Фото на память

      Дверь ресторанчика резко отворилась. Чонин буквально залетел в помещение, сразу пытаясь найти взглядом парня. Грудь сковало от волнения. Он хаотично всматривался в лица людей, но всё безуспешно. Парень посмотрел на экран телефона, часы показывали 20:38. Ким с досадой простонал. - Ну неужели я опоздал… Он же не мог не прийти совсем? А мог прийти и уйти? Но это же всего лишь восемь минут…       Кёнсу встал из-за стола, забрал рюкзак и телефон, направляясь в сторону выхода. Он уже вышел из уютного угла, поворачивая к выходу из-за полок с цветами. Вдруг парень видит в дверях знакомую фигуру высокого брюнета. Он застыл на месте и не мог даже пошевелиться. Сердце забилось в груди с сумасшедшей силой. Чонин его не увидел, а Кёнсу не знал, что делать теперь. Хотелось позвать его, но что-то его останавливало. Он уже был готов крикнуть его имя, но слова застряли в горле. Наконец, кофейные глаза встретись с чёрными большими глазами Кёнсу – Чонин заметил его среди посетителей.       Ким широким шагом быстро подошёл к парню. Было видно, что он спешил – даже бежал. Пытаясь унять бешеное сердцебиение и сбитое дыхание, он старался как можно спокойней говорить. - Привет, прости, я застрял в пробке, нужно было написать тебе… - Хорошо, что ты пришёл, я уже собирался уходить. - Вижу, - ответил Ким, шумно выдыхая через нос. - Тогда… присядем? - Если твоё предложение посидеть в кафе ещё в силе – конечно! Они подошли к тому же столику, где сидел раннее Кёнсу… Чонин сел напротив парня и сразу взял меню. - Ты не голоден? – спросил он у Кёнсу. - Да не очень, всё в порядке, - парень смутился от этого вопроса. - Не переживай, я опоздал, так что угощения за мой счёт, - поспешил заверить его Ким. От этого Кёнсу стало вдвойне неловко. - Хорошо, тогда я сам выберу что-то если ты переживаешь так… - Чонин улыбнулся. - Хорошо.       Повисла неловкая пауза. Чонин листал меню, не поднимая глаз на До. А тот, в свою очередь, напрягся всем телом, потому что не мог сказать ни слова. От чего-то все слова застряли в горле. Он смотрел на Кима и не мог поверить, что он сейчас сидит перед ним. Он поймал себя на мысли, что засмотрелся на парня. Но Кёнсу опомнился, ведь у Чонина была девушка. К тому же, это означало, что Ким не гей… И ничего их не может сблизить больше чем дружба. - Как на счёт тёплого салата с телятиной? – вырвал парня из раздумий вопрос Кима. - Я… Не против, - пожал плечами Кёнсу. - Хорошо, а из напитков что-то будешь? - Может, зелёный чай? – предложил До. - Отлично, - Ким засиял на глазах, забыв обо всех неприятностях и нерешённых вопросах. – Я тоже люблю зелёный чай.       Кёнсу надеялся, что Чонин сам как-то завяжет разговор или спросит о проекте. И Ким будто прочитал его мысли. - Как продвигается проект? - Хорошо, я принёс эскизы – зарисовки, пока здесь только всё в общих чертах и понятного мало, но я могу показать, какая задумка у меня появилась. - Это прекрасно, - Ким снова улыбнулся очаровательной улыбкой, а Кёнсу подметил, что у Чонина красивые складки у губ. Парень даже почувствовал, как его дыхание сбилось, а в груди что-то еле ощутимо защемило..       Официантка подошла к их столику и записала заказ, а Кёнсу достал свою записную книжку, открывая на нужной странице. Он положил её перед Чонином, а сам чуть склонился над столом, придвигаясь ближе к Киму. Это не было специально спланировано, но Кёнсу сглотнул от того, как близко он теперь находился. Он начал объяснять парню, что где написано: - Смотри, это будет титульной страницей, с цветовой гаммой пока я не определился, всё будет зависеть от конкретной фотографии, которую мы закрепим как обложку. - М-хм… - понимающе промычал Ким, склоняясь над большим блокнотом в твёрдом переплёте. Кёнсу почувствовал уже знакомый ему аромат духов и понял, что попал. Голова начала кружиться, он шумно вздохнул, продолжая рассказывать о проекте. - Вот, тут будет текст, а здесь фотографии, - сказал До, ведя тонким пальцем по столбцу исписанному ровными строчками пометок… - Конечно макет отдельных страниц будет меняться, как только пожелаешь.       