Апельсиновый пунш и розовое платье

Свой долгожданный выходной Драко планировал провести исключительно с семьей. Он не мог вспомнить, когда последний раз нормально завтракал вместе с ними, не говоря уже о простых прогулках с женой и сыном. И ему осточертело каждый раз извиняться перед ними за свое частое отсутствие, но Аврорат отнимал все его время, включая нерабочее, ведь Драко постоянно приходилось оставаться допоздна с Поттером и кучей проблем. Проснувшись позже всех, он быстро привел себя в порядок, прежде чем спустился вниз. Малфой тут же скривился, видя коридоры Мэнора, украшенные к празднику. У него совершенно вылетел из головы тот факт, что именно сегодня день, когда нужно переодеваться в глупую одежду и ходить по домам, выпрашивая у соседей конфеты. Он считал это времяпрепровождение полнейшей глупостью. Кто в здравом уме стал бы заниматься подобной ерундой? Драко давно уже повзрослел, но, имея маленького сына и жену, которые обожали дурачиться, он иногда шел на уступки. Однако сам он никогда не праздновал Хэллоуин. Его родители не были любителями этого праздника, отдавая предпочтение чему-то более изысканному, не предполагающему костюмы и разрисованное лицо. Только в Хогвартсе Драко видел саму атмосферу праздника, но и там все ограничивалось лишь едой все годы, за исключением последнего. Последний учебный год для него отличался от всех предыдущих тем, что старшекурсники и учителя пытались восстановить школу, при этом налаживая между факультетами дружеские отношения. И к Слизерину в то время относились с пониманием, чего раньше никогда не было. Поначалу Драко чувствовал себя слишком уязвимым, потому что совсем не привык к этому. Даже Святой Поттер тогда пожал ему руку, сам проявив инициативу и тем самым удивив Малфоя еще больше. Кто бы мог подумать, что спустя столько лет они поговорят как нормальные люди, не испытывая к друг другу былой ненависти? Усмехнувшись своим же воспоминаниям, он прошел дальше в сторону кухни. Его желудок заурчал, стоило Драко почуять запах еды. Он ускорил шаг, но, видя по пути на кухню висящее привидение, закатил глаза, понимая, что когда-то давно уже видел такое. Не только отношения между факультетами изменились в тот год, но и сама жизнь в Хогвартсе. Школа впервые тогда отметила Хэллоуин, хотя раньше ограничивалась только шикарным ужином и устрашающими украшениями, а теперь Драко наблюдал то же самое и в своем доме. И он понимал, почему здесь сейчас было разложено столько тыкв, наколдована паутина и общий вид поместья приобрел жуткие краски. Потому что Гермиона сделала это ради их маленького сына, который хотел надеть свой костюм и выпрашивать сладости. Только зачем, если он мог получить их в любое время суток? Отбросив эти мысли подальше, Драко отворил дверь кухни, сразу же натыкаясь взглядом на Гермиону, стоящую у плиты. Она снова решила сделать завтрак, хотя в доме почти всегда готовили эльфы. Но его до ужаса упрямая ведьма старалась частенько радовать семью вкусной едой. Оглядев пространство, Драко нахмурил брови, не видя рядом с Гермионой Скорпиуса. Предположив, что сын мог уже давно поесть, он тихонько подкрался к жене и, обняв ее за талию, уткнулся носом в пышную копну волос. — Доброе утро, милая, — пробормотал он, когда Гермиона вздрогнула от неожиданности, но не остановилась переворачивать блинчики. — Запах потрясающий. — Да, только ты снова напугал меня, Малфой, — она попыталась сказать это поучительным тоном, хотя Драко отчетливо расслышал смех в ее голосе. — И теперь я не знаю, стоит ли тебя кормить. Драко расплылся в улыбке, позволяя ей повернуться к нему лицом, чтобы украсть у него поцелуй. Быстро чмокнув ее, он довольно облизнул губы и, пользуясь тем, что Гермиона отвлеклась на минутку нежности, схватил с тарелки нарезанный банан, тут же отправляя его в рот. Она шутливо толкнула его в грудь, качая головой, пока он прожевывал фрукт и наслаждался вкусом. — Ты приготовила слишком много еды для нас, — заметил Драко, присаживаясь за стол. — Ты же не собираешься выбрасывать ее? Кстати, а где Скорпиус? — Уже поел и побежал наверх за своим костюмом, — ответила она, заставляя его нахмуриться. — Поттеры пригласили нас в гости сегодня, Скорпиус очень хотел пойти. Драко испустил протяжный вздох, прежде чем откинулся на спинку стула, потирая виски. Как тут отказать им, чтобы не стать свидетелем слез жены и сына? — Грейнджер, я не думаю, что это хорошая идея, — пробурчал он, внимательно наблюдая за тем, как она добавляла фрукты к его порции блинчиков. — Почему? — спросила Гермиона, ставя перед ним тарелку, от которой исходил горячий пар. — Это же так весело — наряжаться во что-то страшное или, наоборот, смешное! Тем более Скорпиус дружит с Джеймсом и Альбусом, зачем портить им праздник? — Потому что это глупо, — фыркнул он, и ее глаза зло сверкнули из-за его слов. — Мой сын не должен… Драко не успел договорить, как дверь в кухню снова открылась и в проход молниеносно влетел Скорпиус, едва удерживающий в руках что-то непонятное, скомканное в несколько раз. — Папа! — выкрикнул тот, выглядывая из-за вороха вещей, закрывающих ему весь обзор. Драко наградил сына фирменной ухмылкой, при этом избегая глаз Грейнджер, которую он, скорее всего, обидел своим отказом. Но Малфой по-прежнему