В грани на грани

-Бл*ть! - коробка с громкий стуком падает на пол, отбивая пареньку большой палец ноги. Прыжки по кругу, тихий мат и скулёж из-под закушенных губ привлекают белого кота с темно-голубыми глазами. -И что ты скулимау? - протягивает питомец, картинно разваливаясь по середине прохода и старательно потягиваясь лапами в сторону проклятой коробки. -Если бы тебе лапу отдавили, ты бы тоже орал, причём похуже меня. Я хотя бы не настолько несдержан в выражениях, - темноволосый парень, опускает остальные громады на пол, сползая по стене рядом с ними. Надо же было затеять переезд в такую глушь именно сегодня, почему не два месяца назад? Когда он орал об этом на каждом углу, ссылаясь на неудобство расположения его маленькой квартиры, на вечные дебоши со стороны соседей. Хотя жаловаться - грех. В конце концов нашли же этот домик в частном секторе около канала, да ещё рядом с музеем Пушкина. Странно, конечно, как такая постройка вообще сохранилась среди многоэтажек нового Санкт-Петербурга. Остальные вот снесли подчистую, даже не стали церемониться с жильцами, переселили в хрущёвки на окраине, подписали договор об отсутствии претензий и уехали в закат. -Амф, есть идеи, почему эту развалюху эпохи крепостного права оставили при жизни? -Беспонятимяу...- откликнулся кот, вставая со своего избранного для позирования места и лениво подплывая к луже, что по очертанию напоминала его хозяина. -Может перестанешь вставлять это «мяу» в конце каждого предложения? Я же знаю, что ты нормально можешь говорить... -Если перестану, то вообще забуду как на кошачьем общаться и напугаю очередную твою пассию. Сероглазый залился надсадным смехом, запуская пальцы в мягкую шерсть любимца, стараясь как можно меньше задевать очередные колтуны, что появились из-за слишком усердного вылизывания. -Пассии...да...,- улыбка медленно начала сползать с лица, находя своё место где-то в другой точке города, а может и мира. -Не кисьни. Найдём тебе ещё одну, может даже двух. На той ведьме свет клином не сошёлся...,- кот подстраивался под ритм ласки, выкручивая голову, приподнимая спину и старательно тыкаясь носом куда-то в лучевую косточку. -Найдём, конечно. Ведьмака, найдём, чтобы он стал моим спасителем от всякой нечисти,- недовольный укус в район складки между большим и указательным пальцем,- Ай! Ты не в счёт! -То-то же. Ведьмак ему нужен. Сам справляйся,- темные омуты моря перед штормом смотрели с неудовольствием. -Отвернись,- просто бросило нечто похожее на парня, больше не желая продолжать разговор. Покрылось чем-то похожим на дым. На тот дым, что глаза застилает, когда долго смотришь на солнце или когда долго слёзы держишь в глазах. Питомец белой молнией слетел с насиженного места, прячась за угол и накрываясь лапами. Не то,чтобы это было необходимо. Больше было похоже на актерство. Со стороны кота? А вы попробуйте пожить на свете с его, начнёте и не таким заниматься. Пелена была не опасна, она не убивала, не казалась туманом на кладбище, но отчего то не хотелось на неё смотреть. Хотелось спрятать лицо в локте, надвинуть кепку на самые глаза или просто отгородиться стеной от неё. Она была защитой. От чего? От него. От настоящего. От настоящего нас всегда ограждает пелена. Будто то пелена «заботы» или «поддержки» или «любви», иногда «помешательства» и «фанатизма». Но этими шторками мы прикрываемся без малейшего зазрения совести. Ведь а как по другому? Крылья никогда не умещались в комнате, а уж в тесном коридоре и подавно. Были бы перья, может они бы смягчили удар, да и то вряд ли. Поотлетали как пушинки от одуванчика да и только. Кожа же реагировала намного острее, да и рецепторов было