lost cause

       Джисон нервно дёргает ногой из-за чего вечно сбивается с ритма. Телефон в заднем кармане не издал и звука за трое суток, а единственный, кто мог ему написать, точно такое же время не появлялся на репетициях. Странно было даже то, что Минхо не отчитал парня за вечный спам – он просто не читал его. Но Хан продолжал думать в положительном ключе, старший мог просто уйти в запой и выключить на телефоне звук, а может и вообще потерять его. Да и Хёнджин сказал бы ребятам, если бы случилось что-то страшное. Однако Джисон выпил уже целую пачку успокоительных, пытаясь тем самым заглушить тремор от очередного приступа тревожности, который застал его прямо на середине песни. – Так не пойдет, – тяжело вздыхает Чан, потирая глаза и до боли сжимая переносицу двумя пальцами. – Один куда-то пропал и не берет трубку, второй в ритм попасть не может, третий вообще спит за установкой. – Да я блин вчера до 6 утра долги писал по истории, – нудит Чанбин, подавая хоть какие-то признаки жизни впервые с начала репетиции. – Я ж не виноват, что помимо контракта у меня еще и диплом на носу.        Задний карман джинсов завибрировал, чего Хан в начале и не заметил, так как пристально изучал свои пальцы, пока парни выясняли у кого жизнь труднее – у выпускника бакалавриата или у очень умного идиота, который решил пойти в магистратуру. Кое-как выудив телефон предательски потными руками, Джисон распахнул глаза, а после посмотрел на Чана, думая, стоит ли сообщать ему в таком настроении, что пропажа нашлась, вроде как живой и трезвой. – Может, сделаем перерыв, часа так на два-три? – когда распри наконец закончились, парень сунул руки в карман толстовки, пряча наличие телефона и сообщения Минхо в нем. – Мне бы струну поменять, а то кажется лопнет вот-вот.        Старшие кидают что-то вроде "делай что хочешь" и Джисон засчитывает это за согласие, подбирая свой рюкзак и покидая здание универа. Пока он стоял на автобусной остановке, его глаза снова и снова бегали по сообщению, пытаясь выудить чуть больше информации из трех простых предложений с опечатками.

