Эйхо Мелоди и её маленький друг

«Ты мог погибнуть!» Сказала сестра Лисена и тут же выхватила малыша у Эйхо крепко прижав к себе. Фестралка даже немного дёрнулась, после чего немного прокашлялась сказав «Да… он оказался у меня дома, мы потом эм…». Серч злобно зыркнула на Эйхо, видимо в порыве испуга за своего брата, поэтому сейчас говорить о своих похотливых играх было излишне, поэтому она просто продолжила сказав «Да, я на какой-то время оставила его у себя, что бы лучше узнать о нём, потом узнала о тебе, ну и в процессе мы понравились друг другу». Пегаска немного сжалась закрывая своего брата ещё и подбородком, после чего так же смотря на гостью, сказала «Надо было сразу тащить его ко мне, я за него вчера волновалась… Мы конечно мало проводили времени вместе в последнее время, но он всегда приходил ночевать. уфф.. Слава Селестии ты жив.» Эйхо немного опустила голову вспоминая что делала с пони вчера, она ведь не была уверена тогда, что Лисен не пострадает, кто знает, вдруг она бы просто споткнулся и тогда от бедного жеребчика ничего не осталось. Фестралка пыталась спрятать взгляд пока пегаска нежно поглаживала своего брата закрыв глаза. Такая минута молчания продлилась будто вечность для фестралки, за эту минуту Эйхо было настолько не ловко, что ей просто хотелось убежать отсюда, несмотря на очень близкие отношения с единорогом, ведь чуть что пегаска узнает всё что она с ним делала, вряд-ли снова позволит ей взять малыша в копыта. Хоть она и успела проговориться и даже немного поиграть с ним перед его сестрой, но рассказ Лисена сильно растрогал и испугал сестру. Но это не могло продолжаться вечно, Серч подняла глаза на фестралку и улыбнулась ей сказав «Но… он здесь, и благодаря тебе. Я благодарна тебе, Эйхо, спасибо и… просто спасибо, я не знаю что бы было, узнав я что он просто пропал.» Фестралка виновато посмотрела на неё ответив «Мы… мы же пони, мы должны помогать друг другу. Я бы не простила себе, узнав что он больше никогда не увидит свою семью ». Та лишь кивнула фестралке, Эйхо потихоньку начала вставать со стула горько смотря на Лисена в копытцах Серч, которая такое чувство, будто никому на свете не отдаст бедного жеребчика. Они всё это время были вместе, ей не хотелось уходить от него. Они вместе пережили столько всего и со стольким ещё предстоит встретиться, но… лучше ему сейчас побыть здесь, в безопасности. Эйхо опустила глаза и сказала «Прости Серч, я же могу остаться у тебя? Я просто не могу без твоего брата, ну и… честно говоря, я без денег и без жилья тут». Пегаска посмотрела на брата который ответил глядя на неё снизу вверх «Да! Конечно! Она обязана остаться с нами». Та улыбнулась Эйхо сказав «Конечно, это не только мой дом, но и брата, так что да, можешь остаться здесь, до завтра». Она посмотрела в окно, заметив что уже начинает темнеть, она сказала «Только… на завтра есть нечего, сходишь в магазин? Тут, не далеко, я дам биты». Фестралка кивнула, а пегаска продолжила «Хм, а что Видео обычно ел?». Эйхо сильно покраснела спрятав взгляд, если тогда она была достаточно смелой, то сейчас, перед Серч, она отчитывалась словно перед матерью, вся игривость и прочие чувства в миг улетучились и она сглотнув ответила «Н-Ну, я ему ягоду всякую давала, он справлялся.». Пегаска кивнула сказав «Да, тогда купишь и ягод». На пегаске было ожерелье, поэтому она , как бы не хотела отжала от себя братика и посадив его себе на ожерелье что висело на шее спросила «Тебе хорошо, не свалишься? Обещаю, потом с этим что-то сделать, но пока так». Лисен кивнул ей держась передними копытами покрепче, а сама пегаска стала аккуратно вставать. После чего медленно подошла к тумбочке и открыла её копытом, она практически никак не шевелила шеей, ибо не хотела что бы брату было не комфортно, поэтому всё приходилось делать копытами. Достав оттуда кошелёк, она подошла к фестиалке и передала ей, сказав «Возьми оттуда двадцать бит, можешь купить себе ещё чего-нибудь, если хватит». Фестралка кивнула и достала оттуда провозглашенную сумму и отдала кошелёк обратно в копыта Серч. Сестра вернула кошелек обратно и вернулась на стул, побыстрее доставая брата что висел у шеи, после чего заключило его маленькое тельце у себя в передних копытцах, медленно и нежно потирая его ими. Она немножко покраснела и улыбнулась сказав «Мы будем тебя ждать, Эйхо, я соскучилась по моему Видео». Эйхо кивнула и отправилась на выходи из дома. Выйдя из дома и захлопнув дверь, она услышала… тишину, это было приемлемо для любого пони что живёт спокойной жизнью, но… она вдруг поняла, что сейчас никто не теребит её ушко, никто не греет её язычке своим телом и даже под копытами, никто не завалялся. Эйхо начла скучать по Лисену, будто годами не виделись и, она вновь ощутила то чувство что проследовало её последние годы, одиночество. Помотав головой она сказала про себя «Да ладно тебе, мы всего минуту не виделись, туда и обратно, а ещё нужно сходить в фестралий магазин, для обрядов… надеюсь Серч не в серьёз говорила про то, что в её доме нету места для ночной матери». Странно, но идти на улицу всё равно не хотелось, где-то там по прежнему шастала маньячка, что явно хотела бы избавиться от неё, но… город большой и вряд ли кто даст её в обиду. Всё же сделав глубокий вдох, она начала потихоньку идти к выходу из дома. Эйхо по прежнему старалась смотреть под копыта, конечно, в восьмидесяти процентов случаев она просто наступит на маленького пони своим мягкой подошвой, что предоставит лишь небольшой дискомфорт малышу, но вот в другом случае, она может сильно покалечить маленького пони, что фестралка точно не хотела. В этот момент она поняла, что внезапно у каждого жителя этого города появилась ответственность за чью-то жизнь, с первого взгляда это всё выглядит как что-то странное и несправедливое, но за то и расплачивается народ пони за безграничные способности магии… Эйхо внезапно словила себя на философских размышлениях, сейчас явно не про это нужно думать ей, в конце концов под копытами может бегать уже пол города. Спросив у ближайшего пони дорогу к продуктовому магазину фестралка пошла по указанному направлению, Эйхо начала обращать внимание, что пони не могут постоянно заглядывать себе под копыта, иногда они так же как и фестралка забывается и цокает по своим делам беспощадно упираясь своими четырьмя копытами о каменную брущадку города издавая безысходный звук цоканья для всех, кто находился под копытом. Как слышала Эйхо, пока-что ни один маленький пони не пострадал от обычных пони и задумываясь об этом фестралка пришла немного к другому выводу, что она делала изначально, как только узнала о беде. Скорее всего маленькие пони могут догадаться, где их могут затоптать, а где нет, очевидно что они прячутся где-то по закоулкам, есть конечно смельчаки что выбегают прямо под копыта, но это скорее уже отчаявшиеся и надеющиеся на то, что их уже наконец заметят и заберут. Эйхо вновь себя славила на размышлениях, странно, ведь при Лисоне такого не было. Хотя фестралка часто любила побыть наедине с мыслями, это небольшое разлучение заставило Эйхо немного успокоиться и внутренне отдохнуть, хотя старое одиночество по прежнему её жутко пугало. Подойдя к нужному месту Эйхо увидела одиночную дверь, видимо кто-то из квартиры сделал небольшую лавку, она уже понимала что она скорее всего маленькая и поэтому по приличию постучалась туда. Прошла где-то минута, Эйхо успела ещё раз постучать, но ответа не последовало, как вдруг что-то небольшое прилетело ей в щеку, это было не больно, но это явно кто-то сделал специально. Эйхо обернулась в ту сторону, откуда что-то в неё прилетело и на земле она увидела, как двое маленьких пони стояли рядом с самодельной рогаткой из резинки и ветки. В любом случае, пока никто не собирался открывать Эйхо, поэтому она нагнулась к маленьким пони и повнимательнее их рассмотрела. Это оказался маленький жеребчик и ещё чуть меньше его кобылка, похоже те были в биде, раз так обрадовались что Эйхо обратила на них внимание. И тут она решила начать говорить «О, привет, малыши. Я так понимаю вас надо донести до пункта сбора маленьких пони, угу?». И тут она услышала как жеребчик заговорил «Нет! Не смей! Не сейчас! Слушай, у нас беда, я со своей женой хозяева этой лавки, буквально пару часов назад я пошёл со своей дочкой». Он указал на кобылку что была чуть меньше его и продолжил «Пошли за фруктами, но на пол пути домой, мы уменьшились! Ни с того не сего! Как это обычно и бывает… Мы едва сюда добежали, за пол часа! Хотя идти тут нормально от силы минут пять! Боялись под копыта пони прыгать пока бежали, но всё же переселили себя. Соорудили это из всего что на мусорке нашли, надеялись найдут и… пожалуйста, не отдавайте нам этим ленточникам! У них и так полно пони, а мы ещё не знаем что с мой женой». Странно, не так много пони тут доверяет этим добровольцам что хотят помочь им. Эйхо кивнула и сказала «Хорошо, где ваша жена? Я вас донесу». Тут выбежала маленькая кобылка и сказала намного тише из-за чего пришлось напрячь уши сильнее «Мама в доме! То есть в лавке! Раз она уже минуты две не открывает, с ней тоже приключилась беда!». Фестралка кивнула, и попробовала открыть дверь. Дверь поддалась и открылась, за лавкой никого не было, что ж, дело за малым. Она подошла поближе к пострадавшим и подставила свое переднее копыта и когда те взобрались на него, у Эйхо пронеслось странное чувство, если с Лисеном она хотела играться этими же копытами, то вот перед этими малышами она чувствовала ответственность… В любом случае, ей было сейчас не комфортно держать своим грязным копытом, которым она недавно ходила по пыльным улицам маленьких двух пони, которым скорее всего приходится все это терпеть. Зайдя внутрь, она быстро сообразила подняться на вверх, на второй этаж и зайти в комнату, это оказалось спальная и там никого не было. Эйхо подняла копыто с уменьшенными пони повыше и показала