BNHA: Yandere

Bakugō Katsuki

      Кацуки медленно шёл к этому.       У парня всегда была способность критиковать существование людей без причуды, поэтому его не удивляли и не беспокоили мысли о том, что он постоянно думает о тебе. Мысленно Бакуго всегда возвращался к тому моменту, когда он спас такого никчёмного, слабого и маленького ангелочка без дара.       Но ты вызывала в нём лишь отвращение, не более.       Позже он стал почти одержим идеей снова найти тебя, постоянно патрулируя то место, где вы впервые встретились. Кацуки и сам не знает, что на него нашло, но оправдывал он это своей работой. Он ведь герой. Хороший герой. Один из лучших. Так что это просто одолжение, если уж на то пошло. Ведь маленькие и очаровательные девочки вроде тебя могут попасть в большие неприятности за короткое время, не так ли?       Через некоторое время геройство для него станет больше досадой, нежели пристрастием, потому что Кацуки будет постоянно раздражённым и не сможет сосредоточиться ни на чём, кроме вопросов — где ты сейчас находишься, чем занимаешься, с кем ты, в какой опасности ты оказалась и т.д.       Незнание о том, в безопасности ли ты сейчас или нет, — действительно действует ему на нервы.       Раздражение Кацуки усиливается и из-за других вещей, однако парень не позволяет себе беспокоиться об этом так сильно, как если бы это было связано с тобой. Например, когда он спешит навестить тебя, думая, что что-то не так, а по итогу находит тебя смеющейся с каким-то левым парнем в кофейне.       В этот момент его кровь начинает кипеть, появляется желание вырвать волосы из собственной головы, поджарив при этом кожу этого придурка, который сидел с тобой за одним столиком.       Теперь-то Бакуго будет лаять на Киришиму чаще обычного и в итоге чуть не убьет каждого злодея на работе. А что ещё хуже, так это то, что наблюдение за тобой не приносит ему облегчения. Кацуки всегда будет замечать тебя в окружении людей, которые пускают слюни при виде тебя. Только ему должно быть позволено делать это. Только у него есть право, привилегия и благословение.       Бакуго будет отчаянно нуждаться в твоём внимании, в твоей благодарности. Герой будет нуждаться в том, чтобы ты забыла всех остальных и сосредоточилась только на нём. Он будет нуждаться в том, чтобы твои глаза смотрели только на него.       Позже ты станешь свидетелем того, как Кацуки Бакуго рассеянно платит наотмашь незнакомым тебе людям в капюшонах, прося их следовать за тобой. Парень правда заставляет себя не думать об этом слишком много. Кацуки не бредит, нет.       Бакуго уверен в том, что если бы он просто пригласил тебя на обычное свидание, ты, вероятно, ответила бы положительно, но… как он может так рисковать? И что ещё более важно, если вы действительно станете парой, — Кацуки всё равно придётся делить тебя с остальным миром. Делить с этими никчёмными статистами, которые пялятся на тебя так же, как и он.       Нет… к чёрту всё это. Лучше просто взять тебя. Так безопаснее.       Парень всё больше стал разочаровываться как в себе, так и в тебе. Он расстроен, потому что смог влюбиться в то, что раньше вызывало у него отвращение. Расстроен, потому что считает, что именно твоё отсутствие причуды, вероятно, сыграло огромную роль в его увлечении. Расстроен, потому что он противен сам себе, когда получает удовольствие от твоего страха. Расстроен, потому что пути назад нет и нет желания начать всё с начала. Расстроен, потому что Кацуки слишком быстро смирился с тем, что он — монстр. А разочарован тобой, потому что ты сделала его таким.