намного больше, все же крылья покрытые кожей рептилий были в моде лет 500 назад, да и были ли? -Неужели нельзя сделать более широкий проход? Где мой масштаб,- жаловался... парень? Это нечто с человеческим лицом, но уже совершенно не человечествами глазами под большим сомнением принадлежало к роду хомо сапиенс. Вытянутые зрачки в окружении янтарной радужки пугали, давая поводы сомневаться, что у тебя не глюки, а это нечто действительно говорит. А ведь говорил же. Несмотря на огромные алые кожаные крылья, на лапы, больше похожие на человеческие ноги, обросшие чешуей с отросшими когтями, на чешуйки, иногда возникающие скоплениями на коже, на вытянутые и немного закрученные уши,поворачивающиеся на каждый шорох, на алое созвездие, что так ярко тлело на солнечном сплетении... Хотя голосовые связки ведь это не отнимало, от чего бы ему и не поговорить? Вот он и говорил. -Эх, был бы у нас с тобой огромный дом, как в Петергофе...вот там бы я развернулся -Там бы ты быстро завернулся, мой друг,- из-за двери вальяжно просочился Амфий, оплетая хвостом косяк. -Да брось. Не бывает такого, чтобы все поголовно были шизики -Правильно. Не бывает. Поэтому половина - шизики, а остальные просто с головой не дружат. Прекращай верить сказкам. Нет никакого долго и счастливо,- резко прервал свой монолог кот и скрылся в дверном проеме. -Не буду верить в сказки - помру от реальности!- прокричал куда-то вслед Файр. Верить в сказки - это круто. Это ещё какой-никакой отголосок детства. Когда ты ещё чхаешь на чужое мнение, радуешься простым мелочам и до дрожи в коленях ждёшь, ждёшь от жизни всего самого лучшего. Верить в сказки - это больно. Ведь потом понимаешь, что верить не во что. Домик был небольшим, состоял из трёх комнат, прихожей с коридором до чердака, что раньше использовался для хранения всякого хлама, а теперь пустовал за ненадобностью покрываясь паутиной. Мебель была новая, поскольку переехала с новыми хозяевами, а полы можно и коврами закрыть. Зачем ремонтировать то,что пока держится? -Фа, деревянный пол очень не любит когти. Даже я свои при себе держу, а ты нам все тут пометишь, потом не объяснишь, откуда при таком мелком красавце такие огромные следы,- прозвучало откуда то с антресолей, послышался шорох, затем что-то откуда то упало и с верхней полки высунулась недовольная морда. -Ты там ничего не побей, а со своим когтями я сами разберусь,- отмахнулось нечто, продолжая выставлять на полку разноразмерные свечи, цветастые книги и потёртые шкатулки. Кот безумно любил свою внешность. Черта обычных котов? Если бы они все умели говорить, то поголовно рассказали бы о своей прекрасной внешности. Однако, на наше счастье, говорить они могут не все. Но этот может и никогда не пытается показаться скромным. Да и смысл? А вот что любит этот обнаженный человек с чешуей? Что за свечи? Не будем же мы демона вызывать в новом доме, правда? Его потом изгонять надо, а это ещё время и никаких денег. А вот любит паренек свою работу. Работает он явителем-проявителем. По факту: спутник между мирами,который не даёт душе улизнуть к манящему соблазну в виде другой параллели реальностей. Но это сложно, а явитель- проявитель и звучит смешнее, и запоминается лучше. А значит, клиентов привлекает больше. Деньги в любом мире и в любой реальности занимают правящую роль. Кто бы что ни говорил,не верьте. У руля мира - деньги, иначе бы мы все жили в сказке. Поэтому на них опираются все, каждый хочет найти работу, чтобы и счастливым быть, и есть было что, и дело удовольствие приносило.