не собирался идти на уступки и смотреться глупо перед всеми. — Привет, приятель, — улыбнулся Драко, на секунду бросая взгляд на сверток у него в руках. — Что это у тебя? — Костюм на Хэллоуин! — счастливо проговорил Скорпиус, высоко подпрыгнув на месте. — Мама сказала, что сегодня мы идем в гости к дяде Гарри, правда ведь? — тот обратил внимание на Гермиону, поднимая свою бровь вверх в ожидании ее ответа. Драко показалось, что вопрос застал ее врасплох после того, как мгновением ранее они спорили. Малфой видел, что теперь ей было тяжело подобрать правильные слова, чтобы ответить Скорпиусу, взиравшему на нее своими большими серыми глазами. Решая освободить Гермиону от этой пытки, Драко прочистил горло, надеясь, что Скорпиус воспримет его слова спокойно для своих лет. — Скорп, дело в том, что мы решили остаться дома, — начал Драко, когда тот снова повернулся к нему, склонив голову. — Покатаемся все вместе на лошадях или поиграем, что скажешь? — Но как же Джеймс и Альбус? — спросил тот, и его нижняя губа дрогнула. Скорпиус боролся с желанием заплакать прямо перед своими родителями, потому что Драко всегда говорил сыну не проявлять слабость на людях. — И мой костюм? Мама очень долго искала то, что я хотел… Сейчас Малфой чувствовал себя хуже некуда, отказывая сыну, едва сдерживающему горькие слезы. Его ребенок всегда имел все самое лучшее, но идиотский праздник не смог переубедить Драко всего лишь на один день выйти из образа серьезного аврора, чтобы просто подурачиться с сыном. Это занятие было явно не для него. Не придумав, что сказать ему, Драко только отрицательно помотал головой, после чего Скорпиус всхлипнул, опуская глаза в пол. Это продлилось не больше нескольких секунд, прежде чем ребенок бросил на пол то, что держал в руках, и убежал, оставляя их с Гермионой наедине. Аппетит тут же пропал, и Драко отодвинул тарелку подальше от себя, скрещивая руки на груди. Чувство вины затопило его с ног до головы, однако он так и не шелохнулся, чтобы пойти и успокоить сына. Ему не хватило смелости еще раз посмотреть Скорпиусу в глаза и сказать, почему же Драко так настроен по отношению к этому празднику. — Драко, он ведь еще совсем маленький, — послышался тихий голос Гермионы, пытаясь убедить его сделать правильный выбор. — Разве ты в его возрасте никогда не хотел отпраздновать Хеллоуин? — В моей семье не принято отмечать такие праздники, — хмыкнул он. — В Мэноре не было ни тыкв, ни других украшений. Сочувствие, которое Драко видел в ее глазах, слегка раздражало, потому что он не любил жалости к себе. Да и какая вообще разница, как именно прошло его детство? Услышав это, Гермиона мигом сняла фартук, бросая его на спинку стула. Она подошла к Драко и, склонившись, оставила на его щеке мягкий поцелуй в качестве поддержки, хотя ему было не нужно, чтобы Грейнджер жалела его. Он давно вырос, поэтому думал, что мог спокойно обойтись без утешений с ее стороны. Отодвинувшись от стола, Драко позволил ей сесть ему на колени. Когда ее губы вновь дотронулись его лица, он прикрыл глаза, наслаждаясь этими прикосновениями. Несмотря на его сложный характер, она все равно старалась быть к нему терпимой и всегда помогала, даже если с ним казалось невыносимо жить. — А помнишь последний год в Хогвартсе? — прошептала Гермиона, потеревшись носом о его нос. Он распахнул веки, тут же осознавая, что именно она имела в виду, говоря это заговорщическим тоном. — Ты о том дне, когда все выглядели как полные идиоты? — поинтересовался он, ухмыляясь. — Такое сложно забыть. Гермиона фыркнула, покачав головой, пока Драко тихонько посмеивался над ее недовольной физиономией. На самом деле, он помнил тот день, но подтрунивать ему нравилось больше. — Нет, я о нашем разговоре за бокалом пунша. Гермиона с теплотой в глазах посмотрела на него, на что Драко ответил тем же, зарываясь по привычке пальцами в ее пышные волосы и делая на ее голове настоящий хаос. — Тогда я впервые понял, что у меня есть к тебе чувства. Скучающе оглядывая Большой зал, Драко изо всех сил пытался не сойти с ума среди кучки учеников, танцующих и толкающих друг друга. Все собрались по случаю празднования Хэллоуина, наверное, впервые за всю историю существования школы. По крайней мере, Драко не видел раньше подобного. Они всегда отмечали этот праздник обычным ужином с огромным количеством сладостей, не более, а за этот год школа кардинально изменилась, не говоря уже об учителях и учащихся. Когда мимо него прошла парочка когтевранцев в нелепых костюмах, он скривился, жалея, что вообще согласился прийти. Забини, как всегда, был очень настойчив, уговаривая его посетить костюмированный вечер, но Драко решил обойтись без грима и одежды. Он не хотел выглядеть глупо, в отличие от своих друзей, которые вырядились так, будто их очень хорошо потрепала жизнь. Забини наколдовал себе острые клыки, как у вампира, хотя с такой смуглой кожей Блейз не очень походил на него. А Тео попросил девочек сделать на его лице искусственные кровоподтеки и ранение в районе живота. Пэнси вместе с Дафной и Асторией не были слишком оригинальны, выбрав образы злых ведьм с большими шляпами и метлами. Драко даже посмел подумать, что они выглядели в этом довольно сексуально, ведь их платья казались ему слишком короткими и