Кукла

Быстрое течение мелкой речки несло свёрток из плотной тёмной ткани. Свёрток изрядно истрепался: его то и дело подкидывало на порогах, било о выступающие из воды камни. По берегу, спотыкаясь и поскальзываясь на мокрой гальке, бежала девочка лет восьми. В руках у неё была большая берёзовая ветка, которой она пыталась подтянуть к себе свёрток. Мелкие камешки попадали в сандалии, царапая нежную кожу острыми краями, и девочке приходилось, прыгая на одной ноге, вытряхивать их. На маленьких пальчиках уже появилось несколько царапинок. В конце концов свёрток прибило к берегу. Девочка бросила ветку в воду, подобрала свою добычу и отошла от берега, так как ледяные брызги неприятно холодили кожу. Усевшись на согретой солнцем траве, девочка развернула ткань и принялась рассматривать находку. Это была потрёпанная тряпичная кукла. К голове пришит чепчик, под которым не было волос. На ладошках и ножках чёрными нитками обозначены пальчики. Одета кукла в дырявое голубое платье с рюшечками на рукавах и подоле. Лицо её было самым примитивным: вместо глаз вышиты два чёрных креста, нос не отмечен вовсе, а рот — простая полоска. Девочка без тени страха или отвращения улыбнулась кукле, с которой падали и разбивались об упругие травинки мутные капли. К одежде игрушки прилипли песок и грязь. Девочка подошла к воде, чтобы почистить находку. Закончив, девочка отправилась в обратный путь. Родители, должно быть, волнуются, ведь она не сказала им, куда и зачем ушла. Родители решили выбраться за город всей семьёй; им нечасто удавалось удавалось провести время вместе. Девочка вышла на лужайку, где мама уже убрала с земли скатерть в красно-белую клеточку и корзинку с едой и напитками. Папа всё ещё сидел на раскладной табуретке, уткнувшись в книгу и держа пальцами истлевшую сигарету. — Света! Я кому говорила никуда не уходить? — повысив голос и строго посмотрев на дочь, повернулась к ней мама. Её взгляд опустился на куклу. — А это ещё что такое? — Кукла. Я в реке нашла, — потупившись ответила девочка. Женщина, скорчив брезгливую гримасу, двумя пальцами взяла игрушку и с непониманием посмотрела на дочь. — Выбрось эту гадость. — Нет. Она моя. — Ты уверена, что она тебе нужна? Дома игрушек не хватает? — Уверена. Нужна, — Света прижала к себе куклу. На груди девочки появилось мокрое пятно. Девочка не понимала, чем её новая игрушка не угодила маме. Свете кукла казалась милой и красивой. Простая, тряпочная, но всё равно очень красивая. — Ладно. Поехали. И как домой вернёмся, постирай это, — взяв дочь за руку, мама отвела её в машину. По дороге домой Света прижимала к себе игрушку и гладила по голове, рассказывая сказки; иногда она прижимала куклу лицом к стеклу, чтобы та тоже посмотрела на проносящиеся мимо пейзажи. Света любила смотреть в окно во время поездок. Сливающиеся в пёстрое зелёное полотно кусты и деревья и возникающие на их фоне поле, телефонные столбы, одинокие дачные домики и поросшие тиной водоёмы притягивали её внимание. Она не заметила, как пролетело время, и машина припарковалась возле знакомого подъезда. Свете дали ключи от квартиры, и она побежала по ступенькам на свой этаж выполнять доверенную ей задачу. Предвкушая весёлый, полный игр с новой куклой вечер, она, забыв про осторожность, споткнулась о последнюю ступеньку. От боли и обиды на глазах выступили слёзы, но девочка быстро стёрла их ладонью и поковыляла к входной двери. — Сама виновата. Сколько раз тебе говорить, внимательней надо быть и смотреть под ноги? — сказал папа, бросив дочери укоризненно-сочувствующий взгляд. — Как же ты так, солнце моё? — засуетилась мама и принялась промывать и мазать зелёнкой разбитую коленку. — Больно, — промямлила дочь, прижимая к себе сырую игрушку. — Давай куклу сюда, сейчас в машинку закину. Постирается быстро и к утру высохнет, — женщина выхватила из рук дочери игрушку, ещё раз с отвращением посмотрела на мерзкую находку и бросила в стиралку. — Но я хотела сначала поиграть с Кристиной. — Завтра поиграешь. Твоя Кристина перестанет пахнуть тиной, и с неё перестанет сыпаться грязь. Играть будет гораздо приятней и веселей. Света пробурчала что-то неразборчивое и ушла к себе в комнату. Со старыми куклами играть было неинтересно, но ничего поделать девочка не могла. Лёжа в постели, она с нетерпением ждала утра, когда наконец-то сможет поиграть с Кристиной. На следующее утро мама проводила мужа на работу и заглянула в комнату дочери. К её удивлению, жуткая кукла лежала на подушке рядом со Светой. Девочка крепко спала. Решив, что дочка не удержалась и забрала игрушку к себе, едва все улеглись спать, женщина пошла на кухню. На приятный аромат свежеиспечённых блинчиков пришла сонная Света. — Доброе утро, — зевая и потирая глаза, она села на стул и пристроила куклу на коленях. — Доброе утро, солнышко. Почему всё ещё в пижаме? — мама поставила перед дочкой тарелку с двумя аппетитными блинчиками. — Потом переоденусь, — отмахнулась Света и принялась за завтрак. — Как твоя коленка? Не Болит? — Неа. После завтрака Света переоделась в сарафан и отправилась во двор — знакомить Кристину со своими подружками. На лавочке сидели две девочки и играли с плюшевым медведем и котёнком. — Лида, Маша, знакомьтесь — это Кристина. Кристина, знакомься — это Лида и Маша, — Света подошла к подружкам, держа куклу перед собой. — Она страшная, — девочки попятились. — Где ты её взяла? — Я её из реки выловила, когда вчера мы за город ездили. Кристина говорит, что прошлая хозяйка не любила её и решила утопить. — Я бы тоже такую уродливую куклу выкинула, — Маша подобрала своего медвежонка и отошла от скамейки. — Меня она пугает, — Лида со своей игрушкой последовала за подругой. — Кристина не страшная! Она красивая! Вы просто вредные и хотите её обидеть! — Мы не вредные! Твоя Кристина на самом деле очень страшная. И улыбка у неё жуткая. И глаза. — Это вы страшные! Даже не хотите попробовать поиграть с ней. Не хочу больше с вами разговаривать. Света топнула ногой, показала девочкам язык и побежала домой. Она не понимала, почему они ведут себя так же, как и её мама. Она дружила с Машей и Лидой с детского сада, они всегда были вместе и поддерживали друг друга. Но почему сейчас они повели себя так отвратительно, Света не знала. — Что случилось? — выглянула из кухни мама и недоумённо посмотрела на дочь. — С девочками поссорилась? — Да. Они сказали, что Кристина страшная и жуткая. Не буду больше никогда с ними дружить. Вредины. — Не переживай. Всякое бывает. Скоро помиритесь. — Не помиримся. Кристина говорит, что мне не стоит общаться с такими злыми людьми. Лучше я буду только с ней дружить. Она обещает, что не бросит меня. Женщина глубоко вздохнула. Новая кукла дочери ей не нравилась. Но Света светилась от счастья, играя с Кристиной, и поэтому она не решилась отобрать игрушку. Ещё и бурная фантазия ребёнка настораживала: иногда девочка слишком далеко заходила в своих «беседах» с игрушками, что, казалось, перестаёт различать игры и реальность. Прошло несколько дней. Мама надеялась, что за это время интерес дочери к новой кукле угаснет, и у неё появится возможность избавиться от жуткой игрушки. Но всё вышло совсем не так: Света забросила всех своих старых кукол и плюшевых зверей и играла только с Кристиной. Перед сном женщина читала Свете сказку и спросила про разбитую коленку. — Не болит. Только чешется очень сильно. Мама осмотрела коленку дочери, провела пальцами по бледно-зелёной области. Не было ни царапинки, только кожа в этом месте была какая-то странная на ощупь: шероховатая, будто мешок из-под муки. «Просто корочка на ранке такая», — успокоила она себя и, пожелав ребёнку доброй ночи, пошла спать. Света целыми днями сидела дома и играла с Кристиной. С Лидой и Машей она так и не помирилась, других друзей у неё не было, а играть в одиночестве на улице было скучно. Мама ушла на работу, папа уехал в командировку несколько дней назад. Поначалу девочке было одиноко, но Кристина помогла ей избавиться от этого чувства. Услышав скрип открывающейся двери, девочка побежала встречать маму. — Как ты тут? Всё хорошо? — мама поставила на пол пакет с продуктами и погладила дочь по голове. — Хорошо, — девочка рылась в пакете в надежде найти что-нибудь вкусное. — Сладкое после ужина, — женщина строго посмотрела на жевавшую печенье дочь; крошки сыпались на голову прижатой к груди куклы. Мама отнесла пакет на кухню. — Ты свою Кристину крошками засыпала, — она взяла у дочери игрушку и отряхнула. Она собиралась вернуть куклу Свете, но заметила странное пятно на ноге куклы. Будто неаккуратная заплатка, пятно было гладким и, если не приглядываться, почти незаметным. — Чем ты уже успела её испачкать? — она провела пальцем по пятну. — Я не пачкала. Так и было. — Ладно. Сейчас постираем. — Нет! Кристина не любит воду. — Почему не любит? Она хочет быть грязнулей? —подмигнула мама дочери. — Потому что её пытались утопить. И теперь ей неприятно находиться в воде. — Не выдумывай, — отмахнулась мама и положила игрушку в стиралку. — Я не выдумываю! Она мне сама всё рассказала! — Хватит! Хватит! К утру твоя Кристина высохнет и снова будешь с ней играть. Света обиделась. За ужином она игнорировала маму, делая вид, что вовсе не замечает её. Девочка даже отказалась от любимой сказки на ночь. Утром мама сняла с батареи куклу и, осмотрев её, испугалась. Пятно не исчезло, а расползлось по всей ноге игрушки. Гладкое, будто кожа. Выронив куклу, женщина побежала в комнату дочери. Девочка лежала на кровати, скинув с себя одеяло, и, казалось, не дышала. Наклонившись к лицу ребёнка, мама услышала слабое дыхание. Она с ужасом посмотрела на ногу девочки, полностью покрытую шероховатой кожей. «Прямо как та кукла!» — страшная мысль вызвала панику. Женщина поспешила на кухню за телефоном, собираясь вызвать скорую. Она споткнулась о коврик в коридоре и упала, ударившись головой о тумбочку. Когда мама пришла в себя, день уже приближался к вечеру. Опираясь о стену, она с трудом поднялась. Приложила пальцы к затылку, на них осталась кровь. Восстановив в памяти последние события, мама поплелась в комнату Светы. Вместо девочки на кровати лежала уродливая тряпичная кукла. Из некоторых швов торчала вата, и выползали мелкие жуки. Рядом лежало то, что когда-то было куклой, полностью покрытое кожей. На лице Кристины вместо человеческих глаз находись два вышитых креста. Кристина повернула голову к женщине и растянула губы в хищном оскале.