Ненависть вперемешку с сомнением

      Любовь прекрасное чувство, не так ли? Но Дин Винчестер так не считал. Раньше он думал, что это что-то яркое и тёплое. Дин мечтал когда-нибудь найти прекрасную девушку, любить всем сердцем и прожить с ней остаток жизни без сверхъестественного. Он хотел влюбиться, хоть и понимал, что нельзя. Дин сам себе поставил запрет. Он не должен влюбляться несмотря ни на что. Но Винчестер пошёл против своего же запрета. Он влюбился, но любовь оказалась не такой тёплой и яркой. Она оказалась жгучей и тёмной. Она на вкус железа. Она безжалостно ломала изнутри. Ломала и так сломленного напополам Дина Винчестера. — Дин, что с тобой? Ты в последнее время какой-то не такой, — Сэм был слишком заботлив. Пускай, он не показывал свое волнение, переживания и страхи. Пускай, он хотел казаться для всех сильным и спокойным, но Дин ходил как на иголках который день. Он избегал любых разговоров со всеми. Его словно подменили. — Всё хорошо, — поджав губы, Дин пытался поскорее покинуть комнату мотеля и сбежать в ближайший бар, — Просто устал. Дверь захлопнулась. Сэм хотел бы что-то ещё сказать. Работать с Дином теперь невыносимо. Тот вечно сбегал и делал все сам. Возвращался весь в своей же крови. Казалось, что вся одежда и машина пропахла этим ужасным запахом. Сэму как будто не доверяли. Как будто он маленький ребёнок, который может пораниться об тупой нож. И как бы Сэма Винчестера не раздражало поведение его брата, он чертовски сильно волновался. Сэм чувствовал, что с Дином что-то происходит. И это стоит выяснить немедленно.

***

      Бары казались не такими интересными, как раньше. Все девушки здесь не были такими привлекательными, как раньше. Они были Дину противны. Каждое их прикосновение вызывало отвращение. Но Дин спал с ними. Слушал их стоны, от которых, казалось, кровь из ушей польётся ручьём. Эти девушки больше не удовлетворяли Дина Винчестера. Так зачем он с ними спит? Зачем он проводит в каждом баре по пять часов минимум? С каких пор ему стала противна та часть жизни, которую он так любил? Та влюблённость, о которой он мечтал всю свою жизнь, ломала его кости каждый день. Каждый день по одной. Медленно и мучительно. И Дин пытался успокоить боль. Запить отвращение. Пытался сделать все что угодно, только чтобы забыть его. Когда все это началось? Когда Дин стал испытывать это странное влечение к нему? Когда ревность стала заполнять его до кончиков пальцев? Дин не помнит, когда он успел так вляпаться. Он никогда не думал о нем, как о парне, который мог бы нравиться. Ему было противно, когда на них смотрели, как на пару. Теперь ему противно от себя. Алкоголь уже не помогал забыть эти чувства. Кажется, он пьян уже несколько дней без помощи спиртного. Уже ничего не помогает остановить эту боль в сердце. Дин был бы не против вырвать свое сердце или отдать душу, чтобы не чувствовать все это. Любовь должна дарить счастье, тепло и радость. Так где это все? Почему она принесла с собой только отвращение, ненависть и боль? — Я словно проклят, понимаешь? Бармен слушал нытье Винчестера минут тридцать. Он уже привык к такому и молча продолжал подавать другим напитки и протирать барную стойку. — Я влюбился впервые в жизни. И что? Я спас сотни жизней и этим мне оплатила эта чёртова вселенная? Дин выпил слишком много алкоголя, чтобы он казался безвкусным. Чтобы все плыло, а мысли сбивались. Видимо, утро он встретит в очень хорошем состоянии. — А ведь он чертовски красив! А его улыбка… Эти ямочки, — Винчестер мечтательно прикрыл глаза, — Если бы ты его увидел, то тоже бы посчитал его красивым. Бармен хоть и привык слушать чьё то нытье, но все быстро спивались, засыпали или уходили. А этот парень не замолкал, чем действительно мешал. — Слушай, парень, давай я тебя отвезу домой и ты там решишь эту проблему? И Дин кивнул. А бармен попросил заменить его на пару минут и вышел из-за барной стойки. Одновременно ему было жаль парня. Тому нужно выспаться, а не тратить своё время здесь на алкоголь.       После того, как Дин и бармен сели в машину, Винчестер тут же сказал название мотеля. Язык его заплетался, но он смог выговорить его. Бармен завел машину и она тронулась. Он вёл слишком быстро. Все в глазах Винчестера плыло и голова начала кружиться. Поэтому, Дин вылетел из машины, как только она остановилась. Его чуть не вывернуло наизнанку.