вызывающими. Он сильно удивился, когда понял, что всей школе понравилась идея отпраздновать Хэллоуин. Абсолютно все сегодня пришли на бал-маскарад, оделись соответственно, за исключением него. И ему было плевать, что подумали бы другие, потому что он не собирался следовать нелепым традициям. — Малфой, это же костюмированный вечер, — со смешком произнес Блейз, сверкая белоснежными зубами, контрастирующими с его смуглой кожей. — А ты своей белой рубашкой и брюками выделяешься среди всех остальных. Драко закатил глаза на реплику Забини, так по-прежнему и продолжая оглядывать учащихся, проходящих мимо. Он до сих пор удивлялся, что многие не придумали ничего лучше, как вырядиться практически в одинаковые вещи. Это все больше казалось ему абсурдом. — Как жаль, что мне плевать, Забини, — ухмыльнулся Драко, облокотившись на стену, совсем близко к столу со сладостями и напитками. — Я вообще собирался уходить, тут слишком тухло. — Только не говори, что хочешь вернуться в гостиную Слизерина, — протянул тот, будто бы заранее предвидел, как именно хотел поступить Драко. — Лучше скоротать время за книгой, нежели оставаться тут и смотреть на вас, — ответил он, хохотнув, на что Блейз цокнул языком и помахал Дафне, стоящей в нескольких метрах от них. Когда Драко посмотрел влево, увидел толпу гриффиндорцев и, вновь скривив губы от их радости, подумывал прямо сейчас покинуть Большой зал. Львы здорово раздражали его, хотя прежние обиды и недомолвки были забыты сразу же, как только начался повторный седьмой курс. Увидев недалеко от себя Поттера и Уизли, Драко прыснул, заглушая свой смех кашлем. По его мнению, они выглядели еще нелепее, чем другие. Он мог бы как-то подшутить над ними, чтобы просто испортить настрой на праздник, но умом понимал, что это бесполезно. Никто из них не обратит на него никакого внимания, потому что им было все равно. — Эй, куда ты смотришь? — Забини похлопал его по плечу, в то время как Драко окинул взглядом девушку в розовом платье, стоящую к нему спиной. Проигнорировав вопрос Блейза, он сощурил глаза, пытаясь рассмотреть ее как следует, ведь она и впрямь отличалась от остальных. Драко видел, как ее плечи каждый раз поднимались вверх и опускались, видимо, из-за шутки, рассказанной когтевранцем рядом с ней. В любой другой ситуации он мог бы сказать, что видел ее впервые, но Малфой знал всех учащихся в Хогвартсе. Хотя это не слишком помогло ему, потому что оказалось сложно понять, кто она. Его внимание полностью было сосредоточено на ней и ее наряде, который выделялся среди других. Рукава платья были объемными, и из-за этого оно походило на воздушное облако, только светло-розового оттенка, идеально подходящего ей по цвету. Он завороженно наблюдал за ней ровно до тех пор, пока она не повернулась лицом к нему, и он увидел, что это была Гермиона Грейнджер. Салазар, Малфой, неужели ты не мог пускать слюни на кого-нибудь другого на глазах у всех? Драко сам не понял, как не узнал ее, ведь сейчас, получше рассмотрев ее волосы и внешний вид, мог бы сразу же догадаться, что там хохотала Грейнджер. И ее смех был настолько заразительным, что заглушал все остальные звуки в Большом зале. Даже музыка оказалась не такой громкой, или же он просто слишком сосредоточился на ней. Драко почувствовал, как щеки постепенно начал украшать румянец, и понял, что влип. Многие смотрели на него, при этом видя его смущение, потому что Малфой испытывал к Грейнджер что-то странное. Его сердце билось быстрее, стоило ему увидеть ее где-то поблизости. Это по-настоящему начинало сводить с ума. — Подойди и пообщайся с ней, Малфой, — послышался голос Блейза, заставивший его перестать так глупо пялиться на нее. — Что? — переспросил он, поворачивая голову к Забини. — Зачем мне говорить с ней? Блейз осушил бокал с пуншем и, на секунду бросив взгляд на Грейнджер, ухмыльнулся, переводя внимание на Драко. — Очевидно же, что она тебе нравится, — пожал плечами тот, будто бы знал об этом уже очень давно. — Только слепой не заметит. Хотя, должен признать, ты хорошо скрывался все это время, пока я не стал свидетелем того, как часто ты на нее смотришь. Драко тупо уставился на Забини, поражаясь его догадливости. Неужели это и впрямь было так заметно? Он сам не понимал, что чувствовал по отношению к Грейнджер, потому что раньше между ними витала только взаимная неприязнь, ничего больше. Но, когда совместными усилиями удалось восстановить Хогвартс, она стала терпимее к нему, даже как-то улыбалась Драко. Однажды их поставили в пару на зельеварении, и они успешно выполнили задание Слизнорта, который просил сварить Напиток живой смерти. Тогда Драко знал наверняка, что у них получится изготовить зелье, ведь Грейнджер была умна, как и он. Они нормально взаимодействовали между собой, но только исключительно по вопросам приготовления настойки. Драко казалось, что она все еще относилась к нему настороженно, хотя это и не удивительно. Он оскорблял ее все эти годы, разве после такого между ними могла быть дружба? Со временем они стали перекидываться парочкой фраз, Грейнджер одаривала его своей до чертиков милой улыбкой, которую он раньше никогда не замечал. Иногда ему становилось не по себе от того факта, что она постепенно начинала доверять ему после стольких лет унижений. Это