Трудные подростки

      Каждое утро девушек начиналось с тренировок, и с каждой тренировкой Саманте все проще давался бег и другие упражнения на выносливость. Гроувз уже увереннее отрабатывала удары по груше, ее стойка стала твердой, кисти – более крепкими.       Сменялись дни, и девушки не заметили, как закончился апрель, и они прожили вместе больше двух недель. Самин привычно существовала в своем режиме, и Рут тоже быстро и незаметно к нему привыкла. Она была так поглощена этой жизнью, что каждый день после учебы, наплевав на приглашения друзей, мчалась в школу Самин. Они возвращались домой, быстро делали уроки, потом, наконец, тренировались и ужинали вместе. По вечерам они смотрели фильмы, болтали, – хотя говорила в основном Рут, Шоу скорее слушала. В один из таких вечеров Саманта поняла, что игнорирует своих друзей ради Шоу. С этой молчаливой и грубой девушкой ей было намного комфортнее.       – Самин, – задумалась однажды Рут, – ты все время возишься со мной. Я не знаю... Может, тебе хочется увидеться с кем-то из друзей. Я тебе не мешаю?       – У меня нет друзей, – сказала Шоу.       – Как это?       Некоторое время Шоу молчала. Она не могла решить, стоит ли раскрывать такие подробности о себе, вдруг Гроувз отреагирует так же, как другие дети, и тоже уйдет. Самин осознала, что она не просто привыкла к Саманте, но, кажется, впустила ее глубже, чем намеревалась.       – Я отличалась от других детей, – сказала девушка наконец. – Всегда. Когда-то, как мне казалось, я дружила с другими девочками. Мы хорошо ладили, но это продлилось недолго. Одна из них притащила на улицу своего хомяка. Он сбежал. У девочки была истерика. Все успокаивали ее, кинулись искать хомяка, бегали, суетились, а я ездила вокруг них на велосипеде. Меня спросили, почему я не помогаю, и мне нечего было ответить, потому что я не понимала, из-за чего все так расстроены и волнуются.       Самин замолчала на мгновение. Она до сих пор помнила, как ей в спину крикнули: «Ты бездушная!» Это было нелепо, да, но она все равно запомнила.       – Я приехала домой, и там отец сидел на заднем дворе, просто смотрел в никуда. Я села рядом и тоже уставилась в пространство. Он молча обнял меня за плечи, словно знал что-то, чего я еще не понимала. Так вот, я действительно не понимала, почему эта девочка разозлилась на меня. Я не понимала, что это со мной что-то не так. Я думала, это она странная. Но подобные ситуации случались все чаще, и я начала задумываться.       Рут потерла свои ладони, сцепила пальцы, чтобы не поддаться порыву, не обнять Самин и не спугнуть ее откровенность.       – Когда мне было тринадцать, я с другими детьми часто играла на заброшенной стройке за городом. Сейчас там уже все закрыто Мы просто болтались там, лазали между этажами, играли в догонялки и не задумывались, что это опасно. Любой из нас мог провалиться в пол, сломать себе что-то. Однажды так и произошло, один парень сорвался с третьего этажа и упал на бетонные плиты. Все так визжали. Они столпились там, и я слышала, как одни кричали, что нужно вызвать скорую, другие собирались бежать к его родителям, кто-то просто бился в истерике. Мне было любопытно, я пролезла через толпу... Знаешь, все, что я увидела, – это размазанный по бетону чувак в луже крови. Я не почувствовала ни страха, ни жалости, ни даже отвращения. Я сказала, что скорая не нужна, потому что парень мертв, и ему уже не помочь. После этого все смотрели на меня, как на чудовище. Но я ведь всего лишь объяснила, как обстояли дела. Это были факты. Но эти взгляды тогда заставили меня окончательно понять, что я не такая, как другие, не совсем правильная.       – Самин, – не выдержала Рут, – я не считаю, что с тобой что-то не так. Ты такая, какая есть. Мне это нравится.       Саманта осторожно взяла девушку за руку. Самин не возражала. Впервые за свою жизнь она не раздражалась из-за прикосновений. Впервые ей было комфортно, и она крепче сжала чужую ладонь.       – Спасибо, но ты ведь понимаешь, что ты не самый лучший пример? – слегка улыбнулась Шоу. – Ты ведь и сама с придурью.       – О, Самин, комплименты – не твой конек, – рассмеялась Гроувз.       