брелочек

— брелок. – однажды произносит Риндо, когда его парень сидит к нему спиной, делая какой-то доклад по истории из университета. на том была собственная футболка или же не собственная, а брата, – это отличать сможет только экстрасенс; чужая серая байка на замке, потому что было холодно, зимой, в прочем, у них всегда холодно в районе, и тёплые носки с домашними штанами. и вроде с виду похож на колобка или капусту, каким-то образом сохраняя некую миниатюрность, а вроде и эта сахарная вата вместо волос не давала навязчивым мыслям покоя. — брелочек. — что? – удивлённо поворачивая своё тело назад, отвлекаясь от записи какого-то определения и смотрит устало, потому что уже не помнит сколько часов сидит за столом, да что уж там, его зад уже бесспорно принял очертания седушки, а спина больше никогда не разогнется. Кавата ненавидит то, что у старшего уже начались каникулы. какого черта. он встречается с фиолетовым взглядом, прожигающим его с ног до головы и тонкие брови ползут ещё выше в ожидании ответа. — ну, – блондин произносит это так, будто бы это сверхочевидно. — типа ты брелочек. — что. – Соя вообще не догоняет, а из-за тона своего парня почти верит, что является самым тупым и тормознутым человеком на земле, но потом почему-то вспоминает Мицую, до которого чувства и явные намёки в перемешку с признаниями доходили несколько лет. — блять, Соя. – и голубоглазый едва сдерживает себя оттого, чтобы не швырнуть исторический справочник и свой конспект прямо в эту очкастую физиономию. Соя на самом деле не такой. его редко, что раздражает, он любит сидеть и ночевать дома у Хайтани, совсем не волнуясь о присутствии Рана, потому что тот любит сидеть и ночевать у них дома. любит теплые вещи Риндо, любит какао и спит в обнимку с плюшевым зайцем, к которому вышеназванный скромно ревнует. не любит смущаться, потому что неприятное ощущение горящих щёк заставляет чувствовать себя не очень комфортно, но любит смущаться из-за одного человека. но на данный момент у него вот-вот сдача перед самым Рождеством, покрасневший нос и слегка больное горло, а ещё он нихуя не понимает в этом состоянии и мозги плавятся так, будто бы сейчас июльская жара. а ещё фиолетовоглазый со своими тупыми фразами и предложениями. нет, они не тупые, просто сейчас нихуя не понятно, оттого и тупые. — ты похож на брелочек. маленький такой и волосы у тебя объёмные в разные стороны, так и хочется тебя на рюкзак повесить. — Рин, ты ёбу дал. – устало хрипит Кавата, заходясь в кашле и перед тем как его лицо встретиться с твёрдой поверхностью, всё же кидает розовый текстовыделитель прямо в лоб. брелочек. ну что за пиздец. и ладно, если бы это было один раз, тогда вечером, когда после трудной последней недели блондин немного выпил. но на следующее утро, когда голубоволосый шуршит теплой чёрной курткой в коридоре, укутываясь в длинный вязанный шарф – Хаккай практиковался, он тогда обоим близнецам сделал такие подарочки на прошлый новогодний праздник, а потом, после каникул, братья встретили Мицую в кафешке недалеко отсюда, в приятном свитере персикового цвета, явно сделанным в ручную. и не умилиться с этого было невозможно. натягивает наушники и чёрную маску, поднимая с пола свой рюкзак с цветными значками и цепочками, желая создавать как можно меньше шума. однако это выходит, кажется, не очень хорошо, и младшего Хайтани он застаёт в клетчатой пижаме, облокотившимся об дверной косяк, улыбаясь так нежно и сонно. Кавата почти тает, чуть вздрагивая, когда уголки губ дёргаются в подобии улыбки под тканью маски, пока Риндо подходит к нему, целуя в открытый лоб. — доброе утро, брелочек. – и в ту же секунду брови принимаю привычное положение, едва ли не сомкнувшись у переносицы. конечно, это звучит резко, нежели привычное «солнышко» или «сладкий» и причём второго касается сравнение с сахарной ватой. хорошо, это звучит романтично, но брелочек? там