было похоже на сон. — Забини, ты головой ударился? — ощетинился он, отводя взгляд, который наверняка выдавал его с потрохами. — Грейнджер не нравится мне! Как она вообще может кому-то нравиться? Посмотри на нее! — По-моему, Грейнджер очень даже ничего сегодня, — протянул Блейз, вызывая внутри Драко странное ощущение, с которым было чертовски сложно бороться. — Так думаешь только ты, — фыркнул он, в глубине души соглашаясь с Забини, потому что она и впрямь была хороша. Именно поэтому он очень сильно походил сейчас на влюбленного идиота, и Блейз видел его насквозь. — Да? — хмыкнул тот, кивая куда-то в сторону. — И еще несколько десятков наших однокурсников, Малфой. На нее смотрят все. Забини опять оказался прав. Грейнджер пожирали глазами многие, включая тупоголового Уизли, которому она отказала еще в начале года. Тогда Драко впервые подумал о том, что зубрила поступила умно, потому что определенно достойна парня получше. Когда Маклагген подошел ближе к Грейнджер и обнял ее за талию, Драко заскрипел зубами от злости. Эта картина вызывала в нем не просто рвотный рефлекс, а желание как можно быстрее отбросить его мерзкую руку от нее. Увидев, как Грейнджер убрала ладонь Маклаггена с себя и нахмурилась, пульс Драко немного снизился, и он довольно хмыкнул. Внутри себя он радовался, что она не повелась на тупые ухаживания и вновь показала свой характер. Совсем неожиданно Грейнджер посмотрела в его сторону и, одарив мягкой полуулыбкой, заставила Драко вновь покраснеть. Он поправил галстук-бабочку, чувствуя, что воздуха стало катастрофически не хватать. Возможно, дело было в том, что Большой зал оказался весь заполнен учениками, или же Малфой просто не ожидал, что она посмотрит на него. Он откашлялся и резко отвел от нее взгляд, ощущая себя будто в ловушке ее глаз. Драко видел настоящую искренность на ее лице, и ему стало еще больше не по себе, потому что он не привык доверять людям и открывать им свою душу. Было намного проще скрывать все за маской безразличия, что он и пытался сделать сейчас. — Мне все равно, — ответил он, когда понял, что молчал слишком долго, а Забини выжидающе уставился на него, успевая при этом стрелять глазами в Пэнси. — Да и какая вообще разница? Мы с Грейнджер никто друг другу, так что… Драко не успел ответить, как услышал свист Блейза рядом с ухом, и, бросив вопросительный взгляд, увидел, как тот уже успел отойти на приличное от него расстояние. Раскрыв рот, чтобы спросить, в чем дело, он тут же захлопнул его, замечая на горизонте Грейнджер. Она шла в его сторону, ее походка казалась уверенной, словно у нее уже была какая-то цель. Он встал вполоборота, чтобы показать, что не пялился на нее, пока она направлялась к нему, хотя Драко даже не был уверен, что она шла именно сюда. Зачем ей это нужно? Малфой засунул руки в карманы, вновь начиная осматривать всех присутствующих. Но сосредоточиться у него никак не получалось, потому что он практически чувствовал, как она прожигала взглядом дыру в его голове. — Малфой? — окликнула его Грейнджер, заставляя Драко слегка подпрыгнуть на месте. — Привет. Он изо всех сил постарался сделать незаинтересованное выражение лица, прежде чем повернуться к ней, и кивнул в качестве приветствия. Когда Драко промолчал, она слегка нахмурилась, но все еще была настроена на разговор с ним. — Как тебе вечер? — спросила она, показывая свою белоснежную улыбку. — Слишком шумно и полно народа, — ответил он, ухмыльнувшись в своей обычной манере. — Я уже собирался уходить. Лучше скоротаю время за книгой, пока в гостиной Слизерина тишина. На долю секунды Драко показалось, что она расстроилась. Неужели из-за его слов? Нет, Грейнджер не такой человек, чтобы обижаться на такие пустяки, нет. — Какую книгу ты сейчас читаешь? — поинтересовалась она, игнорируя слова о скором уходе с праздника. — Обычный справочник по приготовлению зелий, — протянул он, видя, как в ее глазах появилось еще больше интереса. — Более продвинутый уровень, которому не обучают в Хогвартсе. Мать прислала, чтобы мне не было скучно. — О, как здорово! — воскликнула Грейнджер, на что Драко удивленно поднял обе брови вверх. — Не одолжишь мне потом эту книгу? Я бы тоже хотела взглянуть, если позволишь… Она произнесла это с какой-то долей надежды и наивности, что в груди Драко потеплело. Разве можно было ей отказать? — Я принесу тебе ее завтра, договорились? Грейнджер прищурилась, будто искала намек на шутку или какую-то ложь. Но дело в том, что он говорил это от чистого сердца. — А как же ты? — озадаченно спросила она, теребя фатиновую юбку розового платья. — Ты ведь еще не успел дочитать ее. — Это пустяк, — махнул рукой Драко, готовый в данную минуту отдать ей все что угодно, лишь бы она не прекращала улыбаться. — Мне не жалко поделиться с тобой этой книгой. Ее щеки постепенно начал украшать румянец, который только подчеркивал ее красоту и женственность. Почему он раньше не замечал, что она на самом деле очень симпатичная девушка? Наверное, дело было в том, что тогда Драко был зациклен лишь на Поттере и искал любую возможность, дабы осыпать шрамоголового оскорблениями, задевая при этом Грейнджер и Уизли. Со временем Драко осознал, что она не являлась таковой на самом деле. И ее волосы теперь притягивали его глаза, Грейнджер