Следующим утром Рут спустилась в подвал, где ее уже ждала Самин. Шоу освободила пространство, чтобы было удобнее отрабатывать приемы самообороны.       – Чего застыла? – Шоу, наконец, заметила Гроувз. – Сегодня без пробежки, немного разомнешься здесь. Начни с приседаний с гантелей. Ноги расставь шире, гантель держи внизу, на вдохе присед, угол девяносто градусов, на выдохе подъем, смотри вперед, голову не опускай. Три по пятнадцать.       Саманта даже не возражала. Отсалютовав Самин двумя пальцами, она взяла гантель и начала делать упражнение. Шоу следила за техникой и сама не поняла, когда ее взгляд сполз ниже.       – Любуешься? – ухмыльнулась Рут.       Самин не заметила, что Рут с ней говорит, а когда осознала, что пялится на чужую задницу, сделала вид, будто ничего особенного не происходило и приказала переходить к следующему упражнению.       – Поработай над растяжкой. Боковые выпады, выпады вперед делай с гантелями, станка к сожалению у меня нет, но можешь растянуться у шведской стенки.       Когда Гроувз начала делать выпады, Шоу снова засмотрелась на длинные гладкие ноги Рут. Когда до Самин дошло, что она снова пялится, девушка прочистила горло и как ошпаренная помчалась из подвала: «Воды пойду выпью».       Гроувз только весело рассмеялась: «Ага, как же, водички она выпить пошла».       Самин вбежала на кухню и залпом выпила стакан воды, открыла кран, прыснула себе холодной водой в лицо. Шоу не понимала, что с ней только что произошло. Она выдохнула, дождалась, когда сердце станет биться ровнее, – какого-то черта оно колошматилось, как бешенное, – и спустилась обратно в подвал. Рут уже закончила с упражнениями и сидела на полу, разглядывала свои ногти. Заметив Самин, она ехидно улыбнулась, но Шоу это проигнорировала.       – Надевай, – девушка швырнула в Гроувз перчатками. – Я тебе уже говорила, что лучше бить сразу в нос, основанием ладони. Но, если по какой-то причине это невозможно, тебе стоит знать еще несколько приемов, чтобы вырубить противника. Сегодня я, скорее всего, покажу тебе все, с чем мы будем работать, а потом будем просто отрабатывать повторы.       Гроувз довольно улыбнулась и встала в стойку напротив Шоу.       – Апперкот – снизу вверх кулаком в челюсть. При ударе лучше немного выверни кулак на себя, для большей эффективности, вот так, – Самин показала, как это выглядит. – Попробуй сама.       Саманта на секунду замешкалась. Шоу закатила глаза.       – Давай бей, – Самин показала руками на себя. – Только не со всей дури, не хочу остаться без челюсти.       Саманта легонько ударила: «Так?»       – Не совсем, – Шоу встала рядом с девушкой и показала еще раз, как выполнять удар. Они несколько раз повторили движение, пока Самин не кивнула одобрительно. Гроувз настолько погрузилась в процесс, что почти не отвлекалась на приятное тепло чужого тела рядом.       – Дальше. Удар в пах, думаю тебе не надо показывать, как это делается, – Самин вопросительно взглянула на Гроувз, та кивнула с ухмылкой. – Отлично. Удар в пах, наверное, самый подлый удар, но и один из самых эффективных. Бить можно коленом или ступней. Лучше коленом, только в этом случае бери человека за грудки и тяни на себя, чтобы уж наверняка.       Во время тренировок Саманта отличалась молчаливостью, она сосредотачивалась на уроках и лишь изредка отпускала сальные шуточки. В моменты этих занятий Гроувз нравилась Шоу больше всего.       – Если ситуация совсем патовая, то бей под коленную чашечку со всей дури, – Самин показала, как сделать это сбоку и спереди. – Если соберешься когда-нибудь использовать этот прием, будь уверена на сто процентов, потому что, если бить спереди достаточно сильно, можно сломать человеку кость. Этот удар не для перепалки в переулке, это спасет тебя, если дело совсем дрянь.       И снова Рут раз за разом медленно повторяла движения, пока Шоу не убедилась, что девушка все делает верно.       – Теперь удар в солнышко. Резко бьешь кулаком в солнечное сплетение, если напали сзади, то локтем. Этот удар тоже из разряда «бей и беги», – Самин показала на себе место под ребрами. – Вот здесь. Резкость потом отработаешь на груше, главное запомни, куда бить. Этого должно хватить, чтобы слинять.       – А что делать, если меня зажмут, и не будет возможности бить? – спросила Рут.       Шоу почесала затылок и задумалась.       – Так, давай, наверное, я покажу, как освободиться от захвата и удушения, – Самин встала вплотную к стене. – Помнишь, когда я держала того торчка за горло?       Саманта кивнула в ответ: «Да, сладкая, я тогда жутко завелась». Самин только обреченно покачала головой.       – Забудь, просто возьми меня так же.       – Прямо здесь, в грязном подвале? – удивилась Гроувз. – Хотя, ладно, я не возражаю.       Шоу закатила глаза и снова не стала отвечать. Сэм увидела, что Самин решила не реагировать на провокации, успокоилась и послушно сделала, как приказали: подошла, взяла девушку за горло и слегка сжала. Шоу поняла, что зря загнала себя в эту ситуацию.       Это было близко, непозволительно близко.       Самин снова почувствовала, что ее сердце начинает биться чаще. Саманта тоже ощутила чужой пульс под своей рукой. Некоторое время они смотрели друг другу в глаза, затем взгляд Рут опустился ниже, к губам Шоу. Самин нервно сглотнула, когда Сэм наклонилась ближе.       – Пока он держит тебя за горло, думая, что ты теперь в его власти, бей кулаком в лицо и наваливайся всем телом на его руку, чтобы освободить себя, – затараторила Самин и быстро высвободилась из захвата.       Саманта грустно усмехнулась этому очевидному проявлению трусости, но промолчала.       – Можно сделать еще подсечку, и тогда уже убегать, – Самин показала движение, но из-за нервов слегка не рассчитала силу и сбила Рут с ног.       Когда Сэм начала заваливаться, она машинально схватилась Шоу за майку и утянула за собой. Как только Рут оказалась на полу, она воспользовалась ситуацией и эффектом неожиданности, как и учила Самин: девушка резко вкинула бедра, завалила Шоу на пол и поменяла их местами. Гроувз прижала руки Самин к полу и заявила: «Теперь не отвертишься». Потом наклонилась и поцеловала. Шоу застыла с широко распахнутыми глазами, но Рут не заметила, что ответа нет, – слишком уж давно она хотела это сделать. И Самин поддалась. Она расслабилась и позволила увлечь себя поцелуем.       Джон вернулся из командировки раньше на неделю. Он прошелся по дому, не нашел Самин, решил, что она наверняка в спортзале, и спустился в подвал. У открытой двери мужчина остановился. Сцена в подвале была занятной и крайне неожиданной. Его дочь была прижата к полу, это во-первых. Прижата другой девушкой, это во-вторых. Это само по себе было довольно неожиданным. Но главное, они целовались. Уж чего-чего, но такого Джон от своей дочери не ожидал. Самин никогда не была дружелюбной, ни с парнями, ни с девушками. Она не знакомила его с друзьями, и мужчина подозревал, что у нее их вовсе не было. Тем более она никогда не приводила в дом ухажеров. Но это еще могло случиться, в конце концов, его дочь была красивой девушкой, а для того, чтобы завести парня, много труда не надо. Но соблазнить девушку, – это уже совсем другой разговор. У Самин элементарно не хватило бы навыков, она не умела вежливо разговаривать, не то что флиртовать.       – Гхм, – мужчина прочистил горло, обозначая свое присутствие, – Сэм?       Шоу застыла под чужой тяжестью. С одной стороны, она была рада, что появился отец. Теперь момент после поцелуя не превратился бы в неловкость, ей не пришлось бы разговаривать с Гроувз об этом, объяснять, что она просто поддалась слабости и вовсе не имела в виду... Боже, да она сама не понимала, что имела в виду и зачем это сделала. Но, черт возьми, как же неловко теперь было перед отцом.       Самин скинула с себя девушку, встала, отряхнула одежду и только потом подняла взгляд на отца: «Пап, ты почему здесь?»       – Да вот, командировка закончилась раньше. Разве ты не рада? – Джон вопросительно поднял бровь, ухмыльнулся и кивнул на Рут. – Не познакомишь со своей девушкой?       – Девушкой? – Шоу запаниковала. Боже, как она могла вляпаться в такую нелепую ситуацию? Чертова Гроувз, как ее представить отцу? Да, они целовались, но разве это делает их парой? – Это, эм... она не то чтобы моя девушка, – Самин повернулась к Рут и посмотрела на нее глазами, полными тревоги.       – Я Саманта, приятно познакомиться, мистер Риз, – Гроувз подошла к мужчине и протянула руку. Джон удивился, но руку пожал.       – Это племянница Финча, у нее небольшие проблемы дома, и она некоторое время живет здесь, в твоей комнате, – Шоу обошла отца, взяла Гроувз за запястье и потащила наверх.        – Но я сейчас перенесу ее вещи в свою комнату.       Джон смотрел вслед убегающим девочкам и улыбался. Его дочь наконец нашла друга, а может и что-то большее.       Девушки поднялись в комнату Джона и стали собирать вещи. Самин складывала их в стопку, но Саманта начала укладывать вещи в сумку: «Я думаю, мне стоит уже вернуться домой».       – Прости, что все так неожиданно вышло, – извинилась Самин. Все пошло не по плану. Шоу не выносила, когда нарушался выстроенный и обговоренный график, и теперь ей было стыдно, что приходится выселять Сэм так неожиданно. – Папа должен был вернуться только через неделю, я собиралась тебя предупредить ближе к тому времени.       При этом Самин не могла обманывать себя, она знала, теперь ей было бы неловко оставаться в одном доме с Самантой. Возможно, если Гроувз вернется к семье, они больше не увидятся вовсе. Не было мест, где они могли случайно пересечься. Шоу подумала, что дома Саманта вспомнит о друзьях, снова начнет ходить на тусовки и забудет про Самин очень быстро. И Шоу не будет сама искать встречи, нет уж, она не нуждается в друзьях и не нуждается в этой чокнутой Гроувз.       – Все в порядке, сладкая. Мне давно пора было вернуться, я и так загостилась, – Сэм наклонилась к Самин и нежно провела большим пальцем по щеке, потом чмокнула ее в кончик носа. – Не провожай меня.       Гроувз тоже понимала, что у них нет точек соприкосновения. На этом моменте они должны были распрощаться. Рут уже начала испытывать к Шоу нежные чувства, похожие на влюбленность, и едва сдерживала себя. Она была уверена, что Самин не заинтересована в отношениях и скорее пошлет Сэм куда подальше со всей этой любовью, чем ответит взаимностью. Поэтому девушка решила сама отгородиться на некоторое время, чтобы не позволить своим чувствам расти.       – Дочь, не хочешь обсудить произошедшее? – Джон поднялся в комнату Самин. Он слышал, как захлопнулась входная дверь, и понял, что племянница Гарольда ушла.       – А что, собственно, произошло? – Самин повернулась к отцу, который все еще стоял в проходе. – Проходи. То, что ты увидел в подвале, было случайностью. Это не значит, что я завела какие-то отношения или вожу ухажеров домой каждый раз, когда ты уезжаешь. Это было исключением, и такого больше не повторится, – девушка говорила ровно, спокойно глядя отцу в лицо.       – Сэм, ты уверена, что эта девушка действительно случайность? – осторожно спросил Джон. Они с Самин редко вели серьезные разговоры, и сейчас мужчина чувствовал себя словно на минном поле, зная, что его дочь в любой момент может взорваться, выпроводить его из комнаты или убежать на тренировку, а потом неделями избегать даже безобидного общения за завтраком. – Мне показалось, ты ей нравишься.       – Вот именно, показалось. Все, пап, хватит, иди, – Самин жестом указала на дверь. – Я же сказала, это была случайность.       Но именно эта случайность не давала девушке уснуть целую ночь. Она снова и снова прокручивала в голове произошедшее, пыталась понять, что чувствует по поводу поцелуя, и что чувствует к Рут. На часах было далеко за полночь, когда Шоу поняла, что уже не уснет. Девушка схватила рюкзак с учебниками, оделась и помчалась вниз. Ехать на велосипеде до дома Гроувз было больше трех часов, поэтому Самин втихую взяла ключи от машины отца.       Когда автомобиль остановился у особняка Гроувз, Шоу посмотрела в окна и осознала, что она понятия не имеет, где именно находится комната Рут. Девушке пришлось попотеть, чтобы незаметно пробраться через высокий забор, дальше она по водостоку забралась на первый ярус крыши и стала заглядывать во все окна подряд, пытаясь найти нужное.       