Наглый макнэ

— Ты так сексуально бросала все вещи, которые я тебе давал, — томно шепчет Чонгук в ушную раковину хена, нежно прикусывая мочку. — Долбаеб, прекрати обращаться ко мне в женском роде, — цыдит сквозь зубы Юнги, ударяя макнэ по лбу и поправляя съехавший парик. Только что закончились съемки одиннадцатого Run BTS и парни отдыхают, пока стафф разглядывает сломанный на съемках волшебным образом пистолет Намджуна, вимины не выходят из своей роли, развлекая девушек из стаффа, а остальные отдыхают. Но Юнги зачем то они попросили подождать, чтобы он ничего не делал со своей стремной юбкой и черным париком, то и дело неаккуратно поправляя выбившиеся пряди за ухо, к которому доебался макнэ, в которое шепчет всякие непристойности, дабы смутить непоколебимого хена. В мозг бьют гормоны, как думает Мин и продолжает игнорировать паренька. А он настойчив. То притронется к челке парика, то с открытым ртом и большими глазами начнет рассматривать лицо, будто впервые видит Мина, особенно уделяет внимание розовым влажным губам, на которых намазан блеск для губ. Может даже опустить руку на бедро и осторожно гладить его, будто если он хоть немного добавит силы, то хен сломается, иногда специально приподнимая юбку, под которой все равно спортивки. Хорошо, что хоть на съемках не приставал. Рэпер поднялся и пошел в сторону туалета, — три часа прошли быстро и незаметно, а в животе неприятно давило. Быстро дойдя до туалета, он вошел внутрь и прошел в кабинку, чтобы незамедлительно сделать свои дела. Пока он приспускал спортивки с боксерами до колен, услышал закрывающуюся дверь и щелчок замка. Юнги нахмурился. Чонгук. — Чонгук! — крикнул парень, быстро вылетая из кабинки и зло смотря на довольно ухмылявшегося макнэ, который сложил руки на груди и сканировал хена снизу вверх. Белые, будто фарфоровые ноги с покрасневшими коленками, и слишком худые бедра, которые хотелось нежно укусить, после зализывая следы от зубов — мелко подрагивали. Ничего не отвечая, Чон подошел к нему и огладил талию через одежду, медленно вдыхая сладкий запах духов. Зачем вообще они брызгали на него это говно, раз через экран никто ничего не почувствует? — Чонгук, ты мне напоминаешь собаку во время гона, изыди, — тихо сказал Мин, пытаясь вырваться из сильных рук и отойти назад. — Юнджи нуна, ты хотела в туалет? — невинно спросил вокалист, широко открывая и без того большие оленьи глаза. — Давай помогу. — Что? — не успел он возмутиться и хорошенько поорать, как Чонгук подтолкнул его в открытую кабинку и зашел следом, закрывая дверь и щёлкая щеколдой. В кабинке было очень тесно и было слышно лишь громкое горячее дыхание Чона, смотревшего в упор на Юнги. Младший грубо развернул его, как тряпичную куклу, и пристроился сзади, кладя ладони на живот и немного надавливая снизу. Мина бросило в дрожь, а желание спустить нужду стало больше. Он облокотился головой на плечо младшего, который был выше, зараза, и с приоткрытым ротиком ждал дальнейших действий. Долго ждать не пришлось — Чонгук пристально смотрел вниз и гладил складчатую юбку, иногда останавливаясь посередине и легко надавливая. Он залез под юбку, пощупал мягкий член среднего размера, и стал держать у основания, пока второй рукой задрал подол юбки вверх, держа на округлившимся животе. Розовый красивый член шевельнулся в руке, а внизу послышался всхлип. — Нуна, давай я тебе помогу, — шептал Гук на ухо. — Сделаем это вместе. Член в руке налился кровью, хотя основных касаний и не было, только томный шепот и разомлевший на чужом плече Юнги, который время от времени облизывал блеск с тонких губ. Он не хотел думать о последствиях, поэтому медленно пару раз двинул бедрами навстречу руке, не зная, чего хотя больше: поссать или кончить. — Нуна такая развратная, её член встал, хотя она хотела попи́сать, — с удивленной интонацией протянул тихо макнэ. Вот артист. – Чонгука, — прохрипел рэпер, стараясь медленно двигаться тазом, — помоги своей нуне, она так хочет это-ах. По кабинке разлился хриплый стон, вызванный резким зажатием у основания члена. Парень так сильно зажал основание органа, что он сильно покраснел и стал болезненно ныть, пульсируя. — Чонгука поможет тебе, нуна. Он стал медленно водить по члену рукой, иногда останавливаясь пощупать выделяющиеся венки на члене, или потереть красную головку, большим пальцем подбирая почти упавшие капли смазки. Гук интересованно, будто впервые видел член, давил на уретру указательным пальцем, сильно нажимая, хотя войти в сжатое маленькое отверстие, на что получал тихие вздохи и хрипы. Макнэ медленно, будто специально, проходился по члену и слушал милые хныки внизу, когда надавливал через одежду на мочевой пузырь. Юнги чувствовал что-то упирающееся в его ягодицы. Точнее, не что-то, а член. Он потерся задом о пах и получил довольный стон, после чего рука начала быстрее надрачивать член и давить на живот. Мин распахнул широко рот, а глаза начали слезиться. Ему сильно хотелось кончить и попи́сать одновременно. Будто читая его мысли, сзади произнесли: — Сделай что-то одно, нуна. Давай, кончи для меня. И он кончил. С громким продолжительным стоном, толкаясь в руку, будто пытаясь выжать себя до конца. Когда он остановился, Чонгук не отошел от обмякшего тела и продолжал водить по нервному и чувствительному члену, размазывая по нему белую сперму, из-за чего Мин продолжал дергаться. Совсем потеряв контроль над собой, Юнги почувствовал, как из члена выстреливает моча и лениво смотрел на то, как он писает, пока его член держит мягкая рука макнэ, большим пальцем гладившая выбритый лобок, как бы помогая. Закончив опорожняться, Мин широко открыл глаза, приходя в себя и начиная сильно краснеть. Нагнувшись, он подтянул спортивки с боксерами, пока чужие руки отпустили его. — Юнджи нуна, ты такая грязная, — протянул медленно Чон, наклоняя голову вбок и поднося пару пальцев руки с белой вязкой жидкостью, державший член, ко рту, вбирая их во внутрь.