Дети русского леса

- Я не видела тебя уже больше недели! , - она стоит на пороге простенького деревенского дома. Там, внутри, его мир, его жизнь, совершенно незнакомая ей. Вокруг все ещё лежит снег, но воздух уже наполнен теплом и свободой. Март. Время, когда природа заново начинает дышать полной грудью, даря ощущение чего-то безграничного и чистого каждому человеку на этом свете. Им десять и совсем ещё недавно казалось, что впереди вечность. Она стоит растрёпанная, со съехавшим с головы на плечи платком, со снегом, набившемся в валенки, от чего ноги ощущали препротивный мокрый холод. Смотрит наивным полувопросительным взглядом, в котором читается присущая каждому десятилетнему ребёнку вера в счастье. Он открывает. От чего-то уставший, осунувшийся. А взгляд внимательный и не по-детски серьёзный, но все ещё ясный и чистый. Глаза - озера. Все те же, что смотрели на неё раньше. Лишь взгляд слегка помрачнел, будто по озёрам пошли волны. Вздохнув, он произносит : - Маш, у меня батька во вторник...умер. В ответ он встретил только взгляд, полный сочувствия и чего-то ещё, неподвластного его пониманию. Затем она поворачивается и, не попрощавшись, убегает по снегу, искрящемуся под вольным мартовским солнцем. Речка. Здесь всегда можно найти ощущение чего-то спокойного и родного. Сродни бабушкиным пирожкам, она была тем, что вспоминается в первую очередь, когда речь заходит о детстве. Именно в такие места приходят люди искать ответы на свои вопросы или подумать о чем-то, о чем просто так подумать не можешь. Под висячими ветками старой ивы, под которой протекала ещё покрытая льдом речка, время было совершено другим. Все было абсолютно другим : спокойным, тихим и одновременно торжественным. Русская природа словно императрица, не пускала к себе тех, кто не чувствует её великую мощь и не проникается должным уважением. Но тех, кто уважает и любит природу, природа любит в ответ. Маша сидела на корнях ивы, разросшихся до огромных размеров за десятилетия, прижавшись непокрытой головой к сильному и крепкому стволу. - Не могла же я его обидеть? Или могла?, - рассуждала она вслух, - стыдно-то как! Начала ведь с упрёка, а у него батька ...как же они теперь будут? - Вот и я не знаю, как будем., - от внезапно раздавшегося голоса, Маша вздрогнула, - Придумаем что-нибудь. Но мои плохо жить не будут, слово даю. Я́ теперь вместо батьки буду!, - в звонком мальчишеском голосе звучали недюжие уверенность и сила. Такие, что его словам поверил бы любой взрослый. - Ты всегда теперь так появляться будешь? , - в её голосе звучало что-то похожее на горькую улыбку. - Как? - Сзади и неожиданно!, - недовольно поморщилась она Он усмехнулся : - Ну это уж как получится!, - и, посмотрев на неё, добавил совсем по-взрослому : - Платок-то накинь. Заболеешь, кто тебя лечить будет? У меня и без тебя дел хватит надолго. - Ладно, - теперь она улыбалась по-настоящему, светлой и искренней улыбкой. И в этот момент ей так захотелось обнять хрупкие мальчишеские плечи, ведь он позаботился о ней, а о нём больше не позаботится никто. Но вздохнув, поборола свое желание: не дай бог пройдут мимо мальчишки, тогда насмешек не избежать никому.