ситуацию, жеребчик указал на кровать и Эйхо подошла к ней, невероятно, но там, прямо на подушке сидела такая же маленькая пони, тоже кобылка, только уже выглядит куда взрослее, Эйхо улыбнулась ей и посадила рядом с ней жеребчика и кобылку по меньше. Те сразу же бросились в миниатюрные обнимашки, это выглядело мило, поэтому Эйхо даже села на круп и понаблюдала. Даже успела услышала пару лестных слов о себе от жеребчика. В конце концов, семейка подошла к Эйхо и видимо главная по лавке и судя по трущемся о её шею жеребцу и главную в семье сказала «Здравствуйте, кем вы не были, спасибо! Спасибо огромное за вашу помощь! Меня зовут Мэлори Клин, это мой муж, Грун Клин и малышка Шолли». Та немного эйкнула и ответила «Мам, мне уже пятнадцать лет, я подросток!». Та усмехнулась и продолжила «Видимо все нас уже в праве называть малышами… ух… я до конца надеялась что этот недуг обойдет нас стороной. Нам было страшно, и вот оно пришло, это просто какой-то ужас, у меня лишь один вопрос, куда смотрят принцессы? Почему они ничего не могут сделать?! Это же просто какая-то магия! Но это продолжается уже две недели!». Эйхо опустила ушки сказав «Я сама об этом узнала несколько часов назад… не знаю, всё так запутано. Но если что, мы знаем кто за этим стоит». Она тут же переспросила «Мы? Это кто? Полиция? Какая-то спец. служба? Нам нужна помощь принцесс! И раз знаете, значит надо ловить негодяя! Сколько пони ещё должно пострадать? А если это всё уйдёт в другие города?!». Кобылка явно начала нервничать говоря о таких вещах, но муж её нежно обнял и поцеловал, заставив её немного успокоиться, из-за чего Эйхо смогла лишь спрятать взгляд и пожать плечами и тут жеребчик заговорил «Я знаю, ты не за нами пришла, тебе нужно было купить продуктов…у тебя доброе сердце, фестрал, что бы не говорили о вас, бери со склада что хочешь, бесплатно, правда, без тебя бы мы могли пропасть». Фестралка даже как-то стало не по себе из-за чего она покраснела и сказала «Да нет же… я должна заплатить». Она достала из сумки пару битов и положила на кровать «Хотя бы пару битов». Жеребчик кивнул и сказал «ладно, как хочешь, но твоя помощь бесценна». Он утвердил своё предложение с женой кивнув ей, а она продолжила «И да… закрой нас здесь, что бы жулики сюда не пролезли, ключ на комоде, вернешь, как всё уладиться, хорошо? Мы тут сами справимся, поверь, а если это всё затянется, мы сможем позвать на помощь». Эйхо опустила ушки сказав «Ого… столько ответственности». Жеребчик же сказал «Да… прости… как тебя хоть называть? Но, сама видишь, мы пока ничего не можем. Фестралка тяжело выдохнула, но улыбнувшись сказала «Эйхо, Эйхо Мелоди, я не всегда на самом деле бываю доброй, просто… влюблённость, хочется творить добро и всё такое». Она улыбнулась им те так же улыбнулись ей в ответ и кивнули, а Мэлори сказала «Надеюсь, с ним всё в порядке». Эйхо немного задумалась над этим вопросом, каким был Лисен сейчас, полностью устраивало её, послушный и милый жеребчик, мечта любой фестралки эмигрантки, она на самом деле боялась того, каким станет Единорог, когда увеличится, это он сейчас всячески потакает Эйхо… а что потом? Когда он сможет обходиться и без неё. Поэтому кивнув своим мыслям она сказала «Даже очень. Хорошо, я сделаю то что вы сказали, но учтите, я могу совершенно случайно потерять ключ, но я постираюсь, что бы такого не произошло.» те повторно кивнули, а Эйхо отошла от кровати и взяла их ключи… эти пони действительно не хотят терять свою лавку, это и понятно, из приюта будет сложно за ней следить. Сейчас она чувствовала себя вором как никогда, у неё в копытах сейчас были чужие ключи… что-ж, они сами же попросили. Спустившись в низ она зашла в кладовую что была за стойкой, благо опыт работы помог ей быстро сориентироваться. Найдя на складе немного яблок, морковок и бразильской капусты, она набрала это всё в корзину, что нашла там же, на складе. После чего нашла на этом же складу четыре вишенки, она подобрала их и спрятала специальный отдел в сумке, они как раз были для малыша и ей было приятно прятать подарок для любимого жеребца именно в том, небольшом отдельчике . После чего вышла на улицу и закрыла дверь на ключ… Что ж, теперь им мало кто сможет помочь, хотя они не выглядели как те, кому нужна существенная помощь, даже не смотря на их размеры, положив ключи в сумку, она пошла искать путь к магазину для фестралов… нужно было купить всё для ритуала, а на небе уже скрывались последние лучи солнца и появлялось тёмное небо и звезды… что ждали ответов от своих бедствующих детей на земле, коей и являлась фестралка Эйхо. Поспрашивав несколько пони, фестралка смогла узнать где такой магазин находится, он был достаточно далеко, поэтому дойдя до него на улице была уже кромешная тьма. Зайдя в этот небольшой ларёк Эйхо была немного удивлена и даже в каком-то смысле возмущена. Оформление магазина походило больше на детский магазин страшных игрушек, или же на тематический магазинчик по ночи кошмаров. Повсюду висели крылья летучих мышей, кошачьи глаза что как бы должны были походить на фестральи, но это было далеко не так и много, много тёмных тонов. Эйхо даже на секунду подумала что это была какая-то ошибка и она не туда зашла, но увидев на прилавке пару важных вещей для любого фестральего ритуала, сразу поняла, что это то, что ей нужно. Смотря на это всё она лишь фыркнула и подошла к прилавку, оттуда выглянул жеребец пегас, на котором были очки и тот явно был не побрит, увидев Эйхо тот тут же восторженно воскликнул «Фестрал! В моей лавке! Стойте здесь! Не убегайте!». Он тут же вновь пригнулся под лавку что-то ища. После этих слов, Эйхо как раз хотелось как можно скорее убежать и только желание купить нужные ей зажигательные палочки заставляли её раздражённо ждать продавца. Осмотрев витрину, Эйхо в очередной раз удивилась, увидев запретные заповеди из храма которые по идеи могла прочить и соблюдать только жрица храма… как этот пегас её достал было не ясно, но то что она у него была, было явным кощунством ко всей фестральей церкви. Жеребец выглянул из под стола держа в копытах… фотоаппарат? Эйхо ничего не успела сказать из-за внезапной вспышки что ослепила её, перемогавшись она увидела как жеребец вытащил из передней части прибора фотографию своим ртом после чего спрятал её куда-то под прилавок. Такой наглости Эйхо не смогла сдержать поэтому тут же скала «Эй! Ты что делаешь?!». Тот тут же вернул голову и ответил «Я? Оу, мы ещё не знакомы, я Бетпони Стоун и я обожаю вашу культуру и ваш быт! Это просто что-то невероятное!». Эйхо немного помотала головой, не понимая чему тут радоваться, жестокий матриархат который мог по надуманным предлогом изгнать или вовсе казнить любого не понравившемуся жрице жеребца. Поэтому та ещё немного простояла в ступоре, пока тот продолжил «А так, я фотографирую любого фестрала кто ко мне заходит! Знаешь, их ко мне так мало приходит, из-за чего для меня ваш приход целое событие! Ну или совсем редко и лишь только за ритуальными принадлежностями…». Эйхо закатила глаза сделав ироничное лицо и добавив «И не спроста, знаешь?». Эти слова немного поубавили энтузиазма у Пегаса, из-за чего тот через секунду кивнул сказав «Да… знаю, мне приходится хоть как-то и хоть чем то привлекать своих посетителей, ибо за место надо как-то платить, хехе. Не смотри на оформление, это скорее для детишек, у меня не так много денег что бы полностью выделять место для хобби, поэтому приходится совмещать». Та лишь нервно вздохнула, отложив пока-что свою покупку и спросив «И чем же тебе так приглянулась наша культура? Ты же там и не дня наверняка не прожил». И тут он продолжил «Прожил! Даже целый месяц! В прошлом году. Вот планирую на следующий год отправится туда на год! Устроюсь шахтёром, что бы прочувствовать всю эту жизнь, ммффф. Если бы можно, я бы устроился туда помогать жрицам, но сама понимаешь.». Странное острое чувство резануло сердце фестралки, каждый раз ей приходилось покидать отца, когда той приходилось идти храм, печаль что в будущем перерастала в ненависть. И сейчас случай не был исключением, поэтому Эйхо громко ударила по стойке передним копытом, после чего она ответила «Понимаю! Поверь, очень хорошо это понимаю! Из-за всего этого я лишилась отца! Из-за этого понимания я видела будучи жрицей как те же жрицы относятся к тем кто их любит и кто является им душевными братьями… Я уже восемь лет не видела своего отца… я даже не знаю, жив ли он… я ищу его уже шесть лет, я ищу и страдаю… это ужасно! Эта церковь, эти пони разрушили всё что я поистине любила пытаясь мне привить любовь к чему-то иному… уф… и не менее прекрасному…». Жеребец отпустил взгляд и прижал уши потихоньку пряча взгляд, видимо Эйхо перестаралась, но знатно выпустив пар, поэтому тяжело вздохнула и сказала «Прости… Ладно, мне десять палочек для вечернего ритуала, думаю понимаешь о чем я». Тот кивнул и тихо пошёл на свой склад. Что-ж, неприлично вышло, видимо вся эта обстановка и несерьёзность, вывело её… надо бы как-то поднять ему настроение… узнать кто он? Бетпони уже вернулся назад положив всё десять палочек перед Эйхо, но на лице уже не читалось того стыда, скорее… стеснение, он явно хочет что-то сказать, но боится. Поэтому Эйхо начала Первой «Спасибо… знаешь, я за все годы присутствия тут, никогда не видела и даже не слышала, что кто-то из пони интересуется нашей культурой, это необычно, как ты к этому пришел?». Тот кивнул и ответил «Мамы мне много рассказывали страшилки про пони с крыльями как у летучей мыши и злобными, треугольными глазами, ну и… мне было всегда интересно узнать, кто это такие и я сильно удивился когда узнал что такие пони существуют, ну и… мой интерес сместился на вас, мне очень нравится исследовать ваш быт и прочее, уже больше не из-за рассказов из детства, а уже скорее из-за своего хобби, вот кстати». Он повернулся боком показывая свою кьютимарку с пергаментом пером и очками, после чего вернулся