Альбус Дамблдор - девочка-волшебница

Облик ее словно подернулся рябью и изменился. Нет, это была все та же леди Ариана, но загар из густого стал легким, даже отчасти благородным, домотканое рубище превратилось в практичное, крепкое одеяние, хотя и чересчур мужское, на вкус Айлин. Царапины и пятна исчезли, тело стало прекрасным, дышавшим гармонией совершенных линий. — Встречаясь с незнакомцами в лесу, всегда лучше выглядеть как простая крестьянка, - с улыбкой сообщила ей леди Ариана. Лицо Айлин исказилось против ее воли, ведь только сильнейшие из магов могли читать мысли! Но упасть в новом глубоком поклоне ей не дали. — Нет-нет, это не чтение мыслей, - сказала леди Ариана, - просто опыт. Айлин оставалось только сложить руки перед собой и склонить голову в жесте смирения и признания мудрости и величия собеседника. — Идем, тебе надо отдохнуть, а то ты еле на ногах стоишь, - покачала головой леди Ариана. Так оно и было, но Айлин боялась признаться, боялась, что ее бросят посреди Пущи. Еще недавно она всем сердцем рвалась сюда, чтобы умереть, но теперь она не знала, что и думать. Безумная надежда переплеталась с отчаянием и страданием от мыслей о боли, причиненной отцу своим непослушанием и бесстыдством, ее терзали любопытство и тысяча вопросов, но в то же время страх сказать что-то не то и не понравиться леди Ариане. Они подошли ближе и Айлин увидела, что вокруг башни стоят поблескивающие столбы. — Чешуя Громокрыла отпугивает зверей, - махнула рукой леди Ариана, указывая на пару чешуек, прицепленных к ее платью. Это объясняло поведение собак, но кто бы мог? — За пределами леса он известен как Дракон Пущи, - все так же небрежно продолжила леди Ариана. Айлин покачнулась, словно ей заехали кулаком под дых. Дракон Пущи! Похититель девиц и пожиратель рыцарей! Тварь, чье пламя сжигает все, кроме магии, а по слухам иногда и саму магию! Башня надвигалась и Айлин, пытаясь отвлечься, подумала, что жилище леди Арианы по высоте, пожалуй, не уступит донжону отцовского замка. — Кудах-тах-тах-тах! С заполошным курлыканьем и кудахтаньем откуда-то выскочила огромная курица, выше Айлин и уж тем более леди Арианы. Смертовзгляд, про которого ходило столько легенд - в основном о парализованных и обесчещенных девицах - ластился и что-то вымогал, затем посмотрел в сторону Айлин. — Свои, Кудах, - сказала леди Ариана строго и Смертовзгляд склонил голову. - Извини, дружище, но сегодня без добычи, не дали ни травок пособирать, ни тебе вкусного зайца поймать. Поклюй пока что-нибудь сам, а я помогу нашей гостье и мы что-нибудь придумаем, хорошо? Смертовзгляд склонил голову и умчался, кудахтая в лес. — Привязался вот, - немного виновато пояснила леди Ариана, - дурной и ест, как не в себя, а жалко. Она взмахнула рукой и дверь в башню отворилась. — Пока Громокрыла не было, дверь не делала, чтобы мелкое зверье в башню попасть не могло, приходилось в окно летать или подъемник призывать, - пояснила Ариана, бросая взгляд на саму Айлин. — Да, госпожа, - ответила та, ощущая, как голова идет кругом. Новый взмах прутика, прямо перед лицом Айлин. — И правда истощение, но больше нервное. Половину дозы успокоительного, крепкий сон и хорошая ванна с сытным обедом помогут с этой проблемой, - вынесла диагноз леди Ариана. К ней прямо по воздуху уже подлетел странного вида флакон, но Айлин уже окончательно пресытилась и утратила способность удивляться. Покорно выпила содержимое и отключилась прямо там же. Айлин снилась умершая мама, словно бы она спустилась с небес, из чертогов Всемогущего Отца, и крепко обняла ее. — Мама, - плакала Айлин, как в детстве, - ты бы знала, как мне тебя не хватает! — Я знаю, доченька, - отвечала та и гладила ее по голове, - потому и спустилась поддержать. — Но почему ты тогда не явилась отцу! Не сказала ему, чтобы не выдавал меня за Хархипа Гидаму! — Пока я была жива, неустанно говорила ему об этом, - лицо мамы исказилось болью. - Он хотел выдать тебя в шестнадцать лет, как положено, но я умолила его отложить поиски тебе нового мужа, дабы ты хоть немного пожила свободной. — Мама, - еще сильнее расплакалась Айлин. Мама умерла год назад, почему-то Айлин помнила об этом даже во сне и даже осознавала, что это сон, хотя все вокруг было таким реальным. Она словно снова переживала ту боль годичной давности, затем сменившуюся еще большей болью - предстоящего замужества за стариком. — Почему ты не явилась отцу?! — Дела живых - живым, - печально ответила мама, - таков закон Небесного Отца, но при виде тебя я не выдержала. На следующий день Айлин проснулась и обнаружила, что лежит в огромной комнате, а в широко раскрытое окно льется яркий солнечный свет. Под одеялом она была полностью обнаженной и залилась краской стыда, а затем едва не упала в обморок, когда вылезла из кровати и оказалась голой напротив огромного зеркала. Словно бесстыдные падшие женщины, не чтящие заветов Отца! Она обнаружила рядом свою одежду, странно чистую и так тщательно заштопанную, что