Театр одного актера

      Ночной клуб в центре Токио. Время на часах медленно перевалило за полночь. Яркие светодиоды, проекторы и, конечно же, огромный диско шар в центре потолка, от которого отражаются на пол разнообразные фигуры всевозможных расцветок. Разношерстная толпа отрывается под долбящую из колонок современную музыку и ее ремиксы в свой заслуженный выходной. Диджей подогревает толпу спецэффектами: дымом из труб, прожекторами, которые рандомно освещают каждого в шумном помещении, резко сменяющейся музыкой… Бармен едва поспевает обслуживать клиентов, демонстрируя фирменную подачу в виде особых навыков жонглирования бутылками, разливом из нескольких разных по форме сосудов шотов, которые через пару минут окажутся внутри посетителей, делая их пьянее и веселее одновременно. За это люди готовы отдавать все свои деньги — всем нужно хлеба и зрелищ.       В этом заведении имелось и отдельное помещение с VIP комнатами с толстыми стенами, через которые почти не просачивался звук основного зала — слышны были лишь приглушённые отголоски басистой музыки. «Особым гостям особый комфорт» — таков был слоган директора клуба, который целиком и полностью ходил под верхушкой «Брахмы» — преступной группировки настоящего, которая подмяла под себя главные бизнес точки города.       Проводить собрание в этом месте было весьма странным решением, но имело смысл. Накануне Брахма расправилась с бесчисленным количеством неугодных, в том числе и с людьми, заказанными напрямую правительством. Работа несложная, но грязная. Члены группировки выбрали подобающее место для расслабления подстать своему образу жизни.       Сано Манджиро известный как «Майки» — непосредственный глава Брахмы — на дух не переносил подобные клубы с бесчисленным количеством людей, поэтому, отдав приказ верхушке об их последующих действиях, которые не были такими уж пыльными, поспешил удалиться. Мужчины немного расслабились, однако всегда были начеку. Один беззаботный вечер в компании симпатичных девушек никак не повлияет на их работоспособность, не так ли?       Братья Хайтани, Санзу, Коконой, Такеоми и Какучё — практически вся верхушка Брахмы осталась в клубе, насквозь пропитанном дымом сигарет и перегаром. «Красная комната» — а именно так называлось ложе для особых гостей, было полностью в их распоряжении. Приглушённый красный свет лампы, парочка кальянов на небольших стеклянных столах, запрещённые наркотические вещества, которые по большей части были нужны Санзу, (хотя, будем честны, Риндо и Ран тоже не брезговали ощутить тот «кайф», о котором так говорил их партнёр. Однако братья умели держать себя в руках и вовремя остановиться), а также несколько элитных стриптизерш, что извивались на пилонах перед гостями. Девушки пышных форм были предупреждены, с кем им придётся иметь дело весь сегодняшний вечер. На столиках в свободном доступе лежало огнестрельное оружие мужчин, которым нечего и не за чем было скрывать. Охрана на входе не давала лишним людям показаться на глаза членам Брахмы.       Мужчины вели непринуждённый диалог о «работе», без капли сожаления обсуждая убитых людей, подвергшихся пыткам Харучиё. Для них именно такими были дни, что обозваны людьми «серые будни». Убийства, проституция, казино и вся нелегальная деятельность была под контролем Брахмы. — Жалкие свиньи… Как же громко они визжали, — насмехался Санзу над недавно убитыми людьми, которые молили о пощаде, — предлагаю выпить за успех!       Мужчины подняли стаканы, наполненные виски со звонким льдом, что бился о бортики посуды. Не чокаясь, каждый сделал несколько глотков и вернулся к непринужденной беседе и обсуждению дальнейших действий.       Казалось, будто они и не замечали девушек, которые плавно кружились вокруг пилонов под томную музыку. Так это или нет, но они обязаны были выполнить свою работу максимально качественно, даже если они служили лишь фоном для беседы.       