Для тебя

      Дилюк слышит громкий стук двери и с раздражением закрывает глаза.       На часах пять утра, до официального выхода на работу ещё два часа, а спать уже сил нет. Всю ночь они ругались с Кэйей, пытаясь выяснить, кто из них прав. Импульсивный капитан Ордо Фавониус уступать никак не желал и на веские аргументы Рагнвиндра находил кучу новых отговорок и давал отпор. Голова болела, глаза были сухими и чесались. А вот на сердце неспокойно скребли кошки. Дилюк мысленно передал привет Дионе и устало сел на кровать. С этим определенно надо было что-то делать, но что? С Альберихом они «сошлись» совсем недавно. Кэйа завалился пьяный на винокурню Дилюка с претензиями, а потом отключился. Рагнвиндр был зол как никогда, поэтому передал пьяное тело в руки Анделинды и ушел. Чтобы утром проснуться от наглого вторжения в личное пространство.       — Мастер Дилюк, простите! Он рвался к Вам и я не смогла его остановить!       Бедная Аделинда вздыхала и охала, а Рагнвиндр ненавистно смотрел на Кэйю. Тот, впрочем, извинившись перед любимой «мамой», подошёл к кровати и, дождавшись, пока они останутся вдвоём, произнёс:       — Ну здравствуй, мастер Дилюк.       — Совсем одурел, что ли? Аделинду заставляешь волноваться. Альберих как-то грустно хмыкнул, а потом у них завязался разговор. Который позже перерос в такой скандал, что дом был полностью разнесён, а бедные служанки хватались за сердце и падали в обмороки.       — Ещё раз ты сюда придёшь — и я не промахнусь, как тогда!       — Буду приходить, пока не убьешь!       Кэйа тогда ушел быстро, будто и не было его. А вот Дилюк этим же вечером ощутил вдруг знакомую пустоту где-то в районе сердца. Он сжал челюсти и ударил кулаком по столу, пугая молодых служанок и заставляя Аделинду вздохнуть.       Она знала, куда отправился капитан и что он собирался делать, но молчала. Возможно, это поможет все закончить.

***

      — Кэйа! Мать твою, Кэйа!       Вокруг стоял запах гари, а в воздухе собрался пепел, который нещадно бил в нос и мешал нормально дышать. Дилюк был зол ещё больше, чем когда Альберих пьяный пришел к нему на винокурню. Теперь этот самый Альберих валялся возле стены раненый и почти без сознания с кровавой улыбкой, ехидно наблюдая за Дилюком. Рагнвиндр бы и не узнал, что Кэйа в одиночку полезет в подземелье, где обитали преимущественно Крио маги бездны, если бы не застал Аделинду, пьющую успокоительное зелье и кое-как сдерживающую слёзы. Он сорвался, как только узнал. И чуть не опоздал. Держа на руках почти бессознательного Альбериха, Дилюк хотел самолично его добить.       — Архонты, блять, почему ты такой придурок?!       — Неужели Аделинда проболталась? — Кашель Кэйи с кровавой улыбкой на лице вселял страх, и Рагнвиндр поспешил встать и начать двигаться к выходу.       — Нет, Барбатос на ушко прошептал.       — Венти предатель.       Дилюк закатил глаза и продолжил идти, крепко держа ослабевшее тело. Крио магия слабо сочилась из глаза Бога, который, слава им же, светился даже больше обычного. Кэйа в его руках был обездвиженной куклой и пока винодел шёл, то пустился в глубокие раздумья. Они так и не говорили нормально после событий четырёхлетней давности. И даже если Альберих еще пытался как-то вывести Дилюка на разговор, то второй не шёл ни на какой контакт. Сейчас это ощущалось как никогда остро. Рагнвиндр начинал понимать, что если бы он опоздал, то назад возвращался уже без Кэйи. А этого, почему-то, не хотелось. Этот назойливый павлин был ненавистен и дорог Дилюку одновременно. От такого умозаключения красноволосый опешил и остановился, от чего Альберих издал тяжёлый вздох. Это привело Дилюка в чувство и он продолжил движение, перехватив свою ношу покрепче. Кэйа был чём-то непонятным, но таким приятным и родным, а в то же время и чужим, что Рагнвиндр сходил с ума. Как он мог рационально думать, когда Альберих раз за разом творил всякую дичь, от которой Дилюк не успевал отходить. Кэйа был машиной по производству тупых поступков, исправлять которые он не хотел.       — Почему именно тебя мой отец спас тогда, о, Архонты…       Кэйа улыбнулся.

