Робот и несовершеннолетний нарушают закон

Наташа поправила воротник на рубашке Ампера, чтобы ткань не забилась между панелями робота на шее. Вечно Ампер пытается всем доказать, что он может вести себя как человек. - Я волнуюсь, - признался робот, когда они вышли на автобусной остановке. - С чего бы, Амир, - отозвалась девушка, роясь в своей сумочке, - ты выглядишь замечательно. Она любила называть робота этим именем. Ампер выяснил у Роджера, что это своеобразное хобби Наташи – давать всем имена, созвучные с их, если можно так выразиться, оригинальным. Так Роджер у Наташи был Родионом, Ампер – Амиром Её соседу по квартире, французу Суливану, досталось имя Сулико. Как объяснила сама девушка, уж больно хорошо наигрывал Суливан на своем пианино грузинские мелодии. - Вдруг он из этих… - Ампер демонстративно поежился и прервал фразу. - Я тебя уверяю, - они подошли к небольшому магазину с деревянной вывеской «Земной антиквариат», - он ещё не в том возрасте, чтобы быть одним из этих, Ампер. Так что не перегревайся. Ты ему понравишься, вы подружитесь, наладите переписку, и у тебя будет ещё один человеческий друг. Для робота звучит неплохо, скажи? Ампер хотел спросить Наташу про «не тот» возраст, но не успел. Девушка уже завела робота внутрь. Будучи только в двух магазинах, одним из которых была аптека, Ампер был весьма впечатлен тем, как магазин выглядел изнутри. Поразительное количество людских безделушек: от старых деревянных кукол, явно не предназначенных для игр, до печатной машинки в небольшом чемоданчике, на которую уже успела положить глаз Наташа. Шесть керамических слоников, стоявших на уровне глаз робота, выглядели довольно интересно, Ампер не видел подобных вещей ни в квартире Роджера, ни в Наташиной квартире. Осторожно дернув девушку за рукав кофты, робот указал на слоников. - Неплохо, - подметила Наташа, дотрагиваясь пальцем до одного из них, - гжель. Ну, или попытка создать гжель. Они какие-то зеленые, если присмотреться. Алексей Михайлович бы не одобрил. - Который Романов? – спросил робот, тоже чувствуя в себе желание что-нибудь потрогать. - Именно! Напомни-ка его года правления, - Наташа не нуждалась в ответе, зная, что получит четкое «1645-1676». Уж больно ей нравилось то, что Амперу интересно выслушивать её рассказы об истории России. Девушка никогда бы не признала, но она скучала. Пребывание на Вивьорне больше не казалось для девушки попыткой межпланетной аферы. Теперь она воспринимала это как пытку. Наказание только для неё. Ничего кроме города, звездного неба и холодного белого пейзажа за пределами био-куполов. Конечно, купол, охватывающий территорию размером с московскую агломерацию, таил в себе большое количество интересных мест, но Наташа, уставая в университете и бегая по музеям, просто не находила времени, чтобы исследовать свой же купол, где она жила, и где находился корпус её факультета. За эти два года пребывания на далекой планете, девушка соскучилась и по закатам, и по облакам, и по туману, и по лесу. Она даже подумывала все бросить, нарушить сделку и улететь домой. Но, периодически одергивая себя, она забывала на какое-то время об этой идее и возвращалась к учёбе и работе. Слишком большие усилия она приложила к тому, чтобы оказаться здесь, поэтому решила идти до конца. Заметив, как Ампер вертит в руках коробку, девушка улыбнулась. Вряд ли бы у нее получилось встретить на Земле такое чудо инженерии. Ампер походил на большого ребенка, особенно когда дело касалось исследования окружающего мира. Он с большим удовольствием рассматривал, сканировал и трогал. С интересом слушал бесконечные трактаты Роджера о физике, рассказы Наташи о русских царях, даже истерические припадки Суливана он выслушивал, анализировал и потом повторял все ругательства, в порыве злости выкрикнутые французом. Наташа, познакомившись с