Будто прочтя их мысли, мужчины бросили на них взгляды. В глазах блеснула похоть, что не предвещало ничего хорошего. Первым отозвался Санзу, который уже почувствовал себя на высоте после принятия наркотиков. Расслабленным движением он махнул одной из девушек, дав знак подойти к нему.       Ни у кого из них не было выбора. Переступая внутреннее чувство страха и угомонив дрожь в коленках, эффектная брюнетка плавной походкой, не забывая покачивать бёдрами, направилась в сторону розовласого, строя ему глазки. Одним хватом он заставил ее сесть ему на колени, встретившись лицом поближе. —Продолжай двигаться, малыш, — водя руками по свободным от белья частям тела, шепнул он.       Брюнетка почувствовала легкий дискомфорт, понимая, что буквально в полуметре на том же диване сидел напарник мужчины, однако профессионализм не позволил выдать смущение. Опыт работы в подобных заведениях с такого рода клиентами сыграл свою роль, позволяя девушке продолжить плавно двигать бёдрами, лаская руками своё тело. Ран одобрительно улыбнулся, проницательно посмотрев на незнакомку. Ему не было дела до планов Харучиё, однако точно понимал, что у кого-то сегодня будет шикарное продолжение вечера. — Хаджиме, ты весь вечер сидишь в напряге, расслабься уже, — окликнул напарника Риндо, косившись на него все время. — Действительно, Коко, главная проблема решена, — поддержал брата Ран, — сегодня можно отдаться прекрасному, — мужчина перевёл многозначительный взгляд в сторону оставшихся на «рабочем месте» стриптизерш, отпивая из стакана виски.       Он и правда был напряжен. Решать экономические вопросы огромной группировки, постоянно держать эту сферу на контроле, параллельно изучая новые способы заработка и поиск выгоды в каждом деле — работа не из простых. Коконой являлся финансовым гением, в руках которого был не только контроль, но и миллионы на карте, однако даже он мог поддаться стрессу и эмоциями в особо острые моменты. Примером послужило и недавно законченное дело, которое мужчины обсуждали весь вечер. Оппоненты успешно «копали» под Брахму, найдя один из источников их дохода — золотую жилу в лице сети подпольного казино, куда было вложено немало денег. Ему пришлось сильно постараться, чтобы выйти из этой ситуации с минимальными ущербами для своей группировки.       В конце концов весь вечер портила одна единственная жалкая стриптизерша. Детская любовь к Аканэ с годами никуда не ушла, но Хаджиме мастерски заглушал это чувство, отвлекая себя на заработок, с головой погружаясь в сферу нелегального бизнеса. И вот оно, снова. Было ли то влияние алкоголя, которого выпили мужчины уже более чем предостаточно, или испытанный накануне стресс, что заставил окончательно сойти с ума? Ответа он не знал. Однако Коконой четко видел перед собой длинноногую девушку с пепельными волосами и пушистыми ресницами, которые, вероятнее всего, были фальшивкой — типичным образом для очередной куклы борделя. Лицо ее было таким же спокойным как и у Инуи старшей. В отличие от остальных стриптизерш, она не строила никому глазки, не извивалась шаблонно, словно по отработанной годами технике — ее движения были истинно плавными: от невесомого обхвата шеста до грациозных изгибов тела, которое то и дело касалось холодного металлического предмета, вызывая мурашки на теле. Сильнее добивал лишь тот факт, что ее лицо было до боли знакомым Коконою, каким ненастоящим оно не было бы. — О-оу, детка, ты чертовски горяча! — послышался громкий комментарий Санзу со стороны.       Мужчина не скупился на дорогой алкоголь, без зазрения совести выливая горючую жидкость прямо из бутылки на грудь стриптизерши. Ее руки гуляли по торсу партнера, пока он слизывал остатки виски с ключиц и ложбинки груди.       