Эйхо Мелоди и её маленький друг

«У нас сегодня будет долгий день, так что Расслабься и наслаждайся» - сказала фестралочка своему новому маленькому другу и продолжила свой путь к выходу Эйхо Мелоди, была фестралкой эмигранткой из старого города, так назывался город, где жили все фестралы и после возвращения Луны народ фестралов решил объединиться с народами Эквестрии, поэтому последнии шесть лет встретить фестралку в понячем городе являлось не такой уж и Изысканностью. Она путешествовала по Эквестрии и старалась долго не задерживаться на одном месте. Но на данный момент, она решила остановиться в Понивиле подольше и подработать в конфетном ларьке Бон Бон Фестралочка медленно уперлась на правое переднее корыто, потихоньку поднимая левое. Упираясь задним правым копытом, она пронесла все своё тело вперёд, готовясь ставить левое, где мирно и тихо в надетом носке лежал единорог. «Странно» подумала Эйхо, ведь единорог даже не сопротивлялся, он вполне мог магией прожечь носок, или более того, стать заносчивым жуком в грязной одежде, которой то и дело бы кусал за самые чувствительные места, а мягкая подошва копыт как раз такой и являлась. Эквестрия, это магический мир, полный необычных и странных вещей, которые недостаточно лишь увидеть, услышать, учуять, лизнуть, но надо ещё и пощупать! поэтому подошва пони такая мягкая и чувствительная, будь это обычное копыто взрослой лошади, врядли пони придавали такой большое значение обычным копытным ласкам или же мягкому прикосновению копыта к носу, ибо, для любого пони, это будет лишь неприятный, холодный камень привязанный к ноге, которым тебя трогают. Фестралочка уже готовилась упереться на левое заднее копыто, прямо на того жеребчика чье имя она даже не знала, как вдруг пронеслась небольшая мысль в голове… «А вдруг я его уже раздавила? Вдруг он не сопротивляется ибо давно уже лежит там раздавленный и совсем без чувств?!» вдруг она остановилась, уже когда роговица левого заднего копытца прикоснулась к земле и осталось лишь упереться всем телом на этого беднягу. Но вдруг, она почувствовала шевеление под копытом, нежное, приятное и из-за чувствительности очень заметное, что все же сигнализировала ей что он в порядке и даже… Что? Пытается лизнуть своим маленьким язычком еë копытце? Она чувствует как его голова интенсивно перемещается по еë правой подушки копытца, оставляя влажный след. Эйхо и так последнюю минуту не понимала что делает и зачем, из-за чего очень сильно волновалась, а сейчас… сейчас она осознала что ему это тоже нравиться, так что все эти сексуальные игры одной безумной фестралки уже не кажется такими безумными, безумные они оба. Она тихо прошептала себе под нос «хороший мальчик», не надеясь что кто-то кроме неë это услышит. Она аккуратно начала упираться на левое заднее копыто и поднимать правое. Совсем аккуратно, упираясь в основном на правое переднее копыто, что бы не раздвоить малыша, она чувствовала как пони вновь вжимается в еë мягкую и теплую подошвенные подушки и как его спина резко отдернулась от холодного и твердого пола. Эйхо даже высунула язычок от удовольствия, узнав что ему тоже это нравится, такое специфичное удовольствие перешло на новый уровень… Так, стоп, если она и так дальше будет наслаждаться каждым моментом, она может опоздать на работу, на которой подрабатывает всего месяц! Она быстро уперлась своим передним левым копытом, освобождая правое и уперлась правым задним копытом что бы освободить и поднять вверх левое копыто, где по прежнему шевелился маленький пони. «Это было так приятно… каждый раз когда я так делаю, будто получаю новые, незабываемые ощущения, в любом случае, с ним все в порядке, значит можно продолжать) » пронеслась мысль у Эйхо. Она старалась меньше упираться на левое заднее копыто, из-за чего было непривычно ходить, но зато получала от этого специфическое удовольствие. Путь до порога оказался незабываемо приятным и одновременно волнительным и таким… долгим, любая ошибка могла Покалечить бедного малыша, но… одновременно каждый раз, когда она слегка прижимала понька к полу и вдавливала его своим копытом в подушечки подошвы, казалось незабываемым кайфом, некий массаж который распространялся на всю чувствительную часть копыта. Пони сложно делать массаж подошвы копыта копытом, ибо диаметр практически у всех одинаков, либо совсем незначительно различается, поэтому у пони практически нету такого понятия как «массаж подошвы копыта», обычно пони сами делают это каким либо прикосновением, на любой понравившейся им объект. Но тут маленький пони буквально всем своим телом делает нечто подобное, каждое его движение – это что-то приятное и даже… возбудительное? Эйхо едва заметила что за все это время хорошенько вспотела, из-за таких необычных игр. По лбу и по еë мордочке частенько скатывались капельки пота, она чувствовала своими фестральеми крыльями как все бока стали значительно влажными, а белоснежные носочки на копытцах уже не