Dabi

      Даби спит со всеми подряд. Парень не очень разборчив, поэтому его мало чем можно удивить. Однако настанет момент, когда он будет приятно заинтригован новообретённым девственным трепетом, и это заставит его действовать в соответствии со своими плотскими желаниями.       Именно так всё и началось.       Даби похож на кота: парень будет наблюдать издалека, с каждой секундой становясь любопытнее. Чуть позже он поймёт, что ему становится всё труднее сопротивляться тому, что его зовёт. Даби проведёт много времени, наблюдая за своей добычей, прежде чем сделает шаг. Парень будет фантазировать много времени, строя планы и потакая тому, что он собирается сделать с тобой в первую очередь.       Ему нравится играть. Он не из тех людей, кто отказывает себе в удовольствии, как только находит его. Он не станет отфильтровывать свои мысли, чтобы казаться менее порочным. Даби знает, кто он такой, и он не собирается скрывать это.       Именно из-за того, что парень не из тех, кто борется со своими побуждениями, его склонности к яндере берут верх намного легче, чем если бы это было с другими.       Парень не может точно определить момент, когда его лёгкое любопытное увлечение превратилось в чистую привязанность. Он не может понять, когда его фантазии о том, что ты доставишь ему удовольствие, превратились в то, что он доставит удовольствие тебе в ответ. Даби не может точно определить, когда похоть превратилась в любовь, а острый голод превратился в мягкое желание.       На самом деле всё это не имеет значения, потому что это только ускоряет его планы, его потребность быстрее овладеть тобой, взять тебя, заявить свои права на тебя и… любить тебя.       На этот раз развратным местом оказался эротический ночной клуб. Там ты была главным событием, одетое в белое и очень соблазнительное для зрителей платье. Ты пела как ангел, заставляя сердце каждого выпрыгивать из груди. Твои фальшивые жемчужные крылья, прикреплённые к спине, показались Даби прекрасными, но совершенно ненужными, так как твоя ангельская улыбка и нежный взгляд и без этого заставляли мужчин таять.       Как он может позволить себе забыть тебя, когда ты так улыбаешься ему, совсем не замечая на нём шрамы и видя только потерянного мальчика? Парень бы даже сказал, что это первый раз, когда он действительно почувствовал, что его видят, что о нём заботятся…       Ты смеялась и развлекалась так, как будто была создана для этого, создана для того, чтобы наслаждаться, в отличие от остальных артистов, на лицах которых была лишь нахмуренность. Ты была самим прикосновением небес; казалась яркой в такой кромешной тьме трущоб, в которых Даби нашёл тебя.       Парень не мог не представить, как ты будешь выглядеть под ним, когда его рука обхватит твою шею. Он не мог не представить, какой маленькой ты будешь казаться, когда окажешься у него на коленях. Какой будешь мягкой, нежной, чувствительной…       Даби задавался вопросом, была бы ты такой же милой, как на сцене, если бы он запер тебя? Возможно, ты поблагодарила бы его, проведя своими руками по его обсидиановым локонам и поцеловав каждый шрам на его теле…       Ох, если бы ты только могла любить его так, как он любит тебя…       Даби удивляется, размышляет, фантазирует, мечтает и смеётся над каждым грехом, в котором он будет полностью поглощён тобой, как только ты очнёшься ото сна и запаникуешь, почувствовав, что твои руки связаны за спиной. Ты будешь выглядеть такой… удобной, что у него чуть не разорвётся сердце (но только чуть-чуть). Терпение и возбуждение Даби слишком велики, чтобы быть одолённым чувством вины или раскаянием.       Ты обязательно будешь хорошо смотреться в его постели, как будто тебе там самое место. А парень бы позаботился, чтобы тебе тоже было хорошо.

