Когда-нибудь

"Идиот, придурок, дебил!" Браня себя, я смотрел на Фрэнка, который в свою очередь вопросительно смотрел на меня. Зачем? Ну зачем я поцеловал его вне сцены? Как я теперь это объясню? Сказать правду? "Эм..Фрэнк. Я уже пять лет влюблен в тебя по уши, но я не могу тебе признаться, потому что я феерический дебил и трус. Плюс ко всему у меня есть жена и новорожденная дочь, которые, кстати, появились тоже из-за того что я - феерический дебил и трус." Что за бред? - Может ты что-нибудь скажешь? Эй! - он пощелкал пальцами перед моим носом - ДЖИ, МАТЬ ТВОЮ, СКАЖИ ЧТО-НИБУДЬ! - ЭЙ! ЧЕГО РАСКРИЧАЛИСЬ?! И НЕ ТРОГАЙ ЕГО МАТЬ, ФРЭНК, ОНА И МОЯ МАТЬ ТОЖЕ! - орал нам из соседнего номера Майки. Я вздохнул. - Ну? - его глаза светились любопытством. - Это.... Это остаточный адреналин после концерта? - Боже, что за херню я сейчас сказал? - Ну конечно. - он усмехнулся. Вдруг его лицо помрачнело. - Знаешь, когда-нибудь меня не станет, и ты никогда больше не сможешь сказать мне то, что хотел бы сказать. Подумай об этом. - Он тяжело вздохнул и вышел из номера, оставив меня одного посреди комнаты в полной растерянности. Время шло, всё входило в свою привычную колею. Тот день стал медленно стираться из моей памяти. Прошло пять лет со дня того разговора и один год с распада нашей группы. Я сидел на кухне, попивая кофе. Линз с Бэндит укатили в Дисней Лэнд на весь день, предоставив меня самому себе. Мои размышления о том, чем бы сегодня заняться прервал звонок мобильного. На дисплее я увидел фотографию улыбающегося Рэя. Мы не разговаривали с ним с того самого дня, как я объявил о распаде. Я нажал кнопку приема. - Слушаю. - Алло, Джерард? - голос Рэя, всегда такой весёлый, сегодня звучал так, будто Рэй не спал, а рыдал всю ночь. - Да. Привет, Рэй. Что-то стряслось? - Вообще-то да... - он как-то прерывисто вздохнул и я понял, что он действительно плачет. - Рэй? Что произошло? - я взволновался не на шутку. - Джи.... понимаешь... Фрэнк.. - сердце ёкнуло. Фрэнк... - Что с ним? - мой голос сел и звучал как-будто из бочки. - Он попал в аварию на своем мотоцикле.. Трубка чуть не выскользнула из моих рук. Нет. Не может этого быть. Фрэнк... Фрэнки... - Он угодил под грузовик, который вёл пьяный водитель. Шансов не было... В общем, похороны завтра в 9 часов.. - Рэй говорил что-то еще, но я уже не слушал. Я не мог поверить, что Фрэнка больше нет. Что я никогда больше не услышу его голос, его смех, не посмотрю в его глаза, такого причудливого орехового цвета... - И, Джер, еще кое-что. - Рэй вновь прервал мои мысли. - Да? - прохрипел я - Держись, мы все его любили, и все мы еще рядом с тобой, не забывай об этом. - сказал Рэй и отключился. Я смотрел на потухший экран, и слёзы, которые стекали на него с моих щёк. Я смотрю на его дом и вспоминаю, как мы иногда собирались там с пивом и пиццей, смотрели ужастики, которые так любил Фрэнк. Помню, как он смеялся, когда я по-детски закрывал глаза руками на особо страшных моментах, а потом спал в гостиной под защитой стаи его собак, потому что боялся. На крыльцо вышла Джамия с опухшими от слёз глазами. Наши взгляды пересеклись. - Ох.. Джи.. - выдохнула он и бросилась ко мне. Я прижал её к себе, в то время как она рыдала уткнувшись ко мне в грудь. - Привет, Джам. - я гладил её по волосам, успокаивая, хотя самому хотелось выть от боли и тоски. - Линз просит прощения за то что не сможет придти. Просто нам не с кем было оставить Бэндит, а брать её сюда мы посчитали не очень благоразумным. - Да-да, конечно, ничего страшного, я еще сама не рассказала детям что Фрэнк... - она подавилась рыданиями. Я стоял, прижимая к себе рыдающую девушку, сам еле сдерживая слёзы. Я смутно помню, как мы добрались до кладбища. Помню лишь как Рэй прижал меня к себе, как Боб сжал моё плечо в успокаивающим жесте, как Майки посмотрел на меня, пытаясь сохранить свое типичное безразличие, но глаза полные боли выдавали его. А дальше? А дальше туман. Я смотрю на Фрэнка, вернее на его остывшее тело. Его татуировки стали в тысячу раз ярче на белой как снег коже. Рэй рядом со мной сотрясался в рыданиях, Боб то и дело сглатывал слёзы, даже Майки не смог стравиться с ролью бессердечного ублюдка, и я впервые увидел, как по его щекам катились слёзы. Я знаю, он любил его. Еще куча народа стояло рядом и позади меня, прижимая платки к лицам, утирая слезы. Но для меня сейчас существовал лишь этот тёмно-синий гроб с белым пауком на крышке. Фрэнк остался преданным нашей группе до конца. Я не заметил, как упал на колени, когда гроб опустили в землю и начали засыпать землёй. Каждый глухой стук земли об крышку гроба отдавался в моей груди жгучей болью. Я плохо помню, что было дальше. Я всё еще стоял на коленях возле надгробия, когда услышал шаги. Оглянувшись, я понял, что все уже ушли. Здесь остались только два человека, которые любили Фрэнка больше остальных. Джамия присела на колени рядом со мной. Так мы стояли минут 10 в полной тишине. Потом Джам вынула из сумки какой-то конверт и протянула его мне. - Он просил передать. - она смотрела на надгробия Фрэнка, будто что-то поняла и её это не радовало. - Я всегда надеялась, что со временем займу первое место в его сердце, и мне даже казалось, что у меня это вышло. Но я ошиблась. - О чем ты? - недоуменно спросил я. Но она лишь поднялась с колен, чмокнула меня в макушку, кинула последний взгляд на могилу и ушла. Я перевёл взгляд на конверт. Распечатав его, я увидел строчки, написанные до боли знакомым почерком: "Если ты это читаешь, значит Джамия всё узнала о моих чувствах к тебе и отдала тебе этот конверт, а ещё это значит, что меня больше нет. Печальное "когда-нибудь" наступило. Ну что, Джерард, хочешь что-нибудь сказать мне?" Строчки эхом отдавались в моей голове. Бумага впитывала слезы. У него были чувства ко мне... "Ну что, Джерард, хочешь что-нибудь сказать мне?" Я поднял взгляд на надгробие. Да, Фрэнки, я хочу. - Я люблю тебя, Фрэнки.