такие белоснежные и покрылись едва заметным серым цветом, от влажности. Она чувствовала как каждый поток воздуха огибал еë тело, как холодный пол становился ещё холоднее из-за влажности копыт. Подошва копыт потела больше всех, а там, где мирно барахтался маленький единорог и подавно. Помимо неë, там ещë и потел еë новый дружок. В носке было достать душновата, а из-за волнения, единорогу явно не приходилось жаловаться на сухость. В любом случае, выходить в уже не совсем белоснежных носках и ходить по не самым чистым дорогам Понивиля ей не хотелось, да и кто его знает, вдруг не тот камешек подвернется? Она как никак ответственна за жизнь малого. Она поставила своё заднее левое копыто так, что бы не нагружать единорога, а что бы полностью упереться на роговицу копыта, из-за чего пони что там находился принял горизонтальное положение как и копыто хозяйки, после чего он скатился немного вниз, прямо к роговице копыта. Эйхо приложила своё переднее копыто к подбородку и задумалась… зачем она вообще надела свои любимые белые носки? «Ах да! Точно!» Вспомнила фестралка Сегодня в ларек Бон Бон приедет очень важный Кантерлотский чиновник, ничего есть там не будет, лишь оценит оформление и персонал. Бон Бон настаивала, что сегодня стоит приодеться по приличнее, а если Фестралка придет туда голышом, хозяйка ларька попросту еë не пустит туда. И тут Эйхо поняла что не только носки ей стоит одеть, но и хотя-бы какую-нибудь накидку, платье одевать слишком долго, да еще и с пассажиром… было бы очень не удобно и не безопасно. Кстати об удобности, поверх носков надо надеть и туфли, у Эйхо было много разных накопытников, она любила их носить, чисто из-за того, что в них она кажется чуть выше. Фестралы зачастую ниже обычных пони, даже собратьев пегасов, Эйхо не была исключением, из-за чего начала немного завидовала обычным пони, казалось бы, «ещё парочку сантиметров и тогда все было хорошо» накопытники как раз решали эту проблему, так что коллекция обуви у неë была большая, но… все они достаточно опасны для малыша и неудобны для молодой фестралки. Слава Луне решение было, совсем недавно Эйхо решила приобрести себе ортопедические Накоптники, они были удобными, уютными и что самое главное, они сами регулировались под нагрузку, у них была специальная мягкая подкладка, которая деформировалась при одевании на него копыта. «Повезло тебе дружок, что я неделю назад заглянула к Баркензу, за специальными накопытниками, они стоили мне много битов, но в них мои копыта чувствуют себя комфортно и практически не чувствуется напряжения. Уверена тебе понравится, так же как и мне, и обещаю, что в ближайшее время мы обойдемся без холодных полов» -сказала Эйхо с неким задором и заботой так, что бы сегодняшний пассажир еë хорошо услышал. В ответ она получила лишь более интенсивные шевеления в еë носочке которое не особо торопилось выбираться из него, а скорее наоборот, лишь крепче прижималось к подушечкам копытец. Фестралка расшифровала подобное действие как одобрительное, из-за чего она лишь вновь покраснела «Он снова тепло отнёсся к моей безумной идеи, после всего что сегодня я с ним сделала, ему… нравятся мои специфические извращения… это так мило» подумала про себя Эйхо и аккуратно подойдя к шкафу действуя тремя копытами, что бы не потревожить единорога, начала одевать ортопедические накопытники. Копытам сразу стало тепло и уютно, но вот когда настал черёд копыта где сейчас отлеживался малыш, она чуть не упустила тот момент, что из-за еë перестановки копыта в вертикальное положение, понëк немного скатился вниз, прямо на роговицу еë копыта, и она буквально чуть не наступила всем телом ему прямо на голову. Ей пришлось пригнуть своё левое заднее копыто и упарившись правым боком об шкаф, начала аккуратно исправлять неприятное положение пони с помощью своего левого крыла. Крылья Бет пони были раза в два мобильнее копыт и раза в полтора мобильнее крыльев пегасов. Фестрал всегда чувствовал каждый «палец» на своём крыле и спокойно мог ими вытворять любые сложное для копыт моторики действия. Эйхо аккуратно, что бы не проткнуть носок острым окончанием крыла, поправила место расположения пони на своей подошве копыта, теперь он снова лежал на мягких подушечках, за что отблагодарил едва заметными облизыванием. Фестралка ответила тому очень нежным голосом «не за что, дружок, я же не хочу тебя совсем раздавить» после чего аккуратно засунула своё левое заднее копытце прямо в накопытник. Она медленно добавляла давление на копыто, что бы выбрать походящее для себя и для своего маленького друга, очередная игра с маленьким живым пони, что сейчас находился прямо в еë носке под копытом, только на этот раз она прижимала его не к холодному полу, а к теплой, мягкой и медленно деформирующейся подошве накопытника, в котором она практически каждый день после работы отравлялась на прогулку. Этот факт сильно возбудил фестралку, от чего еë крылья непослушно распрааились, а она