От внимания Кима тоже не ушла такая близость парня. Он рад бы слушать его более внимательней, но его взгляд так и уходил от записной книги к тонким изящным запястьям, аккуратным пальцам. У него сразу возник вопрос: чем же Кёнсу занимается ещё, кроме своей работы? Он был просто уверен, что руки парня созданы для чего-то более тонкого и ювелирного, чем просто дизайн. От пристального взгляда Чонина не спрятались и длинные чёрные ресницы парня, которые прикрывали тёмные карие глаза.       Чонин вдруг понял, что хочется быть ещё ближе к нему…       Они ещё некоторое время рассматривали записи дизайнера, пока официантка не принесла их заказ. Кёнсу временно отложил свой блокнот, приступая к салату, а Чонин заказал себе жареный рис с креветками и овощами. - Это очень вкусно, - улыбнулся До. - Приятного аппетита, - кивнул довольно в ответ Ким, наконец отрываясь от бессовестных рассматриваний парня напротив. - Я видел твои работы, - осмелился сказать Кёнсу. – Ты – талантливый фотограф. - Спасибо. Но я не могу сказать, что я прям учился этому старательно. Мне повезло, что я по своей природе вижу композицию кадра, мне не нужно высчитывать её искусственными методами. Поэтому мне всегда это давалось легко и с удовольствием. - Ты работаешь только на сьемках для журналов? - Нет, часто бывают просто заказы обычных людей. Часто заграницу езжу. Недавно была фотосессия в Нью-Йорке. - Это очень круто, я сам не выезжал из Кореи никогда, - пожал плечами Кёнсу. - Тебе обязательно нужно где-то побывать, в мире очень много красивых мест, интересных людей… Особенно, когда знаешь несколько языков. Ты много знаешь? - Я знаю только основы китайского и английский. - Это прекрасно, я тоже. Хотя практика показала, что английский знать – достаточно. Тогда тебе открыты все уголки света. Особенно красиво в парках Японии, когда цветёт сакура. Нью-Йорк хорош своей атмосферой, шумом цивилизации, яркими модными вывесками. Лондон – такая сдержанная аристократичность, даже здания вокруг напоминают о том, что этой страной правит королева, а не президент. Рим прекрасен своей стариной. Ты видишь будто тот самый город, где монументальный и величественный Колизей был ареной для убийств, именно то время. А Греция… Это совершенно другой мир… Океан там словно небо в ясный день – ярко голубой. Маленькие каменные городки и храмы с колоннами – будто это те самые города из мифов. Дубаи – это отдельный край земли - неподдельный пафос, стеклянные небоскрёбы, край которых утопает в небе, и бескрайние просторы океана. С окон небоскрёбов видны облака, это ли не чудо? - Ты бы хотел жить где-то за границей? - Нет, - почти мгновенно ответил Чонин. Брови Кёнсу поползли вверх от удивления. - Почему? - А с чего ты взял, что я хочу жить заграницей? - Ты так вдохновлённо об этом говоришь, я подумал, что ты хочешь жить где-то в другой стране, не здесь… - Совсем нет. - Почему? Ты так описываешь другие страны, ты наверняка считаешь, что там жизнь лучше. - В чём-то определённо лучше, - пожал плечами Ким. - Тебя устраивает твоя жизнь сейчас? - Странный вопрос, - поднял бровь Чонин. - Прости, это было наверно грубо и некорректно, я… - Нет, всё нормально, я просто не понял, чего конкретно касается твой вопрос. Это довольно широкая тема… Что конкретно тебя интересует? - Ну, я хотел спросить, нравится ли тебе твоя жизнь здесь… Твой круг общения, твоя работа, твоё место проживания, твоя профессия в целом. Хотя, раз ты работаешь и не увольняешься, значит, тебе нравится. Логично, - Кёнсу даже тихо засмеялся от глупости своего же вопроса. - Я совру, если скажу, что меня всё устраивает. Профессия нравится безумно, я рад, что могу заниматься тем, чем хочу, и развиваться в этом. Мало того, это мне приносит немалые деньги, если учитывать, какого уровня мастерства я достиг в этом деле. Зарабатывать состояния на сьёмках каких-то девушек-любительниц пофотографироваться, когда ты просто фотограф любитель – невозможно. Нужно постоянно учиться, совершенствовать свои навыки, умения и свою аппаратуру – это своего рода вложение в себя, своё