Приятно познакомиться, мистер Винчестер

День Дина Винчестера не задался с самого начала: отложенные три будильника — результат вчерашней попойки с братом и его невестой, отвратный кофе, купленный впопыхах в сомнительной кофейне недалеко от метро, и пропущенный поезд в том самом метро, из-за чего Дину пришлось подниматься к остановке единственного автобуса, способного доставить его к кампусу Нью-Йоркского университета. Допивая гадость из полулитрового бумажного стаканчика, он пытался руками разгладить складки на вчерашней рубашке — искать новую одежду, а тем более приводить в порядок старую времени не было. Помимо него на остановке было не так много людей: пожилой мужчина, пара школьниц и молодая девушка, возможно студентка. Мелькавший перед ним транспорт и близко не подходил под его маршрут. Спустя десять минут Дин начал нервничать — сегодня первое занятие с новым преподавателем, не очень хотелось составить о себе впечатление вечно опаздывающего парня в помятой одежде, пропахшей сексом. Подумав об этом, он сразу же вспомнил, или попытался вспомнить, вчерашний вечер. Сэмми и Джесс пригласили его в бар, отпраздновать вместе их годовщину. Конечно же Дин Винчестер не мог не привлечь внимание местных женщин и некоторых парней. Один из которых привлек и самого Дина. Естественно, он не помнит ни номера телефона своего вчерашнего спутника, ни даже его имени. Все, что было важно Дину в тот момент — губы парня на его стоячем колом члене в одной из кабинок местного туалета. Воспоминание накрыло его, заставляя утренний стояк ожить с новой силой. Кое-как прикрываясь папкой с докладом, Дин заковылял в подъехавший автобус. На счастье Винчестера в нем оказалось несколько свободных мест. Дин устроился на одиноком сидении у окна и принялся размышлять о прекрасном — о невыученном реферате, который необходимо сдать новому преподавателю сегодня, иначе прощай стипендия и привет повторный курс, который Дин на свою скромную зарплату помощника автомеханика точно не сможет себе позволить. Через пару остановок он почувствовал на себе тяжелый взгляд. Обернувшись, Дин наткнулся на пару ярко-синих глаз, бесстыдно раздевающих его. Он окинул ответным взглядом парня, особенно задержавшись на его губах… его припухших от нескончаемых прикусываний губах. Тело Винчестера среагировало немедленно: в низу живота завязался тугой узел, в, казалось бы, свободных джинсах резко стало тесно. В секунду его смуглое лицо залилось краской. Дин резко развернулся к окну стараясь не обращать внимание на пристальный взгляд незнакомца. Стоп. Он уже видел раньше эти два океана, уместившиеся в человеческом теле. Прямой взгляд со стороны его члена, что так завел его вчера. От крутящихся в его голове картинок недавних событий легче не становилось. Раз, они столкнулись у барной стойки. Два, их ладони соприкоснулись в желании взять шот. Три, импульсы прошлись по всему телу Винчестера. Четыре, судорожно целуясь, они врываются в первую попавшуюся кабинку туалета. Пять, этот взгляд снизу, влажные губы, ласкающие Динов ствол, длинные пальцы, сжимающие его ягодицы, острый язык, доставляющий массу удовольствия головке истекающего смазкой члена. Шесть, Винчестер приглушенно стонет и выплескивает сперму прямо в горло парня. Семь, тот послушно глотает и облизывает губы. Восемь, острая головная боль и затекшие от неудобного матраса ноги. Девять, он катастрофически опаздывает. Десять, он никак не может избавится от наваждения. Автобус резко тормозит, вырывая Дина из воспоминаний. Краем глаза он замечает, что ночной незнакомец переключил свое внимание на свеженькое издание NY Times. Винчестер провел ладонью по лицу, наконец полностью избавляясь от так не вовремя возникших в голове образов. Спустя несколько мгновений, он смог успокоится и поднялся с места. Свежий воздух бодрил лучше той дряни, что ему продали под видом двойного американо этим утром. Автобус остановился прямо напротив кампуса Нью-Йоркского университета, и Дин поспешил в аудиторию, раздраженно поправляя извечно спадавшую с плеча шлейку сумки с ноутбуком. Еще в коридоре он услышал негромкие возгласы. Кабинет истории искусств был небольшим, чем-то напоминал амфитеатр: четыре ряда, тянувшихся