Кислород

      Города сменяли друг друга день за днём. Группа не вылезала из гастрольного графика не на минуту. Хотелось, чтобы это не заканчивалось.       Я просто сидела и накручивала прядь своих волос, когда мы выезжали из Берлина. Если подумать и посчитать, сколько сцен и площадок они сменили и на каждой мы с ним уединялись. Как маленькие дети, которые боятся, что их застукают и будут ругать за излишнюю шаловливость.       Я улыбнулась, когда увидела, что Дамиано пристально смотрит на меня через Итана, который сидит между нами. Парни специально рассаживают нас, им стыдно за крайний инцидент.       «Мы сидим за столом на каком-то очередном радио эфире. Я чувствую, как рука Дамиано гладит меня по ноге, аккуратно поднимаясь выше.       - Виктория, - радиоведущий перевёл на меня взгляд, - расскажите нам, как вы проводите время, когда переезжаете из города в город? Расскажите нам свой распорядок дня. Очень интересно, как его проводит единственная девочка в группе.       Блять, вот это он зря. Во-первых, я не разделяю нас по половому признаку, а во-вторых, я услышала, как Итан поперхнулся водой, а Томас закрыл лицо руками и пальцем почесал глаз, как бы отворачиваясь от меня…они знают? Глупый вопрос, мы постоянно с Дамиано, как будто приросли.       Расходимся только на пару часов в день: он в зал, а я по магазинам с мальчиками.       - Вас интересует наличие месячных у меня и отсутствие их у мужской половины группы? - Кажется, я была груба. - Ну а вообще, ничем девчачьим я не занимаюсь. Чаще всего я читаю. Да, я люблю читать.       Кажется, что под читать я подразумевала иное. Каждую свободную совместную минуту мы с Дамиано трахаемся. Нет, не то, чтобы я не люблю книги, очень даже. У нас за эти две недели секс был даже в библиотеке. А ещё в кафе. Ресторане на званом ужине, устроенным послом. Ещё в туалете самолёта, кажется, несколько раз. Ах, забыла, ещё у нас было на лестничном пролёте отеля, в туалете казино, на бильярдном столе, купленным всеми нами, как напоминание о победе на Евровидение.       Чувствую, что Дамиано сжал мою ногу и вопросительно посмотрел на меня. Наклонился и прошептал «Ты здесь? Куда улетела?». Я зависла и смотрела на его лицо. Что мы вообще делаем?       Я взяла его руку и пододвинула ближе к своей промежности, как бы надавливая. Мне было ужасно тяжело из-за того, что кожаные штаны сковывали движения и я не могла в полной мере ощутить его ладонь.       Мне было наплевать о чем говорит Итан, почему Томас старается сесть удобнее и не смотреть на нас и на вопросы ведущего тоже насрать.       Я хотела заниматься любовью прямо там. Кажется, намёк поняли правильно. Дамиано продолжал водить рукой, снимая моё напряжение. Его вторая рука поглаживала моя талию - эрогенная зона. Я чувствовала, что очень близка к тому, чтобы кончить.       Тихий стон, благо, Дам отодвинул микрофон от моих губ. Но это услышали наши парни.       Стыдно? Да похуй.»       Ну так вот, нас рассадили как детей. Мы аккуратно переплели пальцы за спиной Итана. Я видела в глазах Дамиано такое тепло, что моя душа таяла. Мне необходимо, чтобы он задержался.       Мы стоим на тонкой грани между любовью и сумасшествием.       Я поворачиваю голову, и вижу, как расцветают цветы. Или мне кажется? Сейчас мой мир такой яркий и хрупкий. Я хочу быть ближе, но, подходя к нему, я сгораю. Я знаю, кто не выживет в этой борьбе.       Итан уже не в состоянии терпеть, локоть Дамиано давит ему в спину. Он терпеливый, но не настолько.       - Вы меня задолбали. Лео, останови, пожалуйста.       Итан попросил Дамиано выйти, и вышел следом. Жестом, пригласил его заползти ко мне:       - Только не трахаться! - Томас закричал, смешно размахивая руками, - хватит нас дразнить. Вы уже отметили все места Бельгии, Германии, Франции, Нидерландов. - Он загибал пальцы, продолжая перечислять страны и города наших приключений.       - Не завидуй, - глажу Дамиано по щеке, аккуратно кладу его голову себе на колени и перебираю волосы.       - Да, Томас, - мурлычет этот злодей, - не завидуй.       Мы едем дальше. Кажется, что эта тишина умиротворяет каждого из нас.       - А чтобы вы сделали, если бы узнали, что сейчас наступит конец света? - Голос Лео потревожил каждого из нас: Томас играл в 3 в ряд на телефоне, Итан рассматривал новые модели брюк. Они так ничего не подобрали нам в Бельгии, а с любовью Дамиано рвать всё на себе - скоро носить будет нечего. Я засыпала, проглаживая своего самого важного человека. Он, как раз, подал голос.       - Мы будем улыбаться как дети, потому что будем вместе.       - Ну, Дами прав, это было бы весело, - Томас улыбнулся.       - Дружок, а кто сказал, что я о тебе? - Солист поднял глаза на меня.       - Боже, Итан, как тебя там ещё не тошнит. - Томас изобразил призыв рвоты.       - Я привык. - Он ведь всегда живет за стенку от нас, бедняга. ***       Польша встречает нас громким визгом. Мы глохнем, но это заряжает нас играть. Басы моей гитары эхом отзываются в солнечном сплетении. Возбуждение волной поднимается изнутри и заряжает меня играть. Полная эйфория и хаос, моё тело соткано из него.       Зал отдаётся нам весь - мы забираем его энергию и освещаем всю страну. Сияем словно яркий и тёплый костёр. Дамиано смотрит на меня и продолжает петь «I wanna be your master» и в голове всплывает картинка, как он сегодня обнимает меня за талию. Мы стоим на балконе, я пью кофе и смотрю вдаль. Множество маленьких нервов током бьют меня на спине, вызывая табуны мурашек. Это просто Дамиано губами дотронулся до моей шеи.       Мы не разрываем зрительный контакт и идём навстречу друг к другу. Мне кажется, я похожа на маленького ребёнка, который увидел космос из окна своего дома: вон там Солнце, вон там Венера, Луна, Уран..и все планеты крутятся вокруг.       Резко, мне становится нехорошо. Внутренний голос как будто кричит «не смей». Но я поворачиваю голову направо. Я вижу как улыбается она. Я вижу, с какой любовью она смотрит на того, кому принадлежит моё сердце. Я ранена прямо в сердце чём-то острым.       Медленно доходит осознание того, что всё, что было между нами просто неправда, ложь. Тело сковывает страх и пальцы сбиваются. Ещё немного, и я просто заплачу прямо на сцене. Мои лёгкие наполняются водой, и я чувствую, что сейчас умру.       Дамиано замечает, что я сбилась и смотрит на меня. В глазах какой-то страх. «Боишься, что я узнала, как ты спишь со мной, но таскаешь свою будущую жену (?) на наши концерты». Вкладываю всё своё отвращение в ответный взгляд. Он подходит ко мне очень близко - зрители ликуют. Не понимает, что происходит и заканчивает петь на уровне моих губ «I'll do whatever you want, for your love». Я отшатываюсь и ухожу. Делаю вид, что меняю гитару.       Весь оставшийся концерт прошёл ужасно: Дамиано клал на меня руку, я уходила к Итану, Дамиано подходил ко мне, я отходила к Томасу. Смотрела на милые ямочки Джорджии, которые появлялись на ее симпатичном лице, когда она улыбаясь, смотрела на моего..то есть своего Дамиано. Я чувствовала каждой клеткой, что она не знает про нашу связь, что она в ожидании свадьбы, которая назначена на конец октября. А я просто секс игрушка. «Сюрпрайз, Вик». ****       - Ты сдурела? - Дамиано бежит за мной, - Виктория подожди, я должен всё объяснить.       - Что за дешёвая мелодрама, расслабься, мы просто друзья. Пару перепихонов не сделают нас счастливой парой.       Я отворачиваюсь и продолжаю идти вперёд, не хочу, чтобы он увидел мои слёзы.       