Разочарование

— Хочешь докажу, что я могу предугадать будущее?

— Ну давай, не томи, Глен.

— Тра-ла-ле-ро-тра-ла-ла!

— Чего?

— Акула в кроссах, вот чего! Через несколько лет все с этого смеяться будут.

— Почему?

— Потому что это я придумал акулу в кроссовках. А я только все самое лучшее могу придумать. И смешное.

— Я бы поспорила.

— Ой, а как же оно потом состарится плохо…

— Ты чего вообще несешь?

      Занятая с самого утра сборами Нобара никого не впускала в свою комнату. За плотно закрытой дверью слышались суетливые шорохи и шелест бумажных упаковок — она взволнованно перебирала косметичку, осматривая каждый тюбик с блеском для губ и каждую щеточку, словно от них зависел итог грядущих состязаний. На ее кровати аккуратной стопкой лежала выглаженная одежда: рубашки, юбки, даже пара нарядов на выход — все было тщательно подобрано и готовилось к бережной транспортировке в чемодан. Нобара нафантазировала себе, что после завершения основной части программы обмена студентов отвезут на экскурсии. К примеру, в храм Фусими Инари с его алыми воротами, или в сверкающий под солнцем Кинкаку-дзи.       Сара оставила все попытки пригласить подругу на завтрак и переубедить относительно поездки. Кугисаки ни в какую не хотела принимать очевидное — что программа обмена с киотским колледжем пройдет не в Киото, а на территории токийского.       Поэтому Сара поела в относительно молчаливой компании Инумаки под монотонный бубнеж ведущего новостей. Остальные ребята приводили себя в порядок после утреннего пробуждения и готовились встречать нежеланных гостей из старой столицы. Саре кусок в горло не лез из-за приятного волнения перед встречей с братом. Она съела всего пару тостов с арахисовой пастой и выпила чашку черного чая без сахара. Инумаки жестами выразил обеспокоенность насчет скудного завтрака девушки, а потом уткнулся взглядом в свою тарелку, явно стараясь не показаться навязчивым.       В десять минут десятого юные оккультисты, как и договаривались, встретились возле ворот колледжа. За сутки до этого они подмели небольшую площадку, где и готовились встречать гостей. Стоит отметить, что территория токийского оккультного колледжа выглядела ухоженной исключительно благодаря студентам младших курсов.       — Где рыжая? — деловито спросила Маки у Сары, щурясь от ярких солнечных лучей. — Скорее бы дождь…       Сара пожала плечами.       — Где рыжая, Мегуми? — серьезнее обратилась Маки к Фушигуро.       Он тяжело вздохнул, ведь заранее знал, что что-то точно пойдет не по плану, и тоже пожал плечами.       — Если она проспала или… — выдохнула Маки, справляясь с нарастающим раздражением.       — А меня почему не спросишь? — невинно уточнил Панда, после ощутив на себе суровый взгляд однокурсницы.       — Тебе-то откуда знать? — цыкнула Маки, даже не оборачиваясь.       — Так вот же она! — обрадовался Панда, махнув лапой. — Как хорошо, что ты спросила. Гляди, вот и Кугисаки собственной персоной!       Нобара спешила к ним, держа за хлипкую ручку громоздкий розовый чемодан. Его колесики жалобно скрипели, будто умоляя об облегчении участи, а по корпусу змеилась трещина, заклеенная бесцветным скотчем. На ее плече болтался шопер с изображением сакуры, из которого торчал путеводитель, скрученная зарядка для телефона и пляжное полотенце с надписью «Kyoto vibes only».       — Эй! А почему это вы все с пустыми руками? — удивилась Нобара, оглядывая друзей.       — А ты почему с вещами? — неестественно деловито, подражая тону Маки, спросил Панда.       Он коготком указал на чемодан.       — В смысле «почему»? Мы же в Киото едем! Разве нет? — Нобара выглядела растерянно. — Сара, предательница! Почему не предупредила меня?!       — Я? Да я сотню раз тебе говорила, что мы никуда не едем! — возмутилась Сара.       — Не припомню!       — Рёги тебя предупреждала, — спокойно вступился за свою девушку Мегуми.       Маки закатила глаза и откинула прядь со лба.       — Душно… — протянула она, вскинув лицо к небу.       — Лосось, — подтвердил Инумаки.       — Программа обмена с киотским колледжем, а не программа обмена в Киото, — прояснил Панда с деланным терпением. — Она проходит в Токио.       Нобара опустила голову.       — Да вы шутите… Ха-ха. Смешно, — расстроенно произнесла она.       — Ты была так воодушевлена этой поездкой, — аккуратно заметила Сара, подбирая верные слова. — Может, тебе и не нужно разбирать чемодан? Съездим в Киото вместе после программы обмена.       — Давай! Только без Фушигуро. Не хочу портить себе все веселье его угрюмой физиономией.       — Да, пожалуйста, — без вопросов согласился Мегуми, ничуть не обижаясь.       Конечно, он не хотел отпускать Сару, но и не смел препятствовать общению подруг, понимая важность их связи. Выходные, проведенные вдвоем, только сблизят девушек и оставят после себя приятные воспоминания, принадлежащие только им двоим.       — Последние пару дней я вообще не понимала, о чем Нобара говорит, — произнесла Маки, смотря на девушку. — А вот где собака зарыта.       — Ага, — поддакнул Мегуми.       Панда продолжил объяснять Кугисаки правила проведения программы обмена. Слушая его вполуха, Сара вытащила из кармана телефон и проверила мессенджер. Брат писал, что он уже на подходе. Каждое уведомление о пришедшем сообщении отзывалось вибрацией на новеньких электронных часах Сары. Вернувшись из деревни Гокай, она отправилась вместе с Мегуми в Токио, чтобы подобрать достойную замену пришедшему в негодность аксессуару.       — Есть новости? — уточнил Мегуми, косясь через плечо в экран смартфона Сары.       — Киотские скоро прибудут, — ответила Сара и с лукавой улыбкой добавила. — Волнуешься?       — Еще чего.       — Ну-ну! Я люблю храбрых, но не болтливых, — девушка резким движением поправила волосы, задев ими Мегуми.       Аккуратно перехватив черную прядь, Фушигуро нежно заправил ее за ухо Саре.       — А я разве зарекомендовал себя пустословом? — усмехнулся Мегуми, перенимая правила игры. — Сомневаешься во мне, Рёги?       Сара умилительно хитро улыбнулась и пару раз хлопнула ресницами, отведя взгляд.       — Даже не смею.       — То-то же, — ответил Мегуми, положив ладонь на талию девушки.       — Эй! Они уже здесь, — безэмоционально оповестила Маки, всматриваясь в приближающуюся делегацию.       Семь киотских студентов шли уверенным шагом, словно выходя на арену. Впереди всех двигалась Май с вечно надменной усмешкой на лице.       — Ох, встретить нас вышли? — приторно расстроилась Май. — До чего ж вы жалкие, прям противно…       — Что-то я нигде не вижу Оккоцу, — пробасил мускулистый громила Аой Тодо, оглядывая токийских оккультистов.       На фоне здоровяка значительно выделялся Мехамару. Не скрытые тканью формы металлические пластины, покрывающие все его тело, блестели на солнце. С первого взгляда Сару слегка смутил его вид — Мехамару на человека совсем похож не был. Впрочем, как убедила себя девушка, он выглядел не страннее Панды.       — Снова они… — простонала Нобара. — Твоя сестрица, Маки, стала еще противнее!       — Хай, сучки! — приветливо помахал ладонью Глен, обворожительно улыбаясь во все зубы.       У токийских оккультистов сложилось впечатление, что синеволосый Рёги был единственным положительно к ним настроенным студентом из Киото. Глен блистал и сиял, оттеняя собой серьезного Норитоши Камо, не удостоившего их и словом. Казалось бы — оба наследники влиятельных кланов, но кроме этого юношей ничего не объединяло.       Нишимия Момо прикусила губу и крепче прижала к себе метлу, обхватывая неровное древко вспотевшими ладонями. Ее смущали заинтересованные взгляды незнакомых ровесников, и она старалась прятаться за спиной у Мивы.       — Ну привет, сучка, — медленно, но с теплом в голосе проговорила Сара, приближаясь к брату.       Утомленные разлукой сердца близнецов нашли успокоение, стоило лишь им обняться, ощутить родное тепло и знакомый запах… Нет, незнакомый.       — Ты духи сменил? — воскликнула Сара, отстраняясь от брата. — Крутые, со сладкой кислинкой, прям как я люблю.       — Да, сменил. И это я люблю ароматы со сладкой кислинкой, а ты просто повторяешь за мной. Как всегда, — наигранно обиделся Глен. — Но я польщен, что ты заметила. Унюхала, так сказать.       — Привет, Рёги, — поздоровался с Гленом Мегуми, оглядывая нестандартно выглядящего парня с головы до ног. Сочетание темного хаори, расписанного алыми нитями, и хакама с модными кедами показалось Фушигуро странным. Шею наследника клана палачей украшала подвеска с крестом от Вивьен Вествуд, а длинные тонкие пальцы с аккуратным маникюром множество серебряных колец разной толщины.       — Привет, — окинув оценивающим взглядом Фушигуро, ответил Глен и обратился к сестре. — Ты как сама? Как настрой?       — Все хорошо, — кивнула Сара. — Я писала тебе, что…       — Гоните нам вкусняхи! Вы же привезли нам сладкие угощения? — не впечатленная холодной встречей с Май, потребовала Нобара. — Яцухаси, кудзукири, собаборо…       — Лосось, — согласился Инумаки, ожидая гостинцев.       — Вас ваще’ не кормят? — удивился Тодо.       — Токийские жуткие… — нервничая, прошептала Нишимия Момо.       — И да, познакомься, я с ними учусь, — Глен, небрежно взмахнув рукой, указал на однокурсников. — В поезде мне все уши этим вашим Оккоцу прожужжали. Где он?       — Странствует, — не вдаваясь в подробности, ответил Мегуми.       — Ну и ладно, — хмыкнул Глен. — А разговоров-то было.       Сара цокнула языком, вслушавшись в не самый приятный диалог киотских студентов с Нобарой и второкурсниками. Складывалось впечатление, что между ребятами кошка пробежала, причем очень давно. Сара искренне не понимала причину неприязни между ними. Одно дело сестры Зенин, но у остальных не было видимых поводов для соперничества.       — Довольно! — прервал подростков громкий женский голос. — Не хватало только, чтобы вы до начала состязаний все перессорились.       — О, а это наша госпожа Иори Утахимэ, — без энтузиазма представил ее Глен. — Она меня ненавидит.       — Почему? — изогнув бровь, уточнила Сара. Ее первое впечатление об Утахимэ уже было искажено признанием близнеца.       — Спроси лучше у Мирая, — губы Глена растянулись в кривой усмешке. — Мне от него по наследству ее ненависть передалась.       Мегуми едва заметно улыбнулся. Как же близнецы были похожи друг на друга! Манерой речи, мимикой, движениями. Стоя рядом, Сара и Глен напоминали парню соединенные кусочки пазла.       — Хм… А придурок этот где? — вздохнула Утахимэ.       — Учитель Годжо опаздывает, — отозвался Панда.       — А когда этот болван вообще приходил вовремя? — добавила Маки.       — Заметь, — обратился к Глену Мегуми. — Имя учителя Годжо госпожа Утахимэ даже не упомянула.       — Гением быть не надо, чтобы понять. Первее Сатору Годжо родилась слава о нем, — Глен скрестил руки на груди. Он умолчал о том, что относительно недавно виделся с Сатору Годжо вместе с Мираем в неформальной обстановке, в онсэне, чтобы обсудить перспективу смены главы не только в клане палачей.       Влияние и власть молодого наследника постепенно росли. К нему начинали прислушиваться члены малоизвестных кланов и оккультисты, такие как Хакари Киндзи, чем и решил воспользоваться Годжо. Он подсказывал Мираю с кем Глена следует знакомить, чтобы юноша оброс правильными и полезными связями.       — Сорян за ожидание! — рассмеялся Годжо, выкатывая из-за угла дребезжащую массивную металлическую тележку.       Инумаки, вздрогнув, отшатнулся. Ему казалось, что он уже привык ко всем выходкам непредсказуемого учителя.       — Сатору Годжо… — протянула Утахимэ с отвращением.       — Сатору Годжо! — смущенно просияла Касуми Мива, покрываясь румянцем.       Проигнорировав раздраженное сопение Утахимэ, Годжо с видом сценического фокусника выкатил тележку прямо перед растерянными студентами. Сара, чуть приподняв тонкие брови, заметила, что на ней лежали причудливые обереги, похожие на кукол.       — Круто, что все уже собрались! — весело произнес Годжо, словно не он опоздал на двадцать минут. — Я, кстати, только вернулся из заграничной командировки! Мали! Тридцать восемь градусов, солнце, барабаны, проклятия — красота.       — С темы на тему лихо скачет, — пробубнил Панда, с опаской косясь на тележку.       Годжо с театральной плавностью передал киотским студентам сувениры – племенные обереги из Африки, явно сделанные вручную. Куклы выглядели так, как будто их шили наугад в полной темноте. Мива с благодарной улыбкой прижала свою к груди. Брезгливо повертев странного вида куклу, Глен всучил ее Саре.       — Сожги это, — шепотом попросил парень. — Ночью. Без свидетелей.       — Старая школа оккультизма, да? — едко пошутила Сара и бросила оберег в кусты.       — Ну или так…       — А теперь… Это вам! — торжественно заявил Годжо, подмигнув своим ученикам.       Он щелкнул замком на тележке, и крышка со скрипом распахнулась.       Из темноты неожиданно выскочил сияющий от восторга Юджи.       — О-ПА-ПИ!       Он радостно раскинул руки навстречу друзьям, но ответа с их стороны не последовало.       — Вот и он — безвременно почивший Юджи Итадори! — в голосе Годжо сквозила неприкрытая гордость за ученика. Мужчина сделал шаг в сторону, своеобразно уступая сцену новому актеру.       Сердце Сары удар пропустило. Она с трудом сглотнула, и, как зачарованная, застыла на месте, чувствуя, как кровь отхлынула от щек. Рядом так же ошарашенно стояли побледневшие Мегуми и Нобара. Никто из них не проронил ни звука.       — Ого, я призрака увидел? — усмехнулся Глен, вскинув бровь. — Привет-привет, возвращенец!       Но Юджи, видимо, представлял себе встречу иначе. Он ждал слез, радости, может, объятий… но наткнулся на гробовую тишину. Студенты из Киото с кислым видом вертели в руках обереги, как ненужные открытки из отпуска, а токийцы выглядели так, будто увидели привидение. Что, по сути, и произошло.       — Сосуд Сукуны?! — раздался гневный голос с лестницы.       Все повернули головы. Вниз спускался директор Гакугандзи в сопровождении Масамичи Яги.       — Как это еще понимать?..       Со лба Юджи скатилась капля пота. Он застенчиво потер затылок.       — Директор Гакугандзи! — радостно, с нарочитой наивностью, протянул Годжо. — Слава богу, тебя не хватил удар. Я переживал, что сюрприз окажется для тебя… смертельным.       Сатору развел руками. Его ухмылка, совершенно неуместная в глазах директора, довела того до точки кипения.       — Ах ты, паршивец…       — Как он может быть жив?.. — тихо спросила Сара, глядя на Мегуми.       Парень едва заметно покачал головой. Его брови были хмуро сведены, губы плотно сжаты. Он тоже не знал ответа. Два месяца назад Итадори у него на глазах вырвал собственное сердце и упал замертво. Не мог же он воскреснуть?..       — Эй ты! — голос Нобары дрогнул, когда она подошла к Юджи. — Ничего не хочешь нам рассказать?       