Хайтани не заставили себя долго ждать. Работа работой, а снимать стресс нужно вовремя. Проявив себя, они подозвали ещё двоих девушек, которые поспешили покинуть подиум, не заставив гостей томиться в ожидании. Ран невесомыми касаниями водил ловкими пальцами по талии спутницы, удаляясь в VIP комнату. Затуманенный взгляд и разум вели лишь к одной цели. Его брат в этом отношении был полной противоположностью. Риндо был груб как в прикосновениях так и в словах. Он хотел — он брал. Лишние нежности были ни к чему, учитывая не только характер мужчины, но и статус избранницы на ночь.       Хайтани скрылись из виду. Одного Харучиё не смущало присутствие напарников — он был полностью поглощён жертвой, оседлавшей его. Какучё и Коконой обменялись взглядами, молча отпив из стаканов оставшийся виски с подтаявшим льдом. — Я проветриться, — оповестил темноволосый, вставая с кожаного дивана.       Хаджиме остался один на один с той девушкой. Почти. Громкие комментарии Санзу на фоне приглушались сознанием. Мозг был сосредоточен на стриптизерше, которая, наконец, подняла на него взгляд. Голубые глаза понимали ситуацию, морально она была готова изначально. Однако Коконой не совершал никаких действий. Разорвав контакт с незнакомкой, он уткнулся в телефон, нервно ища там что-то. Он сопротивлялся опьяненному разуму, игнорируя естественные желания. Мужчина потянулся за бутылкой, вновь наполняя стакан. Полностью игнорировать ситуацию и девушку напротив не получалось, тем более он чувствовал ее тяжёлый взгляд на себе. Внутри стало теплее, и это чувство не было вызвано алкоголем, который моментально оказался в мужчине. Нет, это низменное желание, что заставляло потакать своей прихоти.       Хаджиме ничего не мог поделать с собой. Ему было стыдно перед собой и перед Аканэ, но что он мог сделать? В конце концов, мужчина даже имени ее не знает и не вспомнит на следующий день. «Сегодня можно отдаться прекрасному» — слова Рана мелькнули в его голове, будто добивая моральное состояние и облик.       Хищным прищуром он впился в жертву, на секунду почувствовав, что она вздрогнула. Девушка действительно не ожидала быть одаренной таким грубым и ненавистным взглядом, будто провинилась в чём-то. Клиенты смотрели на неё по-разному, но, конечно же, в большинстве взглядах читалось вожделение. Сердце екнуло, когда мужчина махнул ей, приказывая идти к нему.       Перед собой незнакомка видела только спину, которая уже стояла у выхода. Он не поворачивался к ней. — Вперёд, — грубо сказал он, уступая ей дорогу, чтобы она направляла его. — Наш Коко тоже решил наконец оттянуться?! — услышала она вслед голос другого гостя, который наконец мог уединиться с ее напарницей. — Тц, — стиснув зубы, цокнул Хаджиме прямо за спиной девушки и захлопнул дверь.       Незнакомка вела его по коридору второго этажа, с которого можно было наблюдать за веселящимися людьми на танцполе. В темноте пару было сложно заметить тем, кто находился внизу, чтобы сохранить секрет обратной стороны молодежного клуба.       Ноги невыносимо болели от высоких каблуков, которые были обязательным атрибутом для ее работы. Она старалась не выдавать тот факт, что прихрамывает. Основная задача девушки — ублажить клиента на все сто процентов, остальные проблемы должны быть отложены на потом.       Открыв перед Хаджиме дверь, она отошла в сторону, пропуская его вперёд. Комната была освещена тусклым зелёным цветом светодиодов. Звукоизоляция была чуть лучше, чем в предыдущей комнате, однако музыка из основного зала все ещё доносилась до ушей. Здесь не было ничего лишнего: кровать и тумбочка, где находились игрушки для взрослых в свободном доступе.       Первое, что бросилось в глаза Коконою — это аккуратно застеленная кровать в красных оттенках, которые не сочетались со светом и обстановкой в комнате. На тумбочке лежала пачка дешевых контрацептивов, а сама мебель была знатно потрепана годами. Из положительных сторон он заметил, что в комнате приятно пахло зажженными благовониями, что находились по краям комнаты в виде небольших светильников.       