хобби, оно же и профессия, будущее. Работа… У каждой профессии есть свои недостатки в жизненной практике. Что конкретно тебя интересует? - Ну, не знаю, например, есть ли что-то, что тебя бы бесило в твоей работе? – предположил Кёнсу, делая глоток чая. - Конечно, очень многое, но я к этому научился холодно относиться. - Например, какой-нибудь дизайнер, которому постоянно не нравится, как ты фотографируешь? - Конечно и такое бывает. Но чаще это модели, которые переходят границы рабочей этики и заигрывают со мной. Бывает, что в наглую предлагают переспать. Надо сказать, что это меня тоже не интересует. - А почему не хочешь уехать заграницу? - вернулся к прежней теме Кёнсу чтобы не развивать темы, явно раздражающие Кима. - Скажем, в Лондон? Или в Америку? Или в Европу? Там же перспектив для тебя больше. - А зачем? Да, на чужом лугу трава всегда зеленее. Но зачем искать лучшей жизни где-то? Сделай жизнь лучше здесь. Никто же не запрещает тебе работать над собой и изменять мир к лучшему. Я лучше изменю свою жизнь в лучшую сторону здесь, выйду из неприятностей, чем буду бежать от этих неприятностей в неизвестность, мнимое спасение и якобы лучшие условия другой страны.       Кёнсу лишь молча слушал и задумчиво кивал головой. Он был согласен с Чонином и был рад этому. Больше всего он не любил, когда его мнение расходилось с людьми и приходилось с кем-то спорить. В конце концов, это всё равно, что спорить о любимых цветах – ты никогда не переубедишь человека, у которого любимый цвет зелёный, что синий красивей. Поэтому Кёнсу с упоением слушал из чужих уст всё то, что хотел бы сказать и сам. - А что на счёт тебя? – вопрос Кима вырвал его из раздумий. - А что я? - Тебе нравится твоя работа или ты бы хотел заниматься чем-то другим? - Ну… - Кёнсу вздохнул и опустил глаза. – Да, нравится. - Не убедил, - хмыкнул Чонин. – Печально это прозвучало у тебя. Да уж… Нет ничего печальнее, чем человек, который во взрослом возрасте осознает, что он не на своём месте. А ты, похоже, именно такой человек. - Не совсем, - успел остановить его выводы Кёнсу. – Я не могу сказать, что мне моя работа совсем не нравится. Это интересно, особенно, когда приносят необычные идеи, типа твоей. Но тоже бывают разные кадры, которые, например, сами не знают, чего хотят. Денег приносит более, чем достаточно для меня. Мне много и не нужно… - Не похож ты на тех, которым нужно просто заработать деньги. Тебе они не нужны, во всяком случае, мне так кажется. Ну или они не нужны тебе как средства для развлечений. - Да, материальный мир для меня лично мало имеет значения. Я ведь не из Сеула. Я приезжий, раньше жил в Инчене. Мои родители остались там. Они небогато живут, поэтому я тоже небалованный. Совсем недавно деньги для меня были средством для выживания в прямом смысле этого слова. Моя мать была больна раком. Мне пришлось бросить обучение в академии музыки, потому что моя семья настояла на том, что это не та профессия, где мужчина в наше время может заработать. А деньги нужны были срочно и очень большие суммы. Академия помогла мне немного, выделила деньги, но это была смешная сумма. У нас в одно мгновение ушли все наши сбережения. Мы собирали деньги по знакомым и незнакомым. Но и этого было недостаточно, чтобы оплатить все больничные счета. Поэтому я послушал своего отца, оставил музыкальную академию и переехал в Сеул. По началу я совмещал две работы – я работал официантом и баристой в кофейне, а после смены официанта ещё подрабатывал уборщиком в этом же ресторанчике. Так я мог жить в съёмной комнатке на крыше и помогать оплачивать лечение мамы, - Ким только и мог, что, открыв рот, слушать рассказ Кёнсу. Он был шокирован его историей. Казалось, такое бывает только в сериалах и в реальной жизни такое невозможно, но вот перед ним сидел человек, который это всё пережил. Чонину нужно было время, чтобы вообще осознать, что парень перед ним не шутит и в то же время абсолютно не выглядит, как страдалец, потрёпанный жизнью. А тем временем Кёнсу продолжал. – Это сейчас я человек, который имеет престижную работу, достаточно