Выключите

Распущенные рыжие кудри Нила выбрались из ванной, прикрывая его глаза в непринужденном совершенстве. Он был одет в одну из рубашек Эндрю, которые он растянул, и боксеры. Прежде чем пар успел нагреть комнату, Эндрю понизил температуру до 20 градусов и услышал, как заработали вентиляторы. Эндрю забрался в кровать, Нил вскоре последовал за ним, стоя перед ним с широко раскрытыми глазами. — Пялишься. — Я знаю… Эндрю? — спросил Нил. — Хм? — Эндрю признал Нила, его глаза были закрыты из-за того, что он весь день простоял на ногах. — Да или нет? — К чему? — Эндрю открыл глаза, чтобы изучить выражение лица Нила. — Я хочу снова держаться за твою руку. Я хочу снова поцеловать тебя. — Нил, я не думаю, что ты сейчас в здравом уме. Да, это первое, но я сомневаюсь в твоей способности справиться со вторым. — Если уж на то пошло, я в более здравом уме, чем тот, в котором я находился последние несколько недель, — утверждал Нил про себя. Эндрю обдумывал аргументы Нила. Наконец, он сдался. — Да, — и он прижался губами к губам Нила. Какое-то время поцелуи были мягкими, извиняющимися, боль прошедшего дня исчезала с каждым мгновением, когда они смыкали свои губы. Нил снова провел большим пальцем по неровным линиям предплечья Эндрю. Он старался, чтобы его прикосновения были легкими, хотя рот начал предавать его. Затем Эндрю и Нил, казалось, начали терять себя в блаженстве, которое они создавали друг с другом. — Где? — Нил задыхался между вдохами. — В любом месте выше моей талии, — ответил Эндрю, его дыхание было ровным, но голос напряженным, выдавая, что он контролирует ситуацию. Прошло почти две недели с тех пор, как они вот так оставались наедине. Отстраненность Нила не помогла ни одному из них. Нил запустил одну руку в волосы Эндрю, а другой вцепился в мышцы, обхватывающие его плечи. Эндрю поднял одну руку, чтобы ухватиться за изгиб между головой и шеей Нила, а другой провел по шрамам на его рубашке. Им не нужен был секс, им просто нужно было быть рядом, напоминая себе, что все в порядке. Нил проводил поцелуями по линии челюсти Эндрю и вниз по его шее, наслаждаясь каждой дрожью, вырывавшейся из его тела. — Дурацкий шейный… фетиш, — проворчал Эндрю. Нил проигнорировал его, проведя губами по обнаженной ключице. Эндрю склонил голову к шее Нила и отплатил ему добром. Он провел губами по каждому сантиметру кожи, который смог найти. Нил потерял способность думать. Они пришли в комнату поздно, может быть, в три или четыре часа ночи, и все остальное время провели в темноте, целуясь и проводя губами по коже друг друга. Они не ложились спать, пока не взошло солнце. Эндрю хотел, чтобы солнце ворвалось в окно и снова зажгло волосы Нила. Он хотел быть уверенным, что Нил переживет эту ночь. Когда глаза Нила закрылись и дыхание выровнялось, он позволил своему телу сделать то же самое. Скоро первокурсники вернутся, и команда окружит Нила безмерной любовью, а пока он решил позволить себе отдохнуть, как ему показалось, впервые за долгое время. Он мог отдохнуть, зная, что с Нилом все будет хорошо. Он мог отдохнуть, потому что знал, что с ними все будет хорошо.