все-таки удалось приручить свою непослушную копну. Ненадолго отведя взгляд от нее, он увидел, что Уизли наблюдал за ними, скрестив руки на груди. Его глаза отдавали враждебным настроем, ведь тот до сих пор не смирился с тем, что Грейнджер отказала и не стала встречаться с ним. Тот по-прежнему не оставлял попыток добиться ее, но она выбрала просто дружбу. Это казалось сумасшествием, потому что все полагали, что когда-нибудь эти двое поженятся и нарожают кучу рыжих отпрысков. Но Драко думал, что большая семья явно не для нее. Он представлял ее с одним ребенком, который являлся бы спокойным и умным, как она, и имел хорошие манеры. Грейнджер точно не была создана для Уизли. Подумав, что Уизли, скорее всего, не оставит его в покое из-за нее, Драко все же решил покинуть Большой зал. Праздник все равно оказался скучноватым, глупые костюмы раздражали его, а лишнее внимание, обращенное к ним сейчас, вообще ни к чему. Лишь Блейз с Тео ободряюще кивали ему и намекали на то, чтобы он не упускал ее. Но Драко никогда не слушал их, поэтому подумал, что лучше всего будет уйти. — Хорошего тебе вечера, Грейнджер, — напоследок бросил Драко, после чего улыбнулся уголком губ и бросил на нее восхищенный взгляд. Она захлопала глазами, видимо не ожидая, что он уйдет прямо сейчас, бросит ее вот так. Ее зрачки расширились, губы сжались в тонкую полоску, и это было последним, что он увидел, когда повернулся к ней спиной и сделал несколько размашистых шагов в сторону выхода. Наверное, она посчитала это трусостью, но ей не стоило знать, что Драко испытывал к ней больше, чем просто приятельские отношения, если можно так сказать. Они все равно не подходили друг другу, поэтому он не хотел даже переживать по этому поводу. Последний год учебы закончится, и их пути в любом случае разойдутся. Не было смысла начинать то, что не продлится долго. — Драко, подожди! — Малфой почувствовал крепкую хватку ее руки, которую она тут же убрала, как только он повернулся к ней, и выгнул бровь. — Хочешь, выпьем пунша? Он вкусный… Честно говоря, он сильно удивился не только ее предложению, но и тому, что она назвала его по имени. На его памяти это было впервые. Не удержавшись, он усмехнулся, потому что ее приглашение выпить все равно казалось забавным. Малфой и Грейнджер, распивающие противный апельсиновый пунш? Похоже на параллельную вселенную, не иначе. Видя, что некоторые с интересом наблюдали за их взаимодействием, Драко планировал избавить и ее, и себя от любопытных глаз. Но, с другой стороны, он не хотел отказывать ей, потому что ее глаза, искренне смотрящие на него, не давали ни единого шанса сказать простое «нет» и уйти. — Я не пью пунш, Грейнджер, — хмыкнул он, по-прежнему пытаясь развернуться к ней спиной и пойти в гостиную Слизерина, заранее зная, что книга не поможет ему расслабиться как следует. — У него мерзкий вкус. — А если я попрошу тебя выпить со мной? — полюбопытствовала она, слегка застенчиво улыбнувшись. — Всего один бокал, Драко. Это ее «Драко», легко слетевшее с уст, сводило с ума. Как она так просто звала его по имени на виду у всех? Он на самом деле не выносил вкус пунша, но разве ей можно отказать, когда Грейнджер смотрела на него так, будто именно в компании с ним она чувствовала себя увереннее и спокойнее. Вздохнув, Драко все же сдался и кивнул, наблюдая за тем, как ее руки потянулись к чаше с напитком. Грейнджер в ту же секунду наполнила два бокала ярко-оранжевой жидкостью с дольками апельсина и вручила один из них ему. — Он даже выглядит мерзко, — сморщился Драко, когда она хихикнула над его физиономией. — Но чего не сделаешь ради тебя, Грейнджер. Как только Драко отпил несколько глотков, понял, что ляпнул сейчас. Даже она была ошеломлена, хотя попыталась скрыть это за бокалом пунша. Он чуть не признался ей, что она нравится ему. Забини был прав во всем, черт бы его побрал! — Вкусно? — спросила Грейнджер, лукаво прищурившись. — Терпимо, — кивнул он, ставя стакан обратно и замечая, как ее слишком уж заинтересованный взгляд скользил по нему. — Что-то не так? Какое-то время она молчала, вынуждая Драко сгорать от нетерпения. С каждой секундой становилось интереснее знать, о чем же Грейнджер думала и почему так странно смотрела на него. — Где твой костюм? — резко проговорила она и сразу осеклась, видимо понимая, что звучала не так дружелюбно, как ранее. — Извини… Сегодня же Хэллоуин, а ты не… — А я один одет неподобающе этому празднику, да? — хмыкнул он, проведя рукой по волосам. — Я вообще не планировал приходить, но Забини был слишком убедителен, поэтому пришлось ненадолго заглянуть. Но костюмы — слишком по-детски. Наследник Малфоев не должен выглядеть глупо перед всеми и тем более отмечать Хеллоуин, наряжаясь во что-то странное и непонятное. — Но ведь твои друзья пришли в костюмах, — сказала Грейнджер, кивая в сторону Забини и Нотта. — Они тоже из уважаемых семей, однако предпочли быть как все сегодня. — Это немного другое, — уклончиво ответил он, не желая объяснять, почему все обстояло так. — У Блейза и Тео нет кучи обязательств, в отличие от меня. Они могут жить так, как им вздумается. — Ты можешь быть таким же, если захочешь, разве нет? — она пожала плечами и допила остатки своего пунша. — Не стоит обращать внимания на то, что