Из-за тебя

      Прозвенел звонок на урок и предполагалось, что я должен был слушать увлекательную генетику следующие несколько десятков минут. Но всё пошло не по плану. Он и планы — это в принципе понятия несовместимые.       Его пальцы охватили мой бицепс и даже без слов я понял, что конец дня я проведу по его правилам.       — Мы планируем сбежать. Ты как?       Я не пропускал уроки. Он был тем, кто может уйти со школы посреди рабочего дня, но я не был таким парнем. И тем не менее, когда дело касалось его, законы в моей голове переставали существовать.       — Нужно успеть до звонка.       Я захлопнул шкафчик и двинул по направлению к ребятам.       — Парни на своих мотоциклах?       — Да, — он оглянулся в поисках учителя.       — А ты? Тебя ведь водитель привёз?       Он кивнул.       — Я поеду с тобой.       Он не спрашивал. Он никогда не спрашивал. Брал, что хотел. От жизни, от окружающих, от меня…       Когда мы подъехали к загородному дому одного из наших друзей, я сразу же услышал звуки типичной вечеринки.       Не люблю их, но раз уж я здесь, не стоит делать кислую мину — только привлеку к себе больше нежеланного внимания. Взять стакан с непонятной жижей и слоняться туда-сюда — лучшее решение.       Ему же, напротив, всё нравилось. Взгляды, прикосновения, всеобщее внимание. Всегда в центре внимания. Плевать на повод. Плевать на окружение. Даже в те минуты, что мы проводили вдвоём казалось, что его обволакивает что-то большее, что-то, к чему мне — простому смертному — нельзя и прикоснуться.       Прикоснуться…

      ***

      Прикоснуться так, как это делает высокий брюнет атлетического телосложения. И так, как второй парень. Тоже брюнет. Кажется, сложился определённый тип любовников.       На одну ночь. У него всегда так. «Не загорается» — его стандартное объяснение.       А я при этом сгораю. Из-за него. Каждый раз. Которых несчётное количество.       Почему не могу сказать ему, что это меня раздирает? Эта чёртова любовь, что обвивает мою шею подобно петле.       Он цепляет мой взгляд своим, затуманенным похотью. Пока чужие пальцы с силой водят по его груди, чей-то язык играет с его кадыком и даже непонятно чьи руки нетерпеливо шарят в его расстёгнутой ширинке.       А если скажу? Наберусь смелости… Я смогу проделывать всё то же? Только я и только он. Никого больше. Я мог бы стать лучшим для него. Достигну всего. Даже непостижимого. Чего бы не пожелал… Потому что я практически растворил себя в нём. Без осадка. Одно целое.       Смотрю, а ноги становятся ватными. Не хочу видеть. Где-то слева тянет, вблизи к рёбрам. Кажется, расплачусь. Пошёл бы ливень…       Тяжело дышу. И он тоже. Давление подскакивает. На его скулах проступает румянец. В темноте не видно, но я точно это знаю.       Почему не отвожу взгляд? Завидую этим двоим не пойми от куда взявшимся парням? Представляю на их месте себя? Нет… Я бы всё делал не так. Хотя я, наверное, вообще ничего не сделал бы. Стоял бы столбом. Как под кайфом. Как сейчас. Как всегда. Спускаю на тормозах все эти грёбаные чувства, которые никому не нужны. В которых тону и даже не зову на помощь.       А в пору орать «SOS». В пору орать «люблю тебя». В пору орать «зачем ты со мной это делаешь».       Что-то брызгает на ногу. Неужели уронил стакан с чем-то красным или розовым? Нет. Кто-то прыгнул в бассейн. Смотрю на своё сотрясающееся отражение в чём-то алом или даже багровом. Как зеркало в пластиковой рамке. Как убого…

