Её ход

Их совместные вечера похожи один на другой, если мазнуть невнимательным взглядом — книга в руках Кэт, две чашки с чаем, шахматная доска и тишина, прорезаемая резкими философскими выпадами. Меняются дебюты на доске, как и ходы, сменяются названия книг, и только чай Оклер всегда остывает быстрее, чем тот, что стоит под рукою Кэт. Оклер двигается медленно и внимательно, безжалостно отбирая у Кэт фигуру за фигурой, полагаясь на холодный расчёт. Провидица могла бы предсказать, какой фигуры лишится дальше, но сопротивление кажется столь бессмысленным, что она предпочитает сосредоточиться на книге. Оклер не обижается, зная, что Кэт всё ещё следит за игрой, просто у них разный темп жизни. Оклер экономит силы при любой возможности, а Кэт стремится их растратить, чтобы глубоко и надолго погрузиться в сны. Перед тем, как идти в постель, они играют. Иногда это перерастает в философские дебаты, порой — в ничего не значащие и так нехарактерные для них разговоры ни о чём, иногда — в холодящие кожу тёплые поцелуи. Между ними нет огня, только безграничный свет знаний, затапливающий комнату и само мироздание. Холодный, как морозное утро, и ослепительный, как освещаемый солнцем снег. В комнате с вечно открытым окном достаточно крепко спится. Кэт всегда укрывается одеялом и неуютно ведёт плечом, и холод, источаемый самой кожей Оклер, её совершенно не греет. Тепло приходит во сне, и Кэт едва дышит — чтобы крупицы не вырвались облаком пара. Оклер не тревожит её долгие сны, но иногда поправляет одеяло. Первое, второе, третье — сколько понадобится, чтобы безжалостно проявить заботу о человеке, что пытается не замёрзнуть насмерть. Свет освещает, а не согревает. Ну разве что немного — душу, потому что им обеим важно знать. Не важно лишь, что именно. Бывает, что Оклер удивительно много говорит, и Кэт откладывает чтение книги, включаясь в их дуэль. Оклер вдумчива и осторожна, но слова её зачастую остры, и Кэт с лёгкой улыбкой отбивается от них, предугадывая, чем стоит ответить. Она тоже хороша в планировании, но есть в её поступках и помыслах лёгкость человека, что любит оставлять всё на волю случая, который предугадан наперёд. Разум Оклер более холоден. Им интересно вдвоём. Оклер разыгрывает комбинацию Стамма, и Кэт с нежнейшей улыбкой проигрывает, попивая не успевший остыть чай. Оклер улыбается в ответ чуть потресканными губами, и делает свой первый глоток — только чай всё равно остыл. На дне чашки чаинки обеим рассказывают свои истории, предупреждая, что завтра их ждёт цугцванг. Кэт Каро прикрывает глаза, улыбаясь шире — они бывают в этом состоянии, и им всё равно хорошо вдвоём в холодной и светлой комнате. Они знают, что им хорошо, и какой-то из ходов всё равно сделает лучше — Оклер не позволит лишний, а Кэт не подумает о его необходимости. Чаинки ошиблись, потому что им недоступны знания, что делят между собой эти женщины.