думают другие. Мы вправе сами решать и делать все, что только захотим. Уголок ее губы поднялся вверх, словно она сейчас пыталась уговорить его поменять мнение, которого он придерживался всю жизнь. Драко правда боролся с собой, но это оказалось для него слишком тяжелой задачей, учитывая, что ему всегда приходилось слушать наставления родителей. Но Драко хотел стать другим человеком, достойным волшебником, которого бы знали не только из-за громкой фамилии. Он был не тем, за кого его принимали все. — Когда-нибудь мое мнение по поводу этого праздника изменится, Грейнджер, — Драко вновь мазнул по ней взглядом, пытаясь понять, что же у нее за костюм, учитывая, что это было просто красивое платье, не более. — А что насчет тебя? В кого ты решила перевоплотиться сегодня? Его вопрос заставил ее ненадолго застыть на месте и перестать двигаться под тихую мелодию, под которую все сейчас танцевали медленный танец. Лишь они и еще несколько учеников стояли у заваленных различными сладостями столов, разговаривая и изредка посмеиваясь над шутками друг друга. — Я не знаю, — честно ответила она, заставив его вскинуть брови вверх от удивления. — Думала, что буду в роли обычной принцессы из детских сказок, потому что Джинни сказала, что мне идет это платье. Но вряд ли получилось передать тот образ, который я хотела показать. Драко тихонько усмехнулся, мысленно соглашаясь с Уизли, потому что Грейнджер казалась еще более невинной и светлой, чем в повседневной жизни. Само слово «принцесса» все равно звучало для него по-детски, хотя ей в любом случае шел этот образ. Она была хороша, намного лучше остальных в зале. — Не хватает только диадемы. Или как там называются все эти девчачьи штучки? — хмыкнул Драко, после чего Грейнджер раскраснелась еще больше. — Тогда я бы сразу догадался. — В следующий раз я обязательно учту это, — улыбнулась она, отводя взгляд в сторону, где парочки до сих пор медленно двигались в такт музыке. Драко посмотрел туда же, осознавая, что сейчас она стояла тут и общалась с ним, хотя могла спокойно танцевать и наслаждаться вечером. Если бы он только набрался смелости, чтобы пригласить ее. Но он был трусом, неспособным сделать то, чего искренне желал. Спустя какое-то мгновение Грейнджер вновь посмотрела на него, закусив при этом пухлую губу. В ее глазах читалось лишь одно: она на самом деле хотела быть как все в данный момент — двигаться и наслаждаться приятной музыкой. Только Драко понимал, что ей все равно было бы слегка не по себе находиться в еще большей близости с ним из-за косых взглядов некоторых однокурсников, которые не принимали того факта, что Малфой и Грейнджер могут иногда нормально общаться. Когда музыка постепенно начала стихать, а свет в зале практически потух, Драко перестал видеть все, кроме ее силуэта рядом с собой и глаз, изредка сверкающих и будто дающих ему возможность действовать. Но было ли это знаком или просто его бурное воображение разыгралось, пока она стояла напротив, такая красивая и манящая одновременно? Шагнув вперед, он тут же наткнулся на нее, потому что Грейнджер словно прочитала мысли Драко и поступила точно так же. Услышав, как она хихикнула, он усмехнулся в ответ, будучи впервые в такой ситуации — в темноте, вблизи с девушкой, заставляющей его сердце биться в миллион раз быстрее. Во рту внезапно пересохло, а на языке чувствовался лишь вкус апельсинового пунша. Наверное, теперь только этот напиток будет ассоциироваться у него с ней. — Ты по-прежнему ощущаешь себя не в своей тарелке, ведь так? — совсем тихо проговорила она, но Драко все равно услышал. — Все вокруг не для тебя, но… — Но должен признать, что вечер оказался не таким уж скучным, как я думал, — перебил он и был готов поспорить, что видел в темноте намек на ее улыбку. — Особенно под самый конец… Движимый своими инстинктами, Драко протянул руку вперед, касаясь мягких локонов. Грейнджер, казалось бы, поняла его без слов и придвинулась ближе, позволяя его руке двигаться дальше, к лицу и шее. Он планировал лишь оставить поцелуй на ее щеке, пока никто не видел, но она совсем неожиданно удивила его своей решительностью. Когда Драко невесомо дотронулся ее лица, Грейнджер резко повернула голову, сталкивая их губы друг с другом. Он опешил от ее смелости, но, почувствовав, насколько они были мягкими, ответил ей, издав довольный стон. Поцелуй получился слегка робким, будто они оба боялись, что кто-нибудь увидит их в таком положении. Драко вновь ощутил отчетливый привкус апельсина, но уже в двойном размере, как только она приоткрыла губы, тем самым впуская его язык в рот. Это определенно был сон, не иначе. Самый приятный, который он когда-либо мог видеть в своей жизни. Грейнджер, разрешающая ему целовать себя… Но как бы сильно Драко ни хотел продлить этот момент, у него все равно не получилось бы, потому что музыка окончательно стихла, и им пришлось тут же оторваться друг от друга. Когда свет зажегся, он увидел ее лицо — раскрасневшееся и слегка безумное, будто с Грейнджер произошло какое-то потрясение. Наверное, Драко и сам выглядел так же, ведь она первая поцеловала его и позволила действовать дальше. — П-почему ты это сделала? — только и смог выдавить он, пытаясь прийти в себя после ее вкуса. — Потому что я видела, как ты смотрел