к ответу «Поэтому я здесь продаю свои исследования, свои труды и не только, хех». Он постучал по витрине где как раз и была та запретная для жеребцов книга, фестралка кивнула и спросила «А откуда у тебя это? «Исповедь пяти звёздзвёзд»? Она может находиться только в храме и чтиво это лишь только для жриц». Тот улыбнулся сказав «Ну, не знаю кто точно её достал, но сейчас у вас же там на родине проводят экскурсии по храму, скорее всего кто-то стащил и теперь оно во всей Эквестрии, видимо жрицы не были особо против.». Какое же это… оскорбление церкви сейчас было, как жестоко обошлись Эквестриийцы с тысячелетним запретам, впрочем, Эйхо это уже не волновало, но всё же удивляло то, во что превратилась её родина, после ассимиляции в Эквестрию. Что ж, так им и надо думала про себя Эйхо, но тут жеребец вновь замялся и достал из прилавка огромную тетрадь сказав «Эм… прости что задаю такой вопрос, но… может тебе станет легче, в мой магазин часто заглядывают верующие фестралы, я чуть ли не единственный в регионе, так что… скажи имя своего отца, я старался записывать всех фестралов.» У Эйхо замерло сердце… вот оно, шанс прямо сейчас узнать хоть что-то, конечно, Лисен тоже бы смог скоро помочь, но… тут она могла хотя бы убедиться в том, что он возможно жив, поэтому тут же подалась вперёд расширяя свои зрачки и ответила «Горус Мелодик!». Тот оперативно кивнул, листая свои записи. Прошла минута, две, три, будто вечность, и тут жеребец остановился и сказал «Хм… хох, да, был такой, всего год назад, я правда не помню, возможно быстро зашёл купил что то и ушёл, он у тебя верующий?». Та тут же кивнула сказав «Да! Его жена была жрицей». Тот пытался что-то вспомнить и ответил «Нет… я не вспомню, прости, но…». Он повернул свои записи и там действительно, было имя отца… у Эйхо тут же потеплело на сердце, из-за чего проскочила слеза и та чуть ли не залезая на прилавок резко обняла Пегаса сказав «Он Жив!Спасибо! Спасибо!». Тот конечно обрадовался сказав что-то вроде «Ого! Меня обнял фестрал! Это лучший день а моей жизни!». Та отпустила его сказав «Уже скорее ночь! Хи-хи, это просто невероятно». Она даже чуть присела на круп закрывая свою голову копытами ибо теперь понимала, что не зря тратила всё эти годы,еще есть шанс найти его. Тот ждал её и когда Эйхо успокоилась и встала обратно на копытом и уже с задором спросила «Но да ладно, а ты как относишься к вере?». Тот усмехнулся сказав «Пытаюсь соблюдать все обеты, так что я тоже скоро пойду общаться с матерью». Та улыбнулась, а тот продолжил «Сегодня я обязательно зажгу пять палочек». Та кивнула проводя копытом по воздуху, тот не сразу догадался но всё же сказал «Ого, то есть?». Ещё раз кивнув она перебила «Да, я была жрицей и я просвещаю тебя, на разговор с матерью, теперь будь уверен, она услышит тебя и готова будет принять твою радость, даже не смотря на то, что ты даже не её дитя». Тот тоже пустил слезу и сам обнял Эйхо сказав «Да благословит тебя ночная мать! ». Та ответила тем же «Да благословит тебя ночная мать.». Эйхо хотела пролезть за битами, но тот ответил «Нет, ни бита с тебя не возьму, жрице, да и той, что меня просветила, мне просто стыдно просить деньги!». Та покачала головой и оставила пару битво сказав «Но я настаиваю хотя бы на пару битов». В любом случае тот ей лишь добро кивнул и фестралка начала потихоньку уходить оттуда. Ей страшно повезло, раз смогла сэкономить шестнадцать бит, она бы могла не тратить не бита, но совесть ей не позволяла, даже если это были и не её биты. Мысли об ужасном дне начали пропадать, ибо она узнала что отец был жив, как минимум год назад и конечно сильно надеялась что тот не ушёл далеко от Кантерлота и что совсем скоро, она встретиться с ним, а пока, она шла по довольно пустому и тёмному Кантерлоту, идя пытаясь вспоминать дорогу по памяти. Попутно думая, насколько же ужасно и страшно проводить эту ночь маленьким пони что сейчас разбежались по закоулкам и по мусакам… как бездомные, беззащитные пони и ведь они так близко, но сейчас, в темноте, им можно лишь помешать и скорее всего навредить. Тем временем Лисен лежал на диване, а рядом с ним лежала его сестра нежно поглаживая его своим огромным копытом обеспокоенно осматриваясь и чего-то ожидая. Жеребец не мог смотреть на волнующеюся сестру и спросил «Серч? Ты как? В порядке?». Та опустила взгляд и тем копытцем что гладила его подтянула к своей груди чуть прижимая его и отвечая «Нет, Видео… я без конца думаю о том… Что могла потерять тебя, что тебя больше не будет и ведь, тебе до сих пор грозит опасность… я боюсь теперь даже за порог выйти… вдруг, потеряю тебя». После чего шмыгнула носом, Лисен же немного потерся о неё рогом и сказал «Я тоже боюсь, очень боюсь, но…». Тут сестра его перебила прижав его к груди к копытом так, что бы тот не смог говорить и сказала «Никаких но! Ты снова будешь мне говорить про свои обязанности и что должен жертвовать жизнью ради других… не у что-ли другие, незнакомые тебе пони, важнее чем… я, мы ведь с тобой в одной семье росли, мы ведь те, кто нужны друг другу». Серч не хотела отжимать брата, она не хотела что бы было как-то иначе, но… через несколько секунд поняла, что нельзя ограничивать своего брата и дала тому сказать, чуть разжав копыто. Что удивительно, на лице жеребца была довольная и заботливая улыбка, на что сестра захотела ответить тем же, после чего жеребец продолжил «Знаю, сестра. Но я хочу лишь сказать, что это нас касается не меньше, а может даже куда больше. Ты знаешь что Прайс во всём замешана, я это знаю и Эйхо знает… Уверен, она захочет сделать так, что бы никто об этом не знал». Сестра осознала это опустив безнадёжно глаза. Убрав копытце с Лисена она немного повернулась на диване так, что бы уткнутся носом в своего брата, тем самым легонько придавив его уже к дивану, после чего сказала «Уф… кто хотя бы эта Эйхо? Почему ты… так дорожишь ею?». Тот обхватил её огромный нос своими двумя передними копытами, после чего сказал «Ну… она ни раз спасла мне жизнь, но это лишь одна из множества причин… она, интересная кобылка, не эти обычные снобы что гуляют обычно по Кантерлоту, от которых веет тоской и скукой, а она та… та которая мне нужна, та к которой ты меня воспитывала». Та немного увела глаза продолжив «Да… уф, не знала, что… пора тебя уже отпускать, но… ты хоть знаешь этих фестралов? Они сплошь и рядом говорят про свою ночную мать и вообще… вообще странные». Жалкая попытка Серч хоть как-то повлиять на Лисена не увенчались успехом, Лисен знал о фестралах и о их странностях ещё давно, так что тот лишь тяжело вздохнул и ответил «Знаю и давно, Эйхо к тому-же бывшая жрица, так что она погрязла в этой вере… хотя из-за неё и потеряла отца. И… я хочу ей помочь найти его, она уже шесть лет делает это в одиночестве, у неё наверняка нету хороших друзей которые помогли бы ей… Я хочу быть одним из них, тем более, у нас есть своя база данных, в которой я уверен мы быстро ей сможем поможем.» Серч закатила глаза сказав «Надеюсь она не будет тут ничего устраивать, этого мне ещё не хватало в доме». Лисен чуть насторожился и ответил «Не забывай, это и мой дом тоже, сама же не давно сказала и если ей нужно будет провести ночной обряд, она его проведёт. Поверь, в этом нету ничего страшного, зажжет несколько палочек да побормочет себе под нос, ты даже не заметишь. « Глаза сестрички немного погрустнели, из-за чего та спросила «Ты… тоже будешь с ней?». Тот чмокнул сестру в носик и ответил «Да, конечно, ей это будет приятно. Только не расстраивайся». Серч увела взгляд и неожиданно для Лисена поддела под его спину свой язык, после чего так же быстро затянула его себе в рот, но не полностью, между её губками осталась торчать голова жеребца, который немного испугался такого хода. Недавно Серч из копыт его выпускать не хотела, а сейчас чуть не проглотила. Очевидно сейчас она не могла говорить, но Лисен пытался до неё докричаться говоря что-то типа «Серч?! Что ты делаешь?!». Сестра лишь могла улыбнуться ему, что она и сделала, после чего встала с дивана и пошла к посуде что осталась после чаепития. И тут Лисен начал понимать, что та решила пока просто прибраться, и делать копытами всё это было достаточно трудно. Так же она не раз тянулась к предметам ртом, но потом вовремя вспомнила, что тот был занят. Серч же пока таскала посуду не прочь была пройтись язычком по практически бездвижному тельцу братика, ощущения явно были не обычные, всё такое миниатюрное и хрупкое, от чего та даже решила чуть разжать челюсти, что бы Лисен себя чувствовал чуть свободнее. Лисен же подметил, что язычок сестрички куда толще чем язычок Эйхо. Поэтому он замечал ранее, что у фестралов он от природы намного тоньше чем у обычных пони, из-за чего тот куда проворнее и изгибистее. Проделов всю работу, Серч посмотрела на время, позже в окно и тут же мыкнула, после чего быстро поцокала в ванную. Зайдя туда, она решила отпустить своего братика на раковину, после чего тут же подошла к ванне и начала набирать туда горячую воду. Облегченно выдохнув она подошла к Лисену и чмокнула того сказав «Фуф, знаешь же что за время?». Лисен тем временем уже давно промок от слюны своей сестры и поэтому сказал «Самое время помыться?». Та кивнула и продолжила «Помнишь как мы давно это делали?! Мы всё ждали, когда наконец-то съехать от родителей, что бы наконец остаться на едине. Ммффф, а помнишь как ты мне крылышки Булом намыливал?». Да, Лисен быстро вспомнил о чем говорила Серч, любой уважающий свою природную данность пегас, всегда имел у себя в ванной подобный шампунь, он хорошо увлажнял пёрышки на целый день, и нет, это практически не мешало летать. Возможно раньше бы пегасы зачли это излишним наслаждением, но сейчас, многие пегасы сходят с ума от свойств Була и чувствуют себя некомфортно, пока вновь не используют его. На данный момент несколько баночек стояли прямо на стенках ванной, обычно Лисен наносил этот шампунь на