***

      Сэм перечитал несколько статей, чтобы найти что-то по поводу нового дела. Но ничего не было. Он перерыл на всех сайтах, но пусто. Винчестер потер пальцами виски, пытаясь унять головную боль. Ноутбук был положен обратно в сумку, так как оказался бесполезным. Сэм уже хотел лечь спать, как за дверью послышался грохот, словно что-то или кто-то упал, а затем дверь распахнулась. В дверном проёме оказался Дин. Он еле стоял на ногах и улыбался. Сэм, мысленно обматерив все вокруг, встал с кровати и подошёл к брату. — Зачем надо было столько пить. Дин повис на своём младшем брате, не в силах двигаться. Он уткнулся носом в шею Сэма, вдыхая такой родной запах. — Черт, Дин, ты тяжёлый, — Сэм кое как дотащил Дина до кровати и уложил его туда, укрывая сверху одеялом. Сэм хотел уже выключить свет и лечь в свою постель, желая поскорее уснуть, но чужая рука сжала его ладонь. — Тебе кто-нибудь говорил, что ты красивый, Сэмми? — Дин неуклюже высвободился из одеяла и сел на край кровати. — Да, и не раз. Все, а теперь ложись спать. Винчестер пытался выдернуть свою руку из чужой хватки, но Дин лишь крепче сжал чужую ладонь. Сэм нахмурился, вопросительно смотря на брата. — Я удивлён, что ты ещё держишься. Сколько ты выпил? Дин не ответил. Он смотрел на губы Сэма. Какие они на вкус? Все было словно в замедленной съёмке и желание прижаться своими губами к губам Сэма оказалось слишком сильным. Дин потянул брата на себя касаясь чужих губ. Пока Сэм пытался понять, что сейчас произошло, Дин целовал его, жадно сминая губы. Они оказались тёплыми и мягкими. — Ты что творишь?! Сэм отпихнул от себя брата, отходя на несколько шагов назад. Он вытер свои губы об рубашку. На лице читался испуг и отвращение. — Ты совсем с ума сошёл… Сэм схватил куртку, не желая оставаться в этом номере, и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.

***

      Утро выдалось тяжёлым. Голова раскалывалась, а воспоминания прошлой ночи никуда не делись. Сколько нужно было бы выпить, чтобы забыть это раз и навсегда? Дину было стыдно и противно. Противно от самого себя. Стыдно за свой поступок. И алкоголем это не прикроешь. Нормальные люди не целуют своих братьев даже под действием спиртного. В этом Дин был уверен. Скрывать свои чувства от всех было сложно. Особенно было сложно от Сэма. Сложно, когда он смотрит с таким трепетом и любовью, но Дин понимал, что эта любовь не была чем то большим, чем просто братские чувства. Сложно, когда ты находишься рядом с Сэмом каждый день, но не можешь обнять его просто так. Сэм является для Дина особенным. К любым другим девушкам, Винчестер чувствовал только похоть, не больше. Но Сэм был словно только распустившийся невинный цветок. И Дин не желал его портить. Он хотел ухаживать за этим цветком и дарить всю свою любовь. И Дину противно. Он должен быть примером для Сэма. Он не должен так любить. Ему прямая дорога в ад за эти чувства. Это неправильно. Дин ненавидит себя. Ненавидит за эти чёртовы чувства. Он помнит чётко тот взгляд, которым Сэм посмотрел на него. Помнит, с каким отвращением Сэм смотрел. Наверное, даже рот с мылом несколько раз помыл. Потому что это неправильно. Это отвратительно. Сэм должен ненавидеть Дина за эти чувства. Сэм имеет право.