вверх от магнитной доски, были разделены узеньким, примерно для одного человека, проходом. Помимо Дина в аудитории было еще пятеро человек, среди которых не наблюдалось нового профессора. Дин сел за свое место — на самый последний ряд, но солнечные лучи попадали ему в глаза. Не громко цокнув, он переместился вперед. Так он оказался прямо напротив кафедры. Волнующее его с утра чувство возбуждения сменилось легкой нервозностью перед презентацией реферата. Что что, а публичные выступления Дин ненавидел всем своим существом, чувствуя себя перед каждым из них не серьезным взрослым мужчиной, а пятнадцатилетней школьницей на первом свидании. Дин с головой зарылся в доклад о развитии живописи в Древней Греции. Он не заметил ни как в аудиторию влетел слегка помятый молодой мужчина с дипломатом в руках, ни как он встал за кафедрой, складывая бумажки. Он поправил синий атласный галстук и пригладил растрепавшиеся волосы. Сняв бежевый тренч, он взял маркер и вывел витиеватым почерком на доске: «Кастиэль Новак». Кастиэль поприветствовал студентов и принялся за проверку посещаемости. Когда же он дошел в списке до Дина, сам Винчестер не обратил на это никакого внимания. — Мистер Винчестер. — спокойный голос вновь прочел фамилию в списке группы. Тогда Дин ощутил небольшой толчок в спину и словно вышел из оцепенения. Наконец, он отвлекся от созерцания листов и поднял глаза на преподавателя. Кастиэль столкнулся с ним взглядом. Это был тот самый парень, с которым Дин познакомился вчера в баре, тот самый, с кем он ехал сегодня в автобусе. Невозмутимое выражение лица Кастиэля не изменилось ни на йоту, однако взгляд дрогнул, а скулы немного сжались. Первым, что почувствовал Дин в этот момент была паника: не так давно он трахнул собственного профессора. Нет, не так, он кончил ему в рот. Воспоминание снова накрыло его, Дин дернулся, почувствовав, как все его тело покрывается красными пятнами. — Есть, — осипший голос Дин списал на нервозность, а не на вновь проснувшуюся похоть. Одно дело перепихнуться в туалете какого-то клуба с незнакомым парнем и больше никогда его не видеть, другое же — выяснить, что он твой новый преподаватель. Дин все время избегал Кастиэля, он упорно вчитывался в свой доклад и вообще не перемещал взгляд куда бы то ни было. Первый час, казалось, тянулся пол дня. Наконец все докладчики выступили, и наступила очередь Дина. Он резко вышагнул из-за своего места и, минуя стол, за которым сидел Кастиэль, встал за кафедру. Нервы, похмелье и возбуждение смешались в нем в странное чувство тревожности, дрожащими руками Дин принялся структурировать листы с текстом, чтобы хоть как-то отвлечься. Так прошло минут пять: в абсолютной тишине, которую прерывало только шуршание бумаги. Наконец собравшись, Дин принялся рассказывать об эпохе Гомера, архаической скульптуре, классических периодах… Со временем его голос пришёл в норму, и Дин даже смог спокойно закончить доклад, когда прозвенел звонок. — Что ж, был рад познакомится со всеми вами, думаю сегодня мы плодотворно поработали, и всем будет о чем поразмышлять. Я с вами ещё на месяц, так что до встречи через неделю, — услышав это, Дин, все еще избегая зрительного контакта, принялся как можно быстрее собирать свои вещи. Но, то ли из-за небольшого похмелья, то ли из-за подсознательного желания остаться с Кастиэлем наедине, к тому моменту, когда Дин закончил собираться, в аудитории уже никого не было. Никого, кроме Кастиэля. Он стоял лицом к Дину, оперевшись задницей на высокий стол. Руки были скрещены поверх идеально выглаженного пиджака, голова склонена набок, весь его вид буквально излучал желание изучить Дина, хотя казалось бы: куда уже больше. Дин нервно сглотнул и сделал пару шагов назад, упершись в парту. — Здравствуй, Дин, — небольшая попытка бегства лишь насмешила его, Кастиэль не сдвинулся ни на дюйм, — не ожидал встретить тебя. Снова. — Мистер Новак, — Дин старательно смотрел куда угодно, но только не в лицо Кастиэля, тот же наоборот разглядывал Дина без толики стеснения. — Помнится вчера мы прекрасно обходились без этих формальностей, верно, Дин? — Он с хрипотцой в голосе сделал ударение именно на его имя. — Посмотри на меня, Дин, — член