денег, съёмную квартиру в новострое и последнюю технику на руках. Но техника скорее для работы и для поддержки статуса, чем для удовольствия. Деньги немного ещё пересылаю на лечение брата. У меня есть младший брат, который сейчас лежит в больнице. - Я, честно говоря, в шоке, - выдал наконец Ким. – Ты справляешься со всем… А… Кем ты должен был быть? На чём ты играл? - Я бывший пианист, - улыбнулся Кёнсу. - Чёрта с два! – возмутился Чонин. – Бывших музыкантов не бывает! - Увы, мне 28 лет, а профессионально я занимался последний раз лет пять назад. Это большой срок. Ну, я играю сейчас просто для удовольствия, пою. У меня дома есть инструмент. Он, конечно, выбивается из общей композиции моей комнаты, потому что старенькое фортепиано, но оно прекрасно, - Кёнсу совсем тепло улыбнулся, вспоминая свой инструмент. - А почему ты выбрал работать здесь, ведь можно было уехать заграницу и заработать больше? Раз тебе так нужны деньги. - Здесь моя родная земля, моя семья, мои друзья, мой дом, моя родина. Я нигде никогда не буду своим. Никакая Америка не станет мне домом, как бы хорошо там не платили. - Ты прав, - согласился Ким. - А ты… Живёшь тоже один? – аккуратно спросил До, опасаясь услышать ответ. Конечно, он уже догадывался, каким будет ответ.       Вопрос от чего-то выбил Кима из колеи. Наступила странная пауза. Чонин неловко долго делал глоток чая, хаотично составляя в своей голове ответ на вопрос. Появилось ужасное желание соврать о том, что на самом деле он живёт один. Но в памяти всплыли статьи, которые писали о нём и Ёнми. Он мысленно выругался, но всё же ответил. - Нет, не один, - с кем конкретно он живёт, он решил не уточнять, а Кёнсу не посчитал нужным это спрашивать. В конце концов, ответ был очевиден, и он его знал. - Наверно редко видишься со своей семьёй из-за работы, - предположил До. - Да, но я не думаю, что они сильно горюют, - усмехнулся тихо Чонин, возвращая взгляд в чашку. - Так, вернёмся к проекту? - Да, пожалуй.       Фотограф удержался от подробных рассказов о своей семье, а Кёнсу не счёл правильным об этом спрашивать. Было видно, что Ким не горит желанием это обсуждать. Время близилось к одиннадцати, а парни не спешили расходиться. Они уже и обсудили проект, и планы по работе на будущее, и даже Кёнсу рассказал, как он живёт. И даже мельком обмолвился, что пытается помирить двух своих друзей, не пытаясь сказать подробностей и имён, чтобы не спугнуть Кима разговорами об однополых отношениях. Он ведь не знает, как тот отреагирует... Они бы сидели ещё, но администратор предупредил о скором закрытии заведения. Чонин оплатил счёт и вышел с Кёнсу на улицу. Ким посмотрел на часы на экране мобильного. Как бы он не бежал от реальности, но мысль о Ёнми его догнала. Он понимал, что она наверняка его ждёт, чтобы если не разрешить конфликт, то продолжить его.       От внимания Кёнсу не ушло, как нервно Ким отвлекался на часы. - Ты спешишь? – спросил До, чтобы убедиться в своих догадках. - Не то, что бы… - поморщился Чонин. Да, ему нужно было возвращаться домой, но он так этого не хотел. – Не то, что бы я спешил прямо, но да, пожалуй, мне пора домой… Хотя с тобой безумно приятно проводить время. - С тобой тоже, - смущённо улыбнулся парень. – Да, засиделись мы… Уже довольно поздно. - Давай я тебя подвезу домой, - предложил Чонин. Это был единственный вариант, чтобы не прощаться с парнем прямо здесь и сейчас, ещё немного продлить их времяпровождение и в конце концов, не так быстро ехать домой. - Я довольно далеко живу, а ты, кажется, спешил? - У меня ещё есть время, - поспешил заверить его Ким. - Ну, хорошо, - пожал плечами Кёнсу.       Фотограф вмиг засиял, показывая в сторону, где была парковка. Они прошли к автомобилю, который приветливо заморгал им фарами. Кёнсу понял, что на этой машине сейчас его повезут домой. - Это… Твоя?! - Да, - улыбнулся гордо Чонин. - Maserati? - Да-да, садись уже, - парень открыл переднюю пассажирскую перед ним, приглашая сесть.       