Долюби любовь.

  Паркет был ледяным, но под ними отдавал теплом. Комната была наполнена свежим воздухом, слегка морозным, хоть уже начало марта и по стенам прыгали солнечные зайчики. Она с трудом повернула голову и поняла, почему ей не холодно - они с Северусом лежали на его пальто, а накрывались пальто Элеоноры. Такой тёплой одежда не была никогда. Северус ещё спал, но через сон прижимал к сердцу её ладонь и казался невероятно нежным. Она вдруг почувствовала, что её ничего не тяготит. Всё, что было, ей не хочется жалеть. Элеонора вспомнила маму, которой не стало осенью, папу, дочку, Эми, Алекса - не болит. Стало легко, вспоминать не больно, а светло. Она улыбнулась, а потом и вовсе засмеялась. Снейп проснулся и посмотрел на неё сверху вниз, вопросительно изгибая бровь. Астроном неосторожно повернулась к нему и шею пронзила тупая боль. Хорошо, что зельевар этого не заметил. И всё же одна вещь не даёт покоя. - Ты спрашивал, почему я вступила в Орден, - заговорила Элеонора без прелюдий. - Мне надоело бояться, что ты можешь уйти. Уйдём вместе. - Ты сумасшедшая, - Северус помог ей встать.   Декан Слизерина обхватил её запястья и жена с тихим шипением вырвала левую руку, натягивая на неё рукав водолазки до самой кисти. Мужчина заставил посмотреть себе в глаза. - Майкл меня нашёл, - почти шептала она. - Что он сделал? - упавшим голосом спросил Снейп, боясь услышать это страшное слово. - Он... - женщина оголила запястье, на коже красовался продольный синяк, - ты же видел его, он сильнее меня. - Нет, не говори, - Северус дотронулся до её шеи, Элеонора вздрогнула и зажмурилась.   Под недоуменным взглядом она развернулась и подняла волосы. Снейп оторопел. На шее чётко виднелись отпечатки пальцев. Сильный хват мужской руки оставил тёмно-синие, почти чёрные следы изнасилования. Элеонора сказала, что бывший жених нашёл её, и напал, пока зельевар прочёсывал город. Когда всё кончилось, он пообещал, что зайдёт в гости ещё, аморально смеясь. - Убью.   О голос Снейпа можно было разбивать камни. Такой твёрдости и решительности женщина не видела никогда, она даже расстерялась. Он достал свою волшебную палочку и заметил, что сжимает рукоять так, что ещё чуть-чуть и она разлетиться щепками. Он быстро надел пальто, очистив его от песка и пыли. Глаза выражали холодную жажду крови этого нечеловека. И он это сделает. Обязательно сделает. - Аппарируй в Хогвартс и мигом к Поппи, - приказал он, выходя на лестничную площадку. - И обеспечь мне алиби. - Солнце, за самосуд упекут в Азкабан, - женщина попыталась остановить его, придержав за мантию.   Снейп медленно повернул голову, его и без того чёрные-причёрные глаза потемнели, наливаясь бешенством. - Аппарируй в Хогвартс, - низким голосом проговорил он, выговаривая каждую букву.   Элеонора не стала возражать, понимая, что раз он себе что-то в голову вбил, то отговаривать бессмысленно. Снейп - человек слова. Она обессиленно вздохнула, надела пальто и исчезла с негромким хлопком. - Ну... жених, ты покойник.   Белая волчица потайным ходом вошла в замок. Всё-таки хорошо, что дети не выходят из Большого Зала, пока не напрутся до отвала, тем более в воскресенье. Она, постоянно оглядываясь и прислушиваясь, поворачивая уши, словно два локатора, и останавливаясь у статуй, быстро дошла до коридора Больничного крыла и подбежала к дверям, на ходу превращась в человека. Мадам Помфри, школьный колдомедик и приятная женщина, удивилась, приветствуя астронома, быстро к ней приближающуюся. По бледному взволнованному лицу женщина поняла, что миссис Снейп что-то гложит но расспрашивать не стала, усаживая гостью на кушетку, а Элеонора только сейчас поняла, что трость забыла в доме Блэка. - Бог мой, профессор, что произошло? - мадам Помфри была поражена видом, ощупывая синяки. - Боюсь, Поппи, ещё только произойдёт. ***   Остатки снега уныло чвякали под ногами, разъезжались вперемешку с грязью в разные стороны. Мужчина в чёрном подошёл к забору большого особняка со слепыми тёмными окнами, и, презрительно хмыкнув, зашёл на участок. Звонкий, режущий слух звонок разбил густую тишину, но никто не открыл. Ещё звонок - тихо. Пришлось спрашивать у пожилого соседа, так вовремя вышедшего на улицу за газетой, когда же вернётся хозяин сего дома. Старичок приветливо ответил, что к семи часам мистер Брэшвуд будет на пороге. Что ж, осталось ждать.   