Exhale (Выдыхай)

«Сновидение заменяет картиной, происходящей в настоящем, наши пожелания на будущее». Зигмунд Фрейд

      Приехав домой, Кэролайн практически сразу же направилась в душ, дабы смыть с себя позор той ночи, которая была несколько дней назад. Именно тогда девушка и заметила, что Клаус оказался довольно привлекательным молодым человеком, но даже это не давало ей право посмотреть на нее как на парня. Во-первых, он был ее учителем, хоть и молоды и привлекательным, а во-вторых, он был старшим братом ее подруги, хотя, впрочем, второй вариант никак ей не мешал. И все же, для себя Кэролайн решила, что она уж точно не будет предпринимать никаких действий, и что вообще не будет реагировать на действия или слова древнего. Она поняла, что он преследует ее, хотя, возможно, она себе все это напридумывала. Все это было для нее весьма странно, потому что неужели Ник просто не могу все это забыть? Нет же, он наоборот всюду таскался за Форбс, не давая ей прохода. Может, Ребекка была права и Кэр действительно ему понравилась?       - Пфф… Ещё чего! – выпалила блондинка вслух и, закрыв воду, взяла в руки полотенце и накинула его на себя.

***

      Сегодня ночью Клаусу первый раз приснилась Кэролайн. Это не было обычным сном, потому что для мужчины он был совсем новым и раньше таковые ему никогда не снились.       Во сне Майклсон пригласил блондинку на свидание. По крайней мере это было больше похоже на свидание, нежели на обычную прогулку или просто случайную встречу. Клаус отчетливо видел, что в руках у него были цветы, которые при встрече он отдал девушке. Они пошли в парк, гуляя там, наслаждаясь свежим воздухом, катаясь на аттракционах, кушая сладкую вату. Тогда Ник кормил Форбс сладкой ватой, что купил в одном из ларьков, находившихся в парке. Все это было настолько мило забавно, что Клаус даже улыбался во сне, и ему повезло, что никто из его семьи не увидел его спящим. Вообще, ему довольно редко снились сны, да и если и снились, то никогда раньше они не были такими яркими, полными света и тепла, точно такими же, как была сама Кэр. Да, она всегда излучала только свет и тепло, а ожидать от нее чего-то плохого даже и в голову не могло прийти.       Все было бы хорошо, если бы не такое ужасное продолжение сна… Когда на улице стемнело и похолодало, первородный пошел провожать девушку домой. Идя по улицам Мистик Фоллс, пара разговаривала на различные темы, которые были интересны обоим собеседникам, потому что слова из их уст вылетали с такой скоростью, что не было и неловкого молчания между ними, как будто они общаются уже так долго, как будто знают друг друга уже не один день.       Подходя к дому блондинки, Никлаус подошел вместе с ней к двери, и вместо того, чтобы поцеловать на прощание в щечку, он укусил ее. Мужчина на столько много выпил ее крови, что она просто замертво упала на холодный пол террасы грудой мяса, а Клаус спокойно пошел своей дорогой, оставив безжизненное тело девушки прямо на пороге дома.       Мгновенно открыв глаза, гибрид резко сел в кровати, потирая глаза, понимая, что это был всего лишь сон. Вообще, Клауса сейчас терзали смутные сомнения о том, что такое с ним происходит, и почему ему снятся подобного рода сны. Раньше же, когда ему снилось, что он кого-то убивает, то относился к этому совершенно спокойно, даже не принимая близко к сердцу, но почему-то именно этот сон так повлиял на него.       В голову древнего уже закралась мысль о том, что это проделки его сестры, поэтому он решил проверить так ли это и если что, проучить ее. Быстро оказавшись в комнате Ребекки, он не обнаружил этой блондинистой бестии, а посему подумал, что она находится где-то в другой части дома, но обыскав все, так и не нашел. Что ж, наверное, сегодня она ночует у Кэролайн, или очередного своего ухажера, которому Клаус конечно же в скором времени оторвет голову, если он хоть как-то посмеет обидеть его маленькую сестренку.       Если бы кто-то сейчас увидел Майклсона, носящегося ночью, по огромному дому в поисках своей младшей сестры, да ещё и непонятно по какой причине, то наверняка бы посмеялся над ним и сказал бы, что он просто сошел с ума. Вернувшись в комнату после провалившихся поисков, мужчина подошел к окну, отодвинув плотную штору, тем самым пропуская в комнату лунный свет, такой же холодный, как и его сердце, по крайней мере, когда-то оно было таким. Но были ли сейчас так? На этот вопрос Ник и сам не знал ответа, боясь, что если он влюбится, то это станет для него «Ахиллесовой пятой», самым большим страхом и слабостью потерять то, что станет так дорого ему. Всегда утверждая о том, что любовь – самая большая слабость таких существ, как они. Это приведет к краху, да тем более что Кэролайн была человеком, а убить ее или причинить хоть какой-либо вред никому не составит труда.       Набрав в легкие больше воздуха, Майклсон шумно выдохнул, смотря как луна льет на землю свой холодный свет. Она была такая одинокая, совсем как он, хотя сейчас уже сложно было назвать его одиноким, ведь рядом с ним была сестра, совсем скоро приедет Элайджа, ну и ещё Кэролайн. Все-таки древнему казалось, что он не ровно к ней дышит, а она только делает вид, что старается игнорировать его, ссылаясь на то, что он ее учитель, а по совместительству брат ее лучшей подруги. Эх, если бы она только знала, кем являются ее подруга и учитель, лучшая подруга, а также ещё несколько окружающих ее «людей», то уже давно сошла бы с ума и просто убежала бы из этого города куда подальше. А ведь действительно, что будет, если она узнает обо всем? Что, если узнает, что за существа находятся с ней бок о бок? Ведь все люди всегда реагируют по-разному, и предугадать их реакцию и действия просто невозможно, отчего здесь остается надеяться только на благоприятный исход, но не всегда мы получаем то, чего действительно хотим.       Сегодня ночью Клаус так и не смог заснуть, потому что в голове у него крутились лишь мысли о Кэролайн. Хоть он и не признавался сам себе, но в глубине души прекрасно понимал, что там, в его холодном и черством сердце уже зародились теплые чувства к этой светлой блондинке.       Стоя напротив окна и держа в руках стакан с виски, гибрид встречал рассвет, почему-то такой не похожий на все остальные.