Shigaraki Tomura

      Томура нечасто ищет средства для удовлетворения своих плотских желаний. Ему достаточно посмотреть порно, чтобы получить удовольствие. Он не желает лишний раз прикасаться к тому, что может с лёгкостью уничтожить. Слишком много трудностей и плохих последствий для этого. Оно не стоит того. Однако отказ в каком-либо удовольствии и удовлетворении сделало парня изголодавшимся по прикосновениям.       Всё это его так доконало, что на долю секунды в нём проснётся яндере, заставляя его сердце сдаться, когда он случайно наткнётся на тебя на остановке. Сначала Томура будет сбит с толку, лишён дара речи. Мимолётная мысль о том, что он, возможно, спит, трепещет в его мыслях, но легко покидает его, как только парень слегка касается твоей навязчивой жаркой плоти.       Он обязательно удивится, почему его руки не сделали то, что они обычно делают. Парень удивится, почему не смог превратить ещё одну маленькую вещицу в пыль. Томура будет задаваться вопросом, не обман ли это случаем? Не болен ли он? Не дар ли это каких-нибудь Богов, в которых он никогда не верил?       Он ничего не мог поделать с охватившим его безумием, просто стоял в полном шоке, слишком ошеломлённый, чтобы предпринять хоть что-то. Шигараки даже не заметил, как ты покинула его. Однако он уловил твою лёгкую застенчивую улыбку, которую ты подарила ему, прежде чем повернуться и пойти своей дорогой.       Было достаточно одной лишь встречи, чтобы Томура начал следовать за тобой повсюду. Он будет наблюдать за тобой со стороны, и ты, естественно, неосознанно приведёшь его в свою квартиру… Парень не станет взвешивать какие-либо варианты, он не будет думать о последствиях, он просто оставит это на потом.       Дверь, которая вела в твою квартиру, казалась такой тонкой. Естественно, что он заставил её исчезнуть с помощью своей причуды за считанные секунды. Только лишь когда Томура соберётся прикоснуться к тебе, он остановит себя. Странно, но поскольку ты единственный человек, которому парень не может причинить боль, он чувствует странное желание воздержаться от того, чтобы причинить тебе боль. И вместо того, чтобы ударить тебя каким-нибудь предметом, он накачает тебя наркотиками, чтобы вырубить.       Это какое-то сладкое безумие, гипнотическое желание, почти кататонический синдром, витающий над головой Томуры и наполняющее его разум ватой, совсем не оставляющее никакой формы контроля.       Ты будешь надёжно спрятана в его комнате с запертой дверью; начнётся дикое безумие, когда парень станет вести себя почти как ребёнок, получивший какую-нибудь вкусняшку. А всё ведь потому, что у него появилась совершенно новая игрушка, с которой можно будет поиграть.       Как и Даби, Томуру не очень волнует, что то, что он делает, — неправильно. Парень не станет подвергать это сомнению, он не позволит чему-то такому глупому, как чувству вины, встать на его пути. Он ведь сдерживался всю свою жизнь.       Шигараки действительно сочувствует своей маленькой любимице, которая прямо сейчас сидит в холодной и тёмной комнате какого-то незнакомца. Ты плакала и вздрагивала каждый раз, когда он приближался к тебе. Парень пытается быть терпеливым хотя бы до того момента, когда ты перестанешь плакать… Однако он не может нести ответственность за свой голод. Да, некоторое время Томура действительно будет сдерживаться ради тебя, позволяя тебе успокоиться и смириться с ситуацией, но самоконтроль — это не то, в чём он хорош… Особенно когда он испытывает искушение.