на меня весь вечер, — выдохнула она и, обойдя его, остановилась, напоследок бросая на Драко странный взгляд, который еще надолго запомнится ему. — Надеюсь, что когда-нибудь ты и вправду изменишь свое мнение по поводу Хэллоуина. Воспоминание, которое развеялось в его голове так же быстро, как и появилось, оставило внутри него что-то теплое, давно забытое им чувство. Все это время Гермиона сидела у него на коленях и поглаживала Драко по волосам, пока он ненадолго окунулся в прошлое. Хотя ему сейчас казалось, что длилось это очень-очень долго. Наверняка она пыталась дозваться его, но он будто был в трансе, анализируя одновременно свои воспоминания и сегодняшнее утро. Несмотря на то, что после того вечера его отношения с Грейнджер поменялись в лучшую сторону, он так и не изменил мнения по поводу этого праздника. Ему просто было не до празднования Хэллоуина. После окончания Хогвартса Малфой устроился в Аврорат, и все его время занимала лишь работа и отношения с Гермионой. Спустя какое-то время он сделал ей предложение, они поженились, а она так и не оставляла попыток привить ему любовь к Хэллоуину. Даже когда у них появился Скорпиус, все оставалось так же, как и до этого. Но малыш рос, и тяга ребенка узнать обо всем, что окружало его, вынуждала Драко практически всегда идти на уступки. Хотя он и сам был рад, что сын проявлял интерес к магии и ко всему, что видел. Именно из детских книжек и историй Гермионы Скорпиус узнал о Хэллоуине, после чего, чуть ли не умоляя, просил их устроить праздник с кучей конфет и костюмами. Тогда разговор как-то быстро замялся, и Драко казалось, что ребенок забыл о своей просьбе, но он ошибся. Вполне возможно, что у него просто вылетел из головы тот факт, что Грейнджер все же собиралась украсить Мэнор, или же она сделала это без его ведома, кто знал? Постепенно Драко приходил к выводу, что она опять оказалась права. Он должен был послушать ее, чтобы детство их ребенка было счастливым, в отличие от его жизни. — С тобой все в порядке, Драко? — взволнованно спросила Гермиона, на что он прислонился лбом к ее лбу, шумно выдыхая. Они просидели в полной тишине еще несколько минут, прежде чем он отпустил свои счастливые воспоминания и наконец решился заговорить. — Помнишь, в тот Хэллоуин я говорил, что когда-нибудь изменю свое мнение и буду положительно настроен к этому празднику? — начал он и, увидев ее кивок, продолжил: — Сегодня я был несправедлив по отношению к тебе и Скорпиусу, отказав вам обоим в веселье и костюмах… — Драко, что ты… Когда Гермиона умудрилась снова перебить его, он недовольно взглянул на нее, тем самым заставляя тут же замолчать. — Прошу, дай мне договорить, — сказал он, нервно отбросив волосы назад. — Ты была права, когда сказала, что Скорпиус еще маленький. Он ребенок, которому хочется играть и быть как все дети, а я упорно не хотел признавать этого, так как мое детство прошло совершенно по-другому. — Зачем ты все это говоришь? — она смешно нахмурила брови, вынуждая его тихонько хохотнуть. Его Грейнджер по-прежнему оставалась такой же забавной, как в Хогвартсе. — Просто я хочу, чтобы моя жена и мой сын были счастливы, — улыбнулся Драко, поцеловав ее руку, зависшую в воздухе возле его щеки. — Поэтому Хэллоуин в этом году и, возможно, все последующие мы отпразднуем вместе. — Мерлин, ты серьезно? — счастливо проговорила Гермиона, прищурившись и выискивая намеки на какую-нибудь глупую шутку от него. — Ты правда наденешь костюм? Он мотнул головой в знак согласия, полностью готовясь ко всему, что могли приготовить его жена и сын. Хотя Драко не стал бы скрывать того факта, что ему было интересно, в чем же будет их семья сегодня. — Разумеется, только я хотел бы знать, что вы придумали и стану ли я выглядеть глупо перед твоими дружками, — протянул он, получая удовольствие от того, что в ее глазах виднелся озорной огонек. — Тогда тебе лучше спросить у Скорпиуса, потому что это была полностью его идея, — заговорщически пробормотала Гермиона, а он задумался еще больше, переживая за выбор собственного сына. Кивнув, он осторожно поднял ее со своих колен и, поцеловав в висок, сделал шаг к выходу, как вдруг в него совсем внезапно врезалось светловолосое пятно. Драко не пошатнулся, просто не ожидал, что Скорпиус вернется на кухню после его отказа, но вот он видел сына перед собой, который вроде бы уже успокоился. Они сверлили друг друга взглядами ровно до тех пор, пока Малфой не решился первым нарушить молчание, опустившись перед сыном на одно колено, чтобы быть наравне с ним. Но как только он открыл рот, чтобы заговорить, Гермиона вновь подала голос, вставая рядом с ними. — Скорпи, милый, твой папа хочет отметить Хэллоуин вместе с нами.