тем временем помотала копытцем, что бы поудобней устроить свою ногу и маленького пони. И вот, подстилка уже не может больше деформироваться, а единорожик уже хорошенько продавился в подушечки копытца и действительно, так было намного проще и приятнее, как для неë, так и для еë маленького друга. После чего, она открыла верхние дверцы шкафа своим правым крылом, где находились рубашки и накидки, она взяла небольшую рубашку с галстуком на застёжке, застегивать пуговицы, было бы слишком долго. Продолжая упираться на шкаф правым боком и несильно давить на копыта, она ловко накинула на себя рубашку и быстро застегнула застёжку. Теперь белая короткая рубашка с черным галстуком идеально сидели на ней и сочетались с еë белыми носками и черными накопытниками. Позже она обратила внимание на часы, уж слишком много внимания сегодня она обращала на своего маленького пассажира. И ведь действительно! На работе она должна уже быть через 10 минут! Фестралка тут же вышла из дома сделав для этого три не самых аккуратных для жеребчика шажка, из-за чего поняла, что так она будет идти долго. Она наклонилась к своим задним копытам и сообщила «Надеюсь ты не боишься высоты, дружок. Понимаю, мы оба теряем момент наслаждения каждого моего шажка, но я могу опоздать на работу, что сегодня совсем будет не простительно» после чего сняла напряжения с копыт и тут же взлетела, не смотря на небольшой крылатый стояк. В воздухе было прохладно, и достаточно ветрено, видимо пегасы готовились к долгому и сильному ливню… Эйхо по прежнему удивлялась командной работе всех рас пони в Эквестрии, Земнопони занимались земледелием, пегасы погодой, единороги обеспечивали всем защиту и технологии, что помогало и тем и другим. Раньше единороги занимались сменой дня и ночи, но после прихода двух принцесс, эта отвецтвенность перешла в их копыта. Сейчас конец Мая, Земнопони уже высадили свои растения и посевы, и пришло время периода долгих и мощных дождей, что бы земля как можно скорее напиталась нужной ей водой. Фестралка тем временем вспоминала, а… чем же их раса особенна? Помимо лучшего зрения ночью и вообще, преображения с наступлением ночи? Как ночь могла помочь , помимо ночного караула? Да… практически ничем. Эйхо с ужасом вспоминает свои первые годы эмиграции, много света, много всего неизвестного и тяжелый период привыкания ко Дню, ведь пони жили днем, а не как весь фестральий народ ночью. И сверху всех этих проблем накладывалось привыкание к новой культуре, самым трудным и непривычным для не было то… что здесь в Эквестрии не было такого жесткого матриархата как у неë на родине и возможно именно поэтому Фестралочка до сих пор не видит ничего противоречивого в том, что бы по своей воле, поиграться судьбой маленького, беззащитного жеребчика, который сейчас грел своим телом подошву копытца, которое из-за ветра и пота на копыте, хорошо успело охладиться. «Как бы не простудился, бедняга» подумала фестралочка, ощущая как тот, решил не распластаться на все копытце, а скукожится, что бы немножко согреться. В Эквестрийской культуре, к жеребцам относятся бережно и с осторожностью, населения пони составляет где-то семьдесят процентов кобылок и всего тридцать жеребцов, как говорят местные, все жеребцы на расхват, не важно какой внешности или же характера. Но в любом случае, каждый жеребец, обязательно найдет себе хотя бы одну кобылку по вкусу, а вот у кобылок процветает лесбиянство, либо же одиночество, либо же и во все осознание того, что одного жеребца придется делить с ещё одной кобылицей, хотя… с последним никаких проблем не возникало, кобылки спокойно присоединяются к табуну состоящий из одного жеребца и пятерых кобылиц… таков мир, ничего не поделать. Но в случае Эйхо, нормальная кобылка не стала бы устраивать сексуальные игры с попавшим в неприятность жеребцом, а скорее помогла бы исправить проблему, тут же обратившись к магам, что смогут помочь жеребцу. После чего кобылка будет надеется что жеребец отблагодарит еë и не бросит еë страдать в одиночестве всю оставшуюся жизнь. И, тут Эйхо начала вспоминать своё прошлое, а точнее детство. Старый город, до возвращения Луны был очень изолированным и религиозным местом, где царил жесточайший матриархат… правда, скорее в рядах местных жриц, ибо те практически не признавали жеребцов, ибо те не могли общаться с истинной матерью ночи, что полностью перекрывала им путь в самое прекрасное место в том городе, а именно к Храму ночной матери. Как Эйхо помнит, мама была обычной жительницей старого горда, была хороший копытодельницей, но еë работа не приносила большого дохода и она не хотела из-за этого спускаться ниже по социальной лестнице, в шахты, что бы выйти замуж за зачухоного шахтера и жить на его средства, поэтому она заранее приметила одного на еë взгляд достойного жеребца, который работал в Бухгалтерии на самых высоких этажах старого города, рядом с храмом. Но в какой то момент у мамы выдался отличный шанс стать