Ампером, даже немного забыла про то, что отбывает здесь наказание. Ей было чем заняться – рассказать Амперу всё, что она знала о мире людей. Долгая жизнь на Альбони в подпольной лаборатории для робота явно не подразумевала библиотеку, ключ от входной двери и подключение к межпланетной сети. Бесконечная работа, уборка, проверка света и газа… Тоска зелёная, Наташа бы тоже сбежала от такого. Однако для Ампера вечных рассказов, прогулок и просмотров советских фильмов по четвергам явно было маловато. Ему было нужно общение. Причем не с тремя людьми. Поэтому, проведя небольшое исследование своего круга общения, Наташа нашла идеального кандидата в друзья Амперу. Собственно, за этим она и привела сюда робота в этот субботний полдень. - Итак, Ампер, - резко развернув робота к себе, Наташа приблизилась к нему максимально близко, - слушай меня внимательно. Тот человек, с кем я тебя сейчас познакомлю, похож на целлулоидную плёнку. Понимаешь, к чему я? - Он безумно старый? – спросил Ампер. - Нет, нет, нет, - Наташа отпустила плечи робота, - он легко загорается. Не буквально, конечно, но, если ему в голову придёт идея, он расшибется, но попробует. Так что никаких сомнительных идей в его присутствии. Вы оба не всегда можете понять, где в речи проскальзывает сарказм. Вы точно подружитесь, - девушка сменила тон на более оптимистический, - пошли. Они вышли к кассе, за которой никого не было. - Элиджио, будь другом, выйди на свет, - позвала Наташа. Роботы не умеют удивляться, это знают все. Но Ампер и эту аксиому нарушил, когда из-под высокого прилавка показалась голова с двумя прищуренными карими глазами. - Male russo e nuova vittima, - прошипела голова. - Выключи Сатану и выйди поздороваться как нормальные люди, - рявкнула девушка, и перед ней тут же появился обладатель этой кудрявой головы, - Ампер, познакомься с Элиджио, - обратилась она к роботу и взяла его за правую руку. Она взяла человека (точнее человечка, настолько маленьким он казался рядом с Наташей) за правую руку тоже и соединила руки робота и человека вместе. - Давайте, делайте взрослое человеческое рукопожатие, Элиджио, этот тот самый робот-рок, про которого я тебе рассказывала… - Как ты меня назвала? – перебил её Ампер. Но девушка уже упорхнула за стеллаж с книгами, бросив в их сторону короткое «скоро буду».

***

- Робот-рок значит, - Элиджио оценивающе посмотрел на Ампера, - кто собрал? - Альбонский Завод, - непринужденно ответил робот, тоже оценивая парня взглядом, - а тебя? - О таких подробностях моей жизни тебе знать необязательно, - отрезал Элиджио, понимая, что его поведение копируют. Он был слегка ошарашен тем, насколько большим оказался робот. Он бывал в мастерских факультета робототехники, самые большие роботы, которых собирали студенты, были не больше тумбочки, а это… Если бы не белый цвет корпуса и слегка механизированный голос, то Элиджио бы принял Ампера за человека. - А кто тебе имя такое дал? – спросил он, отходя к окну и с ужасом наблюдая за тем, как походка робота точно повторяет его. - Мой человек, - не без гордости сказал робот, тоже вставая возле окна и принимая точно такую же позу, - твоё имя тоже необычное. Явно не из Третьей Языковой Системы. Твои создатели из земного рода? - Я сам на Земле родился, - с каждой секундой Элиджио чувствовал все больше и больше дискомфорта при общении с роботом. Как будто напряжение в воздухе росло, стены сжимались, а стекло в оконной раме вот-вот бы лопнуло. Прикусив губу, Элиджио не нашёл в себе силы продолжить. Ампер сделал неутешительный вывод для себя – человек заглох. Прямо перед ним. Причём так странно, как будто он перегрелся. Ещё и щёки его вспыхнули так, как будто индикатор температуры решил всем показать то, как сильно человек перегрелся. - Ты какой-то слишком красный, - несвязно произнёс Ампер, пытаясь потрогать Элиджио, чтобы