Проще говоря: и на кресло сесть,и рыбку съесть, и на велосипеде покататься. Но это очередной вид сказки, правда реальная адаптация. Но проводник - это неплохо. Прибыльно, модно, в меру престижно. Что ещё нужно молодому парню? Единственное, что доступно не всем, но тут и в обычных профессиях нужно особый дар иметь. Не смешить толпу, и не красиво рисовать. Родиться нужно немножко на грани. На грани жизни и смерти, своего мира и параллели, чтобы душа умела и туда, и туда перемещаться. Так и появляются эти странные создания. Ни туды, ни сюды. Но ведь живут, работают, даже потомство дают (мерзко звучит, когда на человека применяешь). Вывод: полноценные особи популяции ( будто в научную статью ушли) В любом месте, в любом мире можно найти своё призвание. Любой из существ может в конечном итоге оказаться самым нужным и самым востребованным. Нужно искать. Иначе можно остаться «неправильным». Комната, больше походившая на гостиную, заполнилась ароматом ванили и лаванды. Если долго таким дышать, то голова заболит и запахи остальные перестанешь чувствовать дня на два. Сильная смесь. Но если правильно пропорции подобрать и в нужное время дать человеку этот запах вдохнуть, то много проблем разом решиться. Кто-то перестанет верить, что смерть все решит, кто-то поверит, что любая болезнь излечима, кто-то просто начнёт кашлять как не в себя, махая руками и отчаянно пытаясь донести, что аллергия у него! Нельзя было спросить раньше?! Янтарные глаза скользили по своему богатству с трепетом, теплотой, почти отеческой нежностью. Ведь каждая вещь не доставалась просто так. Что-то от родителей передалось, что-то пришлось покупать за немалые деньги в деревушке на другом конце мира, а что-то как трофей получил. Не трофей из сражений, конечно, а как выигрыш в детской игре во дворе. Все же знают, что в детстве главной целью является победа, а что там надо менять, ставить, закладывать дети не задумываются. В конце концов, другую игрушку купят, но зато победят! Здесь и сейчас. Так и кочуют нужные вещи в нужные руки. Именно во дворе проводник получил камень, что «Мусль» зовётся. Прямо так в прилагающейся бумажке и было написано.Пафосно. Будто не камень, а как минимум меч-кладенец. Мусль неплохо выполнял свою функцию блока питания. Сгущает разрывы, растягивая их для проводника, ломает маленькую загородку между мирами. Но ведь надо и строить, а то вместо нормального мира мы получим кашу. Каша из миров. Звучит не вкусно, а на деле ещё и страшно. Поэтому «Мусль» всегда работает в паре. Работа в паре гораздо более продуктивная, да? Ведь мы можем положиться на ещё одного человека, спихнуть ему часть обязанностей, а то и все. Две головы лучше генерируют идеи, лучше видят недостатки, лучше делают дела. Работа в паре хороша тогда, когда звенья этой пары равны. Иначе возникает зависимость. «Мусль» всегда работал вместе с «Штопорником». Был вариант его переименовать в «Гусль», но тогда полностью терялась серьезность работы. Клиенты начинали бессовестно ржать, мешая тем самым сосредоточиться на зашивании раны мира. -Ты там со своими баночками совсем замолчал. Ментально уже общаетесь? - кот мягко спрыгнул с деревянного настила на потолке, приближаясь к баночкам. -Конечно. Мне же нужно учиться телепатии. Начну с банок, они думают громче. -Не уверен, что банки вообще думают, но я не врач-психиатр, а ты исходно похож на сумасшедшего. Так что судить не берусь -Настанет день и я услышу от тебя что-нибудь лестное. Когда-нибудь...,- с улыбкой выдохнул парень, расставляя баночки по коробкам и задвигая под стол. Нечего им валяться без дела, ещё разобьётся что-то и потом ищи свищи. -Амф, ты обещал поискать подтверждение того, что дом приближается у твоему ровеснику. И как успехи? -Переменные. Кое-что, действительно, нашёл. Но