жрицей, за еë семилетнею преданность ночной матери, она ходила на все молитвы, часто посещала храм и смогла завести знакомства со старшими жрицами, чьë число не превышало и десяти. Поэтому, через несколько лет брака, она спокойно смогла стать жрицей храма, что являлось чуть ли не самой вашей должностью в старом городе. Единственное что еë беспокоило, это то , что она не могла больше рожать детей и не могла подняться до старшей жрицы ибо у неë уже есть ребенок и так же она состоит в браке с жеребцом. Но она и не стримилась к этому, ей было достаточно и обычного звания жрицы, и что она может оставить мужа и единственного ребенка себе, возможно именно поэтому у Эйхо не было сестричек и братиков, она была одна в семье и еë воспитанием занималась мать, ибо к моменту сознательной жизни, Эйхо замечала, что слишком мало видится с отцом и что все время она проводила с мамой в храме. Как-то раз, маленькая Эйхо, когда ей было всего восемь лет. Возвращались с мамой домой и мама была явно чем то не довольно, касательно папы и та попросила, что бы как они войдут в дом, Эйхо тут же убежит в свою комнату и сразу ляжет спать. Но… Эйхо было любопытно, что такого натворил отец, ибо она практически его не знала и мало видела. Зайдя в дом, маленькая девочка тут же побежала в сторону своей комнатки, но не стала туда заходить, прислушиваясь к шагам матери, она определила, что та зашла в родительскую комнату, после чего Эйхо успела тихо подкрасться к двери комнаты и наблюдать через щель, что же там происходит. Отец Аккуратно поднял переднее правое копыто совей жены и виновато поцеловал его, после чего заикаясь сказал «П-Прости Листус… то есть, великая жрица храма, ч-что я посмел заговорить с не-неприкосновенными жрицами… я п-правда сильно волновался за тебя… в-ведь тебя не было дома уже несколько дней… я… я…» Отец низко опустил голову, опустив правое переднее копытце жены и приклонил свою мордочку к левому копытцу супруги и так же его поцеловал, после чего виновато посмотрел на неë снизу вверх и едва пропищал « п-прошу… прости». Лицо матери чуть дрогнуло и та легонько приложила левое копыто к его голове, после чего начала легонько поглаживать его гриву. « Я рада, Горус, что ты сразу начал с извинений и не стал противится воле ночной матери. Но жрицы мне рассказывали совершенно иное, они говорили что ты приставал к ним, что ты не сдержал свои животные инстинкты и пал перед взором ночной матери. Это самый страшный грех, Горус! ты понимаешь что за это мало того что могут изгнать, но и головы лешить! » сказала в ответ Листус и опустила своё левое копыто обратно Отец прижался всем телом к копытам Листус обхватив их передними ногами, после чего начал интенсивно целовать их и просить прощения «прошу, дорогая… то есть, посланница матери, я… я клянусь, я… я ничего такого не делал, я предан только тебе и нашей ночной матери! Прошу, не проклинай меня! Я не хочу быть изгнанником! Не надо отрубать мне голову! Умоляю!» сказал отец, после чего он поднял наполненными слезами глаза на жену. Та лишь слегка улыбнулась ему и подставила левое копыто к его подбородку, что бы задержать его голову в прежнем положении. « Ну, ну, не бойся, дорогой, я по прежнему тебя люблю и понимаю что это лишь шальные сплетни молодых жриц, которым нравится играться чьим-то судьбами» сказала жрица, наполняя своего мужа надеждой «П-правда?» Спросил отец и шмыгнул носом Листус лишь подняла голову своего мужа своим левым копытом и потянулась к его губам что бы сделать страстный поцелуй, от чего оба закрыли глаза и наслаждалась моментом. В таком состоянии они пробыли всего несколько секунд, после чего их губы Рассоединились. «Испугался, бедняжка… Но за то что ты посмел говорить с жрицами во время службы, ты всё равно достоин небольшого наказания. Ночная мать помнит твой поступок, но я могу сделать так, что бы ни кто и не вспомнил о твое маленьком грешке» сказала мать с хитрой улыбкой своему мужу Тот Сглотнул слюну и свесил ушки, после чего ответил «все что угодно, для тебя дорогая, если такова воля ночной матери» Листус освободила свои передние копыта от объятий мужа и присела крупом на кровать, после чего скрестила свои задние копыта, на которых были одеты несколько ритуальных колец и небольшие накопытники, она сказала «начнем с того, что все эти кольца на копытах сложно снять самой, ртом не дотянуться, а крыльями и копытами неудобно… но ты ведь мне поможешь?» спросила Листус и «пальцем» на фестральем крыле начала подзывать к себе своего мужа. Отец подвинулся к задним копытам жены и начал Аккуратно снимать с неë каждый аксессуар ртом, что плотно сидели на еë копытах. Он начал с накопытников и после их снятия, мама маленькими движениями разминала свои кончики копыт. После чего мама отогнула вверх своё правое заднее копыто, что бы папе легче их было снимать, то же самое она сделала и с левым копытом. Наблюдая за мужем весьма заметным прикусыванием губы фестральим зубиком, выгнув