От бессердечного к искреннему

Ручка выпала из ее руки на стол, покатилась по темной деревянной столешнице и упала на пол, издав хлопающий звук, когда она приземлилась на мраморные плитки под ее ногами. Ее рука, прижатая к сердцу, дрожала, когда она пыталась выровнять дыхание. Волк, который был рядом с ней, начал скулить, положив голову ей на ногу. «Мамочка», — заскулила Хоуп, вцепившись в волчий мех и прислушиваясь к звуку шагов, которые неслись вниз по лестнице. «Хоуп, с тобой все в порядке? Что случилось?» Хоуп открыла глаза при звуке его голоса. «Мое сердце, папа, мое сердце трясется». Она потерла то место, где у нее в груди лежало сердце. «Что-то изменилось. Я чувствую себя по-другому, папа». «Элайджа, что случилось?» Элайджа взглянул на свою сестру, заключая Хоуп в объятия. «Я не уверен. Все в порядке, Хоуп. Все будет хорошо». Волчица заскулила, когда у нее отняли Надежду. «Я понял, Хейли, я понял». «Элайджа», «Фрейя, что происходит?» Он слушал, как Хоуп хнычет в его объятиях. Фрейя прикусила нижнюю губу, глядя на Хоуп сверху вниз. «Я не знаю, мы разберемся с этим. Хоуп, милая, что у тебя болит?» «Мое сердце. Тетя Фрейя, мое сердце в огне!» Хоуп уткнулась лицом в куртку Элайджи. «Сделай так, чтобы это прекратилось!» Он молчал, реакция, противоположная той, которую они ожидали, но у него кружилась голова; его разум лихорадочно работал, когда он пытался урезонить себя. Это была реальность, или это была иллюзия, его разум просто дразнил его тем, чего он не мог иметь? Его глаза блуждали по ее телу, прекрасному точно так же, как он помнил. Ее руки лежали на плечах маленькой брюнетки, которую он никогда не видел. «Кэролайн», — он моргнул, отрывая от нее взгляд. На кончике этого языка вертелся один животрепещущий вопрос. «Где она?» Давина позволила вопросу повиснуть в воздухе, отчасти из-за удивления тем, что произошло, но также и потому, что не была уверена, как правильно ответить на этот вопрос. «Я…» Она моргнула, наблюдая, как он поднимается из гроба, осознание оседало в ее костях. «Все это время», — пробормотала она себе под нос, как будто не могла понять смысла этого. Две маленькие девочки спасли его. Только не она. Не так, как она обещала. Ее глаза следили за ним, когда он переступил через край гроба. -Клаус, — Давина вскочила и схватила его за руку, когда он споткнулся, в ее голосе послышалось беспокойство. «Ты в порядке? Как ты себя чувствуешь? Тебе следует прилечь.» «Я лежал в гробу. Мне нужно встать». Он слегка выпрямился, поморщившись от ощущения в спине. Потребуется больше, чем несколько пакетов крови, чтобы восстановить его силы. Он почувствовал, как рука Давины задержалась, но не сделал попытки отмахнуться от нее, вместо этого приняв ее помощь. «Как я себя чувствую?» Он повторил этот вопрос про себя. Это казалось простым, и если это было связано с его физическим самочувствием, то так оно и было, но умственно и эмоционально, ну, в общем, он внутренне запутался в паутине. Факты были всем, на чем он мог сосредоточиться прямо сейчас. «Клаус», Он услышал голос Марселя и увидел его стоящим рядом с Джошем, оба они выглядели потрясенными, как будто не могли поверить в то, что видели. «Я в порядке». Это было правдой, он чувствовал себя вполне нормально. Он был достаточно здоров, чтобы стоять, но недостаточно здоров, чтобы бежать. Неужели так чувствовали себя его братья и сестры каждый раз, когда просыпались? Его глаза продолжали мерцать, возвращаясь к