Привет, любовь моя

«привет, любовь моя. посидим с тобой так, наедине?» она судорожно проверяет, выключена ли на телефоне связь. проверяет раз, наверное, третий, все никак не может успокоиться. боится, что заветные сообщения дойдут до получательницы, а это уже стало самым большим страхом для девчонки. изображение самолёта на дисплее не успокаивает почти совсем, приходится заверять себя самой, что в эту ночь ничего не изменится. как и в прошлую. и позапрошлую. вновь открывает чат. «я все никак не забуду тебя. твой смех, шутки, и твои глаза. а ещё твою любовь к черному цвету. ты меня, наверное, совсем не помнишь.» слезы наворачиваются как-то сами. она дышит глубоко, держит, не может сорваться так рано. хотя хотелось закричать, прямо сейчас, и плевать ей хотелось на всех спящих людей вокруг. изнутри разъедало что-то ужасное, чёрное, пожирало целиком и полностью, не оставляя живого места. «я всем теперь чужая, знаешь? не знаешь. да и, не нужно тебе знать». «пишу тебе, выключив всю связь. трижды. и кричу от отчаяния. я каждый вечер кричу» от своей слабости хочется смеяться, плакать и кричать одновременно. ей противно от самой себя, но держать уже не может. может лишь, закрыв рот, продолжать эти жалкие попытки сдержать солёную воду из глаз. «мне кажется, нет ни одного человека, который бы заменил тебя» «это ты точно знаешь. ты себя очень любишь. и хорошо.» четыре месяца прошло, а смириться так и не получилось. не получилось забыть безумный взгляд, тепло рук, короткие темные волосы. не получилось забыть причудливые черты лица, выбитые зубы, улыбку не получилось забыть. лишь каждый день, воспоминание за воспоминанием, эти признаки вспыхивали в голове, словно взрывы, разъедали мозг, поглощая душу. «у тебя все отлично, надеюсь, с другим. где-то там, далеко-далеко.» «я тебя люблю. очень-очень. хоть ты и не слышишь сейчас, я надеюсь, ты знаешь. даже если это ничего и не значит для тебя» на полу холодно, но удобно. удобно растечься в лужу, удобно сидеть и плакать. вытирать слезы и без того мокрыми от этих же слез руками, всхлипывать, и раз за разом поднимать голову вверх. к небу, к потолку. к петле. «прошло так много времени, моя дорогая, а я все ещё каждый день думаю о тебе. не провела ни дня без воспоминаний о тебе, и твоих прекрасных руках. возможно, сейчас я даже не имею права думать так о тебе, но я думаю, видишь? каждый день и все о тебе» «ты так близко, и так далеко одновременно. я как будто бегу за тем, что уже давно исчезло». четыре месяца. прошло чертовых четыре месяца, а она никак не может смириться. не может смириться с тем, что осталась одна, что теперь не будет этой темной макушки рядом. не будет объятий в одной кровати, не будет утренних сонных поцелуев, завтраков и прогулок под дождем. это осталось далеко, в прошлом, в ее воспоминаниях и мечтах. глупых, едва ли не детских мечтах. «ну и шутка, правда? все не решалась тебе сказать тогда. да и сейчас не скажу» «но как же мне спокойно! как же спокойно писать тебе, даже зная, что никогда ты не прочитаешь написанного, даже зная, что я не получу ответа, даже зная, что ты пишешь другому» «я иногда очень хочу тебя ненавидеть за то, что так внезапно ворвалась в мою жизнь и так же внезапно ушла. но не могу. ты слышишь? не могу» сумбурное столкновение на улице, в училище, а после оказалось, что их группы часто ставят на одни пары. так и сдружились, интересы общие нашли, смеялись с шуток, что понимали только они. нашли в друг дружке какое-то свое успокоение, свой причал, она точно нашла. спокойнее было засыпать на ее плече во время скучного фильма, спокойнее гулять по ночам до рассвета, петь под гитару было спокойнее. а в один день это все кончилось, разбилось, разлетелось на тысячи мелочных осколков. разбито руками той, что стала самым близким человеком, разбито самолично, одним диалогом. она не верила, до последнего не верила. не хотела, отказывалась, надеялась все собрать. «я люблю тебя. я буду ждать здесь, в кромешной тьме, сколько потребуется! я никогда не устану любить тебя. никогда. может, когда-нибудь ты вернёшься, уставшая и разрушенная. а может и нет. я не знаю. не могу знать. никто не знает тебя до конца» «не хочу прощаться в очередной раз, солнце мое, но пора. больше не буду писать письма без отправителя и адресата, больше никогда» она дышит судорожно, когда поднимается на табурет. ноги не держат, а руки предательски дрожат, когда петля оказывается на ее шее. телефон держит в руках, улыбается, губы сжимает, подавляя всхлипы. «посидим ещё так?» «вдвоем, совсем тихо» «я бы с тобой вечность здесь провела»