Саманта тоже лежала в постели без сна. Ее беспокоили те же мысли, что и Самин. Девушка долго вертелась в кровати, нашла, наконец, удобную позу и притихла, пытаясь отгородиться от навязчивых мыслей. И вот, почти провалившись в сон, на краю сознания она уловила подозрительные звуки. Скрипела сточная труба. Скрипела так, как обычно звучала, когда сама Гроувз забиралась по ней в комнату. Девушка подскочила к окну, осторожно открыла его и притаилась. Она ждала. И ждала. И когда в окне действительно появилась чужая голова, Саманта выпрыгнула из укрытия и резко ударила чужака в лицо. Основанием ладони, предположительно в нос, как учила Шоу.       – Ау! – завопила Самин, схватилась за нос и попятилась назад, к краю крыши. Удар пришелся аккурат между бровей, слегка задев переносицу. Нос ей не свернуло, но это все равно было больно. – Какого черта?       Рут узнала голос, выскочила из окна, схватила Самин за толстовку и втянула в комнату.       – Какого черта?! – зашипела Гроувз. – Это ты мне скажи, какого черта? Какого черта ты здесь? Какого черта шаришь по окнам среди ночи!       – Я, блядь, поговорить пришла, – зашипела Шоу в ответ. – Ты же трусливо сбежала сегодня днем, вот, пришлось ехать самой. Бьешь, кстати, дерьмово, тренируйся еще.       – Другого времени не нашлось? Только ночью, через окно? – возмутилась Сэм. Она беспокойно ходила по комнате, совершенно забыв, что на ней одна лишь короткая сорочка.       Самин уселась на кровать, уставилась на почти обнаженную Саманту и поняла, что снова чувствует то же, что и утром. Сердце билось чаще, кончики ушей горели, а взгляд прилип к этим длинным голым ногам. Шоу практически не слушала Сэм. В ее голове боролись разум и чувства, выбор из разряда «беги или целуй».       – Ааргх, – рыкнула Самин. – К черту.       Она резко встала с кровати, быстро сократила расстояние между ними, прижала Саманту к себе и поцеловала. Гроувз слегка опешила, но опомнилась через мгновение и взяла инициативу в свои руки. Она начала подталкивать Самин назад, к кровати, и завалила ее, снова оказавшись сверху. Руки Самин непроизвольно потянулись к Рут, она схватила девушку за задницу и притянула к себе еще ближе. Шоу не знала, что делает, все выходило само собой, она прервала поцелуй, чтобы стянуть с Сэм сорочку... Но едва она увидела полностью обнаженную Гроувз, как у нее началась паника.       – Ты в порядке? – забеспокоилась Рут.       – Я... Эм... Я не знаю. Я не знаю, что делать дальше. У меня никогда не было секса, – Самин слега подтолкнула Рут, чтобы та слезла с нее.       Как же это было неловко.       – У меня тоже никогда не было секса, но это же не значит, что я никогда не мастурбировала. Не велика разница, – пожала плечами Саманта. – А что на счет тебя?       Лицо Самин стало бордово-красным. Это было слишком личным. Перебор. К такому Шоу не была готова. Откровенно говоря, она вообще ко всей этой ситуации не была готова. Она почти успела соскочить с кровати, чтобы драматично убежать через окно, но Рут поймала ее за руку.       – Просто, покажи мне, что тебе нравится, – попросила она.       Шоу посмотрела на Сэм полным тревоги взглядом: «Я не знаю, что». Рут осторожно взяла ее ладонь и переплела их пальцы: «Тогда позволь мне показать тебе». Самин еле заметно кивнула. На лице Рут тут же появилась хищная ухмылка.       Гроувз устроилась у Шоу на груди и закинула ногу на бедро девушки.       – Хочешь обсудить?       – Нет. Кажется, мне просто нужно переварить это, – Самин была в замешательстве. Кажется, она совершила ошибку.       В планы Шоу не входили отношения. Скоро заканчивалась школа, они обе должны были разъехаться по разным городам, разве нет? Даже если Саманта собиралась остаться в Нью-Йорке, у Самин были совсем иные планы. И воплотить их было намного проще без бремени отношений. Теперь все усложнилось, и все из-за этих чувств, странных порывов. Что с этим делать, Самин не знала. Но и уйти сейчас она не могла. Уйти – значит, сделать больно Рут. Нет, она не могла так поступить. Поэтому девушка просто лежала, обнимала Гроувз и тихо переживала едва ли не сильнейшую панику в своей жизни.