крылья Серч, но в последнее время, сестра сама начала этим занимается. И сейчас может был бы хороший момент, но увы, Лисен сейчас был с размеров как пол чашки. В любом случае брат кивнул ей и сказал «Да, хех, это был как наш небольшой ритуал». Та кивнула и увела глаза сказав «Жаль… мы не можем этого сейчас повторить». Тот улыбнулся и прыгнул на стенку ванной что была совсем не подоплёку и едва устоял, ибо там было достаточно скользко. Серч же немного испугалась и уже было подставила копыто что бы Лисен не упал в воду, но всё внезапно обошлось. Сестра выдохнула и спросила «Видео! Я напугалась… а, ты хочешь со мной? Но тут довольно опасно». Тот помотал головой и сказал «Пока ты тут, вряд ли мне что-то грозит, да и тем более, мы с Эйхо столько пережили, так что какая-то вода меня уже не напугает». Та тяжело вздохнула и отошла к тумбочке, порыскав там несколько секунд она притащила, жёлтую резиновую уточку, после чего бросила её в ванну и сказала «Это тебе». После чего взяла жеребца за шкирку своим ртом и аккуратно посадила того на утку. После чего и сама начала залезать в ванную. Как бы аккуратно она не пыталась это делать, но от того что та переставляла копыта в воде что бы устроиться по удобное у Лисена на его резиновой утке происходило целое цунами и он едва удержался что бы случайно не пойти на дно и там же быть раздавленным его же сестрой. Серч всё-же повернулась к Лисену и увидела как тот дрейфует по всей ванной пытаясь удержаться всеми четырьмя копытами, поэтому она вновь аккуратно взяла малыша в зубы и уже аккуратно легла на спину погружаясь в воду, после чего копытом пододвинула к себе уточку и положила на него своего брата. Что ж, теперь всё было намного спокойнее, Серч мирно закрыла глаза наслаждаясь как горячая вода согревала её тело, она старалась не шевелиться, ибо Лисену бы это тоже могло помешать наслаждаться. Но жеребец тем временем страшно потел из-за горячей воды которая создавала горячий воздух, для него тут было как в сауне и поэтому знатно промокнув, он понял, что лучше ему не шевелится, ибо он быстро слетит с этой утки. Идея побыть в ванной со своей любимой сестрой уже не казалась такой классной, но… он рад что осмелился, ибо прямо сейчас видел довольную Серч, которая медленно вдыхала и выдыхала воздух, от чего немного обдувало его потное тело и помогало ему полностью тут не сгореть. Вода в ванной быстро остывала и тут уже прошло где-то минут пять и оба пони привыкли к температуре. Серч открыла один глаз и убедилась, что брат всё ещё на месте, поэтому спросила «Ну как, Видео? Не страшно?». Тот помотал головой сказав «Ну… хех, если я захочу встать или просто пошевелить копытом, запросто пойду на дно, так что… немножко страшновато». Та усмехнулась продолжив «Это ведь всего лишь ванна». После чего хихикнула. После минуты небольшого молчания Серч медленно подвела копыта к утке что бы толкнуть её к себе и вот Лисен подплыл чуть ли не вплотную к голове своей сестры, после чего та начала говорить «Хм.. А, чем вы там занимались у Эйхо? Вы ведь из Понивиля приехали». Тот увёл взгляд ибо их довольно опасные игры, могли бы напугать Серч, но он всё же решился и сказал «Ну… В начале всё пошло не так гладко. Я очень был напуган когда оказался у неё, поэтому первое время прятался от неё, но… она всё же поймала меня и не дав мне объясниться…». Он так же вдохнул увидев что сестра внимательно его слушает и продолжил «Она спрятала меня в свой носок, после чего надела его и отправилась на работу, как и что происходило, я не знаю… то есть, я едва слышал что происходило вокруг, для меня всё было темно и». Сестра перебила его сказав «Стоп? Как это?!» Та даже немного выглянула из воды из-за чего новые волны сильно покачнули уточку и только быстрая реакция пегаски смогла спасти Лисена от падения в воду. Она быстро подхватила ого своим передним копытом, а уточка тут же перевернулась. Теперь жеребчик лежал в воде, прямо на копытце своей сестры и та сразу начала говорить «Ой, извини, просто… это же куда опаснее чем мы сейчас занимаемся». Тот кивнул сказав «Мне… понравилось, то что она делал со мной, скажу честно даже больно не было». Он уже успел встать и демонстративно перебрал свои копытца что бы убедить что подошва у копыт куда мягче любой подушки после чего продолжил «Если конечно она бы не надела накопытники, было бы конечно тяжелее, но… этот запах и в каком-то вроде нежность, я чувствовал каждый её шаг, каждое напряжение её мышц.». Та закусила губу сказав «Да… представляю, но она явно не была с тобой аккуратна». Тот улыбнулся сказав «Это часть культуры фестралов, там к жеребца относятся… чуть иначе, хоть она и хочет от неё убежать, но воспитание всё же даёт о себе знать». Сестра помотала головой сказав «Тогда зачем она так убивается ища отца? И… как они так не дорожат своими жеребцами? Их же так мало». Тот продолжил «Он… он ей был настоящим родителем, он любил её как дочь, а не как будущую жрицу, к тому же она с каждым годом всё больше ненавидела мать, которой было на копыто изгнание отца». Та усмехнулась продолжив « Прямо как классическая драма. А… как ты это всё узнал?». Тот продолжил «Но я же не весь день в её носке пролежал, мы работали вместе, она вытащила меня и мы наконец-то познакомились. Она рассказала кто она такая, почему ищет отца и… я предложил ей помочь, мне просто стало её жалко в момент рассказа, ну и… сама понимаешь». Та кивнула сказав «Да… эта та самая кобылка». Тот усмехнулся и продолжил «Верно и, она мне тоже в этом недавно призналась. По пути домой, мы должны были доставить письмо агенту в Понивиле, что и сделали. Но по пути нам встречалась та самая Прайс, ну а позже и её помощницу. Которая чуть не прикончила меня…» Сестра лишь опустила ушки грустно но пряча взгляд, но всё же не перебивала, а дала жеребцу продолжить «Хорошо нам с Эйхо повезло и нам помог один жеребец. Позже, мы уже решили помыться и поспать. Мы рассказали друг другу истории, она мне рассказала про то как получила свою кьютимарку, я же рассказал про свою». Сестра заметно покраснела и спросила «И… Про меня рассказал?». Тот похотливо улыбнулся сказав « А то, ты часть моей жизни, да и именно тогда мы поняли что мы куда ближе, чем соседи по комнате». Та увела взгляд сказав «Надо достать тот дневник… Святая Селестия, ему уже двенадцать лет». Тот мечтательно сказал «Да…» И продолжил «Потом… хех, можно ли это назвать сексом, но… я стал исследователем её небольшой пещерки, можно сказать по нашей общей воле». Та ещё больше покраснела сказав «Оу…. И всё в первый день». Тот кивнул сказав «Теперь ты понимаешь?». Та неохотно кивнула подергивая ухом, что означало что ей интересно и Лисен продолжил «А потом, Эйхо забыла накормить меня вечером, поэтому ночью, когда мы спали вместе, я сильно проголодался и заполз ей под одеяло, прямо к её вымечку». Та отвела взгляд краснее ещё больше, после чего сказала «Прямо, оттуда?». Тот улыбнулся сказав «Да, прямо оттуда. Тёплое, слегка липкое, кисловатое, но… такое приятное молочко, из-за чего я часто не могу оторваться». И та переспросила «То есть такое было несколько раз?». После чего Лисен ответил «Честно говоря, сегодня, я пил только её молочко и я по прежнему доволен» Сказал он и демонстративно поводил у себе по животу передним копытом. Серч оглянулась, но никого не заметив сказала «Хм, для меня это всё странно, я знаю что у нас есть какие-то производство кобыльего молока, но кто его пьёт? Есть же старое, доброе коровье…». Лисен закатил глаза сказав «Ох… холодное, практически безвкусное молоко. Зато его много и легко добывать». Серч немного замешкалась и прикусив губу спросила «Раз такое тело… уф… может, попробуешь и моё тоже? Хехе…». Лисен ей по-доброму улыбнулся и сказал «Хорошо, сестричка, уверен, у тебя не хуже». Она чмокнула Лисена и кивнула ему намекая на то, что бы он продолжал, что он собственно и сделал «Она это заметила и… помогла мне, что бы мне было удобнее пить. Тут мы поняли, что мы уже куда ближе чем просто насладиться друг другом перед ночью На самом деле я даже уже и позабыл о своей семье, о своих коллегах, мне хотелось быть только с ней. Прости, если тебя это как-то задевает». Та отвернулась сказав «Я… примерно понимаю тебя, ладно, продолжай». И тот продолжил «Утром, к нам залез наш Понивильский агент, Эйхо оставила там много отпечатков своих копыт, поэтому вышли на неё. Меня хотели забрать, но тут… ох… пришла Прайс, с артефактом, уменьшила агента и… просто проглотила её, прямо у нас на глазах». На лице Серч читался шок, она даже не смогла сдерживать свою нижнюю челюсть от чего она свисла а зрачки задрожали и она тихо спросила «Она… получается… просто убила её?». Жеребецу тяжело было это подтверждать, но он всё же кивнул ей. Сестра отвернулась закрыв глаза и шмыгнув носом, Лисену самому было неприятно это вспоминать и тут Серч начала говорить «Она… она убила пони… она убийца. Почему сестры до сих пор бездействуют?! Я не знаю что и думают, я не знаю ту пони, но это ужасно! Такого не должно быть!». Действительно, убийство в Эквестрии это страшная редкость, да и те в большинстве случаев случайность, но тут был явный случай намеренного убийства. В любом случае, Серч продолжила «Её надо остановить, теперь… теперь я понимаю твоё рвение». Жеребец кивнул и продолжил «Она была моей знакомой… до сих пор не верится, что мы больше никогда не увидимся. В конце концов, Эйхо схватила меня, прижала к сердцу и убежала, дальше понял, что в Понивиле нам делать больше нечего, поэтому я всё объяснил Эйхо, мы забрали из дома агента нужные и… я написал похоронку её родителям, завтра я думаю на почте отправим». Сестра уронила ещё одну слезу сказав «Ужасно… ужасно!». Но жеребец продолжил «Мы едва успели на поезд, мы видели как Прайс следила за нами, пока мы ехали… это было страшно. Думаю ты понимаешь что без Эйхо, меня бы давно уже бы не было». Та опустила глаза кивнув и ответов «Хорошо… пусть остаётся, пусть