***

      Уже был вечер. Сэм так и не вернулся. Дин пытался до него дозвониться, но тот не брал трубку. Винчестер понимал, что волноваться за брата не было смысла, но все равно нервно перебирал конец рубашки. Похмелье прошло, но голова болеть не перестала. А все из-за мыслей, которые мучили Дина. Ему было страшно. Он будет ненавидеть ту ночь больше всего на свете, потому что уверен, что их общение теперь будет неловким и натянутым.       Дверь резко открылась, заставив Дина вздрогнуть от неожиданности. Он посмотрел на вошедшего в номер и опустил голову, прикусив губу. — Вижу, похмелье больше не мучает тебя. Взгляд у Сэма был хмурый. И все это из-за небольшого поцелуя. Из-за небольшой пьяной ошибки, которая никак не должна была произойти. — Сэм… — Дин вскочил и подошёл к брату, — Черт, прости меня. Я был пьян. — Я видел, что ты пьян. — Так значит все в порядке? — Винчестер выдохнул, с надеждой смотря в глаза младшему. — Да. Сэм списал все это на алкоголь. Точнее, пытался. Он пытался заставить себя верить, что Дин перепутал его с какой-нибудь девушкой из бара или что-то в этом роде. — Не будем об этом больше говорить, — Сэм подошёл к своей кровати и достал сумку, в которой лежит ноутбук, — Одно условие. — Всё что угодно. Всю ночь Сэм анализировал поведение Дина. И все никак не сходится на усталость и алкоголь. И Сэм надеется, что накручивает себя. — Ты сейчас мне расскажешь, что происходит с тобой. — Ты о чем? — Ты ведёшь себя странно уже больше недели, Дин. — Сэмми, я же говорил, я просто устал. Сейчас я чувствую себя лучше. Ладони Дина вспотели. Он сел на свою кровать, тяжело вздыхая. Было бы неплохо сейчас вздремнуть и уйти от этого разговора. — Дин, без вранья, — Сэм отложил сумку и посмотрел на брата, — Ты вообще видишь свое поведение со стороны? Сейчас было бы хорошей идеей лечь спать обоим и забыть про этот разговор. Оба невыспавшиеся на нервах, готовые наговорить друг другу гадости, только чтобы успокоить свой пыл. — Я уверен что то, что ты сотворил ночью, было не из-за спиртного, Дин. Господи, я надеюсь что себя накручиваю. Дин побледнел, но не сказал ни слова. Он сжал простынь, в надежде чтобы это поскорее закончилось. — Ты… Я прав, да? Дин, ты… Серьёзно? Все что мог сейчас старший это кивнуть. Врать, видимо, не было смысла. Но он мог. Мог соврать Сэму, придумать отговорку. Да все что угодно! Но Дин слишком сильно сломлен. — Разве не ты твердил, что мы братья? Дин, это неправильно и с этим нужно что-то делать! — Сэм должен был помочь, поддержать, но все что он сейчас делал, так это ломал Дина до конца. — Сэм, я знаю! Я пытался что-то сделать. Думаешь, тебе одному противно? Я ненавижу себя за это, Сэм. Я бы душу отдал, чтобы не чувствовать это. И я молчал. Я бы молчал и дальше, если бы ты не решил обсудить это, — слезы предательски скатились по щекам Дина. Слишком долго терпел. Слишком больно, — Доволен? В комнате повисла тишина. Сэм поджал губы, переваривая в голове все слова Дина. Словно для него это имело значение. — Знаешь как мне больно? Я думал, любовь приносит счастье. Я думал, что любовь это самое прекрасное чувство. Но я ошибся. Всхлипнув, Дин зарылся руками в волосы. Ему было стыдно за слезы, но он не мог их сдержать. Ему было стыдно за свои слова, которые он не контролировал. — Я держал это в себе. Мне так больно здесь, — Винчестер положил руку на сердце, — Но ничего страшного, Сэмми. Все в порядке. Ты можешь ненавидеть меня, — Дин улыбнулся. — Мне кажется, нам стоит не видеться несколько месяцев, — Сэм словно пропустил мимо ушей все слова своего брата, — тогда твои чувства утихнут. Нужно полностью прервать общение. Так будет лучше. Сэм неуверенно подошёл к Дину и заключил его в крепкие объятия, поглаживая по спине. Он не знал, как помочь своему брату и уверен, что это единственный правильный способ. — Когда будешь в порядке, — Сэм отошёл на шаг и продолжил, — позвонишь. Забрав свои вещи, Сэм покинул мотель. Покинул Дина на неизвестный срок. Он сломал его полностью. Сэм не оставил выхода. Он запер Дина в клетке. В этой клетке нечем дышать. Лёгкие, как и сердце, словно кто-то выдернул. Слез не было. Хотелось снести все вокруг. Хотелось кричать. В стену тут же полетела настольная лампа, затем ваза, оставив после себя осколки. Все летело в стену. В комнате стал слышен треск мебели и звук разбивающегося стекла. У Дина были руки в крови. Но он не чувствовал этого. Эта боль не сравнится с той болью, которая была внутри него. Дин ненавидит себя. Он никогда не простит себя за эти чувства. Никогда не простит себя за то, что поцеловал тогда Сэма.