***

Спустя несколько часов после того, как они все вместе отправились к Поттерам, Драко чувствовал себя на удивление отлично. Когда он смотрел, какой счастливой была его семья, он не мог сдержать улыбки, потому что этот Хэллоуин и впрямь выдался веселым. И их образы вышли куда лучше, чем Драко думал изначально, а если быть точным — ему понравилась задумка Скорпиуса. Но без Гермионы все точно получилось бы не так, поэтому сейчас он смотрел на нее с обожанием. Она была одета так же, как в тот хэллоуинский вечер в Хогвартсе: практически такое же розовое платье, красиво уложенные локоны и застенчивая улыбка, без которой Драко просто уже не представлял своей жизни. Наверняка в эту самую минуту он походил на влюбленного идиота, пускающего слюни по Гермионе Грейнджер, однако не только он один бросал на нее восхищенные взгляды. И если бы Забини, Поттер и Уизли не были их друзьями, Драко точно бы вырвал всем троим глаза. Но ревновать ее сейчас казалось глупой идеей, потому что на самом деле они относились к ней больше как к сестре. Он стоял вместе с Блейзом, наблюдая за тем, как Гермиона хихикала с другими девочками над детьми. Драко посмотрел туда же и усмехнулся, когда увидел сына, скачущего на своей игрушечной лошадке. Тот, к удивлению Малфоя, выбрал образ рыцаря из детских сказок, а Грейнджер должна была стать той, кого бы Скорпиус спас от свирепого дракона. Да, именно этот костюм сын выбрал для Драко сегодня. Его мантия имела благородный зеленый оттенок и походила на чешую животного. Благодаря шипам на спине и рукавам он правда стал похож на огнедышащее существо. Может, если бы Малфой мог извергать пламя, то это бы оказалось стопроцентным попаданием в образ свирепого дракона. — У меня как будто дежавю, Малфой, — сказал Забини, прервав размышления Драко о хэллоуинских костюмах. — О чем ты? — спросил он, повернув голову к Блейзу, который ухмылялся в своей обычной манере, словно подловил его на чем-то запретном. — Я не понимаю… — Ты смотришь на Грейнджер так, словно она до сих пор твоя тайная мечта, а не жена, — объяснил тот, а Драко вновь посмотрел в сторону Гермионы, которая тем временем поправляла свое платье, похожее на воздушное облако. — Это немного странно, если учесть тот факт, что вы женаты. Он уже отдаленно слышал, что говорил ему Забини, потому что улыбка Гермионы просто не давала ему никакого шанса обратить внимание на что-то другое. Она была настолько красивой, что приковала его глаза к себе, как много лет назад. Драко улыбнулся в тот момент, когда Гермиона наклонилась, чтобы поцеловать Скорпиуса. Тот на мгновение остановился возле нее и скорчил рожицу после того, как она погладила его по пухлым щекам. И сейчас Малфой признался самому себе, что был готов сделать все, только бы они были счастливы с ним. — Я смотрю на нее так, потому что люблю, — просто ответил Драко и, увидев на столе тот противный апельсиновый пунш, хитро прищурился, подумав, что это знак свыше. Он ловко наполнил два бокала пряным напитком и в два счета преодолел расстояние, разделявшее их с Гермионой. Пэнси и Джинни тут же ретировались, оставляя его наедине с ней. — Выпьешь со мной пунша, Грейнджер? — поинтересовался Драко, хотя и так знал ее ответ. Когда она кивнула, ее щеки украсил розовый румянец, и он протянул ей бокал, касаясь своими пальцами ее. Этот мимолетный жест заставил их обоих вздрогнуть и улыбнуться друг другу. Гермиона сделала глоток пунша и, издав вздох удовольствия, взглянула на Драко с обожанием. Он повторил ее действия, как следует пробуя напиток, приготовленный Джинни. Это была точная копия того, что они пили в Хогвартсе. — Вкусно? — спросил он, склонив голову в своей обычной манере. — Ты не представляешь как, — довольно выдохнула она, и он решил поцеловать ее, потому что не мог больше просто смотреть на нее, когда хотелось большего. Не обращая внимания на остальных присутствующих, Драко положил руку ей на шею и, приблизив свое лицо к Гермионе, уловил отчетливый запах апельсина, витавший между ними. Нервно облизав губы, он склонил голову и поцеловал ее. Драко был готов поспорить, что чувствовал сейчас то же самое, что и много лет назад, когда Гермиона сделала первый шаг. Он все еще ощущал яркий вкус пунша на ее языке и хотел, чтобы это никогда не заканчивалось. Но не успев вдоволь насладиться друг другом, им пришлось прерваться, потому что Скорпиусу, по всей видимости, не понравилось, что родители на секунду забыли о нем. Голова игрушечной лошадки уперлась в ногу Драко, из-за чего Малфой рассмеялся, а Гермиона подхватила его настроение. — Дракон обижает маму, — с малфоевской ухмылкой пробормотал Скорпиус, встав между ними. — И ты пришел, чтобы спасти ее? — в той же манере высказался Драко, подмигнув сыну. — Тогда на твоем плаще должен быть лев, а не змея. Он достал из-под мантии палочку и, взмахнув ею, изменил рисунок на нужный, отмечая про себя, что гриффиндорские цвета подходили Скорпиусу. Его ребенок сам по себе был создан из всего самого светлого и чистого, как и Гермиона. Драко, по правде говоря, был рад, что у их сына доброе сердце, напоминающее ему любимую жену. — П-почему Гриффиндор? — только и сумела выговорить Гермиона, пораженно рассматривая новую картинку на плаще Скорпиуса. — Ну, он ведь сын своей мамы, — протянул Драко, пожав плечами, в то время как она улыбалась и качала головой, словно не верила своим ушам. Он вдруг услышал ее заразительный смех, разбавленный визгом Скорпиуса. Тот вновь стал скакать на своей лошадке вокруг своих родителей, веселя при этом не только их, но и остальных. — Как тебе Хэллоуин? — спросила Гермиона, прижимаясь к нему, пока он обдумывал ответ. — Веселее, чем я думал, — проговорил Драко, целуя ее в макушку. Он обнял ее, понимая, что в этом и заключался весь смысл: просто быть рядом со своей семьей, и тогда счастье само найдет тебя.