***

      — Если ты не будешь меня выгонять, то мы сможем, наконец, поговорить нормально!       — Да что ты ко мне пристал? Я на работе, ты не видишь?       — В таверне уже как пятнадцать минут никого нет, мистер занятой ты наш!       Они снова ругались и Дилюк ощущал какое-то дежавю. Вообще, каждые их встречи заканчивались скандалом или схваткой. Поэтому сейчас ни для кого из них это не было в новинку.       — Что тебе надо? — Рагнвиндр с огромным усердием принялся вытирать стойку.       — Зачем ты меня спас тогда?       Повисает напряженное молчание. Оба смотрят друг на друга и ждут. Но Дилюк понимает, что не может дать ответ на интересующий Кэйю вопрос. Он вообще сейчас мало что может, кроме как тихо дышать, чтобы казаться неживым.       — Я не могу ответить тебе.       — Как обычно! Когда ты вообще хотя бы что-то мог? Последний вопрос звучит резко и остро режет по сердцу Дилюка. Кэйа вновь оставляет за собой лишь хлопок двери и звенящую тишину. Рагнвиндр роняет тряпку и шумно выдыхает, опираясь рукой на стену. И правда, а когда он хотя бы что-то мог?

***

      Кэйа попадает под ливень где-то в Долине Ветров, но его это особо не волнует. Он будто сошёл с ума и не оправившись толком от старых ран полетел получать новые. Прошло непонятное количество времени и все монстры вокруг лежали горой трупов, а сам Альберих тяжело дышал, смотря по сторонам. Дилюк ему нравился. Принятие этого шло долгие четыре года, после того, как Кэйа остался совершенно один. Он понял, что их названное родство и правда оказалось названным, что только поспособствовало его чувствам прорасти ещё больше. Это убивало. Рагнвиндр был недоступен для всех, включая самого Кэйю. И его желания никак тут не учитывались. Холодными ночами, когда он смотрел на небо и молился Анемо Архонту, чтобы с Люком все было хорошо, то невольно и просил ещё смирения своим чувствам. Холодный меч пронзает тело Пиро мага бездны и тот замертво падает на землю. Кэйа мотает головой и воет, вытирая и без того постоянно мокрое лицо.       Архонты, Венти, скажи, за что мне это? Неужели судьба у меня такая — страдать всю жизнь, так и не познав счастья? В следующий раз, когда они с Венти снова будут пить в таверне, он обязательно об этом спросит. А пока что, он оборачивается и снова видит двух Крио магов бездны.       — Ну что, ребятки, повеселимся?

***

      Дилюк смотрел на бессознательное тело Кэйи и устало протирал глаза. Он снова нашёл того полуживым, правда даже стоящим еле-еле на ногах, в окружении мёртвых монстров. То, что Альберих выпускал свои эмоции, убивая врагов это, конечно, хорошо, но вероятность плохого исхода повышалась, когда появлялись те же Крио маги бездны. Тихие хрипы заставили Дилюка резко и машинально подсесть ближе. Кэйа осторожно открыл один глаз, а потом и второй, но сразу же осознал, что повязки нет и тут же его закрыл.       — Архонты, почему же ты такой придурок?       — Ты уже задавал этот вопрос, Люк, — тихо прохрипел Кэйа и закашлялся, морщась. От старого прозвища внутри Дилюка что-то скрутило и не захотело отпускать. Кэйа все ещё помнит? Думает о нем так? Называет его так у себя в голове?       — Открой глаз.       — Верни повязку.       — Кэйа.       — Дилюк. Альберих открыл один глаз и серьезно, как мог, посмотрел на Рагнвиндра. Винодел вздохнул и качнул головой, но встал с кровати и взял повязку. Наклонившись ближе к Кэйе, он посмотрел ему прямо в глаза.       — Посмотри на меня полностью. Пожалуйста. Кэйа замер и перестал дышать, пытаясь понять, что попросил у него сделать Дилюк. Но второй глаз начал открываться как-то сам собой и через пару секунд Альберих смотрел на Рагнвиндра двумя глазами. Они оба сделали глубокий вдох. Тишина резала комнату.       — Он болит?        — Иногда. — Почти всегда.       — Ты же врешь. Кэйа хмыкнул и прикрыл глаза. Дилюк осторожно провёл пальцем по веку проклятого глаза и все же надел повязку. Альберих открыл здоровый глаз и с благодарностью посмотрел на Рагнвиндра. Они оба молчали, находясь рядом друг с другом. Желания ругаться не было, как и вступать в битву. Кэйа из-за усталости довольно быстро провалился в дрёму, но сквозь сон чувствовал, как Дилюк поглаживает его осторожно по голове, чтоб не проснулся. Капитан прячет довольную улыбку в подушке. Дилюк делает вид, что не замечает.

