О мечтах

Это начинает тигр. Они обсуждают прошедшую миссию, - Акутагава сам не помнит, почему вообще согласился с ним сидеть, а не ушёл сразу после окончания работы, как обычно, - говорят про способности, про то, как испуганно смотрел на них враг, когда понял, на чьей стороне победа, и всё это звучит так обыденно и безопасно, что Акутагава даже почти расслабляется. А потом тигр упоминает Дазая

***

- Да уж, мы здорово справились, - тигр улыбается, и Акутагава уже хочет напомнить ему, кто проделал большую часть работы, но не успевает, - Дазай - сан будет горд, я уверен! Акутагава дёргается. Это имя не должно заставлять его так реагировать, - ни одно имя, на самом деле, - но это просто выше его сил. Дазай-сан всегда был для него особенным, пусть даже в таком неприятном смысле, и остаётся таковым по сей день. Тигр умолкает, кажется, тоже понимая, что сказал что-то не то. Правда, вряд ли он соображает, что именно ляпнул, - Акутагава вообще сомневается в способностях любого из новых коллег его учителя в построении таких сложных логических цепочек, - но выглядит всё равно виноватым, и от этого становится ещё гаже. Он ненавидит, когда его жалеют, хотя и сам знает, как ужасно по детски выглядит со своей одержимостью человеком, который в жизни не обратит на него внимание. Это глупо, бессмысленно, и, как утверждает Чуя-сан, очень плохо сказывается на его самооценке, но Акутагава просто не может отпустить. Это дело всей его жизни, в конце концов, главная мечта! И кто сказал, что мечты непременно должны сбываться?