Дерзкая. Новый старт

ЧЕГО? — крикнула я, осознавая, в какое дерьмо вляпалась, — У меня нет дома? Ступор и шок, начавшие буйствовать в голове, я преодолела с трудом. После полноценного понимания ситуации я не сдержала возгласа: — Какого чёрта?! Я схватила толстяка за воротник его грязной рубашки и встряхнула, что его, впрочем, не напугало. Он убрал мои руки и поднял упавшую папку. Его маленькие глаза, не моргая смотрели на меня. — Отправленные вами деньги не поступили на счет человека, у которого вы покупали дом. Поэтому этот дом не ваш, - он говорил почти вежливо. Но почему-то меня жутко это бесило. — Да кто ты, вообще, такой? — Я поручитель. Пришел подтвердить расторжение и забрать ключи, сказал он, а я разозлилась ещё сильнее. — Как будто я тебе их дам. Я собираюсь пойти в МОЙ дом. Я его купила. Заплатила деньгами, ради которых потратила много сил и плевать мне на хмыря-продавца, и на тебя тоже. Плевать на то, что ты говорит. Я не собираюсь больше тебя слушать. — Мы вызовем полицию, — вдруг осмелел палка, пришедший вместе с беременным хмырем. Он трусливо молчал, пока я собиралась избить хмырного «поручителя», даже не собирался ему помогать. А сейчас он угрожает мне со своим противным голосом. — Маринетт. Похоже они всерьёз, отдай им ключи, — острожно сказала Аля. — Ты на чьей стороне? — крикнула ей. — Если вы зайдете дом, то это будет считаться проникновением, и вас аррестуют, — говорил толстяк с победной ухмылкой. Я сделала вид, что успокоилась. Затем вытащила ключи, подошла к толстяку и протянула левую руку с ключами вперед. Я держала их за брелок, и они висели слегка позвякивая на уровне лица толстяка. Я дождалась, когда он протянет руку, чтобы забрать их. Затем слегка приподняла, чтобы заставить потянуться за ними и ударила в нос правой рукой. Я почувствовала такое удовольствие. Жирный слабак упал и начал жалко стонать, закрывая рукой разбитый нос. Между его пальцами сочилось много крови. — Ненормальная! — закричала Аля. Хлоя побежала к лоху, лежавшему на полу, и встала напротив палки, который пытался его поднять. Она кричала от ужаса и одновременно снимала окровавленного толстяка. — Я вызову скорую,— сказала дрожащим голосом Аля Я сделала шаг в сторону толстяка и ко. — Не подходи! — испугано сказал мне лох-палка. Он вытащил платок и дрожащими руками пытался вытереть лицо толстяка, оглядываясь на меня. Я зло усмехнулась и швырнула в них ключи, которые чуть не попали лицо лоха. В последнюю секунду он успел защититься плечом. Жалкий слизняк. Я развернулась и пошла к своей машине. Сзади Аля и Хлоя не прекращая говорили, что я ненормальная. На их стоны и крики мне было плевать. Я села и завела машину. Слушая приятные звуки мотора, я уехала из дурацкого места. Остановилась у самой дорогой гостиницы. Мне, крутой девчонке, не подходила всякая дешевка. Подождав, пока человек в форме откроет мне дверь, вошла и побыстрее пошла к кассе. Я очень хотела отдохнуть после тяжелого дня. Хотелось войти шикарную ванну и понежиться в воде, не меньше часа. А потом подумать, где купить новый дом, чтобы был не хуже предыдущего. Я вытащила золотую карту с миллиардом на счету и отдала вежливо улыбающейся девушке на кассе. — Самый дорогой номер для одного человека, — сказала ей. — Конечно, — улыбнулась кассирша. Или администратор? Никогда не запоминаю, как называется прислуга в отеле. Она прокатила мою карту по терминалу. Тем временем я ждала пока она закончит. У нее сделалось задумчивое лицо и она снова попыталась провести транзакцию. Потом снова. И снова. Повторила несколько раз. Обычно кассирши быстро все делали, но эта почему-то не возвращала карту с моими деньгами. — Заканчивай, — приказала я ей. — Сейчас, — сказала и начала стучать по клавиатуре. Закончив читать что-то на экране компьютера протянула мне золотистый пластик., — Ваша карта заблокирована, — сказала она. — Что ты несёшь? Я схватила и поставила в сумку. Лохушка несла бред. Наверняка, своими куриными мозгами не правильно снимала деньги и теперь несёт чушь. Я не собиралась терпеть тупые поступки малознакомой девицы. — Позови сюда главного, — приказала я ей, глядя в её серые глаза. — Повторяю, карта заблокирована. Не верю. Второй раз незнакомые люди мешают мне. Сначала не дали зайти домой, а теперь отказывают в гостинице. То, что она говорит — вранье. На моих картах всегда были деньги. Я стукнула по столешнице, на что девица слегка вздрогнула. — Я... Я вызову охрану! — воскликнула