредни на ухо, внешний же, физически стоявший передо мной демон выжидающе хранил тишину некоторое время… — Ты весьма интересен, знал? — тихо и удивительно спокойно для самого себя, практически прошептал я, глядя в глаза, а после снова затуманенный бесконечными бессмысленными (а может и нет) вопросами, застыл, опустил глаза в пол. Облегчённый? смех прокатился по стенам мужской раздевалки. Буквально секунда перед неожиданностью. — Неужели? — на ухо, вкрадчиво, насмешливо, издевательски, снова пуская табун мурашек по всем конечностям. Не в силах смириться с происходящим, закрываю глаза и не действую, пытаюсь сохранить ритмичность дыхания, увы, не выходит. — Зачем тогда закрываешь глаза, смотри, если хочешь, — и вот ощущение теплой ладони на шее, а после и большой палец поднимающий подбородок не дают ослушаться. Этот хитрый оскал. Впервые его вижу и полагаю, сейчас я с ним познакомлюсь поближе. Чужие зрачки поглощают меня полностью, берут в плен, но я не сдаюсь и борюсь в этой зрительной дуэли. Что-то блеснуло там, в бездонной темноте этих красивейших глаз и моё тело отозвалось на этот своеобразный зов. Перехватываю чужое запястье, сжимаю, а сам, увлечённый прежним азартом, улыбаюсь. И видимо делаю это настолько смело и развратно, что тусклый блеск напротив превращается в разящее пламя. Парень практически откидывает чужое лицо в сторону, резко поднимается, хватается за края белой футболки. Та отлетает куда-то в сторону, младший же в это время, не отрывая глаз, медлительно ползёт вверх по стене, выпрямляясь полностью. Хочет подойти, дотронуться трясущимися от волнения руками, что-то сказать, но не успевает. Вихрь плотно прижимает к холодному кафелю. Контраст горячего тела и морозящего позвоночник камня чересчур. Нога настойчиво раздвигает чужие в стороны, прям как в тот раз на входе в школу, не давая шанса на отступление. Ладони вспотели, сердце бьётся о грудную клетку, вот-вот и раздастся характерный хруст; набатом этот бешеный стук звучит в голове. Хочется закрыть глаза и не открывать: просто чувствовать, больше, ярче, ближе… Чужие жесткие ладони перестают терзать плечи, перемещаются то на шею, то ниже, ощупывая выступающие ключицы, то вообще пересчитывают позвонки. Растерявшись, младший не знает куда деть себя и свои желания, от чего спонтанно тянется вперёд за поцелуем, а увлечённый чужим телом парень, ненароком наклоняется вперёд. Ощущение чужих искусанных горячих губ, а потом сам несмелый поцелуй, перерастающий во что-то не сдерживаемое, дикое после того, как старший опоминается и вновь берёт всю инициативу в свои руки. Легкий укус в нижнюю губу на время отрезвляет старшего и только потом поражает — неужели он всё-таки проявил твёрдость в своих действиях, взрослеет на глазах…

***

Теперь переглядки меня веселят…