делает что хочет, теперь я бесконечно благодарна ей… ух… теперь мне стыдно за то, как я с ней обращалась». Тот усмехнулся сказав «Она не прочь помыться, так что будет хорошо ей скоро освободить ванну, как придёт, ммм?». Та кивнула и спросила «Но… как Прайс нашла вас в Понивиле?». Тот тяжело вздохнул сказав «Магия, всё обычные наши расследования с ней сталкиваются. На мне был магический маячок, который дважды пришлось снимать… она мощный маг». Та кивнула и злобно сказала «Да… весь город сейчас в опасности из-за неё, чтоб эту террористку!» Серч никогда так быстро не злилась, но этот случай напугал как Лисена, так и её саму, Из-за чего оба решили просидеть ещё в тишине пару минут. И тут Лисен всё же решил осторожно спросить «Серч… а как у тебя дела с Вэйном?». Та тяжело вздохнула погружаюсь чуть глубже в воду и ответила «Мы уже неделю с ним не общались… И я скучаю по нему…». И тут Лисен спросил «Почему? Что-то не так?». Та кивнула угукнув и сказала «Он хороший жеребец, правда, куда лучше чем эти аристократы, хотя явно не из бедной семьи, но ты его видел. Но… умф, у него как всегда есть проблема, он не считает зазорным встречаться не только со мной… что б эту систему табунов! А ведь, он даже уважает меня, прислушивается, просто паинька, но черт возьми, он неделю назад написал письмо, что хочет познакомить меня с ещё двумя его близкими подругами и я сразу поняла к чему всё это идёт… я даже не стала отвечать». Лисен лишь повесил ушки и сказал «Уф… ты из-за этого не чувствуешь себя особенной?». Та резко кивнула и сказала «Да! Такое чувство, будто я буду получать лишь малую часть его любви, малую часть его самого, но этого так мало… Я ценю когда я для кого-то единственная. Жаль… что из жеребцов такой только ты, да и… теперь ты бегаешь вокруг Эйхо…». Он с тяжестью но кивнул, а та прорычала что-то вроде «Ну прекрасно, всё идёт коту под хвост!». Лисен кивнул и сказал «Но ты же знала что мы не сможем быть вместе постоянно? Ладно если бы мы были из знатных единорогов, но мы обычные дети приезжих в столицу пони». Та лишь кивнула сказав «И родители не оценили бы, они и так начали подозревать, что мы слишком много времени проводим вместе, узнала бы чем мы ещё тут занимаемся, знать бы нас не хотели… жаль что ты небыл обычным, послушным мальчишкой с другого двора». Тот усмехнулся сказав «Но если всё будет плохо, можно пойти во банк, сестричка». Та помотала головой сказав «Нееет, у тебя уже есть своё счастье, мне просто пока не везёт». Лисен немного задумался и сказал «Всё же, попробуй перебороть себя, сделать так, что бы для Вэйна ты была единственной. Но а если всё же не получится, найди фестрала, они очень покорные и послушные, особенно к кобылкам». Та кивнула сказав «Особенно те, кто жил рядом с храмом, шахтёры обычно такие же, как и все. В любом случае, их уже разобрали, а тех кого ещё не забрали вряд-ли родились». Лисен оценил шутку и тихо хихикнул. Спустя минуту сестра всё же сказала «Ладно, пора тебя немного вымыть, задержи дыхание, малыш». Она свободным копытом намылила себе копыта, после чего подвела его к Лисену, жеребец покорно лёг так, что бы сестричке было удобнее его сжимать, что она и сделала. Сжав жеребца между двух своих копытец она хорошенько намылила его, после чего окунула в воду, потерев его там, что бы всё мыло смылось. Позже она вытащила мокренькое тело Лисена разглядывая его. Да, Серч немного перестаралась, из-за чего Лисен не мог даже встать, а лишь поскальзывался и падал, это немного напугало пегаску и та спросила «Ты в порядке?». Тот в лежачем состоянии всё же смог из себя что-то выдавить «Не… Совсем… уф… не надо было так быстро и так сильно». Та тут же повесила уши и положила его на мочалку сказав «Прости, Видео, я совсем не умею обращаться с малышами… полежи пока тут… надеюсь это несерьёзно». Тот кивнул ей начиная немного расслабляться на мочалке, кстати та не уступала по мягкости подушечкам на копытцах, поэтому ему удалось развернуться и наблюдать как его огромная сестра, пыталась самостоятельно мыться. Эта процедура всегда пугала молодых пони, но если делать это постоянно, то даже корова сможет кататься на льду вырисовывая красивые мордочки на нём. Поэтому Серч ловко намыливала себе тело используя лишь одно копыто. Позже она растерла всё второй мочалкой, но помогая себе уже крыльями. Лисена частенько обрызгивало тёплой водой которая слетала из-за резких движений Серч прямо с неё. Закончив процедуру мытья пони грациозно вышла из ванны, процокав пару шажков по плитке ванной и как это делали многие, просто помотала всем телом из-за чего вся жидкость с неё слетела, а сама она чуть набухла. Подойдя к Лисену она пощекотала его носиком спросив «Ну как ты?». Тот уже расслабился сказав «Пока ты здесь, Серч, я буду в порядке, но… мне не помешало бы немного полежать». Серч заботливо улыбнулась ему из-за чего у неё пронеслась мысль, что… почему бы не накормить малыша своим молчком, прямо сейчас? Пока тот хочет лишь отдыхать, почему бы ему и не подкрепиться?». Нежно взяв его за шкирку она быстренько поскакала в прихожую, где был большой диван, доскакав туда, она положила малыша на диван, сама же забралась на него своими четырьмя копытами и аккуратно, что бы не растоптать и не задавить Лисена легла на бок так, что бы жеребчик оказался прямо у её ног, и что бы прямо в его сторону смотрели её на самом деле не маленькие дойки. От смущение, она ничейно придавила одно вымечко ногами, но одно всё ещё было свободно. Лисен же немного приподнявшись посмотрел на сестру, та краснея сказала «Если хочешь, можешь попробовать, Видео, мы ведь никогда так не делали». Тот по доброму кивнул ей и едва доковыляв до вымечко прямо перед ним споткнулся и что бы полностью не упасть схватился за него двумя передними копытами, после чего поджал ноги к себе и начал нежно облизывать сосочек пробуя его сначала на вкус. Серч было щекотно, из-за чего та едва сдерживала смешки, но позже жербечик принялся за трапезу, видимо уже наигравшись с сосочком кобылки и нежно присосался всем ртом покрывая им весь тоненький строчек оставляя на вымечке только лишь свои слюни. Серч начала потихоньку охать, скорее не от удовольствия, а от необычных чувств, ибо то, что этот мельникий жеребчик лишь медленно облизывал её сосочек стимулировалась вся дойка и поэтому она чувствовала, как молочко потихоньку начинает подходить к кончику соска и где-то там теряться. Серч сама закрыла глаза заботливо прижав жеребчика к своему вымечку, согревая его своим передним копытцем и говоря «Ухмф… отдыхай, братик. Уф… как же необычно» Она закусила губу наблюдая как головка Лисена изредка подергивалась под копытцем Серч и как тот жадно глотал молочко. Кобылка была в каком-то роде горда за себя, ибо инстинктивно чувствовала что если не отсасывается, значит ему нравится, значит её молочко должно быть вкусным. Тем временем Эйхо уже дошла до дома и небольшая зевота тянула её к кровати, но… у неё нету больше своей кровати, она вряд ли сможет сегодня спокойно уснуть и… это помешает ей расслабиться физически, что в последнее время буквально необходимо. Фестралка перед тем как войти в квартиру, постучалась в дверь и сказала «Это я! Эйхо, принесла продукты!». Но ответа не последовало, она пожала плечами и открыла дверь ключом сама, зайдя домой, она уже видела как хозяйка дома тихо лежит на диванчике… значит где-то рядом должен быть и Лисен. Тихо, буквально на цыпочках фестралка подошла поближе и увидела… весьма ревностную картину. Маленький единорожик тихо лежал под копытом сестры прямо у её дойки и тихо посасывал оттуда молочко, пока его сестра, видимо задремала и по её лицу, ей всё это нравилось, из-за чего она даже иногда, буд-то во сне поглаживала малыша своим передним копытцем. Эйхо… Эйхо так же делала с Лисеном и даже зная какие отношения у Лисена с Серч, она не могла думать об этом как о чём-то обычном, что такое вполне могло произойти. Фестралка поклялась что не будет ревновать, но сейчас это проявлялась как никогда, из-за чего Эйхо повесила ушки и решила не тревожить малыша, а сама пошла на кухню, доставать всё необходимое из сумок. Эйхо пыталась это делать тихо, но видимо не получилось, ибо через полминуты она услышала как Серч громко зевнула и сказала «Мммф… э… Эйхо?». Фестралка тут же обернулась на сестру единорога, а пегаска чуть высунув шею смотрела на неё Заспанными глазами, Эйхо же кивнула сказав «Ах! Да! Я здесь, я купила всё что нужно было, даже сдача осталась». Фестралка выложила монетки на стол а пегаска хотела уже вставать но странное чувство будто парализовало её задние копыта и её таз, вспомнив о брате что сейчас мило и тихо посасывает её вымечко, она решила не делать резких движений, а лишь наоборот вернуть голову на подушку и наблюдать за трапезой брата. Эйхо же всё видела и что бы побеспокоить сестру, сказала «Может вам что-то приготовить? Я правда плохо умею». Серч всё же повелась тяжело вздохнув, сказала «Ладно, сейчас что-нибудь приготовлю…». Ей пришлось чуть-чуть потрясти тазом, что бы немного побеспокоить Лисена, тот немного испугался и отсосался от соска, после чего осмотрелся и увидел свою фестралку, что сейчас недоуменно смотрела на него. Единорог тут же кивнул и спрыгнул вниз, на диван приземлившись рядом с огромным крупом сестрички, та же в свою очередь, начало осторожно подниматься стараясь не задеть единорога. Убедившись что с мылом всё в порядке, пегаска встала и пошла к столу и по пути встав возле фестралки и сказала «Эйхо, прости что так неправильно тебя восприняла, ты герой который не побоялся пожертвовать собой ради моего брата, просто… спасибо тебе ещё раз». Она тут же крепко обняла фестралку обхватив ту ещё и крыльями, такой знак обычно обозначал особую искренность, что удивило Эйхо. Фестралка так же обняла её сказав «Спасибо что не бросила… и доверилась». Пегаска чуть отстранилась и на её глазах начали выступать слезы, после чего она сказала «Лисен