Дина заинтересованно дрогнул в ответ на приказные нотки в голосе Кастиэля. Дин послушно поднял взгляд и облизнулся — Кастиэль смотрел прямо, без смущения или неловкости. Он точно знал, что ему нужно от Дина, ровно, как и то, что он это получит. Дин возбужденно выдохнул. Кастиэль продолжал стоять в нескольких метрах от него и смотрел так, словно он своим взглядом может снять с Дина всю одежду. Медленно. — Подойди, — от его командного тона Дин сходит с ума, он послушно подходит и становится всего в шаге от Кастиэля. Мужчина грубо хватает его за лацканы рубашки и притягивает к себе, оставляя расстояние между их губами минимальным. Кастиэль медленно проходится языком по своим губам, не отрывая взгляда от Дина, что заводит Дина еще больше. И он срывается. Накидывается на Кастиэля с поцелуем так, словно это его последний шанс. Когда он размыкает губы, отвечая, Дин не выдерживает и стонет. Гулко, надрывно, глубоко в глотку Кастиэля. Тот в свою очередь лишь улыбается одной стороной рта и медленно посасывает язык Дина. Кастиэль… Кас, не разрывая поцелуя, опускает руки, медленно поглаживая грудь Дина. Он медленно дразняще расстегивал пуговицу за пуговицей, задерживаясь руками в том месте, где ткань скрывала уже твердые соски Дина. — Прекрасен. Ты просто прекрасен, Дин, — Кас продолжал касаться его, когда до Дина дошло, что он успел остаться без рубашки в то время, как сам Кас был полностью одет. — Пожалуйста, — Дин шептал ему в губы, стягивая с Каса пиджак и высвобождая рубашку из-за пояса брюк. — Пожалуйста что? — его веселил взлохмаченный вид Дина с раскрасневшимися щеками. Он легко отстранился. Дин с разочарованием смотрел на губы Кастиэля. — Посмотри на меня, — он взлялся двумя пальцами за подбородок Дина, заставляя его посмотреть в глаза, — пожалуйста что? — Разденься для меня, — Дин снова облизнулся, его грудь резко вздымалась, в джинсах стало невероятно тесно, но он продолжал смирно стоять и смотреть на то, как Кас медленно развязывает свой синий галстук. Не разрывая зрительного контакта, Кас кладет галстук на профессорский стол и принимается расстегивать пуговицы рубашки. Он раздевается медленно, напоказ, демонстрируя Дину широкую грудь с контрастирующими с кожей ярко-розовыми сосками. Он проходится рукой по правому, и Дин, не в силах сдерживаться, стонет. — Продолжишь в том же духе — оставлю тебя с галстуком во рту. Вопреки всем инстинктам, члену Дина предложение кажется весьма многообещающим. Дин улыбается уголками рта и продолжает смотреть, как Кас, успевший избавиться от ремня, принимается за пуговицу брюк. Он все еще смотрит Дину прямо в глаза, что безумно заводит. Его взбудораженный взгляд так не вписывается в образ спокойного профессора истории искусств. И он снимает их. Кас остался в одних, черт бы их подрал, обтягивающих абсолютно все боксерах. Резким движением он подошел к Дину и стянул с него джинсы. — О. Привет, — в отличие от Каса, на Дине не было ничего. От взгляда Каса, его и так твердый член встал еще больше и уперся Дину в живот. На кончике головки выступила капля смазки, — какой хороший мальчик. Ты просто великолепен, Дин. Кас наклонился и начал оставлять мокрую дорожку от груди Дина до самого пупка. От таких манипуляций Дин крепко вцепился пальцами одной руки в стол, а другой в плечо Каса. Член уже истекал смазкой, моля чтобы ему уделили хоть какое-то внимание. — Пожалуйста, — Кас поднял голову и посмотрел на запрокинувшего голову от ощущений Дина, — пожалуйста… пожалуйста, трахни меня. Кас довольно заурчал, облизнулся и взял в рот головку. Дин, низко застонав, проявил немалые усилия воли, чтобы не вцепиться тому в волосы. Кас же мучительно медленно посасывал головку, глотая выделяемую Дином смазку. Причмокнув, он отстранился, но лишь для того, чтобы заглотить Дина целиком. — Да, блять, Кас. А! Кас продолжал свои манипуляции, проходясь языком от головки до самого основания члена. Обняв правой рукой Дина за задницу, в левой он принялся перекатывать его яйца. Понимая, что долго так не продержиться, Дин, легко надавил на Касовы плечи, оттолкнул его от себя. Он проигнорировал вопросительный взгляд и запрыгнул на стол и развел ноги в приглашающем жесте. Часть