Эти игры становятся хаосом из-за твоего невезения. Том 3

      Игроки переглянулись, после чего направились к двери в палату. Та легко поддалась, плавно, без скрипа открылась, впуская в разрушенную, как и все здание, палату. Перевернутые кушетки, точно тут уже побывали сталкеры, разрушенная мебель, покосившиеся створки окна. В палате было светло, как днем, но за окном из-за тумана разглядеть хоть что-то дальше вытянутой руки было невозможно. После темных коридоров такой яркий свет неприятно ударил по глазам. Но игроки быстро адаптировались, применив пару отточенных хитростей. О них не знал только Александр, из-за чего ему потребовалось время проморгаться.       — Не скажу, что это место отличается от прочих, — заметила Левиафан, изучая обстановку, после чего взглянула не Лебедева. Тот заметно приосанился, взгляд помрачнел.       — В чем дело? Ты узнаешь это место?       — Увы, — коротко ответил Мастер кукол. Его лицо заметно побледнело, хоть все еще и не выражало эмоций.       Когда Оникс и Левиафан хотели расспросить о новой информации, все отчетливо услышали, как где-то катится переноска. Игроки обернулись, но Александр сделал это особенно медленно. Его поворот головы был рванным и нервным, дерганным. Он не был готов взглянуть в дверной проем, но все же сделал это. Белая больничная дверь почти захлопнулась и была приоткрыта так, что оставалась щель в две ладони. Звук постепенно приближался, а затем игроки увидели, как она передвигается мимо. Кто-то неизвестный вез труп, накрытый простыней. Александр рвано выдохнул и отвернулся. Левиафан и Жей Реншу подошли осторожно к дверям и выглянули наружу. Но коридор вновь был опустевшим.             

***

       — Знаешь мои страхи лучше меня? И чего же я боюсь больше всего?       Поток ожидал, что Ю Хэ спросит его об этом, и удовлетворенно улыбнулся. Он знал этого игрока слишком хорошо, потому что они были одного поля ягоды. Может быть, ACE имел более сладковатый привкус, но оба достаточно ядовиты.       — Вот так просто рассказать? Кажется, это будет довольно скучно.       — У нас нет времени развлекаться. Что ты натворил в той игре? — мрачно спросил молодой человек.       — Я ничего, — усмехнулся Поток. — Скажем, не для ушей Чен Лея, мы еще никогда не были столь близки.       — Что? — приподнял бровь Ю Хэ.       — Это твоя игра, не моя, — наконец ответил Поток. — Та, которую ты не создавал.       — Еще одна? — нахмурился Ю Хэ. — Разве «На одной струне» уже не написана мной без меня?       — Не совсем так. Ты разве не помнишь? Возможно, деградация кода приводит и к умственной? — усмехнулся мужчина.       — Я и ответить могу, — мрачно сказал Ю Хэ.       Но если вспомнить, все игры действительно были созданы им. «Офис корпорации Счастье» был его давней разработкой, которой просто воспользовался Поток, чтобы попытаться сломать его, а «На одной струне» он создавал в реальном времени своими решениями. Шкала выполнения игры на самом деле оказалась шкалой разработки. Да, это была инновация сломанного кода и его навыков, но игра была создана им в процессе.       — Как может Мир создать игру без меня? Разве это не противоречит законам этого места? — задумался молодой человек.       — Законы в сломанной Системе, пребывающей в полнейшем хаосе, где сейчас буквально объединились две независимые игры? Одна из которых, строго говоря, не закончена, — усмехнулся Поток. — И что тут удивительного?       — Я не могу понять, как это возможно и почему? — признался Ю Хэ. Грубо говоря, он никогда и не был силен в информационных технологиях. Даже его единственная игра была разработана на готовом движке. Да и если вспомнить, как коротит технику рядом с ним, чего уж. Их любовь была бы обречена на невзаимность.       — Это не так сложно, как кажется. Сбой, способный разработать игру без особых действий, как формирование в комнате разработчика, появился уже с твоим приходом. Программа сгенерировала игровой Мир, собрав твои данные, и запустила их как готовую игру. Тебе оставалось лишь поставить точку. Если программа тогда тебя не спрашивала, то почему должна сейчас? Доступ к твоим мыслям, воспоминаниям и фантазиям у нее также есть. Благодаря этому программа генерирует некоторые миры для игроков и помогает в разработке игр. Спрашивать тебя больше не надо, а доступ к информации у нее свободный. При таких условиях сгенерировать игру для программы все равно, что нейросетям нарисовать картину.       — И что она там сгенерировала? — остановился Ю Хэ.       — Хм, — Поток заулыбался и повернулся к молодому человеку. — Ты спрашивал про свой страх? Ты боишься бесконтрольности собственного подсознания, — усмехнулся мужчина. — Ты ведь знаешь, на что оно способно.             