Конечно, никто из владельцев не ожидает видеть в качестве гостя подобного эстета и ценителя, но мужчину моментально отталкивало такое отношение. Комната была предназначена для плотских утех, никто не рассчитывает, что люди, приходящие сюда, будут оценивать интерьер — он понимал это. Однако неприятный осадок оставался.       Коконой вздрогнул от прикосновения девушки. Заперев дверь и подойдя к нему с спины, она положила свою ладонь на его плечо, нежно поглаживая и параллельно стягивая хлопковую ткань хаори вниз. Он незамедлительно развернулся и оттолкнул ее с испугом в глазах. Он не привык. Ему страшно. Ему стыдно. Простая стриптизерша не могла понять его чувств, поэтому молча смотрела на него с удивлением, недоуменно моргая. — Извини, — буркнул он, садясь на край кровати, — я на взводе. — Я могу помочь вам расслабиться, — томно ответила она, вальяжно приближаясь.       Взявшись за роль, ее нужно отыгрывать до конца. Уничтожать эмоции, мешающие в процессе, избавляться от помех, будь то люди или обстоятельства, переступать через себя. Все это с самого начала темного пути вдалбливали в голову будущих работниц ночного клуба. Поэтому и сейчас, не смотря на сложившуюся экстраординарную ситуацию, незнакомка вела себя непринуждённо, продолжая демонстрировать своё актерское мастерство. — Почему ты работаешь здесь? — неожиданный вопрос слегка выбил ее из колеи, сбив весь настрой.       «Секреты вашей работы должны оставаться секретами, — пронеслись слова владельца заведения в светлой голове, — врите, съезжайте с темы, отшучивайтесь — делайте что хотите, но ни слова правды.» — Жизнь повела по этой дороге, — с улыбкой ответила девушка.       Она встала перед гостем на колени, расположившись между ног. Хаджиме уже не сопротивлялся. Ведь если это делает она, то он ни в чем не виноват, верно? Его совесть будет чиста. Ему нечего стыдиться.       Хлопковое хаори сползло с плеч, оголяя торс мужчины. Он сверлил незнакомку пронзительным взглядом, пока она оставляла следы красной помады на подтянутом теле, медленно спускаясь вниз. Гортанный вздох вырвался наружу, когда девушка стягивала с него штаны и белье, зацепив острым ногтем мышцу бедра. Член пульсировал, инстинктам было не противостоять.       Пепельные волосы скрыли лицо незнакомки. Шершавым языком она провела по стволу, вырисовывая незамысловатые фигуры. Шумный, прерывистый выдох донёсся до ушей. Хаджиме запрокинул голову, закатывая глаза от удовольствия. Голова пульсировала от напряжения, которое отшлифовалось крепким спиртным. Девушка не стала более мучить мужчину и взяла в рот член, смачивая его слюной. Отработанные годами движения вверх-вниз повторялись в среднем темпе. Комната наполнилась пошлыми звуками.       Коконой не мог более играть роль «благоверного». Наступив себе на горло, он схватил ее волосы, надавливая на голову, чтобы задать подходящий темп. От приложенной силы и ускоренному темпу девушка начала задыхаться, но старательно пыталась поддерживать кислород в лёгких, переодически делая маленькие вдохи. Мужчина заставлял почти полностью заглатывать член, чтобы чувствовать узкость глотки партнерши. Доходя до своего пика, он сильнее сжал ее волосы, побуждая ту простонать не то от боли, не то от возбуждения.       Почувствовав, что мужчина в скором времени кончит, она хотела отстраниться, однако сделать это не позволил грубый хват, который уже не контролировался мозгом. Клиенты часто забывались во время процесса, причиняя боль, к чему местные работницы уже привыкли, молча уходя и зализывая раны для следующей ночи. Сперма заполнила рот, тонкими струйками вытекая из уголков, размазывая остатки красной помады. Хаджиме не сдерживаясь низко простонал, стиснув зубы. Без лишних слов, она сглотнула семя, облизывая губы и томно смотря на гостя, ожидая дальнейших действий.       Груз плотских утех упал с его плеч, а на его место пришло далёкое осознание совершённого. Не обрывать же все сейчас? Коконой заведомо знает, что будет винить себя в любом случае, так будь, что будет.       