      ***

      Поднимаю глаза и не нахожу твои. Он держит твою руку и ведёт в дом. Второй идёт следом. И я следом. На всякий случай. Просто на случай, если понадобится помощь. Всё равно больнее не будет. Ты меня приручил. И приучил к греху. И к себе. Хотя, ты и есть грех. По крайней мере для меня.       За дверью слышу возню. Что-то падает и, кажется, разбивается. От вас ни звука. От меня ни вдоха. Ни выдоха.       Зачем я это делаю? И ведь не впервые. Но вдруг и правда нужна будет помощь? Я ведь смогу помочь.       Ты с ними, а я один. В голове пусто. Ты отдаёшь себя им, а я не чувствую себя живым.       Твои стоны, рвущаяся упаковка, шлепки. Я играю со смертью. Шипит на меня, как змея. Но не укусит. Ей такие болваны не нужны.       Всё заканчивается быстро.       — Уйдите от сюда.       Твой голос не такой. Я привык слышать его другим.       Они выходят. На ходу застёгивает ремень, а другой натягивает футболку, расправляя складки на животе.       -А ты долго там стоять будешь?       Со мной говоришь так же. Ты никогда со мной так не говорил. Что это значит? Это всё из-за них? Или из-за меня?       Слышу твой смех. Никак не пойму его природу. Стеклянный. Отбивается, как о кафель. Как капля разрезает лужу в полной тишине.       Делаю шаг, второй. Прекращаю подсчёт после шестого.       Ты выглядишь плохо. На лбу испарина. Под глазами какие-то синяки.       — Ты плачешь?       Что с ним случилось? Что они с ним сделали?       — Опять стоишь.       Ты шепчешь. А потом сразу же кричишь. Так громко и так больно.       — Почему ты, чёрт возьми, ничего не делаешь?       Во рту становится кисло?       — Почему ты не можешь дать мне хоть каплю уверенности?       Почти умываешься слезами. А мои ноги леденеют, как будто внизу холодный мокрый пол.       — Почему я с каждым днём убеждаюсь, что всё это зря?       На окраине сознания мерцают догадки. Пронизывает страх. Руки обессиленно висят вдоль тела.       Твоё лицо становится непроницаемым. И даже жестоким. С каждым тиком наручных часов.       — Это всё из-за меня?       Я не хочу знать ответ, который уже мне известен. Я всё испортил. Как я не понял раньше?       Ты никогда не говорил со мной, как с ними. Ты никогда не был со мной таким, как с ними. Ты никогда не смотрел на меня, как на них. В этом «никогда» был ты. А я не заметил.       Я смеялся тебе в глаза. Пока ты был один. Среди них. Пока я думал, что тебе нужно именно это. Лёгкость. Свежесть. Пространство. Друг.       Когда я потерял тебя в себе, тебя уже не было? Ты уже вверил себя мне?       — Это всегда было из-за тебя!       В голосе благородный металл. Серебристо-белый блестящий твёрдый осмий чистотой 99,99%. Выращенный тобой искусственным путём.       — И это было в последний раз.       Выращенный тобой между нами. Выращенный в стену.       Затягиваешь петлю на моей шее. И табуретка скрипит.       — Я всё исправлю.       — Иди к чёрту…

      ***

      1826 дней как с чертями я начал дружить лучше, чем с головой.       1460дней как демоны завладели не только телом, душой, но и собственной злобой на себя же.       1096 дней как фраза «рыть носом землю» для обретённых цепных псов стала роднее имени матери.       730 дней как любое, не твоё, тело выжигало под рёбрами зияющую дыру.       365 дней как планета взрывается от твоей улыбки, предназначенной мне.

      ***

      Это случилось из-за меня. Сейчас я могу сделать всё для тебя. В погоне за тобой я достиг много. Как и говорил. Большего, чем заслуживаю. Но меньшего, чем ты.       Пустые места — идентичны. Я отличаюсь лишь благодаря тебе. Я наполнен тобой. Отслеживая твою тень, я нашёл свет. Хотя для многих пришлось сделать его чёрным.       Я всё ещё жив из-за тебя. Теперь — лишь для тебя.       Каждое «сегодня» в этом кино, где нет сценария, я играю главную роль, только пока ты рядом.