Кёнсу сел на переднее сидение, рассматривая салон изнутри. В самой машине пахло роскошью. Всё в идеальном состоянии, чистота вокруг и запах натуральной кожи. Тихий старт и двигатель зарычал. - Это очень дорогой автомобиль, - выдохнул До. - Да, не дешёвый, но и не самый дорогой. К тому же, я думаю, что такая цена за несколько лет упорной работы вполне нормальная. Я ведь тоже не нефтяной магнат, - засмеялся Ким, сворачивая туда, куда показал навигатор, в который он вбил адрес Кёнсу. - Тебе далеко возвращаться домой? - Не так уж, чтоб сильно далеко… - Тебя разве не ждут дома? - Ничего страшного, - заверил его Чонин. – Я не очень-то и хочу домой. - Почему? - Не так уж там и интересно, - пожал плечами Ким, увлечённо и ловко управляя рулём. Такой сосредоточенный фотограф вызывал у Кёнсу ещё больше новых эмоций. Он никак не мог оторвать взгляд от парня. Внимательный взгляд Чонина был направлен на ночную дорогу, а пухлая губа закушена. – Хочешь покажу, на что она способна?       Не дожидаясь ответа, Ким вдавил педаль газа в пол, разгоняясь за считанные секунды до скорости 140 км/ч по ночному городу, ловко обгоняя машины, что редко встречались на трассе. - Ты что, с ума сошёл? Это же опасно! – Кёнсу вжался в сидение, цепляясь пальцами за ремень безопасности. - Да ладно, - усмехнулся Ким. – Ты не любишь экстрим? - Люблю, но не тогда, когда мы создаём аварийную ситуацию. Ладно, если бы мы ехали одни по пустой трассе… - Ну ладно-ладно, - успокоил его Чонин, снижая скорость, а Кёнсу расслабленно выдохнул. Недолго петляя, они всё же доехали до дома До. Кёнсу отстегнулся, готовясь выйти из машины, а Чонин посмотрел в окно на высокую новостройку. - Здесь твоя квартира? - Да, - ответил парень. – Я снимаю на пятнадцатом этаже. - Вид, наверное, потрясающий, - предположил Ким. - Да, - подтвердил До. – Вид из окна, пожалуй, я люблю больше всего в этой квартире, сразу после фортепиано, конечно. - Я надеюсь, мы как-нибудь выпьем кофе? Пригласишь? – предложил парень и так улыбнулся, что отказать ему смог бы только слепой и глухой, и то не факт. - Да, когда-нибудь обязательно попьём, - смутился Кёнсу.       Нельзя сказать, что Кёнсу прям удивился факту наличия у Кима такой машины. Он больше удивился, что Чонин предложил его подвезти. А ещё, теперь он вдвойне не понимал, как Ёнми может изменять ему. Сейчас Чонин казался ему бесконечно идеальным. Интересный, умный, статный, красивый, с достатком на порядок выше среднего. Для Кореи это было просто джекпотом. Мало того, Ким был известной личностью. Казалось, вот он – идеал любой девушки (да и не только девушки, надо сказать), но что может не устраивать?       В таких раздумьях Кёнсу и остался один. Он не заметил, как пришёл в квартиру. Парень устало лёг на кровать, прикрывая глаза и поддаваясь атакующим мыслям.       «Вот он – мой идеальный человек, но нет, он не мой. У него есть девушка. Да, знаю ужасную вещь о ней, но даже не смотря на это, я не имею права вмешиваться. Как бы мне не хотелось – не могу. Но почему она ему изменяет? Просто так ничего не бывает. У всего есть причина. Может, он только кажется идеальным, а на самом деле домашний тиран? Или их отношения просто фикция, ход для пиара? Но даже если так, ты же встречаешься с известной личностью, как можно открыто встречаться с кем-то ещё, когда твои «настоящие» отношения обнародованы в прессе? А выглядят такими счастливыми, прям настоящая пара…»       Вот так Кёнсу незаметно провалился в сон, даже не успев сообразить, что нужно раздеться. А Чонин в это время подъехал к дому. Он не хотел выходить из машины, потому что знал, что дома его ждёт Ёнми. Скорее всего будет скандал, чего он не хотел всей душой, но понимал, что это неизбежно. Только сейчас он понимал, что сказка, в которой он жил несколько часов закончена. Он вдруг осознал, что время, которое он провёл с Кёнсу, было наполнено большим смыслом и продуктивностью, а самое главное – удовольствием, чем год отношений с Ёнми. А ведь он хотел сделать ей предложение…       Чонин опустил спинку сидения, устало откидываясь назад. Он громко выдохнул, прикрывая глаза. Но выхода не было, нужно было возвращаться.       