установить его температуру, - микросхемы перегрелись? - Н-ничего у меня не перегрелось, - попытался отстраниться тот, но сделал неудачное движение, ударился локтем о низкий подоконник и тут же сжал руку от боли, - dannazione! - Ti ha fatto male? – вырвалось у робота прежде, чем он сумел определить, на каком языке он говорит сейчас. - Sì, как будто тебе не больно, когда ударяешься о нерв… - У меня нет нервов, - пожал плечами робот, протягивая Элиджио руку, - я же робот. Два карих глаза смотрели на него с неподдельным удивлением на этот раз. - А чем же ты чувствуешь, если не нервами? Взвесив все «за» и «против», Ампер решил, что этот человечек точно не сдаст его альбонской полиции, поэтому снял одну перчатку и растопырил пальцы перед Элиджио. - Сенсоры. Повсюду. Очень много, - объяснил робот, - я могу потрогать вещь и определить её качество и возраст. А если ещё уровень чувствительности на максимум выкрутить, то смогу в темноте движение чувствовать. - Да быть не может, - отмахнулся Элиджио, - ты ещё скажи, что можешь человека по прикосновению вычислить. - Хочешь проверить? – ехидно спросил робот, щуря глаза, чтобы было похоже на хитрый взгляд. - А давай! – Элиджио закатал длинный рукав своего свитера. Прикоснувшись к коже на руке Элиджио сперва одним пальцем, а потом всей ладонью без перчатки, Ампер наклонился прямо к лицу человека, прищурился ещё сильнее и выдал максимально топорным голосом: - Сканирование завершено. Элиджио Бьянки-Бандинелли, дата рождения – тридцать первое марта, 2658 год, шестнадцать лет, знак зодиака – Овен, место рождения – Италия, в целях конфиденциальности город не указывается. Что-то ещё? Я смотрю, твой последний твит был про… - Вот это точно конфиденциальная информация, - замахал руками Элиджио, - и ты это по одному касанию узнал? Ампер прикрыл лицо руками, чтобы сделать вид, будто он подавляет смех. - Нет, что ты. Я посмотрел на твой бейдж с именем и фамилией, тут же указан твой возраст, а по сканированию лица я сумел найти тебя на фотографиях в Интернете. Ну и с числами простая арифметика, калькулятор и календарь прилагаются к каждому роботу. Кстати, крутую дату выбрали, чтобы собрать тебя. - Ага, - кивнул Элиджио, - ещё и ростом вышел. Тут они посмотрели друг на друга. - Постой, мы говорим про одного человека? – спросил Элиджио. - Двадцатый век, пятьдесят пятый год, - подхватил его вопрос Ампер. - Невероятно, - выдохнул Элиджио, - школьная форма. - Моему человеку нравится его стр… - робот прервался, - данные удалены. - Гитара, она просто… - Элиджио остановился, чтобы взять побольше воздуха. Ещё на секунду повисло молчание, и вот они оба трещали вовсю о музыке и группе из далекого двадцатого века. Наблюдая за ними, Наташа очень довольно улыбнулась и, еще минут двадцать простояв возле печатной машинки, дождалась телефонного звонка из университета, вышла из своего укрытия и, объявив, что у них ещё много дел, предложила Амперу обменяться номерами с Элиджио. - А мы уже, - радостно прощебетал Элиджио, - ну сделай так ещё раз, per favore, Ампер. И робот сжал ладонь в кулак так сильно, что из неё вылетело несколько электрических искр. - Невероятно, - восторженно выдохнул парень, тут же хватая Ампера за другую руку, - ты должен прийти ещё раз, я запишу каждую твою шестерёнку на диктофон! - Зачем? – спросили Наташа и Ампер вместе. - Это для искусства, - важно произнёс Элиджио. Решив, что всё серьёзно, Наташа пообещала Элиджио, что обязательно приведет Ампера еще раз. Желательнее в нерабочее время, чтобы у них было больше времени поболтать. Когда Наташа и Ампер шагали вместе к Музею Современного Искусства, где Наташу уже поджидала её группа, девушка что-то говорила про то, как легко сошлись Ампер и Элиджио, но робот не особо слушал её. В его голове уже складывались будущие диалоги с новым человеческим знакомым.