мне всё рассказал и… не беспокойся, я не осуждаю твоих странных действий, ведь главное что он здесь и живой. Можешь делать сегодня с ним и с нашим домом что хочешь, теперь ты здесь вечный друг и гость». Эйхо отвела взгляд и отвернулась, после чего кивнула. Серч так-же улыбнулась ей и пошла к столу. А Эйхо хоть и была растрогана тем, что Лисен пьёт не её молоко, но всё равно, сейчас ей как никогда хотелось просто взять маляшаа в копытца и больше его не опускать. Аккуратно запрыгнув на диван Эйхо не дала и шансу Лисену хоть что-то сделать ибо та тут же легла рядом с ним, после чего окружив маленького единорога своими передними копытами и не давая ему выхода, она опустила мордочку прямо на диван и копытами пододвинула малыша к себе поближе. Бежать было некуда, сзади Лисена были копыта его фестралки-хозяйки, а впереди её хитрая ухмылка, которая то ли от радости, то ли от безумия с каждой секундой только увеличивалась, после чего она первая начала говорить «Знаешь, малыш? Я по тебе очень скучала, тебя правда не хватало там!». Лисен так же обрадовался её появлению и пока промолчал подбегая к её передним копытам, после чего начал потираться своей щекой о край подушечек что немножко выпирали из сомкнутых копыт. Фестралка мила промычала и чуть раздвинула передние копыта и единорог тут же вошёл туда, буквально ложась на подушечки копыт, прямо как на диван, Эйхо подобрала малыша, что бы тому было удобнее лежать и начала медленно потерать Лисена своими передними копытами и говорить «Ммф, вижу ты тоже скучал, малыш». Она начала медленно его растирать, как мягкую игрушку, единорожик же всячески извивался наслаждаясь от прикосновений мягких подушечек копыт своей хозяйки. Это возбуждало фестралку, она облизнулась наблюдая за тем как играется с тельцем маленького пони, но всё же через несколько секунд она начинала говорить «Оу, знаешь, я их даже не успела помыть, пришлось голыми копытами ходить по городу, хих, знаю, что так принято во всей Эквестрии, но имея опыт в хождении в накопытниках, понимаешь, что в них копыта мараются намного меньше». Действительно, она чувствовала как что-то инородное, совсем мелкое прилипло к её передним копытом и сейчас она пыталась это оттереть от себя, используя Лисена как тряпку. Это было инстинктивно и только тогда, когда она посмотрела на единорожика, поняла, что делала что-то не так. Лисен был измазан дорожной пылью и грязью, но тот по-прежнему был счастлив и посмотрев на хозяйку он лишь заботливо улыбнулся. Эйхо стесняясь покраснела и спрятав взгляд сказала «Ну вот, теперь ты снова грязный. Сейчас мы тебя умоем». Она решила пока отложить свой рассказ о своих небольших приключениях и приблизившись мордочкой по ближе и сказала шёпотом «Где у вас тут ванная?». Тот радостно ответил прямо в ушко которое подставила фестралка «Прямо и налево, белая дверь». Он чмокнул её в щечку, несмотря на то, что фестралка только что буквально вытерла о него свои копыта. Поэтому хитро улыбаясь она, совсем не брезгуя, медленно взяла малыша своими губами за его бока и начала потихоньку вставать с дивана и направляться в сторону ванны. Серч всё же настороженно посмотрела на фестралку которая держала в своих губах как добычу его брата, Эйхо медленно кивнула в сторону ванны, а та одобрительно кивнула ей в ответ. Войдя в ванную Эйхо положила малыша в раковину и чмокнула его в придачу спросив «У вас есть душ?». Тот кивнул и указал на ванну и та сказала «О, у вас тут и ванна есть, я воспользуюсь, уже наверное год я не лежала в тёплой ванной… но сначала! ». Она зубами открыла кран, не сильно, и в раковины потекла вода. Фестралка обмочила чуть свои передние копыта и взялась за мыло, что лежало рядом, намылив их она закончила начатое, а именно домыла свои передние копытца до конца как полагается. Лисен же сидел снизу и его частенько обливали мыльно темная вода что стекала с копыт фестралки, из-за чего тот сжался прижавшись к раковине, но из-за мыло это стало чуть сложнее и он часто скатывался прямо вниз, куда стекала вся вода, благо тот был намного больше размером тех решёток, через которую сейчас стекала грязная вода. Закончив процедуру, Эйхо взглянула на единорога что сейчас сидел весь мокрый, грязный и взъерошенный, так дело не пойдёт подумала фестралка и ещё раз намылив уже подушечки своих копыт, после чего она сказала «Лисен, закрой лучше глаза, будет щипать! ». Подобрав малыша намыленными копытами, она вновь включила воду и очень аккуратно, совсем нежно начала потереть грязно тельце пони, пытаясь его уже хорошенько намыливать и смывать с него грязь с её же копыт. Спустя минуту, Лисен был полностью вымыт, фестралка поднесла его к своему носу, а тот в свою очередь встал на всё четыре копыта и по собачьи стряхнулся и маленькие капельки защекотали нос Эйхо, от чего та чуть сморщилась и хикнула и тут Лисен сказал «Спасибо, Эйхо, моя сестра недавно чуть не раздавила меня своими копытами, но ты, сама нежность». Та спрятала взгляд и сказала «Не за что, малыш, ты же маленький и хрупкий, за тобой глаз да глаз». В этот момент Эйхо было очень приятен комплимент Лисена, поэтому она решила по настоящему поцеловать малыша, как это было только возможно и именно сейчас, в этот момент она жалела о том, что Лисен был таким маленьким, ибо тот не мог ей сполна ответить. Эйхо сжала свои губы как смогла и потянулась к малышу, а тот в свою очередь как она приблизилась к нему, схватился передними копытами за её рот и раскрыв свой рот по шире схватился им за её губы. Эйхо страшно хотелось пустить свой язычок в дело, проникнуть в его рот, но… он был таким маленьким и если она вдруг раскроет свой рот, то помешает Лисену её по настоящему поцеловать. Лисен же вложил все усилия, что-бы фестралка почувствовала всю его любовь и прижал её сжатые губы к себе, параллельно облизывая их своим маленьким языком. В этот момент он понимал, на сколько он беспомощен и ничтожен, но всё же этот момент доказал им обоим, что они ещё готовы любить друг друга, какими бы они не были. Их необычный поцелуй рассоединился и фестралка чуть хихикнула, спрятала свой взгляд сказав «Совсем чуть-чуть… так мало… но, это всё что мы сейчас можем, верно?». Лисен грустно опустил голову и кивнул сказав «Я старался как мог, Эйхо». Она ему улыбнулась сказав «Когда-нибудь, это проклятье спадёт и мы заживём как нормальные пони». Тот лишь улыбнулся ей и кивнул. Хоть фестралка и боялась неизвестности после его увеличения, но такие моменты развязывали её чувство, в такие моменты ей хотелось верить во все легкомысленные мечты о любви. И именно поэтому, сейчас она жалела, что Лисен по прежнему маленький. Она оставила Лисена у ванной пока сама полезла в неё набрав горячую воду. Лисен зная недавний опыт всё же решил остаться на бортике, хотя очень хотел быть рядом с хозяйкой. Пока что та решила так же расслабиться и единорогу нравилось наблюдать как его любимые кобылки в ванной спокойно отдыхали забывая все свои проблемы наслаждаясь тёплой водой и сейчас это было не исключением. Но тут тишину решил прервать Лисен сказав «Ты говорила что меня не хватало в твоих маленьких путешествиях». Эйхо даже дёрнулась от внезапного голоса, но обернувшись на Лисена улыбнулась и сказала «Ах, да! Хех, по большей части, тебя не хватало как… умф, ну ты знаешь, мы в последнее время все трудности проходим вместе и… тут были не то что бы трудности, но всё же небольшие истории, которые бы тебе понравились. Например, за весь поход я практически не потратила ни бита! Пони с кем я общалась были очень щедры, ну и потому что я им помогла. Например, у продавцов продуктов вся семья уменьшилась и я помогла им воссоединиться, За что мне позволили взять немного еды бесплатно, но я им всё-равно оставила пару битов, а насчёт палочек… ах да!». Она резко повернулась к Лисену из-за чего её грива брызнулась водой что немного задела единорожика, но она продолжила «Мой отец жив! По крайней мере он был тут год назад! Я так рада! Может он и сейчас где-то тут, или где-то рядом! Но главное что я хоть что-то про него узнала!». Лисен улыбнулся ей вытирая с себя капли что в него прилетели и ответил «Невероятно! Это же очень хорошо, по твоим описанием он был очень хорошим пони!». Та кивнула из-за чего вновь обрызгала малыша и сказала «Да! Это лучший пони в старом городе! И… да, продавец что мне всё это рассказал, страстно любит фестралов, я как бывшая жрица благословила его, за что он мне продал все нужные мне палочки, за бесценок!». Тот лишь улыбнулся и бросил все попытки вытереться и всё же улёгся и сказав «Вот видишь, добрые дела высоко ценится в Эквестрии и я безумно рад что ты последовала этому, таков наш закон, Эйхо». Фестралка немного окунулась в ванную оставив лишь свою мордочку и сказала «Знаешь… я была той ещё хулиганкой… когда только-только приехала в Эквестрию, приключилось со мной кое-что, но мне страшно стыдно за эту историю… это не то чем мне стоит гордиться». Лисен же чуть увёл взгляд говоря «Жаль… но если вдруг что, я готов выслушать». Та опустила глаза сказав «Не при твоей сестре, идёт?». Тот кивнул, а та продолжила «Я… видела чем вы там занимаетесь… при моём приходе… надеюсь, было вкусно». Лисен задумался, после чего сказал «Она просто попросила попробовать и… у вас оно особенное, у каждой и у каждой по своему вкусное, просто у неё пегасье, а у тебя фестралье молоко. Но если хочешь, могу пить только твоё». Та ещё больше краснее погрузилась в воду ещё окунув туда нос и пробульков всё же вынырнула и сказала «Как-то не ловко получается… она же твоя сестра и…» Тот усмехнулся и сказал «Хех, все знают о страшной ревности у жеребцов, это естественно, если от него бежит кобылка, то это уже повод бить тревогу. Но вот наоборот, вижу такое очень редко. Не думай что я недооцениваю твоих чувств, нет, просто, это так необычно. Не бойся, я вас обеих очень сильно люблю, но ты всё же не из моей семьи, но и знакомы мы от силы два дня». Та чуть