передние копыта назад упираясь ими об кровать. После освобождения еë копыт, она демонстративно подвигала обоими копытами, показывая что ей стало намного свободнее и комфортнее. После чего пригнув левое заднее копытце и уверено положив на него своё правое заднее копытце так, что бы подошва копытца мягко прикоснулась к носику отца, она сказала уже более задорным голосом «Чувствуешь этот запах, дорогой? Три дня Беспрерывного хождения по храму, в одних и тех же накопытниках. Ни присесть, ни снять, не как следует размять… лишь в момент молитвы их можно откинуть назад и упереться на колени, что быть чуть-чуть снять напряжение» Листус нежно поводила задним копытцем прямо по носику Гордуса, будто делая массаж своим подушечкам на подошве. Отец понял на что намекает мать и сделав глубокий вдох, он нежно придавливая носиком подошву копыт и начал проводить язычком по усталым от напряжения подушечкам. Мать тут же расправила свои фестральи крылья, которые пыталась держать закрытыми и успела даже немного покраснеть, упираясь на кровать своими передними копытами она повернула свою голову на бок и облизнулась от возбуждения промычав «ммм, дорогой, ты правильно все понял… ты так сладко это делаешь… ммм, да, нежнее, дорогой, …ммм, да вот тут, мои копытца так устали, они так напряжены, им нужна твоя забота и твои ласки, мммф…» После этих слов Листус лишь наслаждалась тем, что делает еë муж с еë копытами. Так они просидели минуты две, пока мать не решила поменять местами копыта и сказала «теперь вот это дорогой, оно тоже жаждет твоей ласки, оно устала не меньше правого копытца! » Пыталась уговорить мать отца не медлить Тому уже начало нравиться игра, что задумала мама, поэтому он так же прислонился носиком к еë левому заднему копыту, только на этот раз, он помогал себе передними копытами, поддерживая обе задней ноги своей жены в равновесии, после чего он так же глубоко вдохнул и сказал «Да, дорогая, я чувствую как сильно устали твои сырые от пота копытца, позволь мне избавить тебя от неприятной и холодной влаги» после чего поднял на Листус полные задора глаза, жена игриво улыбнулась своему мужу в ответ и тихо хихикнула «все, верно, дорогой, начинай)» после чего он начал более нежную и более возбудительную ласку еë копыт. Он знал какие места на подошве копыта, были самыми чувствительными, поэтому он нежно игрался на этих местах язычком, на что жена лишь едва слышно мычала и высовывала язычок от удовольствия, на этот раз покрыв всю свою мордочку румянцем. После ухода за левым копытцем, Листус расставила свои задние копыта в разные стороны так, что все еë хозяйство предстало прямо перед носом отца, после чего она решила привстать, согнувшись так, что бы она могла спокойно положить своё переднее копыто на голову отцу, поглаживая и говоря «хороший, преданный мальчик, ты действительно достойный жеребчик, дорогой, но ночной матери нужно куда больше чем просто приятные ласки копытец жрицы» после этих слов, она скрестила свои задние копыта так, что бы ляжками придавить голову отца прямо к своей вульвочке, после чего она продолжила смотря на него сверху в низ и по прежнему нежно гладя его правым передним копытом по голове «ночная мать простит тебя, если ты сделаешь те же ласки самому священному и самому заветному месту для кобылки» Мать смотрела на отца с хитрыми и одновременно заботливыми глазами, а Горус тем временем смотрел на неë снизу вверх с полными надеждой глазами, после чего закрыл их и медленно повернул мордочку к самому Священному месту для кобылицы. Эйхо уже не видела точно что там делал отец, но на момент она услышала приглушенный звук чавканья, от чего мать тут же ахнула, а еë крылья расправились на всю ширину, у отца они тоже были расправлены, правда задние копыта матери мешали им подняться ещё выше. Листус прокричала «Да дорогой! Мать видит твое Раскаянье! Она уже готова тебя простить… мммф, прошу, только не останавливайся» после чего ещё крепче прижала голову своего мужа к своей розочке задними копытами. Она задействовала еще и левое переднее копыто, прижимая его голову сверху двумя своими передними копытами. Мать начала тихо Постанывать, после чего маленькой фестралочке уже стало не по себе и она тихо ушла в свою комнату пытаясь обдумать, что вообще сейчас происходило. Эйхо помнила, что долго не могла уснуть в тот день, для неë это все было в новинку, но… Сейчас она жалела, что не осталось подольше, ибо все самое интересное только начиналась. Мать успела научить еë всяческим извращением, и тому что жеребец, это лишь твоя игрушка для сексуальных утех… правда, Фестралочке все равно было жалко своего отца, он был предан своей жене, но в конце концов его изгнали из города… а все из-за желания матери стать старшей жрицей. Так, стоп, хватит о грустном, тем более она уже долетела до места своей работы. От всех этих воспоминаниях она даже позабыла что вместе с ней сейчас находится еë пассажир и не абы где, а прямо под еë