***

      Лебедев сжал кулаки. Он знал, что происходит, но не был готов с этим столкнуться. Ему казалось, что он остался один в этой разрушенной старой палате, в которой стремительно темнело, будто кто-то опустил тяжелые плотные шторы.       Он знал, что будет дальше, и догадывался о прочем. И не был готов к этому.       — Мастер, ты как? — позвала Левиафан. Но тот редко отвечал на подобные вопросы. Как он мог быть? Монстр, проживший среди пустоты и кукол вечность. Так ему казалось.       — Александр? — позвал Жей Реншу. Обычно в играх было не принято звать по имени, но в особых случаях это могло помочь игрокам остаться с сохранившимся рассудком.       Вокруг стемнело настолько, что стали видны лишь очертания. Но лунный свет упрямо прорывался сквозь туман и наполнял помещение зыбким холодным светом.       Что-то негромко упало в коридоре. Это странное место было одновременно очень тихим и наполнено постоянным шумом, из-за чего оно казалось более чем реальным и осязаемым. Поэтому, когда что-то падало даже так незначительно, это производило впечатление и заставляло кровь похолодеть.       Александр же медленно поднял взгляд на дверь. Сюжет уже прописан. Он шаг за шагом направился к выходу и медленно открыл проход шире. Старый темный коридор наполнился робким свечением луны из комнаты и прополз шустрой змеей по полу.       — Саш… — позвал голос с того конца коридора, что был совсем рядом. Мужчина вздрогнул. Мурашки покрыли его кожу, а волосы встали дыбом.       Он медленно повернулся и поднял голову, чтобы увидеть, как в конце в инвалидном кресле сидит мертвец с неестественно выгнутой шеей. Это был молодой человек с взъерошенными волосами и белесыми глазами, коими он смотрел на Александра. Мертвец вдруг улыбнулся, но не ужасающе, а печально и нежно, после чего поднял руку. Но из-за этого жеста Мастер кукол вздрогнул. Мертвец посмотрел на него с недоумением, а после печалью.       — Почему ты боишься меня? — но губы мертвеца не шевелились. Он как будто никогда не двигался, а движение рукой было иллюзией. Одновременно оживший и мертвый.       По щеке Мастера пробежала первая за столько лет слеза. Увидеть это было выше его сил.             

***

      [Системное уведомление: Уровень рассудка одного из игроков стремительно падает.]       — Ю Хэ? — обеспокоенно произнес Чен Лей, когда увидел сообщение.       — Неужели этот черт все же что-то учудил?! — вспылил Бай Ху       [Неро: Ю Хэ! Что у вас там происходит?]       [ACE: Ничего. Это не я.]       [Поток: Ведь падать уже нечему.]       [Галор: Получается, это кто-то из команды Оникса?]       Спрашивать не имело смысла, все и так поняли, что другого варианта не оставалось. Пару минут игроки подождали в надежде получить сообщение хоть от кого-то из них, чтобы понять, в чем дело, но так и не дождались. Раз ситуация такова, что у Жей Реншу даже нет времени передать информацию, значит, все крайне серьезно. Бай Ху мрачно взглянул на Чен Лея в надежде, что тот со своим опытом придумает, что им делать.       — В любом случае, для начала надо объединиться с Потоком и Ю Хэ, — видя его мрачные мысли воочию, ответил Чен Лей. — Возможно, что перенос можно сделать лишь раз. Тогда кто-то из нас застрянет, если мы не сделаем это одновременно.       Бай Ху понимал, что в этом была логика, но не мог избавиться от раздражения. Быть бессильными в момент, когда нужны, особенно тяжело.       — Думаешь, они справятся?       — Раньше же справлялись, — подбодрил друга Чен Лей. — Напичкают средствами повышения рассудка, и дело с концом. Оникс всегда их носит с собой, потому что новички часто впадают в подобное состояние.       Бай Ху хотелось всецело поверить его словам, но беспокойство все не отпускало. Если бы все было так просто, разве Жей Реншу уже не написал?