Кэролайн, он не ожидал увидеть ее, или… «Катерина», Она вздрогнула, никто другой бы этого не заметил, потому что она годами отрабатывала свои реакции. И все же он мог видеть, он мог сказать, потому что провел годы, охотясь за ней. Он чувствовал ее нервозность. Единственный раз, когда она добровольно вошла в комнату, где он был, был, если у нее был план его устранения. За исключением того, что она действительно выглядела так, как будто хотела устранить его сейчас. «Ее зовут Кэтрин. Тетя Кэт,» Клаус перевел взгляд с Кэтрин на блондинку, стоявшую перед ней. Он обратил внимание на то, как Кэтрин схватила девочку за плечи, словно предупреждая ее. Он никогда этого не хотел. У ребенка никогда не было причин бояться его, в конце концов, он никогда не причинил бы им вреда. Тысяча лет и бесчисленные жестокие поступки, хотя никогда ни с ребенком, ни по отношению к нему. «Я понимаю». Он узнал девушку, когда она пристально посмотрела на него. Энергичный. Не испугался. «Они разбудили тебя», — прервал его голос Марселя. «Все эти годы я пытался найти тебя, а потом разбудить, и эти близнецы, они…» Он покачал головой, как будто не верил в то, чего они достигли. «Мамочка», — Джози потянула Кэролайн за руку, нервничая, так как Клаус теперь перевел свой взгляд на нее. Кэролайн чувствовала, что дочь нуждается в ней, и подняла ее, чтобы усадить на бедро. Джози была ее застенчивой. Не горю желанием привлекать к себе внимание. «Все в порядке, милая». Она успокоила. Клаусу показалось, что из него вышибло дух. Мамочка. «Сколько времени прошло?» — спросил он, изо всех сил стараясь сосредоточиться. «Девять лет». Клаус слушал, как слова слетают с губ Марселя. Девять лет. Это было 3285 дней, которые он пропустил со своим ребенком. Гораздо дольше, чем он ожидал, но все же не так долго, как его братья и сестры терпели из-за него. Его глаза нашли Кэролайн, а затем девочек. «Мне есть за что тебя поблагодарить». «Ну, ты мог бы сказать это. Где твои манеры?» «Лиззи!» — воскликнула Кэролайн. «Ты следи за своими манерами. Мистер Майклсон через многое прошел.» Губы Клауса дрогнули, совсем чуть-чуть. «Разве ты не фейерверк?..Спасибо.» Он увидел, как она торжествующе улыбнулась, когда он поблагодарил ее. «Так ты поможешь спасти дядю Стефана?» Клаус заметил, что глаза Кэтрин теперь были прикованы к его глазам. Этот вопрос явно что-то пробудил в ней. «Что…» «Его укусил волк…» — начала Кэролайн, но Кэтрин быстро перебила ее. «Не просто какой-то волк. Мать твоего ребенка». «Кэт…» «Он должен знать все подробности. Это был не какой-то заурядный оборотень, это была Хейли.» Кэролайн положила Джози на руки Кэтрин, и у старшего вампира не было выбора, кроме как схватить девочку. «Отведи девочек вниз», «Ты не можешь быть…» «Сейчас». Голос Кэролайн не оставлял места для споров. «Мамочка, будь милой». Кэролайн улыбнулась Джози. «Тетя Кэт отведет тебя вниз». Кэтрин вздохнула. «Тебе повезло, что мои племянницы любят свою мать». Она схватила Лиззи за руку и потащила белокурого ребенка за собой. «В этом не было необходимости, любовь моя; Катерина…» «Что ты имеешь в виду, Хейли?» — поинтересовался Марсель. «С чего бы ей…» «Ты уверен?» — спросил Клаус, у него немного кружилась голова, в основном от обилия информации, которую он не мог переварить должным образом, но также и от людей в комнате, которых он не ожидал увидеть. «Совершенно уверен». Кэролайн подтвердила, что подозревала, что люди в комнате были людьми, которым Клаус