охладившимися копытом. Она как обычно при приземлении, сильно уперлась всеми четырьмя копытами на землю что бы остановить своё падение и когда она почувствовала что в заднем левом копыте у неë кто-то есть, как можно быстрее отдернула его и закрывая один глаз, поглядывая оставшимся открытым глазом в сторону одёрнувшегося копыта пропищала «ой!». По всему телу фестралки пробежали мурашки, она действительно очень сильно испугалась за малыша, ибо приземление было не самым мягким, после чего подогнула заднее копыто где сейчас он лежал, как можно ближе к своей мордочке, в надежде хоть что-то разглядеть. Но в накопытниках ничего не было видно и лишь медленные шевеления в еë носочке заставили еë чуть успокоиться «фух, живой» пронеслась мысль, после чего она сказала «прости дружок, немного не рассчитала, обещаю больше не напрягать тебя, действительно, тебе нужно сейчас расслабиться» после чего она аккуратно вернула копыто в прежнее положение, но на этот раз совсем на него не упираясь, давая малышу немного отдохнуть. «как только я зайду в ларек, надо уже освобождать беднягу, ибо бегать с ним по прилавку я уже вряд ли смогу» сказала фестралка медленно идя в сторону ларька. Еë походка была немного странной, она то поджимала заднее копыто, то просто волокла его по земле, все ради своего друга. И тут перед фестралочкой, перед самым входом с непонятным опасением выскочила хозяйка ларька, Бон Бон! Эйхо тут же выпрямилась, увидев свою Работодательницу, по прежнему немного отжимая левое заднее копыто, не прижимая того к земле. После чего сказала «Ого! Бон Бон! Привет, надеюсь я не опоздала и тот чиновник ещё не успел прилететь… я честно старалась как можно скорее прилететь сюда, но я…» Фестралочка на секунду задумалась «Проспала! Да! Будильник не сработал, а я вчера вся на нервах была… из-за твоих указаний» Бон Бон смотрела на неë с небольшой улыбкой, что, вовсе не показывало еë разочарования по поводу фестралки, а после слов Эйхо, она даже немного рассмеялась и сказала «Хи-хи, ничего, Мел, он приедет только через час, а ты прилетела почти вовремя, буквально на минуточку опоздала и… хех, да, я немного заволновалась и решила проследить за тобой, где ты есть и выбежала из ларька, но ты здесь и я рада этому» после чего земнопони ещё больше улыбнулась и потянулась обнимать Эйхо свои передним правым копытом. Фестралке нравилось дружелюбие Понивильцев, поэтому она с радостью приняла объятия Бон Бон. Хорошо что они просто закинули себе на спины по одному своему переднему копыту, а не обхватить обеими, а то Эйхо бы вряд ли удержалась на одном заднем копыте, кстати об этом. После того когда они отстранились друг от друга, Бон Бон заметила что фестралка не торопиться опускать одно из своих задних копыт на землю и спросила «Эм… Мел, что с твоим копытом? Надеюсь ты его не вывихнула? Все же в порядке?» Эйхо быстро посмотрела назад, на свое поджатое копыто, после чего вернула взгляд на Бон Бон и немного посмеявшись сказала «А, это? Ничего страшного, Бонни» на этом слове Бон Бон немного поморщилась, но Эйхо продолжила «просто пока бежала сюда, наступила на какую-то занозу, потом поняла, что с ней я буду бежать долго, поэтому решила долететь, хехе. И да, мне нужно будет зайти в каморку, что бы убрать эту занозу, ты ведь постоишь за меня минут пять десять на прилавке?» Бон Бон недоверчиво на неë посмотрела и тут же ответила «Ну, во первых, Бонни меня называет только Лира, а во вторых… как заноза смогла пробить твои накопытники? Они ведь у тебя ортопедические, крепкие прокладки и подошва... Кстати да, эта рубашка с галстуком хорошо на тебе сидит, но… не уж то ли у тебя не нашлось какого-то легкого платьица?» Эйхо почесала себе затылок передним копытом и сказала «Ну, а ты меня не называй Мел, я Эйхо, так все меня называют» Бон Бон тут же перебила «но так намного приятнее и созвучнее, вообще твое имя говорится как просто Эхо, что совсем неприятно для слуха… ладно, меня не туда занесло» прокашлялась Бон Бон « забудь, все это вкусовщина» и фестралка продолжила «ничего страшного, а насчет занозы… я сама пока не знаю что это такое было, но вполне возможно какой-то острый камень и моим любимым накопытникам явно пришёл конец… но это не так важно, порвано скорее всего только подошва, поэтому внешней красоты у них пока не отнять. А насчет одежды… я опаздывала, Бон, поэтому быстро накинула на себя что нашла и прилетела сюда». Бон Бон улыбнулась фестралке и кивнув сказала «Ладно, прости за такие вопросы, Эйхо, главное что ты здесь и в приличном виде. Просто я сама волнуюсь перед его приездом, ведь если мы ему понравимся, то сюда будут заходить пони из Кантерлота, у которых кошелек куда больше чем понивильский и возможно я не только смогу держаться на плаву, но и наконец развивать свой ларек, мне хочется хотя бы кухню сделать чуть побольше, что бы готовить было уютнее. Так, все, пойдём уже скорее в ларек, а то тебе скорее всего не приятно стоять с большой занозой