На ее лице читалось все: шок, радость, обида, а глаза предательски блестели. Сара никогда раньше не видела Нобару такой ранимой. Девушка явно боролась с эмоциями.       — Ну, э-э-э, я жив. Как-то так… — Юджи почесал щеку, виновато глядя на друзей. — Простите, что скрывал. Не мог сказать…       — Я тебя убью… — прошептала Нобара, и сдавленно всхлипнула.       Глен тем временем расхохотался. Смех у него был звучный, заливистый, он и правда наслаждался этим неожиданным фарсом.       — Ну вы даете! — выдохнул он. — Что у вас тут за телесериал?       Глен подмигнул Мегуми, который продолжал молча наблюдать за Юджи, словно сомневаясь в том, что перед ним действительно их друг, а не иллюзия, очередной трюк Годжо или проделка проклятого духа.       Юджи застенчиво улыбнулся, не зная, что делать с самим собой и этой тяжелой неловкостью, нависшей над площадкой возле ворот.       Сара не слышала, как смеется Глен. Не замечала, как Панда вслух пересчитывает кукол, пытаясь определить, нет ли среди них лишней, которую он мог бы забрать себе. Не чувствовала, как ветер шевелит край ее формы. Мир сузился до одной фигуры — до Юджи.       Он стоял всего в нескольких метрах от нее. Настоящий. Живой. Растерянный. Такой же, как прежде, и все же другой.       Ты умер, — стучало у нее в голове. — Это было по-настоящему.       Губы Сары едва заметно дрогнули. Она помнила, что было после его исчезновения. Как Нобара запиралась в своей комнате, чтобы не видеть никого и тихо плакать. Помнила пустоту, которую не заполняли ни тренировки, ни задания.       И теперь он здесь.       Жив.       — Почему ты молчал? — наконец спросила Сара. Ее голос прозвучал тихо, но четко.       Юджи опустил взгляд.       — Я… не имел права. Так решил учитель Годжо. Это была часть плана. Секрет.       — Просто ты умер, — перебила его Нобара. — А теперь жив, охренеть!       — Бывает, чё сказать, — ответил Юджи. — Но я так рад вас всех видеть! Вы себе не представляете!       — Больше не исчезай, — прошептала Сара, крепко обнимая Юджи. — Никогда.       — Обещаю, — всхлипнул Итадори, не то от эмоций, не то от того, что она прижала его к себе так сильно, что хрустнул позвоночник.       — Ау… спина… тоже жить хочет… — сдавленно прохрипел Юджи.       — Живи-живи, раз уж вернулся, — отпустила друга Сара и тут же отступила на шаг, словно вспомнила, что вообще-то она была расстроена. — Но у меня для тебя составлен список извинений! Которые ты должен нам принести.       — Что, прям список? — нервно хихикнул Юджи.       — С цифрами, примечаниями и разделами, — подтвердила Сара.       — Вау, как хорошо, что я в другом месте учусь! — изумился Глен. — Не хотелось бы попасть в аналогичный список.       — Ты туда уже попал, но по другой причине, — буркнул Мегуми.       — ААА, ЮДЖИ! — завизжала Нобара, внезапно подлетев к Итадори и заехав ему кулаком в плечо. — За это! — удар. — И за это! — еще один. — И за то, что я рыдала над твоей дурацкой фотографией три ночи подряд! — последний удар, на этот раз ногой.       — Ай! Ай! Я живой, ну хватит! — завопил Юджи, уворачиваясь.       — Да вот именно! Теперь тебя можно бить по-настоящему! — удовлетворенно кивнула Нобара.       — О, как мило, они снова воссоединились, чтобы причинять друг другу страдания, — саркастично заметила Маки.       — Лосось, — с пониманием кивнул Инумаки.       Тем временем директор Гакугандзи продолжал громко дышать, выглядел он так, будто в любой момент может превратиться в демона ярости и сжечь Годжо одним лишь взглядом.       — Вы хотя бы представляете, что натворили?! — прорычал он, обращаясь не только к Сатору, но еще и к директору Яге. — Это нарушение регламентов, законов, этических норм, протоколов и…       — …и элементарного чувства юмора? — невинно добавил Сатору. — Ну, не сердитесь, дедуля.       — Я НЕ ДЕДУЛЯ! — взревел Гакугандзи, так что пара ближайших к нему студентов отшатнулась.       — А я думал, он просто так бороду отращивает, — пробормотал Панда.       — Кто сказал?! — повернулся старик.       — Тунец, — мгновенно ответил Инумаки.       Сара не сдержала смешок.       — Ладно, — она вздохнула и посмотрела на брата. — Что ж, программа обмена с колледжем Киото начинается весело.       — Учитывая, что никто еще не сгорел, не исчез и не взорвался, я бы сказал, пока все идет идеально, — сказал Глен с фирменной ухмылкой.       — Это только начало, — вздохнула Сара.       И почти в ту же секунду тележка, в которой раньше сидел Юджи, внезапно хрустнула и развалилась пополам с громким лязгом. Она была хлипкой, рассчитанной на перевозку мороженого, а не человека.       — Вот теперь официально началось, — хором сказали Маки и Панда.       — ЙААААА! — торжественно прокричал Годжо, вытаскивая откуда-то хлопушки. — Добро пожаловать на программу обмена!       Хлоп! Хлоп! Конфетти полетели во все стороны, застревая в волосах, одежде и даже в метле Момо.       — Убейте меня, — прошептала она, прячась за Миву.       — Не сейчас, — спокойно ответила та. — У нас еще состязания.