Потянув незнакомку на себя, он рухнул на кровать, ощущая тепло ее тела на себе. Приподнявшись на руках и заглянув в темные глаза, она уверенно спросила: — Что мне ещё сделать?       Мужчина молчал. Он глубоко дышал, стараясь не смотреть на девушку. Потолок был украшен тусклыми светодиодами, словно небо заездами, что горели зелёным цветом. Взяв инициативу на себя, он опустил руки на талию партнерши, грубо сжав и перевернув ее на спину. Он не целовал девушку, нет. Губы — запретная зона, которую он точно не переступит. Его язык гулял по телу, которое до него ласкали сотни и тысячи мужчин. Через пару минут тонкая шея и грудь были усеяны отпечатками зубов и красными пятнами от лёгких засосов. Громкие стоны девушки ласкали его слух, что дразнило его самолюбие. Пепельноволосая извивалась под ним, словно змея, касалась бёдрами его паха и царапала спину и широкие плечи. В один момент она остановила его, проведя тыльной стороной ладони по щеке. — Позволь мне, — севшим голосом молвила она, приподнимаясь на локтях.       Хитрые опьяненные глаза сверлили ее, но слова «нет» она не услышала, что и приняла за разрешение. Мягко надавив на плечи, девушка вновь перевернула его на спину, оседлав сверху. Она потянулась к тумбочке, намереваясь взять презерватив, но низкий голос отвлёк ее. — Нет. Возьми те, что в моем хаори. — Извините, но нам не положено, — невинно улыбаясь ему, ответила она. — Моя пачка новая, а то, что покупает ваш хозяин — дешевая херня.       Понимая, что пришедшие гости тесно связаны с хозяином заведения, незнакомка не могла спорить с ним. Вернее, она смогла бы, но ни статус, ни страх перед грядущим будущим при увольнении не позволяли этого. Она потянулась к одежде и, достав из кармана действительно новую упаковку контрацептивов, одним ловким движением натянула защиту на член.       Не теряя более ни секунды времени, она отодвинула прозрачную ткань кружевных трусиков, полностью насаживаясь на всю длину. Комнату заполнили два в унисон изданных стона. Откинув голову назад, девушка начала двигаться в прерывистом темпе. Колени дрожали от удовольствия и возбуждения. Руки Хаджиме опустились на бёдра, сжав их до побеления костяшек и появившихся синяков на фарфоровой коже. Позволив незнакомке некоторое время двигаться в своём темпе, он наконец переступил грань терпения, начав грубо насаживать ее на член. Хлопки совокупляющихся тел заглушала музыка снаружи, в быстрый темп которой они попадали.       Десять, двадцать, тридцать минут тянулись бесконечно. Сбившиеся дыхание уже, казалось, невозможно восстановить. На лице мужчины проступили капельки пота. Он изредка бросал томные взгляды на двигающуюся на нем девушку, упорно видя лицо Аканэ в прикрытых глазах с пушистыми ресницами и полуоткрытом ротике, из которого доносились сладкие стоны. Пусть будет так, так гораздо проще. Не об этом ли он мечтал всю жизнь? Быть вместе с ней.       Нет. Не об этом. Незнакомка на нем — грязная шлюха затрепанного борделя, которая обслуживает десятки посетителей за день. Аканэ была невинна, красива и добра. О человеке напротив он не знал ничего. Она — оболочка желаемого, но никак не ее суть.       Придя к своему пику и не позаботившись о спутнице, Коконой резко встал, скинув ее на кровать. Пока она пыталась задурманенным разумом понять, что происходит, мужчина быстро собрался. Накинув на тело хаори, он достал кошелёк из внутреннего кармана и бросил в ее сторону несколько больших купюр. Сумма была в разы больше стандартной оплаты, однако волновал ли его этот вопрос сейчас? Ответ: абсолютно нет. — Здесь больше положенного. Найди себе нормальную работу, — грубо бросил он напоследок, покинув комнату и хлопнув дверью.       После гостя остался лишь легкий шлейф дорогого одеколона, громкая музыка, под которую отрывались там, внизу, и девушка легкого поведения, лежащая на кровати.