Долюби любовь.

Такого яркого неба на памяти Британии не было много лет. Ни одного облачка, лишь ослепитнльный лазуритный фон. Солнце светило на пределе возможностей и понадеявшиеся хоть немного отдохнуть от жары к концу августа люди сидели по домам. Улочки в Хогсмиде опустели, но под вечер, когда зной спадёт, они вновь наполнятся людьми. О, вечер... Именно такое время любили маги этой деревушки летом, когда всё перед глазами плывёт. После семи пабы, кафе, магазины наполнятся людьми, джавшими этого благоговейного часа весь день. Тогда поползут голоса, недовольно ворчание, детский смех, загонит разными огоньками это волшебное местечко. А сейчас ни единой души, и лишь дом на окраине деревни открыл калитку, готовясь встретить долгожданных гостей. Мистер и миссис Снейп с утра проводили своё время в хлопотах, приводя участок в порядок, в ожидании. Они до сих пор преподают в Хогвартсе, Северусу после войны удалось, наконец, занять желаемую должность преподавателя защиты от тёмных искусств. Война... Наверное именно после неё небо стало таким голубым. Она будто очистила и небо, и землю. Всё кончилось хорошо, но до всё равно больно вспоминать то время. Но сейчас Северус и Элеонора накрывают на стол, готовясь встретить тех, кого не видели больше полугода. Весь дом блестит и благоухает, как и его хозяева, а вот белая кошка с серыми ушами и хвостом спит на кресле, помня, что когда в доме такая суета, её затискают досмерти. В это доме царит любовь, как и должно быть. "Долюби любовь ты мою скорей, тело долюби, душу отгрей. Ты - мой нежный грех, нет тебя роднее, долюби любовь, долюби скорей" Война стала основным моментом, когда проверились их нерушимые чувства. Что ж, влюблённость, разлука и любовь сделали своё дело. Элеонора зевает, ворча на мужа. Она не смогла даже нормально высыпаться(мужчины порой слишком настойчивый). Астроном успевает выпить стакан воды, как из двора доноситься детский весёлый крик. В дверях показывается пара. Наверное, Элеонора разрешила Оливии выйти замуж за Фреда только потому, что тот спас ей жизнь на войне, и только поэтому она одобрила выбор своей падчерицы-дочери. Да, пусть они, Элеонора и Оливия, совсем не родственники, хоть и могли ими быть чисто теоретически, но девушка смогла назвать её мамой. - Мама, как я соскучилась! На эти объятия и улыбки можно было смотреть бесконечно. Две милые женщины так гармонично смотрелись, что нельзя было прерывать эту минуту встречи. Они любили друг друга как могут только любить дочь и мать, а вот мужчины... Фред до сих пор ждал от доброго Снейпа подвоха, ведь не может это так быть - чтобы Снейп, да ещё и добрый! Но он постепенно привыкнет к такому родственнику - не привык за десять лет, привыкнет за двадцать. А вот свою тёщу Фред любил очень сильно. Он привык видеть её в школе в шикарном мундире или лёгком платье, но также он очень любил, когда она была в мужской рубашке на пру размеров больше, штанах, явно свежих, но вымазанных то ли в краску, то ли в смолу(не удивительно, столько ведь на участке деревьев) и вообще повидавших многое. Но сегодня миссис Снейп была в рубашке своей и в белых брюках. Красивая, как и в их первую встречу Северус был такого же мнения. Домашняя Элеонора нравилась ему больше строгой светила астрономии. Хоть она и выглядела потрясающе, как всегда, но возраст давал о себе знать, да и он стал обладателем серебряных нитей в чёрной шевелюре. - Как добрались? - широко улыбнулась Элеонора Фреду, принимая от того поцелуй в щёку. - Хорошо, только вот этот энергичный ребёнок всё время ныл, что хочет к бабушке с дедушкой скорее, - он указал на двор, где девочка с длинной чёрной косой окупировала качели, висящие на иве. Да, они уже родители, а Элеонора и Северус - праотцы. Сколько же было радости... Тогда-то и пролились слёзы счастья. И да, Элеонора может гордиться тем, что её внучка всем хватает, какая у неё классная бабушка. Элеонора с сожалением посмотрела на Булочку, недовольно закатившую глаза, когда детский крик взорвался на пороге. - Бабушка! К астроному подлетела девочка десяти лет, запрыгивая на женщину, с такой скоростью, что та упала, не окажись рядом Северуса, вовремя подхватившего её. Девочка была вне себя от радости, смеялась, целовала бабушку и дедушку, а потом перестроилась на кошку... Пожалуй, старушка Булочка ночью будет спать без задних ног. Этот ужин был посвящён концу лета и ещё одному важному событию, которого ждала эта семья десять лет. За столом девочка с зелёными глазами ловила загадочные переглядки родителей, не знакомую ей, хитрую улыбку улыбку Элеоноры, и такую же новую усмешку Северуса. Ужин пролетел в самой прекрасной обстановке, которая только может быть. Собравшись на веранде, на фоне заходящего оранжевого солнца, Оливия, Фред, Северус и Элеонора стали полу кругом, настораживая стоящую перед ними девочку. Она широко улыбалась, с озорством глядя на бабушку. Элеонора сделала шаг вперёд, гордо вздёрнув нос. За спиной она держала письмо с изумрудно-зелёными чернилами и печатью из красного сургуча. - Иди-ка сюда, Эвилин...