она с испуганным видом. — Я тебе сказала, вызови сюда главного, — угрожающе прошипела ей в лицо. Она взяла черную пластмассовую коробку и преподнесла к лицу. — Стой, — сказала ей. С меня хватит охраны и полиции. Сегодня, наверное, только ленивый не угрожал мне. Я вытерла почему-то влажное лицо и поняла, что у меня бешено стучит сердце. Плохо, похоже я нервничаю. — С чего ты решила, что карта заблокирована? — Я отправила запрос и… Она говорит, не то… Я хочу узнать другое. — Как мне убедиться в том, что ты не соврала? — не выдержав, крикнула снова. — Я не вру. Если не доверяете мне, идите в банк и спросите там. Схватив свою сумку, я выбежала из гостиницы и села в машину. Я решила проехать по городу в поисках нужного банка. Девица наверняка ошиблась или просто врёт. В банке я наверняка смогу убедиться в её тупости. Надо будет попросить выдать выписку счетов. Я их брошу в лицо тупой клуше и заставлю оформить президентский люкс бесплатно. Увидев вывеску со знакомым значком, я остановилась и припарковалась. Я подошла ко входу и толкнула дверь. Сжатые в руках ключи отстой малышки я засунула в карман. Послышался металлический стук. Я посмотрела вниз и увидела клетчатую юбку. На мне же школьная форма без карманов. Бесит. Мне пришлось нагибаться и поднимать. Почему-то было очень стыдно, я взяла ключи и увидела кнопки для блокировки. Я поднялась и закрыла машину на замок. Не дай Бог кому взбредёт украсть единственное мое имущество. Нет, не единственное. Я встряхнула головой. У меня куча денег. Я могу их снять и купить дом, и снять номер в отеле. В банке было крайне многолюдно. Я решила не поднимать шумиху и позвать ко мне клерков, а тоже постоять на очереди. В специальном терминале я взяла бумажку с номером и села в кресло. Люди вокруг меня шумели не слишком громко, их можно было терпеть. Мне никогда не приходилось ждать. Я всегда получала всё и сразу. Даже на бои меня привозили, рассчитывая сколько времени понадобиться, чтобы меня подготовить. Механический голос назвал мой номер и я подошла к нужному окошку. Там сидела женщина в зеленой форме. Я ей рассказала суть проблемы. Когда я закончила, она взяла паспорт и позвала какого-то человека. Пришедший подошел и прошептал что-то женщине на ушко, прежде чем сказать мне: — Все ваши банковские счета заблокированы. Это произошло… Я, не дослушав, вышла. Не хотела слушать, почему у меня нет моих миллиардов, за которые мне приходилось постоянно сражаться. Ради которых приходилось многое терпеть. Ради которых я так сильно старалась. Почему? От обиды у меня жгло глаза. Я почувствовала слёзы, щекочущие мои щёки. Я вытерла лицо рукавом школьного пиджака. Если меня кто-нибудь увидит, то я опозорюсь. Я поспешно села в машину. Там было тепло. Оказывается, я сильно замерзла. Я грелась, стараясь ни о чем не думать. Не получалось. Мне не оставляла покоя одна мысль — мне некуда идти. И ещё, я не могу ничего поесть и мне негде спать. У меня совсем нет наличных денег. Резко стало жарко и я начала тяжело дышать. Я положила голову на руль. - Что мне делать? Вздохнула и подняла голову. Для начала мне нужно успокоиться. Я вспомнила о дыхательных упражнениях для успокоения. Тренер заставлял меня их делать после каждого боя. Чувствуя, как расслабляюсь после выдоха, я начала осматривать машину. Мне надо искать наличные. Не может быть, чтобы их не было. Вспомнить бы, где я их могла оставить. После продолжительных поисков я их нашла. Денег было до обидного мало. Пришлось покупать лишь хлеб с кефиром. Если купила бы больше еды они бы совсем закончились. Уничтожая свой скудный обед, мне снова захотелось плакать. Потому что мне, самой крутой и классной девчонке, надо есть только самые дорогие блюда в самых шикарных ресторанах. А мне приходится питаться как нищенка. И ночевать не в постели, хоть и в шикарной машине. Пришлось уехать от банка искать место стоянки. Я нашла его под мостом, на месте, где не будет видно машины. Доев, я перебралась на заднее сиденье и легла. Спать не получалось. В голову лезли мысли о моём положении. Я без денег и дома, мне не к кому обратиться, и никто мне поможет. Ко мне начали приходить мысли о которых я не думала с детдома: "жаль, что я сирота. Хотела бы иметь маму, папу, родственников. Людей, которым не плевать на мою жизнь. Они позвали бы к себе домой, накормили и приготовили тёплую постель. Представлять подобное всегда слишком больно, что хочется плакать. Не сдержавшись, я зарыдала.