если говорить о настоящем доказательстве, то эта вещица нам не поможет. На стол опустилась брошка, усыпанная миллиардом мелких осколков прозрачного бисера. Казалось, что она светится от любого самого тонкого лучика света. -Вау. Это бриллианты? -Ага,четыре раза,- фыркнул Амфий и выразительно посмотрел на непутевого хозяина -С тобой даже не помечтаешь, - тяжело вздохнул проводник, мягко оглаживая подушечками пальцев сверкающую поверхность. -По узору и по манере исполнения самой броши мог бы отнести ее к 17 веку,- заумно начал читать лекцию кот, стараясь придать себе максимально серьёзный вид, насколько это было возможно находясь в таком облике. -Но? Всегда и везде есть такое «но». Оно рушит надежды, которые были возведены первой частью речи, опускает с неба на землю, когда душа уже порывается на 7 уровень, больно тычет ножом в сердце, выгоняя оттуда тепло маленького лучика счастья. За ним может стоять что угодно. Плохое. Хорошее. Грозное. Мягкое. Громкое. Тихое. Столько вариаций последующих слов, однако после «но» все они звучат одинаково. Одинаково страшно. -Но сама манера резьбы по железу, а это именно оно, если ты успел заметить своим зорким взглядом,- издевается голубоглазый,- напоминает больше первую половину 18. Все-таки более искусно, и менее вычурно -Хочешь сказать, что меньше завитушек и больше сложных узоров, складывающихся в общую яркую композицию? -Вот! Умеешь же хорошо говорить! «Хорошо говорить» умеет в общем-то каждый второй человек на земле, вопрос только в том, что никто особо не кичиться сим достоинством. Почему? Потому что в некоторых регионах можно было и по кумполу получить за излишне витиеватый язык. Ведь надо быть как все, да? -Я ещё и мыслить здраво умею, только ты об этом забываешь постоянно,- наигранной обиженно ответил Фаир, убирая руку от украшения и возвращаясь к распаковке оставшихся вещей. -Не забываю, а стараюсь не делать тебе слишком много комплиментов. Это разные вещи. -Лучше бы себе поменьше делал. Диалог прервался за раскладыванием одежды и предметов быта по обветшалым полкам. Дом, как было описано выше, принадлежал к типу деревянных застроек 17-18 веков, но несмотря на свою древность оставался крепким и уютным. Самая редкая черта у людей, вещей и домов - уютность. Именно она притягивает как магнит, заставляет оставаться рядом, побуждает вернуться туда, где сердцу было спокойно. Может любовь и уют - синонимы? Кухня ещё хранила характер своих хозяев. Такая же простая, удобная и в меру красивая. Ничего лишнего. Пласт железа с вырезками под своеобразные кастрюли и сковородки и отверстиями чуть ниже для помещения в них шариков, что из параллели вытягивали бы тепло. Придумал это явно кто-то из термилов, приспосабливающих умения редких живых проводников, стабилизаторов, обменников и других элементов этой бесконечной цепи связующей миры для нормальной жизни. «Нормальность» - это формальность. Она как штампик в паспорте. Вспомнишь, когда откроешь документ, полюбуешься и закроешь. Ничего в жизни твоей не поменяется, душа не будет ходить по струнке, мечты не опуститься на землю, Надежда на то, что когда-нибудь крашенные волосы, длинные ногти и татуировки перестанут считать дэбилизмом не угаснет. Может немного побледнеет да и только. Рядом с плитой примостился темный шкаф, отливающий серебряным защитным слоем. «Не пытайтесь смыть!» - предупреждала надпись сбоку от дверцы. По всей поверхности были видны тонкие царапины и потертости, но оболочка, предотвращающая распыления холода, все ещё стойко выполняла своё призвание. -Холодильник…,- одними губами пролепетал проводник, ведя вдоль одной из отметин подушечкой пальца. -Что ты