※ ※ ※

      Первый день — командные бои. Задача простая: соревновательное изгнание проклятых духов, дающее возможность проявить себя и помериться силами с соперниками из другого колледжа. Вот только... У киотской команды были несколько иные планы.       Директор Гакугандзи собрал студентов за плотно закрытыми дверями в старом уединенном кабинете, но не для того, чтобы провести совещание и оставить воодушевляющие напутствия, а чтобы дать им неожиданно жестокое поручение — устранить Сосуд Сукуны.       В помещении повисла мертвая тишина, стоило ему озвучить эти слова. Студенты погрузились в свои мысли, обдумывая услышанное.       — Он не человек и даже не полноценный оккультист, все спишут на несчастный случай, и никаких вопросов к вам не будет. Я об этом позабочусь, — сухо и сурово объяснил старик. — На колебания и сомнения времени больше нет!       Глен, стоя в самом углу, со скептичным выражением лица слушал директора. Его взгляд скользнул по старику, и в нем читалось безмолвное осуждение. Он молча пересчитывал в уме, сколько нарушений закона таит в себе этот приказ.       — Легко сказать, — первой подала голос Май, сверкнув глазами. — Итадори Юджи сейчас здесь как раз потому, что его не убить, разве нет?       Она повернулась к Норитоши Камо, ища подтверждения у старшего.       — Как мне сообщили, в прошлый раз пацан совершил самоубийство, — холодно заметил директор.       — Подтверждаю, — нехотя сказал Глен, отрываясь от стены. — Но тогда на руках Мирая Рёги имелся действующий контракт. Теперь контракта нет, Юджи вне юрисдикции моего клана. Его нельзя казнить. Закон гласит ясно.       — Ты слишком молод, чтобы понимать, — прервал его директор. — В реальности не всегда есть время ждать бумажек. Иногда нужно действовать без промедлений.       Гакугандзи обратился к Норитоши:       — Скажи, Камо, чего следует остерегаться при убийстве оккультиста?       Старшекурсник, с прямой спиной и надменным выражением лица, выступил вперед. Чтобы не оставаться в его тени, Глен тоже приблизился к директору. Гакукандзи присмотрелся к юноше: за два с половиной месяца Глен сильно изменился. Возмужал, стал увереннее. Наследник клана палачей больше не отмалчивался и всегда стоял на своем. Он стал неудобен директору. Слишком своевольным был Глен.       — Нужно обязательно убить с помощью проклятой энергии, иначе противник может обратиться проклятием, — послушно ответил старику Норитоши.       — Верно. Достаточно убить оккультиста проклятой энергией, и дело с концом...       — Вы не совсем правы директор. Если казнь совершается официально настоящим палачом, то можно и не вкладывать в удар проклятую энергию, потому что сама казнь является ритуалом, — бросив вызывающий взгляд на Норитоши, добавил Глен. Директор Гакугандзи стерпел, что наследник Рёги бессовестно его перебил. — Для казни нужен палач, а не простые студенты! Вы нарушаете закон, заставляя остальных исполнять ваши прихоти.       — Ты смеешь дерзить? — со стальным нажимом спросил директор.       — Я просто информирую, — спокойно ответил Глен. — То, что вы пытаетесь воплотить, это незаконный приговор. И еще втягиваете в него студентов.       — Госукэ! — рявкнул директор, желая осадить его. — Не тебе решать!       Мощным ударом ноги Аой Тодо выбил дверь сёдзи, ведущую на цветущий задний двор.       — Братан Госукэ прав! — пробасил старшекурсник с лицом, полным праведного гнева. — Если вам приспичило заниматься грязью, то делайте это сами!       Глен едва слышно застонал. Он ждал поддержки от кого угодно, но только не от Тодо.       — Тодо! Вернись, — строго позвал его Норитоши. — Директор еще не закончил.       — В одиннадцать часов начинается прогулочное ток-шоу с Такадой-тян. Братан Госукэ будет смотреть его со мной, — глухо буркнул Аой, уперев руки в бока. — Еще есть вопросы?       — А ну вернись, посмотришь потом в записи, болван.       — О нет, они сейчас поругаются, — прошептала Мива.       — Ну и пускай, — ответила ей Момо. — Будто нам хуже от этого будет.       Мехамару молча следил за словесной потасовкой.       — Слышь, ты! Шоу с Такадой-тян я смотрю и в эфире, и в записи! — взревел Тодо. — Я что, по-твоему, недофанат какой-то?!       Тодо разразился на недовольства, и никто не смел ему перечить, опасаясь получить удар.       — Я, пожалуй, пойду, — ровно оповестил Глен. — И учтите, что за головой Юджи полетит и голова его убийцы. Об этом я лично позабочусь. Пока!       Глен ушел, оставив за спиной не спор, а страх — страх перед тем, кто слишком спокойно говорит о смерти. Особенно, когда он наследник клана палачей. Учения Мирая не прошли даром, с каждым днем Глен все больше становился похожим на мудрого лидера.