Shinsō Hitoshi

      Шинсо забавляло это. Всё, что ему казалось поначалу, так это то, что это развлечение… Жалкое развлечение и своего рода отдушина. Это было всего лишь бессмысленное удовольствие, почти точно также, как погрузиться в телешоу или прогуляться по зоопарку. Однако это быстро превратилось во что-то другое, во что-то более маниакальное, потому что люди не должны разговаривать с персонажами из телевизора или животными в зоопарке, и уж тем более это не должно занимать весь день.       …не столько телешоу или зоопарк, сколько, скорее, зоомагазин…       Время от времени Шинсо любил прогуливаться по магазинам, чтобы снять стресс. Особенно он любил смотреть на рыбок в одном конкретном зоомагазине, где, казалось, продавались почти одни кошачьи наполнители. И вот однажды он встретит там нового продавца — тебя. Ты показалась ему довольно привлекательной, более того, очень милой, совсем почти как маленький котёнок. Ты по-настоящему очаровательна, но твоё появление в таком месте, по мнению Шинсо, было немного неуместным, ведь… ты сама почти как домашний питомец.       Ты — неко. Он, конечно, видел таких среди айдолов, актёров и героев, но никогда не сталкивался с этим в реальной жизни. А ещё Хитоши бесчисленное количество раз смотрел неко-порно. Одержимость пугала парня первые пару раз, но потом это превратилось в незначительное удовольствие, о котором он теперь редко думает.       Видеть неко так открыто и доступно, видеть неко без унижения, как это было в порно, — несколько странно и чудесно, всё равно что увидеть фею, эльфийку или русалку.       Сначала Шинсо был немного взволнован. Глаза парня были жадно устремлены на твой хвост, который метался из стороны в сторону, почти гипнотизируя его. А когда он услышал, как с твоего языка слетело слово «сэр», Хитоши вырвался из своего тумана, задаваясь вопросом, не будет ли твой язык как наждачная бумага, когда ты будешь делать ему минет. Парень старался казаться как можно более дружелюбным, когда разговаривал с тобой, а затем почувствовал желание дёрнуть тебя за хвост, когда ты развернулась, чтобы покинуть его.       Не в силах остановить свои порывы, Шинсо злобно улыбнулся.       Ты резко остановилась, а потом и вовсе почувствовала, что кто-то провёл рукой по твоему хвосту. В дальнейшем… в дальнейшем Хитоши заставит тебя забыть обо всём, что случилось здесь, чтобы только продолжить делать это.       Теперь у парня появился повод заходить сюда не время от времени, а по несколько раз в день. Он будет потакать своим желаниям, прикасаться к тебе и играть с тобой только для того, чтобы заставить тебя забыть обо всём этом. Шинсо будет гладить твои уши, словно талисманы на удачу, будет гладить тебя по волосам, накручивая твой пушистый хвост на запястье и пальцы. Затем он поцелует тебя, доказав самому себе, что твой язык — бархатисто-гладкий и совсем не похож на гравий.       Парень укусит тебя за шею. Ущипнёт за попу. Заставит замурлыкать. Заставит забыть. Заберёт тебя. Запрёт. Посадит на поводок, а потом… потом Хитоши Шинсо заставит тебя вспомнить всё, что он сделал, наблюдая, как твоя реальность будет рушиться, словно грохот от сильного землетрясения.

Takami Keigo

      У тебя есть крылья. Крылья с белыми и шёлковыми перьями, как у ангела. У тебя есть крылья, которые слишком хрупкие, чтобы кого-либо поддерживать, но, кажется, они идеально подходят для твоей миниатюрной фигуры. Однако, несмотря на твою миниатюрность, ты далеко не элегантна, далеко не грациозна, далеко не ангел. Для Кейго ты маленькая птичка, маленькая шпионка, которая летает по улицам, сообщая ему информацию о том, что происходит здесь и там. Ты далека от совершенства, далека от человека. Дикая, выросшая на улице дрянь. Ты часто голодна и ненасытна. Ты часто бываешь очень холодной и замёрзшей. Бываешь грязной, прокуренной и покрытой ссадинами с ног до головы. Естественно, что твои крылья легко повреждаются от той несчастной жизни, которую ты ведёшь.       «Ястреб» хочет тебя ещё с самого начала, но диких тварей легко напугать, когда их заманивают в ловушку, не так ли? Однако от тёплой еды, новой одежды, душа, пластырей и тёплой постели, в которой можно спать по ночам, — трудно отказаться, когда больше некуда идти. Но несмотря на все усилия Таками, ты всегда уходила на следующее утро. Иногда уезжала на недели, даже месяцы, но в какой-то момент возвращалась, чтобы поделиться с ним новой информацией и получить любую награду, которую парень предложит тебе.       Кейго пытался двигаться дальше. Ему не нравилось, что он не контролирует ситуацию. Ему не нравилось, что он не может получить того, чего он хочет, поэтому парень пустился в загул… Ох, уж эти бесчисленные перепихоны с лицами, которые он никогда не захочет запомнить, потому что никто из них не был похож на тебя. «Ястреб» нуждался только в тебе. Он становится всё более беспокойным с каждым днём, когда не разговаривает с тобой и уж тем более не видит тебя.       Но судьба почти слишком добра к Кейго — его маленькая любимица появляется на пороге дома.       Твой манящий аромат сразу донёсся до него, стоило тебе распахнуть входную дверь. Ты сказала парню, что просто ищешь место для ночлега, выглядя при этом отчаявшейся и почти пристыженной. И как только Таками провёл кончиком большого пальца по твоей губе, ты побледнела.       Вы становились немного менее человечными и немного более дикими, когда предались плотскому акту. Ты почти не контролировала свои чувства, своё тело и свою потребность в том, чтобы Кейго трахал тебя до тех пор, пока ты не станешь калекой. «Ястреб» будет наполнять тебя спермой, чувствуя, что ты можешь просто умереть, если он не сделает этого.       На утро ты не потрудилась принять душ или позавтракать с ним, только лишь поспешно оделась, чтобы тихо улизнуть до того, как парень проснётся. Однако Таками не собирался так просто отпускать тебя. И даже несмотря на то, что ты тихо подошла к входной двери, тебя быстро подняли на руки и усадили обратно на кровать, на которой вы вчера занимались сексом.       Поначалу Кейго не уверен во многом, парень кажется очень испуганным и паникующим. Однако ему удаётся успокоиться, будучи уверенным только в том, что ты останешься с ним навсегда.