нельзя было обнаружить места разрывов. Нательная накидка, юбка, патра, вуаль, головная накидка, высокие туфли-колодки, тщательно скрывающие ноги до самых щиколоток. — Благодарю тебя, о всемогущий небесный Отец, - Айлин опустилась на колени перед окном и начала молиться в сторону солнца, а стало быть небес и отца. Она долго и истово благодарила его за помощь и возможность повидаться с мамой, и просила прощения за свои грехи: непослушания, своевольства, бегства от воли отца. Она искренне раскаивалась в своем поступке, жалела и в то же время не жалела о нем. "Слишком много свободы дали женщинам", постоянно ворчал отец и Айлин знала, что так оно и было с ней. Найкор воевал, а она наслаждалась свободой и заедала сладостями горькие мысли, что другие женщины согревают его постель. Затем Найкор умер и Айлин наслаждалась свободой, заедая горькие мысли, что это плохо радоваться смерти мужа. Затем свобода закончилась и Айлин, всхлипывая, заедала свое горе и мысли о грядущем замужестве за стариком. Другие не понимали ее и указывали, как велико богатство Хархипа, ведь ему принадлежало вдвое больше земли и скота, и людей, чем отцу Айлин, магу Сандулу Никету. Были и подружки, которые томно вздыхали о длине жезла Хархипа, как магического - опять же, длиннее, чем у отца Айлин - так и того, что болтался у него между ног, и нашептывали Айлин, что он не старикашка, а ого-го маг, способный удовлетворить четвертых жен и еще берущий пятую! — Благодарю тебя, небесный отец, что ты светишь даже такой плохой дочери, как я, - согнулась напоследок Айлин. Услышала шум и выглянула в окно, едва не выпав наружу. Леди Ариана - нет, она не пачкала рук, как крестьянка, но она возилась с огородом! Размахивала своим прутиком и какие-то полевые приспособления летали туда и сюда, что-то там подрывали, убирали и выбрасывали в сторону, где Кудах носился и хватал на лету выбрасываемое. Из прутика леди Арианы также вырывалась вода и орошала все вокруг, включая... — Жар-Хвост, - пробормотала Айлин ошарашенно. Птица из легенд, птица, которую первый ученик Отца - легендарный маг Зарушан - заставил осветить весь мир, летала и играла с леди Арианой! Айлин подумала, что может быть ей это чудится, но тут же увидела, что ее возглас не остался без внимания. — Вижу, что тебе уже лучше, - заявила леди Ариана со все той же теплой улыбкой, зависая в воздухе напротив окна Айлин. Самой Айлин хотелось впиться ногтями в руку и зубами в язык, чтобы не заорать. Жар-Хвост висел рядом в воздухе, мерно взмахивая крыльями и излучая едва заметное, но такое приятное тепло. — Можешь сказать спасибо Светлячку, - указала на Жар-Хвоста леди Ариана, - оказывается, он подобен фениксам даже в целебности своих слез, ладно, слюны, но разница не слишком большая. Так что ты полностью здорова, Айлин Никет! Она не знала, кто такие фениксы, но в поклоне едва не врезалась лбом в каменный подоконник. — Так, небольшой осмотр, - сказала леди Ариана, влетая внутрь. Снаружи доносилось возмущенное курлыканье Кудаха. Айлин же отступила на шаг в сторону, залившись краской под вуалью. Маг-медик никогда не осматривал ее, всегда сидел за ширмой и либо применял свои заклинания, либо она показывала отцу, а тот уже передавал целителю, что болит и где. — Вуаль носить необязательно, - небрежно заметила леди Ариана, снова взмахивая своим прутиком. Айлин ощутимо напряглась, не зная, что сказать. Да, в отсутствие мужчин разрешалось ходить без вуали и даже патры, но только на женской половине замка! Здесь ее мог кто-то невзначай увидеть... и в то же время леди Ариана ходила без накидок и вуали, и она была так вызывающе прекрасна в этой своей дерзости! Прямые руки и ноги, гармоничное лицо, огромные черные глаза и выразительный алый рот, о да, будь Айлин так же прекрасна, она бы может тоже. Айлин вспомнила, что она преступница, нарушившая заветы отца. Рука ее с усилием, медленно, поднялась вверх, снимая накидку, затем вуаль. Патру, закрывавшую тело от шеи до пят, она все же пока оставила и без того мелко дрожа от собственной дерзости и смелости. — Вот так-то лучше, - чуть кивнула леди Ариана. - Ты полностью здорова физически, хотя психологически еще не пришла в себя и это понятно, учитывая, сколько душевных сил потребовалось на такой шаг в твоей ситуации. Поэтому я предлагаю тебе, Айлин, сейчас принять горячую ванну, расслабиться, отмыться, а потом поесть как следует и уже только потом ты расскажешь мне, как оказалась на той поляне. Хорошо? Айлин, продолжая мелко дрожать, кивнула и вышло несколько дерганых движений головой. Горячая вода, льющаяся сама по себе. Шампунь, приятно пахнущий лесными травами и дарующий свежесть. Мягкое мыло и мочалка, сама натирающая спину и тело. Пена, сама надувающаяся пузыриками и приятно чекочущая что-то внутри! — О, великий Небесный Отец! - простонала Айлин, откидываясь в ванне, так что из пены торчала только ее голова. - Благодарю тебя за это чудо, встречу с леди Арианой и магию! Да здравствует магия!