※ ※ ※

      — Подожди, вы встречаетесь?! — удивленно воскликнул Юджи и тут же прикрыл рот ладонью, приглушенно добавив. — Серьёзно?!       Он уставился на Мегуми, прищурив взгляд, чтобы получше разглядеть на непроницаемом лице парня улыбку или хоть одно подтверждение, хоть один намек на то, что его слова насчет Сары оказались шуткой. Но нет, Мегуми был серьезен.       — А вы вообще... ну... совместимы? Она же как лето, а ты, Фушигуро, как… не знаю, как угрюмый ноябрь! — всплеснул руками Юджи.       — Я скорее сентябрь, — буркнул Мегуми.       — О, точно! Вот. А она июль, — Юджи махнул рукой в сторону заскучавшей Сары, стоявшей в кромке тени, отбрасываемой раскидистым деревом. — Но... — он вдруг тепло улыбнулся. — Ладно. Я рад за вас. Серьезно. Просто не ожидал такого. Пока меня не было, вы вообще офигели, столько всего произошло!       — Это уж точно, — вздохнул Мегуми, прокручивая в памяти события прошедшего лета. — Скажи, Итадори... А сам ты как?       — Ха-ха! Если ты про всякие шуры-муры, то я без отношений, а так... Бросаться в самое пекло, конечно, ни фига не круто, но с ребятами из Киото я уж как-нибудь справлюсь! — бодро ответил Юджи, широко улыбаясь.       — Я не про это, — произнес Мегуми, тяжело посмотрев на товарища. — С тобой явно что-то случилось.       Юджи невесело, слегка нервозно рассмеялся.       — А? Да не, все пучком, Фушигуро!       Мегуми не стал настаивать. Язык тела и интонация выдали Итадори с головой.       — Хотя, — выждав паузу, начал Юджи. — Кое-что и правда случилось, но со мной все нормально, чесслово! — Он опустил взгляд. — Скажу больше, после того, что произошло, я точно никому не собираюсь проигрывать.       — Тогда ладно, — серьезно ответил Мегуми. — Если что, я тоже не собираюсь никому проигрывать.       Прежде чем присоединиться к остальным, он приблизился к Саре. Девушка сняла с лица солнечные очки в прямоугольной оправе и развеяла их щелчком пальцев в яркой голубой вспышке. Аксессуар полностью состоял из проклятой энергии.       — Поговорили? — уточнила у Мегуми Сара.       Глянув ему за спину, девушка увидела слегка смущенного Итадори. Он согнулся, уперевшись коленом о плитку с трещинами, и завязывал шнурки. Из приоткрытого окна учебного корпуса доносилось гудение вентилятора и хриплый голос одного из ассистентов.       — Да, все в порядке. Итадори серьезно настроен на победу, — ответил Мегуми. — Идем к остальным.       Группа токийских студентов, составив действенную стратегию, ожидала начала состязаний. Над лесной опушкой стоял чуть уловимый запах хвои и разогретой из-за высокой температуры коры. Стрекотали цикады, не смолкая ни на секунду. Издали слышалось карканье воронов Мэй Мэй.       — И почему у нас нет светлой летней формы? — пожаловалась Сара. — Это издевательство какое-то!       — Я тоже постоянно задаюсь этим вопросом, — обреченно согласился с ней Мегуми.       — Запомнили? Разнесем этих выскочек в пух и прах! За Маки в том числе! — воодушевленно произнесла Нобара, подняв кулак. — Мы столько тренировались, и не посмейте ударить в грязь лицом!       — Давай-ка вот без этого пафоса, — то ли смущенно, то ли раздраженно попросила Маки, поправив запотевшие очки.       — Нобара права, пора показать результаты наших стараний! — поддержала подругу Сара.       — Икра минтая!       — Да-да! За Маки в том числе, — договорил Панда.       — Хе-хе! Ну что ж... — выйдя вперед всех, Юджи встал в решительную позу. — Вперед за победой!       Настроение у всех было боевым. Сара вдруг подумала, что, наверное, со стороны они выглядели как персонажи из аниме о дружбе и драках со злым злом. Она усмехнулась этим мыслям.       Где-то в траве щелкнул кузнечик.       — А тебя-то кто главным назначил? — фыркнула Маки, лениво подходя сбоку и пихая Итадори в спину ногой.       — Ай!       Решив не терять времени зря, подростки углубились в лес, чтобы избежать преждевременного столкновения с киотской группой. Этот хвойный лес был будто срезан прямо из старой японской гравюры. Высокие деревья с широкими кронами стояли тесно друг к другу, но хорошо пропускали прямой солнечный свет. Золотистые лучи пробивались сквозь листву, рисуя на земле узорчатые пятна. Под ногами хрустели высохшие иглы и листья, влажный мох покрывал корни, выползавшие наружу, как жилы под кожей. Где-то в глубине леса слышалось стрекотание цикад, осторожные шаги зверьков и редкие вскрики птиц, но все это казалось далеким и глухим, как будто сама природа затаилась перед надвигающимся сражением двух команд.       