Midoriya Izuku

      Ты была одной из многих кандидаток, которую Изуку хотел видеть в своей партнёрше. Но парень придерживался одного правила, которое он выучил за множество отношений: никогда не привязываться ни к одной из них… По крайней мере, так было до встречи с тобой.       «Деку» никогда не тратил больше пары месяцев на одну поклонницу, однако этот факт не останавливал его наблюдать за тобой уже долгое время, делая заметки о твоих привычках, морали, идеалах, убеждениях и ценностях. Изуку чувствовал, что его охватывает приятное чувство ностальгии, узнавая в тебе что-то до боли знакомое, но в то же время такое далёкое. Это какое-то безнадёжное, наивное, жалкое и в то же время весёлое детское чувство справедливости, которое не давало ему спокойно жить… Нет, это было так, словно это чувство справедливости звало его, умоляя, чтобы он утопил в крови все твои идеалы.       Стандартные исследования Изуку до ужаса стали подробными до такой степени, что записная книжка, которую он посвятил тебе, была заполнена каждой мельчайшей деталью. Вскоре второй, третий и даже тридцатый том будут заполнены по максимуму.       Парень постоянно думал о том, как твоё лицо идеально поместилось бы между его ладонями. О том, как твои мягкие и тёплые щёчки прижались бы к его мозолистым рукам. О том, каким незначительным, но таким приятным будет ощущаться твой вес, когда ты окажешься на его коленях. «Деку» постоянно думал о том, какими ужасно маленькими и бесполезными будут твои кулачки, если ты попытаешься бороться. Насколько податливой и сломленной ты будешь по сравнению с этим миром и с ним. Он думает о том, в какой блаженной наивности и забвении ты бы оказалась, и как легко было бы тобой воспользоваться.       Оказывается, отчаянные подонки из преступного мира готовы абсолютно на всё, ради жалких пары баксов, а маленькие и беспомощные девочки — лёгкие мишени для таких отбросов, не так ли? Таких девочек так легко преследовать по тёмным переулкам, так легко прижать их хрупкое тельце к грязному бетону. Они начинают кричать и слишком быстро ломаться, поэтому очень легко и быстро доверяют тем, кто их спасает.       Ты была такой милой, такой глупой, цепляясь за Изуку изо всех сил, не задавая никаких вопросов и даже не кидая ни малейшую тень подозрения. Ты не спросила, разрешено ли ему так просто убивать этот жалкий мусор. Не спросила, почему парень оказался именно в этом районе. Не поинтересовалась о том, как он нашёл тебя в таком неприметном закоулке. Должен ли он обнимать тебя? Прикасаться? Приглашать в свой дом? Ты не спрашивала ничего, ты просто подчинялась.       Такая очаровательная, такая глупая, окутанная в ошибочное и опасное доверие, проваливаясь всё дальше в его ловушку.       Ты вспоминаешь о своём сломанном телефоне, который остался в тёмном переулке, но ничего страшного, ведь Изуку позаботится об этой улике. Потом. Сейчас же ему нужно было сосредоточиться на тебе, на твоей порванной одежде, расцарапанных коленях и локтях, о твоей разбитой губе. Ты осыпала парня благодарностями, совсем не понимая о том, что больше никогда не выйдешь из этого дома.       Изуку очень терпеливый человек: ему нравится играть и забавляться со своей добычей, прежде чем насладиться ею. Он будет делать это в течение нескольких недель. «Деку» будет милым, осторожным и понимающим. Парень не станет делать никаких действий, которые бы как-то указывали на его нечистые мысли, но, поверь, он почти не думает ни о чём другом, кроме как о тебе в его постели… Изуку улыбнётся и объяснит тебе причины, по которым он выбрал именно тебя. Он будет понимать, что ты никогда не сможешь понять его действий с моральной точки зрения. Он будет потакать тебе, наблюдая за твоими дрожащими бровями от его безжалостного взгляда. Вот только все его объяснения усиливают твой страх, но вряд ли это имеет какое-то значение…       Изуку очень нравится, как ты съёживаешься в его тени, как ты нервно сглатываешь каждый раз, когда видишь его покрытые шрамами руки… Особенно когда парень приподнимает тебя за подбородок, чтобы посмотреть в твои глаза.       Ты так очаровательна. Очаровательна настолько, что у «Деку» начинают течь слюни.