у тебя все окей, да? — тебя забирать сегодня после пар? у голубоглазого дёргается веко и нерв обыденно подрагивает на лице. его ладошки в перчатках слабо отпихивают парня, сам что-то бурчит под нос на подобии «иди спать, нехуй мне тут», правда получается это в его мягкой манере «доброе утро, прости, опаздываю». хотя на часах нет и восьми. Соя думает, ну нахуй, если Нахоя увидит, будет вдвойне странно и втройне неловко. думает, если увидит Ран, до определенно это подцепит. Соя думает, пойди-ка ты нахуй, Риндо Хайтани, со своими прозвищами. Соя говорит: — сегодня я дойду сам, ладно? мне ещё Нахое помочь надо будет. конечно это звучит как тупая отмазка, а отмазка от чего? от того, что его голова идёт кругом от шторма мыслей из-за прозвища? от того, что он знает, что думать по поводу этого, вместо того, чтобы как и полагается парочкам принимать это как романтичное и милое, как и остальные их прозвища? это звучит не правдоподобно, Хайтани об этом понимает сразу, потому что, ну потому что Нахоя как минимум не просит своего младшего близнеца о помощи. как минимум потому что это младший просит о помощи Нахою. об этом оба решают тактично промолчать, ведь в их отношениях первое место с остальными делит понимание. если кто-то ведёт себя странно, не посчитав нужным сказать об этом, то значит кому-то из них нужно побыть одному. так они и делают. Риндо не забирает своего возлюбленного с универа, только трезвонит Рану каждые пол часа, спрашивая, раз маленький голубой и злой комочек у них, то как он себя чувствует, не провинился ли он где-то, не злиться ли Кавата и самое главное, не плачет ли. косичка отвечает, что если бы тот заплакал, то спокойно бы не говорил сейчас. отвечает, что всю супер-пупер и наконец-то даёт себе волю посмеяться. брелочек. чёрт возьми, Риндо, как тебе пришло это в голову? Риндо, брат, ты знал, что это гениально? и по возвращению домой, уже ближе к восьми вечера, когда на улице совсем темно и поднимается ветер со снежным вихрем, в коридоре хлопает дверь, а после в комнате показывается и снежный сугроб, который научился передвигаться короткими лапками, видными из-под длинной куртки. стряхивает снег на пол, а фиолетовоглазый тихо хмыкает в кулак, помогая снять всю одежду, а мокрые от снега шарф и наушники вешает на батарею. помогает пройти в ванную и избавляет от свитера со штанами, параллельно целуя в холодные онемевшие губы. голубоглазый в миг чувствует, как тепло согревает его конечности, изнутри и снаружи, как поддаётся широким любимым ладоням и знает, что сейчас он в безопасности. ему не страшно рядом со светловолосым, ему безопасно, он любит чувствовать их везде, на щеках, плечах, талии, руках, бёдрах и ниже, ниже, ниже... об этом даже думать согревающе. — солнышко, Соя, всё хорошо? – спрашивает Рин, запуская длинные пальцы в мыльные шампунем волосы, массируя кожу головы и тело под ним совсем скоро грозится стать одним целым с горячей водой, в которой сидит. — я не напираю, просто сегодня ты.. — Рин. – тихонько проговаривает младший, сжимая своими руками свои острые коленки, опуская голову в плечи. было сразу заметно, как покраснели кончики ушей и щёки. — почему брелочек? а Риндо даже не думает скрывать улыбку, наклоняется, становясь на корточки, подпирая на бортике кулаком свой подбородок. — потому что ты милый. и мне всегда хочется носить тебя рядом с собой. будто брелочек на ключах или рюкзаке. – вот так вот всё просто на самом деле. и Соя поднимает на него свои глаза, замирает, ждёт так совсем чуть-чуть, а после чмокает ничего не подозревающего старшего, поправляя мокрыми пальцами его очки. — брелочек.. – пробует на языке, и хмурится несерьёзно. — дурашка. действительно, Риндо Хайтани. дурашка. но, можешь считать это полноценной зелёной дорожкой в одобрение на такие выходки. на дорожку одобрения брелочка. так и началось. у Сои Кавата больше не возникает никаких вопросов.