бумаг, которую задел Дин, разлетелась по полу. — Ненасытный, жадный мальчик. Ты так сильно хочешь этого, что не можешь сдержаться. Так сильно хочешь меня. Ты получишь все, чего хочешь, если будешь послушным для меня. Ты будешь послушным для меня, Дин? — последние слова Кас буквально прошептал Дину на ухо, оставляя мокрые следы от поцелуев. — Да. Кас подобрал все еще лежащий на столе галстук и завёл руки Дина ему за спину, завязывая не слишком тугой, но прочный узел. Дин следил за каждым движением Каса, а когда он достал из внутреннего кармана пиджака тюбик смазки, Винчестер протяжно застонал. Ответом ему был строгий взгляд Каса. — В следующий раз, мистер Винчестер, я воспользуюсь кляпом, а пока вам придётся помолчать, вы же не хотите, чтобы у нас появились зрители, — яйца Дина поджались, а по члену стекла прозрачная жидкость, когда Кас опустил в него смоченный смазкой палец. Кас растягивал его медленно, плавно добавляя к первому пальцу второй, а вскоре и третий, подготавливая к своему члену. Дин стонал куда-то в плечо Каса. — Кас, пожалуйста… Я готов, ну же. Трахни. Меня, — последние слова он простонал Касу в глотку, даря ему жадный, нуждающийся поцелуй. Кас же высвободил пальцы и, отвечая Дину, снял трусы, направил член прямиком в растянутую задницу Винчестера. Стон Дина потерялся во впадинке между ключиц Каса, которую Дин остервенело толи вылизывал, толи кусал. Аудиторию оглушали шлепки кожи о кожу. Кас дал Дину привыкнуть принялся неспешно двигаться, но Дин сам насаживался на толстый член, пытаясь задавать свой ритм. — Непослушный, жадный мальчик, — словам Каса вторили шлепки, трения стало больше, а стоны Дина громче, — какой ты красивый, Дин, как прекрасно и развратно ты смотришься на моем члене. Сейчас я хочу, чтобы ты сел ко мне на колени. Ты ведь сделаешь это, не так ли, сядешь ко мне на колени и трахнешь себя. Я хочу, чтобы ты стонал мое имя, пока будешь иметь себя моим членом. — Хорошо, мистер Новак. — Какой хороший мальчик. Он резко вышел из Дина и развязал ему руки. Кас сел на один из стульев и, притянув Дина за запястье, усадил к себе на ноги. Дин чуть привстал, опираясь рукой Касу на плечо, и, направляя Каса в себя, резко опустился. В этот раз тишину разбил рык Каса. Он изо всех сил старался не вскидывать бёдра навстречу Дину, позволяя ему задать темп. Дин же буквально трахал себя членом Каса, подпрыгивая и жёстко садясь обратно. он всецело отдавалася ощущениям, чувству разливающегося внутри тепла. — Хороший, красивый мальчик, — Кас, находящийся на грани, подбадривал Дина, тем самым заводя его еще больше, до предела, — как ты красиво сморишься, захватывая меня полностью. Посмотри на меня, я хочу, чтобы ты смотрел на меня, чтобы ты кончил, смотря на меня, с моим членом в твоей заднице. Я хочу, чтобы ты стонал мое имя, когда твоя задница будет сжимать мой член, пока я буду кончать в тебя. Ты же сделаешь это, верно? Кончишь с моим членом в твоей прекрасной заднице? — Да, мистер Новак. Я кончу, принимая вас, выкрикивая ваше имя, — Дин смотрел прямо на Каса, который дрочил ему в такт движений Дина. — Мистер Новак, я близко, я так близко. Я готов кончить, позвольте мне кончить, мистер Новак, — Дин резко сжался вокруг Каса, усиливая давление на его член. — Кончи, Дин, кончи для меня. — Да, мистер Новак! Кас! — и он кончил, максимально сжавшись вокруг Каса, заставляя того последовать за ним на самое дно пропасти. Спустя несколько минут, длившихся вечность, они наконец избавились от наваждения. — Эм, это было… — Дин неопределенно взмахнул руками, поднимаясь с колен Кастиэля. — Да, — Кас усмехнулся. Они молча оделись и Дин уже было хотел уходить, как его окликнул Кас. — Э, Дин. Я только хотел сказать… Кхм… — он замялся перед стоящим в дверях Винчестером, теребя в руках галстук. — Все нормально, я никому не расскажу, — Дина позабавила такая трансформация из уверенного в своих желаниях доминанта в нервного Каса. — Спасибо, но я не о том. Не знаю, есть ли у тебя кто-то, но, я не уверен, в общем, если ты не против… — он не дал ему закончив, притянув и увлекая в, на этот раз, нежный поцелуй. — Я с радостью схожу с тобой на свидание. — Было приятно с вами познакомиться, мистер Винчестер.