Chisaki Kai

      Кай следит за каждым человеком без причуды, который проживает в Японии. Для него это своего рода хобби. Он наблюдает за ними, вычисляет, изучает. Совершенные в своём несовершенстве. Для Чисаки это перерыв, бегство от его обычных дел, форма снятия стресса, форма расслабления… А когда он встретит тебя, он будет ещё больше тратить время на своё хобби. И это, скорее, превратится в одержимость.       Кай не слишком задумывается о том, почему он перестал обращать внимание на других и начал позволять тебе в одиночку отнимать у него время, постоянно появляясь в его мыслях. На самом деле он вообще об этом не думал. Парень был слишком погружён в облегчение и блаженное осознание того, что существует нечто столь совершенное. Твоё существование заставляло его бодрствовать по ночам, появляясь в его снах, когда он, наконец, засыпает. Кай начал бояться, что с ним может быть что-то не так. Он начал бояться, что, возможно, единственный человек, которого он считает безупречным, на самом деле является вирусом, разрушающим его чувства. Но потом, когда парень поклялся, что в последний раз посмотрит на тебя, он понял кое-что… В его хладнокровном уме что-то щёлкнуло, встало на свои места. Кай не был болен, он был влюблён.       Поначалу он будет испытывать отвращение. Отвращение к вихрю эмоций, которые бушуют в его голове. Это действительно становится помехой, постоянно занимающие его мысли. Чисаки обнаружит, что он не в себе, не зная, чем ты занимаешься, в безопасности ли ты, здорова ли. Однако в скором времени обнаружит, что ты отравляешь свой организм алкоголем, заражая себя бактериями, и пачкая себя таким жалким занятием как садоводство.       Ты не способна позаботиться о себе. Ты не осознаёшь, каким редким сокровищем являешься. Ты не уважаешь своё тело. Ты не в состоянии позаботиться о себе так, как это сделал бы он.       Кай не может больше так продолжать, зная, как ты позволяешь своему совершенству пропадать даром, поэтому он хочет спасти тебя. Он хочет спасти такое совершенство ради тебя и себя. Парень успокоился бы, если бы он знал, что ты надёжно хранишься под его защитой. Он понимает, что только так снова бы обрёл покой.       И Кай возьмёт тебя. Обязательно возьмёт. Он уверен в том, что только ты подходишь для него как босса якудзе.       Во время очищения он обнаружит, что хочет снять свои перчатки и сделать гораздо больше, чем просто прикоснуться к тебе. А когда ты будешь сидеть вся чистая на его кровати, он почувствует, как его штаны будут натягиваться от желания. Обычно Чисаки испытывает отвращение почти ко всему, что способно спровоцировать на его коже фурункулы, однако теперь он склоняется к тому, чтобы желать тебя любым способом.