"я проебался. приедь, забери меня. пожалуйста." —

       Звонок на ощупь кажется ледяным, а тот факт, что звонить в него приходится уже десятый раз, не нравится Джисону куда больше. В других случаях он мог бы просто уйти и остаться незамеченным, как делал уже тысячу раз, но просьба о помощи лишила его такой возможности. Сколько бы раз Хану не делали больно, сколько бы не предавали, он все равно вернется и поможет обидчикам, если те его об это попросят. Ему было до жути обидно и жалко самого себя, что с ним так поступали, и все равно он каждый раз протягивал руку помощи тем, кто, возможно, этого не заслуживал. Но в этот раз что-то внутри подсказывало, что это совсем другой случай, ведь внутри больше ничего не болело. Разве что саднило неприятным чувством тревоги, что он мог не успеть попросту оказаться рядом.        Спустя еще шесть нажатий и неприятного щебета птиц, по ту сторону наконец раздается едва слышный шорох ног и невнятное бормотание. – Чего трезвонить то, можно было и понять, что никого нет дома или вам попросту дверь открывать не хотят, – Минхо кажется парню крошечным, хотя и был выше него на полголовы, а закрытые то ли заспанные, то ли заплаканные глаза напоминали ему два бутона кроваво-красных роз. Все-таки, глаза были явно заплаканные, так как приоткрыв их и увидев на пороге Джисона, парень тут же начинает тереть их и пытается спрятать лицо в своих ладонях.        Квартира Минхо никак не изменилась с первого и последнего визита Джисона – все такой же пустынный коридор, уютная кухня и даже маленький стеклянный стол, о который парень сильно приложился головой. Дальше он еще не был – три двери вдоль коридора казались ему сейчас чем-то удивительным, ему хотелось все изучить в этот раз, открыть карту на сто процентов и забрать себе ачивку "теперь я знаю, где найти Ли Минхо". Интуиция, или же огромная надпись "KEEP OUT!", подсказывала, что самая дальняя дверь вела в комнату Минхо. Тот как раз бродил возле кухонного стола с чашкой кофе и постоянно что-то бормотал про сделку, обещания и кажется долги. Джисон просто стоял в центре квартиры и смотрел на все сразу – и на возню Ли, и на проклятый стеклянный столик, и на книжки в стеллаже, и на до жути манящую дверь с желто-белой надписью.        Сильно сжав свои волосы в кулак и откинув их подальше от лица, хозяин квартиры все-таки вернулся в реальность. Своеобразную и до жути скучную, но, к сожалению, на данный момент единственную для него реальность. Он уставился на Хана, после – на кружку с кофе в его руке, и глубоко вздохнув поплелся по направлению к своей комнате, без слов хватая гостя за руку и утаскивая за собой. – Ты там говорил про доверие и все дела, – пробираясь через тернии разбросанных вещей бормочет парень, садясь на кровать, а его рука тянет за собой послушное во всем тело Джисона. – Так вот, я совсем немножко нарушил нашу "деловую сделку". – Да-да, это я уже понял, – кивает головой парень при этом вертя ей во все стороны в попытке осмотреться. По полу валялась грязная одежда и парень лишь чудом усмотрел кусок белого ковра под ней. Следом разбитая колонка, насколько мог судить Хан, разбитая об стену, а еще он успел заметить несколько пар обуви, порванные комиксы, размазанный по подушке кошачий корм и разбитую рамку от фотографии. – В общем, ты не один хочешь мне помочь, и предрекая твою следующую догадку, нет, это не Хенджин, – Минхо наконец отпускает ладонь Джисона, чтобы подобрать замеченную ранее фотографию в разбитой рамке, и аккуратно ставит ее на тумбочку. – Только вот твои попытки помочь не такие агрессивные и садистские, как у моего отца.        Хан нервно поджимает губы, что теперь они кажутся одной тонкой полоской, и отводит взгляд вниз на кусок белого ковра, замечая там уже засохшие следы крови. Минхо вряд ли начнет изливать ему свою душу и рассказывать о всех прелестях жизни с его отцом, но заполнить эту до жути напрягающую паузу в диалоге тупой шуткой Джисону не позволяет совесть. Парень еще раз пробегает взглядом по всем испорченным вещам в комнате и тяжело вздыхает, прежде, чем озвучить свои мысли. – Переезжай ко мне, – упираясь руками в матрас кровати и закидывая голову к потолку, излагает он, не особо думая о последствиях. – Даже кота своего взять можешь, обещаю, буду кормить обоих. – Кота? – после двухминутной тишины спрашивает Ли, искоса смотря на Джисона. – Ну, у тебя кошачий корм по подушке размазан, – немного удивленно кивая в сторону уже не белой наволочки, бормочет младший. – Или это собачий? – Кошачий, – снова отворачиваясь, говорит Минхо и его голос становится немного мягче. – Я уличных котов подкармливаю.        Младший переводит свой взгляд обратно на потолок и замолкает. Изначально, Ли не предполагал, что просьба о помощи выльется в возможность съехать от отца. Он думал напрячь Джисона уборкой в комнате или еще что, но сегодня мисс Фортуна явно приготовила ему подарок получше этого. – Ты это серьезно говоришь? – Джисон слышит, что голос парня снова сменился на обычный, грубый и с вызовом. Он двигается поближе к краю кровати и садится почти вплотную к Минхо, пытаясь разглядеть его лицо и понять, какие эмоции тот испытывает. – Вполне, – улыбка Хана кажется немного квадратной, а передние зубы еле заметно вылезают за край нижней губы. – Если тебя устраивает однушка с видом на железную дорогу. Зато в подарок ты получишь замечательного соседа, у которого, совсем малость, имеется тревожное расстройство.