Чувствую, как он мягко схватил меня за пальцы, выдергиваю их и продолжаю идти. Мне нужно скрыться в гримерке, там есть замок. Меня волнует всего лишь один вопрос. Он меня сжирает изнутри. Перед тем, как закрыть между нами дверь, я поворачиваюсь и смотрю ему в глаза: он напуган, ему плохо? А мне! Каково мне сейчас? Когда я даже не успела смыть с себя его пот, слюни. Ах да, перед концертом мы спали на этом самом диване. Он держал меня за волосы и входил до упора. Мне нужен ответ на 1 вопрос, хотя я подсознательно его знаю:       - Вы всё ещё помолвлены? - я спросила это прямо, голос не дрогнул.       Ответ был в его глазах. Рука потянулась к ручке, он поставил ногу в дверной проём:       - Вик..       Толкаю его и закрываю дверь на замок.       Вот теперь начинается ад. Первое, что мне попалось на глаза был телефон. Секунда и он летит в зеркало. Не хочу видеть своё отражение. Тем более смотря в это зеркало, я стонала под ним, как последняя блядь. Наивная и тупая. Я же ни разу за месяц не спросила, что будет дальше и расстался ли он с ней. Думала, что это само собой разумеющееся. Ведь, когда вы засыпаете и просыпаетесь вместе, целуетесь и думаете о будущем, мечтаете о том, что будет через 5-7-15 лет ваших отношений, ты не задумываешься на счёт его прошлого.       Швыряю бокалы и вслед за ними тарелку, дальше летит вперёд ваза с цветами. Кстати, эти цветы выбирала я, потому что они его любимые. Вроде бы гортензии. Не помню.       Вся гримерка в осколках. Я не могу плакать. Я такая злая, что хочу убить его голыми руками. Крушу и ломаю мебель. Издаю нечеловеческие вопли и бью руками в стену до крови. Кожа содрана в мясо. От боли просто не могу не орать. Бью и кричу. Так больно мне было только когда мама умерла. Я думала, что этот человек подарит мне семью. Нет. Сегодня он просто убил меня и уничтожил всё хорошее между нами.       Я не плачу. У меня нет слез. Медленно открываю гримерку и выхожу. Охеревший Томас смотрит на то, как по ладоням стекает кровь. Я просто иду вперёд и ничего не чувствую. Какие-то голоса, кто-то кричит, хватает меня. Я не ощущаю пространство, будто всё сжалось, потеряло цвет.       Машу рукой проезжающей машине, она останавливается около меня. Если я сейчас не уеду, то просто повешусь в номере. Сажусь в салон такси:       - В самый дорогой бар. ***       Захожу в фешенебельный паб. Вообще-то он самый обычный, который только есть в Польше. Но мне похуй. Заказываю шампанское. Ужасно саднят царапины на руках. Но я не обращаю внимание.       - Что отмечаем? - Ко мне подсела брюнетка с карими глазами, такой красивый смоки айс на её глазах, что я невольно засматриваюсь.       - Мой Купидон оказался пьяным. Я пью за то, что он мудак. - Поднимаю бокал и салютирую в воздух.       - Знаешь, я думаю, тебе нужны виски. Чем больше внутри больно, тем крепче алкоголь. Это моё правило. Вышибает любую херню из головы. - Она откидывается назад и машет бармену. - Милый, Якуб, плесни девушке виски, а мне текилы.       Я поворачиваюсь, и вижу какие красивые девушки танцуют в центре зала. Такие утонченные тела двигаются в такт быстрой музыке. Какие же великолепные парни пытаются отдаться этим басам прямо тут.       Не замечаю того, как алкоголь всасывается в мою кровь, и я пьянею. Ужасно больно. Мне будто сломали руки, зажав в тиски. Я разбила телефон, поэтому не могу никуда позвонить и накричать. Это плюс. Всегда теперь буду в первую очередь избавляться от телефона.       Моя незнакомка напоила меня дорогим виски и просто молчала. Тяну её за руку на танцпол. Мои слёзы окропляют сценический костюм и я прекращаюсь в панду. Всю боль я выплеснула в нашу комнату после концерта. Теперь я ощущаю лишь пустоту.       Тянусь губами к новой знакомой, я ведь даже имени не спросила. Она уворачивается и наклоняются к уху:       -Я сделаю это, когда ты будешь трезвей.       Надеюсь, что я больше никогда не буду трезвой. Продолжаю танцевать и вливаюсь в эту массовку моей трагикомедии.