доверял, иначе она предположила, что их здесь не было бы. «Около месяца назад мы наткнулись на запах Элайджи. Обычно я бы продолжал двигаться, но мы слышали, что ты пропала, и Тайлер упомянул оборотня, который был беременен твоим ребенком. Признаюсь, мне было любопытно, в конце концов, ребенок был частью тебя…» Марсель усмехнулся. «Отлично, ты один из них. Ты видишь в ней цирковой аттракцион…» Он нахмурился, когда Джош толкнул его в плечо. «Нет!» — поправила его Кэролайн, но ее глаза не отрывались от Клауса. «Я хотел убедиться, что она в безопасности. Не было ни одного человека, который слышал бы о тебе, и хотя ходило много теорий, я знал, что ты никогда не бросишь своего ребенка». Клаус повел плечами. «Ты слишком высокого мнения обо мне, милая». В его голосе не было насмешки, он просто констатировал то, что считал фактом. «Семья-это все для тебя, Клаус. Ты бы никогда не бросил ее, по крайней мере, не по своей воле.» Кэролайн нутром чуяла, просто взглянув на него, что что-то изменилось. «Так что случилось со Стефаном?» — спросила Давина, для этого они и были здесь. Чем быстрее они продолжат этот разговор, тем быстрее пойдут дальше. Кэролайн прислонилась спиной к книжной полке. «В этот конкретный день мы со Стефаном разведывали лес у дома, просто пытаясь мельком увидеть, и я это сделал. Я видел ее, такую молодую и беззаботную. Я отвлеклась на мгновение, а потом Стефан закричал, мы побежали, а потом она поймала его. Укусил его прежде, чем я успел сделать хоть шаг. Я выкрикнул его имя, и она как будто запомнила мои слова». Клаус не был точно уверен, в каком направлении движется эта история. Он знал, что он был единственным лекарством от укуса волка, но укус, который произошел месяц назад… «Клянусь, я видел раскаяние в ее глазах». «Все равно собираюсь надрать ей задницу». Кэролайн закатила глаза, когда с лестницы донесся голос Кэтрин. «Успокойся, Китти». Она сделала глубокий вдох. «Бонни поместила его в своего рода кому, яд все еще распространяется очень медленно. Нам нужно…» Клаус кивнул, взглянув на Джоша. «Стакан, если не возражаешь, Джошуа». Он закрыл глаза, благодарный Давине за то, что она положила руку ему на плечо, поддерживая его. «Клаус», Он открыл глаза и снова посмотрел на нее. Этот взгляд в ее глазах, он видел это раньше. «В чем дело, Кэролайн?» «Ее зовут Хоуп». Клаус замер, имя, которое произнесла Кэролайн, прокрутилось у него в голове. Оно подходило принцессе, но это было не то имя, которое он помог выбрать. Он не хотел быть отцом, в конце концов, у него не было причин нуждаться в ребенке или хотеть его, но когда угрозы нависли над ней еще до ее рождения, реальность вступила в свои права. Это была его дочь, он твердо намеревался защитить ее, даже если для этого придется пожертвовать собой. Но люди и обстоятельства встали на пути, и ее забрали у него еще до того, как она смогла сделать его первый вдох. «Клаус», Его глаза метнулись к Джошу, который передал ему стакан, и Клаус немедленно укусил его за запястье и позволил крови течь, как только стакан был наполовину полон, он протянул его Кэролайн. «Я верю, Катерина, что ты захочешь этого». Кэролайн кивнула. «Спасибо тебе, Клаус». «Как насчет того, чтобы дать этому человеку минутку сейчас? Он только что очнулся от девятилетнего сна. Давай дадим ему выпить». Клаус благодарно кивнул Джошу. Возможно, это даст ему достаточно времени, чтобы собраться с мыслями, потому что прямо сейчас его разум ходил кругами.