сказал? -Холодильник. В одной из параллелей слышал. -Не употребляй эти чужеродные слова, пожалуйста. Ты же знаешь, что это неправильно, правда? -Никогда не понимал, почему обычные звуки могут привести к разрыву материи, я же не с заклинаниями и не с обрядами их произношу,- рука соскользнула с царапины и повисла вдоль чешуйчатого тела, медленно растирая остатки покрытия между пальцами. -Файр, ты уже не маленький, должен понимать, что к чему и почему. Прости, но сейчас совсем нет желания ещё раз тебе все разжёвывать,- кот махнул пушистым хвостом, исчезая в дверном проеме. Слова. Звуки. Они срываются с нашего языка без особых усилий, но какие бывают последствия брошенной фразы? Граница миров хрупкая, тонкая, и несмотря на кажущуюся плотность, легко рвётся в самых неожиданных местах. Слово - одно из мощнейших орудий, под стать ножу оно колет полотно, образуя в нем дыру, которая расползается по мере накопления таких «проплешин». Звук, привычный в одной параллели, может оказаться губительным для другой, потому что слишком близко идут миры друг с другом, слишком часто соприкасаются при переходах. Со временем граница истончается, рябит, старается перелезть в другой мир, укрепиться там. Как под силой давления, но все стабилизируется, стоит только всем элементам вернуться в свою реальность, однако, если есть пробоины, то полотно просочиться в другой мир, создаст там непредсказуемые временные коллапсы или просто начнёт разрушать параллель, разлагая изнутри все живые вещества и субстанции. Опасно, поэтому лучше держать язык за зубами. Стол отливал глянцем, будто на него вылили несколько вёдер с воском, отполировали тряпкой и наложили вечное забвение. На деле же все было намного прозаичней - старый предмет утвари держался на последнем укрепляющем заговоре, который создавал морок для окружающих, и чем крепче жильцы в это верили, тем лучше и дольше держалась иллюзия, сохраняя столик целым и невредимым. -Амф, я есть хочу…,- жалостливый стон разрушил идиллию тишины, властвующую в доме последние лет десять. -Так приготовь, я тут при чем? -Ты готовишь лучше и вообще…,- последовало недорогое молчание, нарушаемое лишь скрипом извилин в голове у парня,- я нас обеспечиваю! -Слушай, обеспечитель, ты бы лучше так рьяно клиентов заманивал на сеансы, а не меня на кухню В дверном проеме появился мужчина с темно-голубыми глазами и точеными чертами лица, он напоминал мечту женских сердец 17 века. Выправка и горделивый взгляд добавляли в общую картину неповторимого шарма, заставляя существо находится в кошачьем обличии большее время. В противном случае пол был бы устелен дамами всех возрастов. -Опять ты перевоплотился? И не жалко сил? -Перескакивая из одного обличия в другое я трачу в разы меньше, чем ты при генерации потенциала для своих вещей. -Ты больше споришь, чем готовишь. Мы бы могли уже есть. -А если бы ты начал готовить, то мы могли бы уже мыть посуду…,- «кот» облокотился на стол, осматривая кухню придирчивым взглядом,- или отмывать это помещения от ошмётков подгорелой яичницы… -Эй! Это было один раз,- чешуйчатый свёл брови к переносице, придавая нечеловеческому лицу комичное выражение и заставляя собеседника расплыться в улыбке,- К тому же, я всего лишь перепутал выключатели, с кем не бывает? -Да ни с кем не бывает, Фа. До сих пор не понимаю, каким образом ты вообще нашёл ту кнопку «интенсивного выделения субстанции». Разговор прервался резким толчком из-под земли, который продолжил распространяться волнами по периметру города, поочерёдно подбрасывая каждое здание на несколько миллиметров и возвращая на место в целости и невредимости. -Как же мне надоели эти всполохи энергии….