вынырнула и дополнила «Но ведь столько пережили!». Тот продолжил «И возможно переживем, не хотелось бы ввязывать всё в это сестру, поэтому я планирую остаться здесь только на ночь. Завтра нам стоит пойти в мой кабинет в городе, ключ тут есть, забрать документы и отдать в агентство, ничего сложного». Та скептически фыркнула и ответила «Ты так же говорил и про то письмо… в итоге… ладно, забудем». Тот повесил ушки сказав «Надеюсь, на этот раз нам повезёт, единственное что… Мы не до конца понимаем чего нам ждать, но действовать нужно быстро, Может всё же… Сегодня ночью стоит отправиться?». Эйхо помотала головой сказав «Ночью надо спать, либо же днём, сказала ночная мать. Прости, но для того что бы ночная мать не сомневалась в нашей преданности, придётся сегодня ночью уснуть. И… ты же говорил завтра, я думала что утром…». Тот почесал голову копытом и пока не решился спорить о религиозных вопросах с Эйхо и кивнув ответил «Как хочешь, дорогая, утром так утром». Та кивнула и продолжила «И сегодня ты снова будешь рядом со мной во время молитвы, идёт? Уверена ночная мать будет рада тебя видеть». Тот ещё раз кивнул сказав «Конечно, Эйхо». Фестралка разлеглась и медленно сказала «В будущем, я научу тебя всем обязанностям и законам поклонению ночной матери, ведь теперь она будет вести и тебя, мой малыш». Лисен лишь опустил голову. Религия, вот что пугало Лисена в его внезапной возлюбленной, пока что она ни чем серьёзным не проявлялась в её жизни, но неизвестность пугало жеребца, кто знает какие ещё правила хранят те проповеди? Какой контракт подписывает он становясь прислужником ночной матери и действительно, есть ли в этом какая-то сила? Лисен как агент спец.служб знал, что подобные религиозные секты имеют силу и опасность и куда опаснее сильных, одиночных магов, обычно поклонение кому-то или чему-то практически всегда проявляло эффект и тот обычно был сильным и разрушительным и разобраться с этим было куда сложнее, ибо помимо магической опасности в этом имело место быть и социальной опасности, обычно в этих сектах последователей насчитывалось десятки, сотни, а иногда были и тысячи, даже сейчас опасные секты десятилетиями разыскивают и уничтожают, а недавнее появление Сомбры скидывают как раз на самых живучих сектантов которые слишком хорошо скрывались от властей. В любом случае, в агентстве и в уставе прямо было сказано, что сотрудники не в коем случае не должны вступать в подобные религии или секты, даже если с виду они безобидные. Дальше маленький единорог смотрел как кобылка начала потихоньку мыть себя, начиная с головы, а заканчивая своими задними копытами, под конец ей пришлось сесть на бортик ванной крупом, что бы было удобнее обмывать свои задним копыта, Лисен же пожелал сидеть чуть подальше, ибо кто знает, здесь было достаточно скользко. Благо всё прошло без инцидентов и под конец Эйхо вылезла из ванной полностью вытерев себе голову, спинку и копытца, ей хотелось просто бросить полотенце на пол, как она делала это в Понивиле, но тут она была в гостях, поэтому из под собственных копыт ей пришлось доставать его ртом и аккуратно вешать на вешалку. Тут она почувствовала себя максимально необычно, ибо делала так очень редко, впрочем, это было не так сложно и развернувшись к Лисену, она ничего ему не сказав схватила его тельце своими зубками и понесла свою добычу вон из ванной. Серч уже накрыла стол медленно пожевывая салат из фруктов и овощей, Эйхо улыбнулась ей и села рядом, после чего нагнулась в низ головой и отпустила Лисена из своих зубов, после чего пару раз лизнула того покрывая его только что помытое тельце слюнями. Улыбнувшись ему она сказала «Пора ужинать». Серч кивнула и пододвинула миску с фруктами и ягодами, параллельно спрашивая «Ну как поплавали?». Эйхо взяла в рот грушу и за считанные секунды выпила весь сок из него оставив от неё лишь мгновенно скукожующейся кожуру, после чего вторым копытом взяла виноградинку и вежливо положила рядом с мокреньким единорожком, а тот тут же набросился на ягодку, пытаясь её обуздать, а Эйхо ответила « Было очень мило, я удивлена что у тебя есть ванная!». Серч усмехнулась сказав «Тут в городе она у всех есть, проблем с этим нету». Фестралка задумалась и сказала «Хм… странно, у вас ведь тут гора, сложно вообще хоть что-то нормальное сделать.» Та тут же засмеялась, после чего сказала «Извини, извини. Ты хоть и давно приезжая, но каждый пони в Эквестрии знает, что тут в основном всё работает на магии, дворец держится на магии, под скалой искусственный ручей который обеспечивает всё тут водой. Единственное что тут есть природного, так это кристаллы, их тут полно и их уже столько из этой горы достали, что местная шахта, заброшена как пару сотен лет, а кристаллов хватит на пару тысяч лун. Хи-хи». Эйхо удивилась этому небольшому рассказу и приподняв бровь спросила «Хочешь сказать что бы тут всё работало, нужно несколько сотен единорогов которые постоянно колдуют что бы всё это как-то работало?!». Пегаска помотала головой продолжив «Неет, может быть так оно и было раньше, но теперь всё работает на магических кристаллах, которые имеют запас магии на пару веков вперед.». Та посмеялась себе в копыто, видимо что-то вспомнив, после чего продолжила «Все дошло до смешного, в мэрии есть специальный маг, который обязан следить за всей магической системой города, ну, ибо если не будет магии, то и город банально упадёт. Так вот… Система настолько идеальна, что таким магам делать абсолютно нечего и они выдумывают проблемы из воздуха. Местные единороги часто подпитываются магией от Кристалов что держат всю магическую систему, единорогам надо совсем чуть-чуть, капельку, для Кристалла это буквально пищинка в огромном поле, но местный маг из этого раздул проблему мол «Магия кончится, а запасы не успеют сделать и если не прекратить, всё в конце рухнет!», все сильные маги считают это абсурдом, ибо подпитка единорогов ничего практически не стоит, но слова мага всё же важны и принцесса настояла на том, что бы единороги не подпитывались от кристаллов, а как обычно, от мира, так дольше и неудобнее. Из-за этого до сих пор споры у верхушки, но, нас это не касается, Эйхо». Фестралка пыталась переварить полученную информацию, после чего потрясла головой и взглянула на Лисена что уже доел свою ягодку, после чего она незаметно для него положила на него своё переднее копыта чуть придавливая его к столу. Серч чуть дёрнулась, но ничего не сказала а Эйхо опустила голову пониже, к Лисена у которого торчала только голова из под копытца и спросила «А, тебя же это касается? Ты же единорог и…». Лисен перебил сказав «Не очень, Эйхо, у нас в агенстве есть у каждого свои кристаллы, так что мы не пользовались и не пользуемся общими кристаллами что держат весь город. Скорее это верхушка не хочет тратиться на личные кристаллы, или им просто лень». Эйхо улыбнулась и лизнула его голову, после чего потянулась ртом до ещё одно виноградинки и сбросила её рядом с Лисеном и отпустила его приподняв копытце. Жеребчик же был рад отведать ещё одну ягодку и на этот раз у него это выходило куда лучше. Серч тем временем усмехнулась сказав «Кантерлот, тысячу лет назад был городом экспериментом, перед исчезновением Старцвиила, как раз он и сказал, мол «Пока единороги не смогут построить город на самой пике Эквита, магия не может быть полностью исследована». Какой-то единорог вдохновился этими словами и получив одобрение принцессы начал воплощать идеи в реальность. Очень много открытий в магии было сделано пока строился город и как многие говорят, за эту тысячу лет город по сути так и не достроился, с каждым новым открытием в магии город начинает расширятся, на основе открытия, это интересно, но… отпугивает тех, кто хочет тут оставаться жить, ибо, сколько бы город не стоял и какие бы профессионалы не следили бы за системой, это остаётся городом держащейся на магии, который без неё, может просто рухнуть». Эйхо отвела взгляд и кивнув высосала соки у яблока, параллельно наблюдая за малышом и тут Серч спросила «А как у вас? В старом городе?». Эйхо тяжело вздохнула сказав «У нас нету магии… такой магии как у вас, из-за этого многие жители поплатились за это жизнью». Серч тут же ахнула испугавшись и закрыла рот передним копытом, после чего фестралка продолжила «Есть несколько ярусов в городе, первый, сам город, самый безопасный, там живут жрицы, стоит храм и прочее административно важные здания, дальше идут шахты, до шестого яруса, чем ниже, тем хуже… там живут обычные работяги, что обеспечивают город едой, ресурсами и прочим, но… всем заправляют жрицы и они всегда хотят больше, они заставляли копать глубже и дальше, но из-за этого происходили обвалы, разрушение, потопы, много пони погибли из-за бессмысленных погони жриц за богатством. А теперь представь, что шахтёры были в основном жеребцы, их и так мало, а они ещё и дохли как мухи… а ещё это отношение к ним». Тут пегаска перебила сказав «Да как так можно?!». Эйхо кивнула продолжив «Мы вымирали, чудо что Луна вернулась, иначе бы мы просто исчезли, где-нибудь через сотню или меньше лет». Пегаска опустила взгляд сказав «И ты хочешь подобрать тем, из-за кого всё это происходило?!». Фестралка тут же возмутилась ударив по столу копытом, но испугавшись посмотрела под него и… слава Луне, Лисен был ловким жеребцом, чего не скажешь про остатки виноградинки что беспощадно было раздавлено под резким ударом Эйхо, из-за чего фестралка нервно просмеялась, но продолжила «Не в коем случае! Они давно отвернулись от матери, их ждёт ужасная кара и я надеюсь все они будут прокляты Драархом… но ночная мать в этом не виновна, в трудные времена главное не терять веру, это не очередной завет из книжки, это правило жизни фестралов». Эйхо медленно кивнула и наклонилась к Лисена сказав «Прости малыш, ты в порядке?». Тот нервно кивнул ответив «Я испугался… но всё хорошо». На нём было ещё немного виноградного сока, поэтому