в копыте, по себе знаю насколько это не приятно» Если бы Бон Бон знала, что за «заноза» была у Эйхо, то вряд ли бы назвала еë «очень неприятной». От этой «занозы» еë крылья по прежнему не хотели складываться, и приняли полуоткрытое положение, а небольшой румянец по прежнему не сходил с мордочки фестралки. И вот, пони вошли в Ларек, который открылся совсем недавно и уже на пороге виднелся первый посетитель, Бон Бон кивнула Эйхо, что бы та разобралась со своими проблемами, а Бон Бон пока займется клиентами. Эйхо стремительно Заскочила в подсобку и присела на табуретку рядом с которым был стол. Наконец-то она смогла сесть, после чего она глубоко вздохнула. Фестралочка по прежнему чувствовала, как жеребчик шевелится у неë под копытом, благо теперь еë кончики копыт снова стали нагреваться, от ещё пока теплого тела единорога и от комнатной температуры в которой она находилась. За первые минуты три, она просто успела подтянуть свое левое заднее копыто, упираясь задней роговицей об пол, что бы маленький пони успел немного погреться и отдохнуть, фестралка понимала, что для единорога, это сейчас идеальные условия для восстановления, но рано или поздно, его бы пришлось доставать и заканчивать эти возбуждающие игры… она хорошо представляла, как маленький единорожик, тихо задремал после тяжелого испытания, как тот мирно сопел укрытый мягкими и уже достаточно теплыми подушками копытец с одной стороны и такими же мягкими и уютными подстилками на накопытнике с другой. Но ведь, ему явно понравилось не меньше еë все, что сегодня происходило, поэтому она сильно надеялась, что они обязательно вернутся к таким возбуждающим играм после работы. Меньше всего ей хотелось сейчас его доставать и прекращать его уютный отдых, ей просто хотелось… позаботиться о нём? После всего что было, она не хотела, чтобы он чувствовал себя дискомфортно, он ей доставил много приятных ощущений, за что она в каком-то смысле была ему благодарна. Что ж… в любом случае Бон Бон еë сейчас ждет и пора хотя бы поговорить с маленьким пони, узнать кто он и… как он стал таким? Единственное что помнит фестралочка, так это сегодняшнее утро, когда она на кухне готовила завтрак перед работой. После чего, фестралка в очередной раз погрузилась в воспоминания, а именно воспоминания сегодняшнего утра. Эйхо проснулась рано утром, ибо на работе еë ждал тяжелый день, приезжает некий чиновник из Кантерлота, чтобы оценить небольшой ларек Бон Бон, где она как раз работала, та настояла на том, чтобы Фестралочка выглядела опрятно и красиво, поэтому первым же делом, утром она одела свои любимые белоснежные носочки и отправилась на кухню. Перед ней лежал тяжелый выбор, либо закусить обычными фруктами, что фестралка обычно и любили делать, либо же плотно поесть, пожарив яичницу и съесть еë с хлебом. Эйхо не хотелось долго заниматься завтраком, ибо она может испачкать свои белоснежные носочки, да и просто из-за банальной лени, ей как никак надо было копить энергию на сегодняшний день для работы. Поэтому она потянула своё копытце к яблоку что лежало в корзинке и взяв его, поднесла к своему рту, после чего впилась в него своими клыками и по фестральему высосала из него все соки полностью его скукожив. И тут, вдруг, она услышала странный магический звук рядом с еë тостером, она тут же выбросила остатки яблока в мусорку, благо она была рядом и очень внимательно начала оглядывать место, где произошел несвойственный этому помещению звук, как вдруг, она заметила, как кто-то бегает по тумбочке и пытается спрятаться за мисками и тарелками. «Может быть мышка? » пришла одна из самых логичных объяснений происходящему, после чего она решила поймать еë, ведь не гоже, что бы всякое зверье бегало по еë кухне. Она проследила за тем, как что-то неизвестное ловко перебежала за большую корзинку с фруктами и на этом моменте уже появлялись странности, мышка издавала звук цокающих копыт… и силуэт явно не подходил на крысиный или же мышиный, после чего она услышала тот же магический звук, только на этот раз, прямо посреди тумбочки внезапно из неоткуда появившийся стоял… маленький единорог? Незнакомый пони, обратил внимание на хозяйку дома и пока не предпринимал никаких действий, что было его ошибкой ибо Эйхо ловко схватила того правым крылом и поднесла его поближе к мордочке что бы рассмотреть свой улов. Это был пони? Совсем маленький пони, занимающий всего две трети диаметра копытца, коричневый единорожик с синей гривой и черными лоскутами, он был таким маленьким и таким беззащитным, что у нормальной пони вызвало бы чувство жалости и желание помочь, но Эйхо явно была не из тех, кто хотела бы помогать в таких ситуациях. У фестралки уже было много похотливых мыслей, как поиграться с маленьким бедолагой, ведь он ничего не мог противопоставить ей. Она медленно провела язычком по своим губам и игриво прищурила глазки, что скорее всего испугало единорога и тот тут же стрельнул в неë каким-то лазерным лучом