Todoroki Shouto

      Любопытство влекло его, как Икара к солнцу, ведь ты была другим типом огня. Не бушующим, но страстным и полным потенциала.       Нужно понимать, что Шото рос без социальных норм. Он не рос с кем-то, кто говорил бы ему о том, на чём построено общество или хотя бы об искусственных конструкциях хорошего и плохого. Однако культурные социопаты легко усваивают такие вещи; и когда эти концепции были подброшены ему миром, парень обнаружил, что его совсем не волнует нормальность. Он чувствует себя намного лучше без цепей вины, сожаления и раскаяния.       Шото бы предпочёл просто поиграть. Поэтому, когда его склонность к яндере начинает нарастать, он не воспринимает это как то, чего он должен бояться. Он не воспринимает это как то, с чем он обязан бороться. Тодороки чувствует некую перемену, словно приход нового сезона, и не понимает, почему это должно быть проблемой.       Наоборот, парень приветствует это.       Ты — художница, весьма уважаемая в своём кругу. Однажды Тодороки Шото спас тебя от нападения злодея во время одной из твоих уличных галерей. Сначала парень подумал, что ты очень громкая, но когда ты ярко улыбнулась ему, он был ошеломлён твоей причудливой натурой.       Когда Шото опустил тебя обратно на ноги, его разум задавался вопросом: «улыбалась бы ты так, если бы он показал тебе свой лёд или пламя?». Однако мысли парня были нагло прерваны, как только ты осторожно провела рукой по его шраму на лице. Тогда ты похвалила его красную отметину, а затем поблагодарила, давая понять, что ему, вероятно, следует вернуться в бой, а не тратить своё драгоценное время на тебя.       Вскоре Тодороки покинул тебя, прихватив при этом одну из твоих листовок.       После вашей встречи Шото появлялся на каждой твоей галерее, скупая картины и создавая тебе при этом репутацию. Со временем вы становитесь хорошими друзьями, и какое-то время парень был вполне доволен тем, что играл с твоей жизнью у тебя за спиной, отпугивая твоих друзей и угрожая любым возможным женихам.       Он утешал тебя, когда ты чувствовала себя брошенной. Он говорил тебе, что никогда бы не поступил с тобой так, как это делают другие. Шото никогда бы не оставил тебя. Вот только в ответ на его серьёзность ты оставалась равнодушной. Однако это не мешало тебе просто прижиматься к его груди, позволяя парню гладить тебя по спине и волосам. Тодороки зловеще ликовал от того, что ты не возражаешь или, скорее, слишком доверяешь ему и совсем не думаешь о том, что он способен превратить тебя либо в ледяную скульптуру, либо же просто сжечь до костей.       Наблюдение за тобой, пока ты спишь, попытки вульгарных действий, пока ты спишь, — не продлились долго. Шото желал большего, он хотел, чтобы ты проснулась под его тяжёлым телом. Он хотел видеть, как трепещут твои веки, как твои глаза слишком долго смотрят на него. Парень хотел, чтобы твоё осознание происходящего наступило как раз в тот момент, когда он прижмёт тебя к кровати ещё сильнее и возьмёт то, чего он так отчаянно хотел. Тодороки Шото хотел украсть тебя, чтобы он мог наслаждаться этим, когда ему захочется. Он хотел заклеймить твою кожу, сделать из неё произведение искусства. Он хотел заставить тебя плакать и стонать, петь и кричать, мечтать о нём, для него и из-за него. Шото хотел испытывать с тобой восторг, насладиться рапсодией, скользить между раем и адом, жизнью и смертью, всё время балансируя на грани.       Он хотел лишь сходить с ума вместе с тобой.