Маки осматривала свою нагинату. Проводя пальцем по лезвию, она счищала несуществующую грязь. Рядом стоял Панда, покачиваясь из стороны в сторону и напевая себе под нос. Нобара жевала жвачку, рассеянно уставившись в кусты, где, по ее ощущениям, уже притаились проклятия. Но не их она опасалась.       — Киотские студенты это вам не лапухи какие-то, — предостерегла Маки, не отводя глаз от своего оружия. — Действуем, не отклоняясь от плана, ясно вам?       — Куда уж яснее, — подал голос Мегуми, опершись спиной о дерево. — Мы не знаем их стратегии, но, смею предположить, они нападут всем скопом, а не будут пытаться разбить нас поодиночке.       — Ну пусть попробуют, — Нобара усмехнулась. — У меня к ним есть старые счеты, особенно к Май. Эта стерва посмела сказать, что у меня «провинциальное лицо».       — Ммм, — протянул Инумаки. — Рубленые кацуобуси.       — Согласен, друг, — кивнул Панда. — Я бы и сам кого-нибудь впечатал в дерево.       — Лосось, — с энтузиазмом добавил Инумаки.       Юджи бросил на них короткий взгляд и вдруг рассмеялся:       — Слушайте, а ведь странно. Мы с ними должны соревноваться, изгоняя проклятых духов, но складывается впечатление, что мы идем на войну.       — Потому что так и есть, — тихо сказала Сара, пристально вглядываясь в чащу. Ее голос прозвучал крайне серьезно.       Все замолчали.       — Ты ждешь Глена? — осторожно спросил Мегуми.       Сара медленно кивнула.       — Он будет ждать меня. Как и я его, — ответила девушка и поспешила заверить остальных. — Но мой брат точно не будет на вас нападать.       — Тогда не дай ему заскучать, — произнесла Маки, вскидывая нагинату на плечо. — Все готовы?       — Кхе-кхе! — донесся громкий голос, искаженный помехами из старых колонок. — Одна минута до начала! А пока послушайте слова поддержки от госпожи Утахимэ! — бессовестно подставил коллегу Годжо.       — Чего?! М-м, э-э... — смущенно растерялась женщина, явно не ожидая подвоха. — Э-э, ну, думаю, совсем без синяков и ранений не обойтись, но, э-э, в общем не забывайте помогать друг другу! Да! Это главное!       — Что? — удивилась Сара.       — По всей видимости у всех учителей что-то не в порядке с головой, — ответил Мегуми.       — Ага, диагноз у них точно общий, — пробормотала Нобара.       — Ха! Время вышло. Итак, программа обмена опытом начинается! — радостно оповестил, хотя скорее проорал, Годжо, но был прерван Утахимэ.       — Уважай старших!       — Вперед! — крикнула Маки.       Сорвавшись с мест, подростки бросились следом за ней, как единый организм, слаженный и готовый к бою.       — Идиотизм, — буркнула Нобара, скользнув взглядом по бегущей рядом нефритовой гончей. — Надеюсь, что в следующем году у нас будет учитель Кусакабэ. Хватит с нас этого цирка.       Собака бежала между Сарой и Мегуми, весело виляя хвостом. Девушка с умилением смотрела на Умбру.       — Гав! — отозвалась Умбра, подбадривая Сару.       — Держим темп, — коротко бросил Мегуми, увидев, что Сара отвлеклась.       Стратегия была проста. Проклятия, как предположил Панда, скорее всего выпустили в центре леса, откуда они уже могли расползтись в разные стороны. Токийские оккультисты собирались разделиться в нужный момент на две основные команды, возглавляемые Мегуми и Пандой, в то время как Саре и Юджи достались определенные роли. Пока их товарищи будут изгонять проклятия, они должны были отвлекать внимание киотских студентов.       Умбра заприметила проклятие — многоглазого паука, преградившего им путь. Прежде чем Маки успела перехватить оружие и изгнать проклятого духа, его резким ударом снес Аой Тодо, вынырнув из-за деревьев.       — Отлично! Все в сборе! — расхохотался он, широко скалясь, предвкушая знатный мордобой. — Давайте! Нападайте все разом!       — Врассыпную! — решительно скомандовала Маки.       Сара на миг задержала взгляд на Тодо, а затем лукаво подмигнула:       — Пока-пока! — помахала она ладонью и телепортировалась, рассеяв свое тело на тысячи проклятых частиц.       Сара материализовалась в сотне метров от места, где Юджи остался сражаться с Тодо. Девушка не сомневалась в товарище и была уверена в его победе.       Сконцентрировавшись, Сара уловила отголосок проклятой энергии брата. Он был относительно недалеко, как ей показалось. Глена оставалось лишь найти.       Листва шуршала под подошвой кожаных лоферов Сары. Девушка уверенно шагнула на поляну. Ветер, насыщенный запахом хвои, играл с ее волосами.       — Можешь не прятаться, выскочка, я чувствую твою проклятую энергию, — проговорила она, вглядываясь в густую листву. — Или ты не меня ждешь?       — Выскочка?! — откликнулся голос из-за деревьев. — Это ты так называешь своего старшего, умного, красивого, харизматичного…       — …да нифига не старшего, — перебила Сара. — Я твоя старшая сестра, младшенький!       — Да ладно тебе, — прозвучало в ответ. Из тени деревьев вышел Глен, медленно вынимая катану из ножен. — Давай, по-быстрому, пока наши однокурсники собачатся, покажем друг другу, чему научились за это лето?       — За этим я и пришла.       — Как и я, — подмигнул Глен и встал напротив сестры. — Готова?       — До первой крови! — азартно улыбнулась Сара.       Мгновение, и они сорвались с места. Сара молниеносно призвала катану из чистой проклятой энергии и ловко парировала удар. Лезвия звякнули, во все стороны разлетелись сине-голубые искры. Сара двигалась быстро, отточенно, словно танцуя давно заученные до идеала движения, а Глен... он ничуть ей не уступал в мастерстве. Наследник больше не защищался. Он нападал, он давил.       Раньше Глен Рёги всегда проигрывал в скорости, но не сейчас.       Сара с удивлением следила за братом, стараясь подмечать каждое его движение.       — Ты стал… — Сара телепортировалась назад, блокируя мощный удар. — Быстрее?       Она с трудом перевела дыхание, ухватившись покрепче за рукоять старой катаны.       — А ты думала, я все лето отдыхал? — усмехнулся Глен.       Он выбросил руку вперед, и воздух рядом с ним дрогнул. Вспыхнула яркая голубая руна, ранее Саре незнакомая, и в следующее мгновение с неба хлестнул разряд проклятой энергии. Сара перекатилась в сторону, мельком взглянув на выжженную воронку в земле.       — Черт. Это что-то новенькое, — удивилась девушка.       — Ага, недавно эту руну выучил, — ухмыльнулся Глен, и катана в его руках загорелась руническими символами. — Тейваз.       Глен замахнулся, собираясь нанести усиленный воздействием проклятой руны удар по клинку Сары. Девушка, шумно дыша, заблокировала напад, но из-за его силы отлетела в дерево. Ее сердце заколотилось быстрее.       — Если хочешь сразиться по-взрослому… — выдохнула Сара, поднимаясь из кучи листвы и иголок. — То держись. Всплеск!       Аура вокруг нее сгустилась, и во все стороны заискрились острые частицы проклятой энергии.       Близнецы снова сошлись в танце мечей, и теперь каждый удар стальных клинков отзывался эхом и лязгом по лесу, а каждый взмах со свистом разрезал воздух. Сара била точно, ловко, но Глен будто предугадывал ее движения.       — Ты читаешь мои мысли? — между делом спросила Сара. — Кстати, мы с Нобарой на следующих выходных поедем в Киото!       — Я жил с тобой всю жизнь. Ты предсказуемая, — довольно улыбнулся Глен. — Заночуешь со своей подружкой в резиденции.       — Серьезно? А глава не будет против?       Глен рассмеялся, но не сбавил темпа.       — Совсем скоро я стану главой. Разрешаю.       В его движениях появилась уверенность. Глен наслаждался битвой с сестрой.       — Глен, — тихо заметила Сара, едва парируя рубящий удар. — Ты не просто стал сильнее. Ты стал опаснее.       Парень не ответил. И тогда, в самый пик схватки, воздух вокруг близнецов задрожал.       Рядом с ними промчался сине-фиолетовый вихрь проклятой энергии.       На поляну ступил человек в длинном сером кимоно. Его глаза, мутные, как самый грязный болотный омут, сфокусировались на двух застывших на месте фигурах. Лицо незнакомца отражало извращенную насмешку, а руки были покрыты шрамами из проклятых печатей.       — Какая… трогательная сцена, — хрипло произнес он. — Брат и сестра играют в самураев, пока смерть наблюдает.       Сара и Глен моментально приняли оборонительные стойки, встав плечом к плечу.       — Кто ты такой? — громко спросила Сара. — Ассистенты вроде как не должны вмешиваться в наше состязание.       Незнакомец на ассистента колледжа похож не был. Он источал опасную энергетику и явно не был настроен к близнецам дружелюбно.       — Всего лишь тот, кто собирается положить конец бесчинству кровавого клана, — усмехнулся отступник. — И разве так приветствуют родственников?       — Ах, Дайсукэ Зенин-Рёги! Я тебя и не признал, урод ты такой, — внезапно ответил Глен, вспомнив лицо своего дальнего родственника. — По твою голову уже три контракта подписали, ты в курсе?       — Очень по-семейному, — оскалился Дайсукэ.       — А что еще делать с отступником-убийцей?       Сара стиснула зубы.       — Ну что, Глен… Разминка закончилась?       — Да, — Глен поднял катану. — Настало время для проведения настоящей казни!