апрель

      оставляя послание на стенах знай, для кого оно предназначается. знай где оставлять. убедись что лишние взгляды пробегутся по незамысловатому тексту и пройдут мимо. Апрель знает для кого. знает где. Апрель знает все правила.       тонкой черной ручкой, нежно, по живым стенам. сквозь другие послания, между строк. каждую букву выводит, награждает незамысловатой завитушкой и воровато оглядывается по сторонам, вздрагивая от каждого шороха. ти-ше. еще ти-ше.       чтобы ни одна душа не прознала, чтобы не разбудить сам Дом. чтобы не испортить предрассветный час. чтобы вновь не согнуться пополам по возвращению в комнату. пиши девочка. пиши и беги, перебирая маленькими босыми ножками. ти-ше. оглядывайся назад, по сторонам через каждые пол метра и молчи. даже не думай о своем маленьком секрете. ведь они слышат все. днем шипи. скалься. и д е а л ь н и ч а й. выводи буквы не на стенах, в тетрадках. да так, чтобы сразу было понятно кто ты.       Апрель молчит. Апрель идеальничает. Апрель неизменно прячет руки и выводит буквы ненавистной синей ручкой. ночью она ложится со всеми. даже под одеялом трясется как осиновый лист и выжидает. слушает и ждет, пока последний чужой громкий вдох не превратится в спокойствие. а потом ждет еще немного, совершенно теряясь во времени, которого почти нет. ей отведено мало. пролетит быстро, птицей, взмахнув крылом лишь пару раз, стоит только моргнуть и она не моргает. щурится, оглядывается. босыми ногами по холодному полу ступает. до дрожи, до хриплого кашля за ближайшим поворотом. тишетишетише. замирает, замолкает и пытается словить временную птицу, в желании чуть продлить эту ночь.       каждую зиму Апрель болеет. каждую зиму говорит хрипло, с трудом. через слово задыхаясь и заходясь кашлем. каждую зиму шмыгает носом и отогревает даже в помещениях ледяные руки, что кажется вот-вот, еще немного и покроются тонкой корочкой прозрачного льда. каждую зиму Апрель простужена. простужена декабремянваремфевралем. простужена зимой. лишь с первыми певчими птицами, первыми лучами весеннего солнца, первой капелью оттаивает и Апрель, но продолжает путаться в длинных свитерах вплоть до лета.       каждую зиму Апрель загибает по одному пальцу в день. десять, снова десять и еще десть. и вот до весны остается лишь шесть десятков. она считает каждый день. ставит крестики на руках, ногах, стенах, а потом считает. как только минутная стрелка достигнет центра циферблата и наступят следующие сутки, до весны останется три недели и два дня. два десятка и еще три загнутых пальца. двадцать три дня. Апрель уже не в состоянии терпеть.       холодным ветром по волосам, губам. иголками под кожу. так встречает Апрель холодный промозглый чердак. встречает самым холодным февралем, который она ощущала за последние несколько лет и темнотой, что прерывает лишь тонкая лунная река. пальцы на босых ногах поджимая, Апрель обходит чердак вдоль и поперек, вширь и вкось, заходит с правого и с левого боку, заглядывая в каждый уголочек, чтобы ни единой души. ни единой тени. ни единого признака на тень или призрака. Апрель дрожит крупной дрожью и шмыгает носом. тихо-тихо. кажется ведь что каждый звук разносится по Дому, оповещая всех, где происходит то, что происходит. а им не нужна огласка.       садится Апрель на подушку и лунная река перерезает ее напополам. не захватывает полностью, а лишь отделяет одну часть от другой. не к добру, наверное. но разве же Апрель это заметит? растягивая свитер с потрепанными краями и дыркой где-то в области живота она колесом выгибает спину, прижимает колени к груди и укладывает на них подборок, на котором отпечатается паутина вязки, как только голову поднимет. руками колени обняв, Апрель пальцем колупает дырку, делая ее еще больше, тем самым делая больнее душе и холоднее телу. свитер то любимый. но Апрель нужно чем-то себя занять в утомительном ожидании.       и лишь где-то в молчании Дома, на одной из стен, аккуратно, путаясь в переплетениях чужого межстрочья, выведено:

ветром промозглым, завывающим,

волос твоих коснусь и запутаюсь в них.

а.