Борьба

Хосок ходит по широкой и довольно светлой кухне туда сюда, начиная просто тонуть в своих мыслях. Он уже забыл про чайник и ромашковый чай, что так нахваливал Юнги, забыл о том, что обещал себе уже вторую неделю отредактировать курсовую, которую так просит преподаватель. На данный момент все мысли о первокурснике, что так умело завоевал его сердце. Чон и не надеялся тогда на взаимность, он думал над ним посмеются и скажут сухое: "Бывает.", развернуться и уйдут, оставляя старшего с разбитым сердцем. Но не тут то было – это оказалось взаимно. Казалось, Хосок должен радоваться и сиять, но его грызут сомнения. Всегда грызли. Он никогда не был уверен в себе на все 100% и навряд ли будет. Хотя Чонгук всегда мило бесился с того, как его хен о себе отзывается. Говорил, что тот самое настоящее солнышко и ни с кем не сравнится, а сейчас.. А сейчас он ходит по мрачной кухне, чудом не наступив на осколок от битой посуды. В голове лишь навязчивые голоса:" Доигрался? А ведь он не вернётся. Сам виноват. Я бы тоже развернулся и ушел". Мог бы возникнуть вопрос "Что же случилось?", Он бы ответил просто и односложно: "Все как обычно". Снова его чертова ревность. На этот раз это оказался кто-то из потока Чонгука, он очень лип к нему.. что естественно увидел Хосок, но он увидел не только это. Джей-Хоуп увидел милую улыбку Гука, она так была похожа на ту, что он улыбался только своему парню. В этой улыбке всегда было сколько нежности и любви.. В голове мимолётно проскальзывают обрывки ссоры, что только добивает старшего. «– Ты так неуверен во мне? – хмуро ударяя себя по груди, младший тогда казался особенно злым, хотя голос он все ещё не повышал. Уважал своего хена до последнего, знал что тот вподет в истерику от криков.» – Боже.. Чон Чонгук, я уверен в тебе на все сто, я не уверен ни в ком и ни в чем, кроме тебя. Просто будь я на твоём месте, я бы даже не посмотрел на себя, – по щеке потекли долгожданные слезы. Как забавно, Чон так не хотел плакать при своем парне, но так легко расплакался, когда тот ушел.. А когда он ушел? Час, два, а может быть три часа назад? – Его до сих пор нет, а значит не прийдёт. Ладно, стоило ожидать такого исхода, но неужели он устал бороться? – Хосок присел, начиная собирать осколки любимой тарелки. – Хватит, стоит подумать о чем-то другом.. А о чем? Хм.. – парень задумался, подбирая более удачные темы для разговора с самим собой, – Я делал чай, точно. Резко поднявшись, он сжал кулак в котором были осколки. Ну вот, не попьет он сегодня чай. Печально рассматривая свою ладонь, он тихо матерясь направился к аптечке, желая как можно быстрее со всем справиться, но неожиданно раздался щелчок. Дверь открылась, а старший застыл в немом шоке посреди прихожей, как раз таки спиной к двери. Раздались шаги. Сначало неуверенные и медленные, а после наоборот. Видимо этот "кто-то" набрался смелости и обнял Хосока со спины. – Хён.. – тихо, еле слышно шепчет Гук, держа в руках маленький тортик, показывая его парню. – Я принес тебе бенто-тортик, твой любимый. – С вишней? – так же тихо всхлипнул Хосок, опуская голову. – Именно. Все как ты любишь, – усмехнувшись, он обнял старшего крепче, не желая его отпускать. – Я думал ты ушел. Навсегда, – громче всхлипнув, он закрыл глаза здоровой рукой, начиная просто рыдать. На все это младший поджал губы и отложив тортик на какую-то тумбу, он развернул хена к себе лицом, прижимая ближе к себе. Тот по обыкновению спрятался в изгибе шеи любимого, истерично плача. – Дурак. Я люблю только тебя и никто мне больше не нужен, – твердо произнес Чонгук, желая показать всю правоту своих слов. Старший не перестанет ревновать, он это знает, их скандалы и битая посуда будут и в будущем. Только на этот раз они будут вместе собирать осколки и продолжать бороться за свои отношения. Как бы ни было тяжело и больно, они все же справяться с этим. Вместе.