В сумерках начали более оживлённо рассекать по городу машины, всё чаще стали видны люди с собаками и просто местные гулёны. Снейп наблюдал за пригородом из окна кабинета на втором этаже. В дом он проник через задний вход, отворив дверь заклинанием, а палочка так и дрожала в предвкушении. Вечер выдался спокойным, но как только замок калитки щёлкнул, начался ливень. Как кстати. Не будет ничего слышно.   Хозяин неторопливо потянулся наверх. Он прошёл открытую дверь кабинета, но, будто почуяв присутствие кого-то ещё, замер. Северус чувствовал его страх, ему это нравилось. Майкл Брэшвуд медленно подошёл к двери кабинета, возле окна которого, вертя в пальцах палочку, стоял мужчина, полностью облачённый в чёрное. - Привет, Брэшвуд. Помнишь меня?   Снейп громко заговорил, как только по полу пополз белый свет каридора. Стоящий в проёме здоровяк вздрогнул так сильно, что его портфель вывалилась из рук. Он трясся от страха, но сделал из себя героя, присмотревшись к горящему ненавистью лицу зельевара. - Ах, это же ты тот неудачник, который втрескался в мою невестушку? - ухмыльнулся он, разведя руками. - Сопло своё прикрыл, - зарычал Снейп, делая два медленных шага вперёд. - Ну что ты, я рад тебя видеть, - как бы между прочим заметил Брэшвуд. Но Северус-то знал, что он едва не теряет сознание. Трус. - Побереги формальности для тёщи, дорогой. Но вряд ли они тебе понадобится.    Бывший жених Элеоноры достал из кармана палочку, направил на Снейпа, но его обезоружили. Лицо хозяина особняка исказила гримаса липкого ужаса, когда его спина и стена с глухим ударом встретились. - Что с лицом? Где былая уверенность? - притворно удивлённо изогнул губы Снейп. - Наверное Элеонора и не думала умолять, она боролась с тобой, да? Ты ничтожество. Эля сильнее тебя.   Зельевар был уверен, знал, что жена даже не плакала. А этот мерзавец вот уже дрожит, пытается достать палочку, укатившуюся под стол, но Снейп припечатывает его к стене, и со вторым взмахом на руках Майкла появляются верёвки. - Как... грустно, - Снейп театральной всхлипнул. - И жалко. Сам Майкл Брэшвуд, приближенное к Фаджу лицо, любимчик Амбридж, Казанова, рыдает... в ногах простого неудачника и зельевара, который женат на его брошенной невесте. Кому рассказать - не поверят.   Он с упоением смотрел на дрожащее тело, внутри всё ликовало. Наконец он покончит с этим. Ливень за окном и не думал стихать, капли воды лились по стёклам, оставляя за собой мокрые ниточки. Человечишка рыдал, моля не убивать его, предлагая космические суммы, лишь бы не отнимал жизнь, дать ему второй шанс. Но Снейп чувствовал лишь одно - месть. - Ах, да, - встрепенулся он, - надо тому милому старичку поправить память, - Северус оскалился, не думая о милости. - Авада Кедавра! ***   Амбридж влетела в учительскую с "Пророком" в руках. Она была обеспокоена, может испугана. Директорша, кинув издание на стол, исчезла так же внезапно, как и появилась. - "...вчера был убит сотрудник Министерства Магии Майкл Брэшвуд. Он был найден мёртвым в собственном доме в пригороде Лондона, - прочла МакГонагалл, открыв первую страницу. - Убийца не найден"   Элеонора замерла. Что-то сказав себе под нос, она потащила делающего невинный вид Снейпа в свой кабинет. Выслушав негодование жены, он сказал лишь три слова, обьясняющие его поступок. Женщина обомлела. Не дожидаясь ответа, Северус накрыл её рот своими губами, и она обмякла в ласковых руках. Вдруг в дверь постучали. Астроном открыла - перед ней, виновато улыбаясь, стояла Оливия Крэймпбелл. - Профессор, вы говорили, что не хватает моей подписи. Я поставила, - робко сказала девушка, протягивая ей папку. - Простите.