из рога. Эйхо испугалась, неприятного щипка прямо по еë носику и тут же выкинула беднягу в воздух, но тот был не промах и издал тот же звук, что Эйхо слышала раньше и уже распознавала как телепортацию. Фестралы очень хорошо ориентировались по слуху и Эйхо тут же определила, что единорог телепортировался куда-то недалеко, а именно на пол, где он безуспешно пытался пробираться по замедлявшему его ковру. Фестралка поняла, что это еë шанс и она тут же прыгнула на ковер, рассчитав свой полет так, что при приземлении, она тут же сможет словить единорога между еë передними копытами. Приземление хоть и не было самым приятным, но цель была выполнена, маленький пони был словлен и сейчас находился в полной власти хозяйки дома, прямо между еë двумя передними копытами. Она бы могла хорошенько надавить ими и лишить жеребчика жизни, но нет, Эйхо это казалось слишком жестоким, да и игры в этом никакой не было, а лишь неоправданная жестокость, за которую если бы кто-то узнал, легко можно было бы получить срок. Поэтому она медленно начала вставать с пола тремя копытами прижимая правым передним копытом к своей группе пойманного единорога и тихо ему говоря. «Тихо, дружок, тебе все равно не сбежать от меня, не волнуйся, я не собираюсь тебя давить, есть или еще какие либо смертоносные действия. Просто… просто немного потерпи и возможно тебе даже понравиться» фестралка хитро улыбнулась из-за своей победы и уже надумала план, как использовать еë нового , маленького друга, для еë похотливых игр В ответ она получила лишь хаотичные движения под еë передним правым копытцем, что лишний раз подогревал интерес Эйхо, поскорее начать действовать. На этот раз он никуда не телепортировался и не стреляться магией, что было как раз на копыто Эйхо. Она дошла до своей спальни, позабыв о завтраке и на какой-то момент даже и о работе, после чего подошла к кровати и легла на спину, она подтянула к своему рту кончик заднего левого копыта и ловко схватившись за носочек ртом сняла его, после чего положила рядом с собой, скрестив задние копыта Она перестала прижимать своё правое переднее копыто к груди где как раз безуспешно пытался выбраться единорог. После чего поднесла пойманного как можно ближе к своей мордочке чтобы он мог слышать еë, после чего она сказала «ты не должен был убегать от меня» Единорожик по-прежнему испуганно смотрел на фестралку, но ничего не говорил. Эйхо тихонько подобрала своим левым крылом снятый носочек и помогая его чуть раскрыть правым крылом, подставила его прямо под висящего вниз головой жеребчика, после чего она продолжила «я положу тебя в безопасное местечко» На какой-то момент, Эйхо заметила, как единорожик посмотрел прямо на дно носочка, от чего немного покраснел, то ли от прилива к голове крови, то ли и вовсе, смущался от всего происходящего. Впрочем, это было уже не важно, фестралка аккуратненько отпустила беднягу… или все же счастливчика? Прямо в еë недавно снятый белоснежный носочек. Убедившись, что с мальчиком все в порядке, она поднесла к раскрытому носку свое заднее левое копыто и начала аккуратно на него натягивать носочек говоря «обещаю, тебе это понравится» И вот, еë кончик заднего копытца дошл до самого конца, где она ощутила того маленького, беззащитного единорожика, который на самом деле тепло принял своего нового соседа. Факт того что кто-то маленький, живой и вполне разумный находился прямо вплотную к еë подушечкам копытца, достаточно сильно возбудил фестралочку. Еë сексуальная игра только начиналась, но она уже расслабленно развела свои задние ноги и сказала «так то лучше» После чего она подвинула свой круп к краю кровати и решила продолжить игру, где она опустила свое заднее левое копыто, прямо к холодному полу и начала аккуратно водить им по полу, чествуя как подушечки на копыце деформировались из-за тела малыша, все больше вдавливая его в эти самые подошвенные подушечки, и в какой момент, она сказала с улыбкой на лице и удовольствием в голосе «уверена, тебе там уютно». Ей не хотелось останавливаться, она хотела найти баланс где надавливать на жеребчика было бы уже опасно, а где ему попросту было бы комфортно. Так продолжалось где-то минуты две, пока Эйхо не вспомнила, что ей пора отправляться на работу! Поэтому, она не предприняла ничего лучше чем взять с собой сегодняшнюю добычу и отправится вместе с ний, прямо на работу. Она аккуратно слезла с кровати встав на все четыре копыта, стараясь держать баланс давления на своё левое заднее копыто, ведь там по прежнему лежал беззащитный жеребчик, чья жизнь буквально завесила от внимательности Эйхо. Это тоже еë в каком-то роде возбуждало, единственное что ей не нравилось, это то, что провал в этом плане будет фатальным как для неë, так и для еë пассажира. Убедившись, что Жеребец лежавший в еë белоснежном носочке никуда от неë не денется, с предвкушением долгого и приятного дня она сказала «У нас сегодня будет долгий день, так что Расслабься и наслаждайся».