Ёнми сидела на кухне с чашкой чая. С каменным невозмутимым выражением лица, она сидела с идеально ровной осанкой, даже не думая смотреть в сторону Кима. Чонин только хмыкнул. Он прекрасно понимал, что она ждала извинений. Но, простите, за что?! Ким решил играть по её правилам – он молча хотел пройти в комнату. - То есть ты решил не разговаривать со мной? – подала голос разъярённая Ёнми. - Что ты хочешь от меня? – спокойно спросил парень. - Тебе совсем нечего мне сказать? – удивилась девушка. - Что ты хочешь услышать? – вздохнул Чонин. - А ты считаешь, что нам не о чём говорить? - Ёнми, ради всего святого, может прекратим разговаривать вопросами?! – парень начинал выходить из себя. – Диалог подразумевает вопросы и ответы на них! - Ён, двенадцать часов ночи, я только вернулся домой, устал как собака, может оставим эти дебаты хотя бы до завтра? - Вот именно, что сейчас двенадцать часов ночи. Ты ведь не на работе был. Твоя фотосессия окончена была десять часов назад. Где ты был? Не нужно мне говорить, что ты был у Сехуна, я ему звонила, и тебя там не было. - У меня была фотосессия, потом я заехал к Сехуну, а затем у меня была встреча по работе. - Какая встреча? С кем? - С дизайнером моего журнала – До Кёнсу.       Девушка поперхнулась чаем. Она очень бы хотела ошибиться, чтобы ей послышалось, но нет. Чонин достаточно чётко произнёс имя, и оно ей было очень хорошо знакомым. Сейчас она поняла, что ходит по лезвию ножа как никогда. За секунду она поняла, что речь идёт о друге Бэкхёна, том самом невысоком парне с большими глазами, который водился с высоким рыжим. - Что такое? – Ким заметил резкую смену её настроения. Она даже перестала так старательно нападать. - Ничего, - хмыкнула она. - Это всё, что ты хотела узнать? – его бровь скептически приподнялась. - Почему ты мне не сказал, куда ты уехал и что будешь поздно? - Помнится, ты не горела желанием со мной разговаривать. К тому же, ты ушла в неизвестное мне место ещё раньше меня. Может, мне стоит спросить, куда уходила ты?       Обычно Чонин никогда не принимал сторону нападающего в ссорах, но то ли в силу усталости, то ли в силу того, что эти ситуации ему порядком надоели, он решил спросить у неё, где же была она. Хоть этим он никогда не интересовался, так как доверял девушке. Но и таких ситуаций раньше не возникало. Их отношения длились уже даже больше года, и за это время подобных претензий у них не было. Вот именно поэтому сейчас Ёнми была растеряна и сбита с толку этим вопросом. - У подруги, - ответила она. - У какой? – Ким в наглую последовал её примеру, устраивая допрос. - Какое это уже имеет значение? Ты никогда не интересовался моими подругами, - фыркнула девушка. - Да ладно, - усмехнулся Ким. – А ты никогда не интересовалась моей работой, моими друзьями и знакомыми, если, конечно, это не касалось мира моделинга. Так что, начинаем с этого момента интересоваться или оставляем всё как есть? - Как хочешь, - хмыкнула девушка и развернулась, чтобы уйти. - Всё? – удивился Чонин. – Ты получила все ответы на свои вопросы? - Я могу ещё много вопросов задать… Например, каково тебе было с той девушкой, которую ты любезно подвёз, но ты вряд ли ответишь.       Чонин даже приоткрыл рот от удивления. Но и тут он был спокоен, потому что касательно этого случая его совесть была чиста. - Обычное дело, посмотреть фотографии, сделанные на фотосессии, и утвердить понравившиеся клиенту, - спокойно и сдержанно ответил Ким. - Ну, да, - хмыкнула девушка. – Как же… - Полагаю, мне не нужно спрашивать, откуда ты знаешь? Только надеюсь, что это не слежка. - За кого ты меня принимаешь? – возмутилась Ёнми, а уложенные в салоне брови сдвинулись на переносице. - Ну, значит ты совершенно случайно оказалась рядом с местом аренды студии. Совсем не исключено, - пожал плечами Ким. – Я устал, пойду спать, если ты не против. Завтра много работы.       Она ничего не стала даже говорить, нервно сцепив зубы. Девушка дала ему уйти, а Чонин только вздохнул и отправился в комнату. Сейчас ему хотелось только одного – чтобы его голова коснулась мягкой подушки, закрыть глаза и уснуть…