***

      — Блять, Дилюк, если ты прямо сейчас не возьмёшь меня на этом столе, клянусь Архонтами, я тебя убью. Дикое желание, страсть и похоть — вот все то, чем сейчас пропиталась комната Дилюка. Кэйа вновь пришел под ночь, но на этот раз уже трезвый. Зато с серьёзными намерениями. Не дать Рагнвиндру выгнать себя, наконец поговорить и быть выебанным Дилюком во все щели. Они решили начать с третьего пункта. Альберих прижимался так близко, что Рагнвиндр ощущал его всего буквально. Сильные мышцы пресса, мускулы, тонкие пальцы, длинные волосы, сухие покусанные губы — это все было обцеловано, облизано, облюбовано и обкусано. Обоим жутко не хватало разрядки. Да и вообще друг друга. Когда они оказались совершенно раздетые на кровати, Дилюк вдруг остановился, внимательно смотря на Кэйю сверху вниз. Синеволосый застонал и открыл оба глаза, смотря на братца.       — Почему ты, ммм, остановился?       — Хочу понять твои мотивы. Кэйа посмотрел на Дилюка, как на сумасшедшего и хмыкнул, резко принимая сидячее положение. Его руки заскользили по телу винодела и опустились ниже, сжимая член.       — Мастер Дилюк, неужели вы ещё не поняли, что нравитесь мне? Рагнвиндр резко вдохнул.       — Кажется, я намекал как только мог. Дилюк не дышит, внимательно смотря на Кэйю.        — Я люблю тебя, — шепчет ему на ухо Альберих и проводит языком по шее, — и не поверю, что ты не чувствуешь то же самое.       Следующие два часа Кэйа уже сам ни во что не верил. Он ощущал только огромный член Дилюка в своей заднице, громко стонал и царапал вокруг все, что мог. Они не давали спать всей винокурне, но особо об этом не переживали. Сейчас важно было только то, что они находились вместе. Уже под утро лёжа в обнимку на грязных и липких простынях, Кэйа снова посмотрел на Дилюка двумя глазами.       — То есть мне достаточно было просто признаться в любви? Рагнвиндр молчит, смотря на Альбериха одним глазом и пожимая плечами.       — Если ты постоянно будешь носить эти ужасные узкие штаны, то хватит и их. Кэйа хрипло рассмеялся и лёг обратно, прижимаясь к Дилюку.

***

— Капитан рыцарей Ордо Фавониус, Кэйа Альберих! Вы что себе позволяете?! Крики Джинн смутно доносились откуда-то из-за спины Кэйи, который с громким смехом бежал прочь от здания Ордена, чтобы спрятаться от гнева действующего магистра. Когда его остановили сильные руки, обладателя которых капитан бы смог узнать даже с потерей памяти, он улыбнулся, вставая в свою любимую позу.       — Когда ты перестанешь вести себя, как павлин? — Недовольно закатил глаза Дилюк, коротко улыбаясь на поцелуй рядом с губами.       — Признай, тебе же нравится.       — Размечтался. Дилюк фыркнул, а Кэйа снова рассмеялся, утаскивая возлюбленного прочь от ворот города. Сегодня он сделает самый важный шаг в своей жизни. В кармане другой рукой Кэйа сжимал кольца и счастливо улыбался, направляясь к винокурне. Главное, чтобы Дилюк согласился. Хотя он и так уже был на все согласен.