она ещё раз облизнула его сказав «Моя виноградинка». Они улыбнулись друг другу, а Серч все же решила сменить тему разговора сказав «Вижу… вы правда нравитесь друг другу». Эйхо вернулась в положение спрятав глаза, после чего ответила «Надеюсь ты не расстроена». Пегаска тут же помотала головой сказав «Нет! Нет! Что ты? Конечно это необычно что он нашёл фестралку, да ещё и страшно верующую, просто, мы же не можем с ним быть постоянно вместе? Это как-то не правильно… да и детей особо не поиметь с этого… я рада что у него все с этим хорошо пошло». Фестралка опустила ушки спросив «А у тебя, Серч?». Пегаска опустила глаза сказав «Не важно, ещё будет время». Фестралка искренне ей улыбнулась сказав «Что-ж… спасибо за еду, Серч, но… нам пора проводить ночную молитву». Серч хоть и хотела продолжить тему, но не стала, её побеспокоил тот факт, что её брат так же идёт с ней, ибо Эйхо подставила одно из своих передних копытец и сгребла на него наевшееся тельце Лисена другим копытцем. Поэтому она спросила «А, Видео с тобой?». Эйхо было не привычно когда его так называли, но всё же кивнула сказав «Да, малыш пойдёт со мной, я его уже представила ночной матери, вчера». Серч тяжело вздохнула и помявшись сказала «А… можно я посмотрю?». Эйхо посмотрела на пол, после чего вернула взгляд на пегаску и ответила «Только так, что бы ночная мать тебя не видела, если что, она всегда находится на ночном небе, тебе просто не стоит выглядывать в окно». Серч лишь закатила глаза и сказала «Хорошо, как скажешь». Эйхо кивнула и продолжила спросив «Я воспользуюсь вон тем окном, можешь остаться на диване». Пегаска кивнула и отправилась на диван ложась поудобнее, Эйхо же вернулась к столу, где разложила продукты и взяла оттуда только три медленногорящих палочки, хотя и задумалась… ведь не только что-то ужасное с ней сегодня произошло, но и что-то хорошее. Жаль, на такой случай не было особого ритуала, но в любом случае, три палочки обозначали, что фестралу необходима помощь матери, её свет и защита, Эйхо как никогда сейчас хотела, что бы ночная мать была рядом. Вооружившись такими мыслями, она всё же решает взять три палочки, донеся их до подоконника держа во рту, она их оставила там, вернувшись к столу она повернулась к Серч и спросила «У тебя есть какие-нибудь миски? Штуки две бы хватило». Пегаска кивнула и головой посмотрела на один из шкафчиков, фестралка благодарно кивнула и полезла в шкафчик. Увы, но тут они были все большие, но ничего не оставалось делать, кроме как брать… Эйхо на момент вспомнила, что бросать свои ритуальные инструменты достаточно грешно, а ведь всё необходимое находится в Понивиле… в любом случае Эйхо надеялась, что мать всё поймет. Вернувшись обратно, она положила миски рядом с окном, а в них три зажигательных палочки, так же она аккуратно положила Лисена на подоконник, но не давала тому расходится и просто прижала малыша своим передним копытом, что бы тот был полностью под её контролем. Эйхо осмотрелась, ведь она совсем забыла взять с собой спички, что бы зажечь палочки, но тут вспомнила, что под её копытом лежит единорог, который мог бы ей с этим помочь. Она посмотрела себе под копыто, где лежал Лисен и чуть пригнувшись к нему сказала «Лисен, подожги эти палочки и мы начнём». Лисен покорно кивнул и зажёг рог. Для таких палочек не нужно было много огня, буквально искры хватает, что бы зажечь их. Так что не смотря на свои размеры, единорог сделал это без каких либо усилий. Эйхо выдохнула и тут же прижала передние копыта к лицу освобождая Лисена, но тот не спешил двигаться, лишь дёргал головой для того, что бы следить за своей хозяйкой. Эйхо что-то тихо нашептывала себе под нос прикрываясь копытами, Лисен даже заметил, как по её щеке протекла слеза что побеспокоило его. Через пол минуты, Эйхо убрала свои копыта с надеждой смотря в небо. Долго высматривая ночной небосвод Эйхо всё-же опустила взгляд сказав «Я… я не понимаю что ответила мне мать… здесь слишком много знаков… обычно это обозначает что, для матери это так же сложно, как и для меня… Ух, знала же что рассказывать о проблемах обычных пони не стоит, но тогда зачем мне ещё звать их на помощь?!». Эйхо выглядела растерянной и поникшей. Лисен не смог смотреть на неё в таком состоянии, поэтому подошёл к её переднему копыту, что сейчас упиралось о подоконник и начал теряется об него своим телом, как кошка, давая понимать что он всегда её поддержит. Эйхо отвлеклась от плохих мыслей, смотря на то, как единорожик пытается выразить ей свои чувства, поэтому она решила забыть обо всём на свете и задуматься только о недавнем счастье, поэтому она аккуратно поддела тельце Лисена другим копытцем, а тем об что он тёрся прикрыла его сверху, после чего прижала к своему сердцу и из-за нахлынувших чувств она прикрыла эдакое объятие своими крыльями и пригнулась головой вниз, как можно ближе к малышу. На табуретке было трудно удержаться, поэтому ей пришлось разжать объятия через несколько ко секунд, но она по прежнему не отпускала его из своих копыт и поэтому начала нежно вылизывать торчащую из её копыт верхнюю часть тельце единорожка, параллельно краснее, после чего тихо сказала «Ты прав малыш, главное мы рядом и мы любим друг друга». Лисен же в очередной раз облившись в слюне фестралке, явно завёлся от такого и ответил «Конечно, Эйхо, поэтому… я хочу продолжить наши вчерашние игры, но теперь, я думаю можно позвать Серч». Эйхо тут же смутилась, обернувшись на пегаску что сейчас с некой завистью смотрела на фестралку, пока та сидела к ней спиной. Внезапно, Эйхо вспомнила, как раньше, в Эквестрии по пьянее любила Перепихиваться с кобылками которые были в похожем состоянии, на утро обычно она с ужасом вспомнила те ночи, но… В любом случае, любой секс, хоть даже с фонарным столбом во время течки, это… удовольствие. Сейчас фестралка была трезва да и вообще завязала с алкоголем год назад, но… почему бы и не попробовать? Подумала она. Та же мысль ей приходила когда она первый раз забросила Лисена в свой носок и когда решила засунуть его в свою щёлку. У фестралки был опыт заигрывать с кобылками, хоть она им вовсе и не гордилась, но сейчас, в ней загорелся огонёк и она понимала, что если не попробует сейчас, уже врядли когда то сможет. Что самое интересное, эта мысль пришла в голову Лисена быстрее, чем Эйхо и тут она поняла, что раньше, нечто подобное вытворяла и придумывала только она и сейчас она впервые сталкивается с тем, что ей предложили хорошую идею кто-то другой. Она посмотрела хитрым взглядом на Лисена, хитро улыбнувшись ему и сказав «Ты уверен малыш? Ты вчера обуздал одну огромную кобылу, думаешь справишься с двумя?». Лисен целеустремленно улыбнулся Эйхо и кивнув ответил «Иначе, я не твой жеребец». От этих слов Эйхо ещё больше загорелась желанием исполнить это в жизнь, от эмоций она даже прикусила губу своими зубками, но сдержалась, что бы случайно всё не испортить набросившись на не что неподозревающею Серч. Поэтому Эйхо подвела крыло к своим передним копытом и ловко забрала Лисена из них завернув его под своё перепончатое крылышко. Убедившись что малышу удобно, она встала с табуретки и направилась к Серч которая тут же начала говорить «Хм, вижу вы всё, если что, мы спим на диване с братом, если ты брезгуешь, могу постелить на пол…». И её перебила Эйхо что вплотную села к ней на диван и приобняв свободным крылом ответила «Ничего страшного, Серч, мы уже как семья, если конечно тебя не смущают фестралки». Пегаска удивилась такой смелости и даже забылась сказав «Ха, значит вместе?». Эйхо похотливо улыбнулась сказав «Втроём, Серч и мы будем защищать нашего маленького героя». Серч немного обеспокоенно оглянулась, но Эйхо всё же сломала её последние сомнения сказав «Серч, ты же слышала от него то, что он вчера пережил, думаешь сегодня с ним что-то случится? Это крепкий жеребчик, сама ведь с ним жила». Пегаска усмехнулась и вставая с дивана сказала «Это верно, Эйхо, но вот…». Фестралка тут же перебила её «Стесняешься меня? Брось, я шесть лет брожу по Эквестрии и не с таким сталкивалась, скажу честно меня как-то раз попросила помочь с течкой шестнадцатилетняя кобыла, понимая что это не весьма законно, я всё же не отказала ей.». Серч ещё страннее посмотрела на Эйхо сказав «Нет, я просто… не представляю как это делать с кобылами…». И тут фестралка продолжила «Вся страна знает, а ты нет? Что ж, пора попробовать, у каждой был опыт и первый опыт всегда запоминающийся, давай, не бойся, с нами будет твой брат тоже, так что можно сказать всё будет как обычно». Серч всё же неохотно кивнула, хоть и понимала, что из этой идеи, может получиться что-то хорошее. Она кивнула на диван сказав «Помоги мне выдвинуть матрас». Фестралка кивнула и так же спрыгнула с дивана. Обе кобылки взялись зубами за низ дивана и потащили за собой, диван тем временем разложился в эдакую кровать, без подушек, одеяла и простыни, после чего Серч сказала «Постой пока здесь, я быстро сбегаю за всем необходимым». Эйхо лишь ухмыльнулась на это, фестралка была сейчас так заведена, что готова была делать всё это прямо сейчас, на плитке, на улице. Серч оперативно принесла простынь, подушки и одеяло на место и начала спешно всё расстилать, Эйхо видела так же что у Серч с Лисеном на двоих было лишь одно большое одеяло, что в очередной раз доказывала их близость, а так же наводило на пошлые мыслишки, что ещё больше заставляло думать её о предстоящем. Пока пегаска элегантно и аккуратно разбрасывала подушки, фестралка потянулась передним копытом себе под крыло, как раз туда, где лежал единорожки, она достала его и поднесла к своему носу и принюхалась. Эйхо сейчас была взволнована, из-за чего всё её тело хорошенько пропотело, какой бы пошлой она не была по жизни, но сейчас она готова была полезть в постель к пегаске которую знает пол дня, тем более, Эйхо была вполне трезва, в любом случае, мокренький Лисен сейчас насквозь пропах её потом, ибо под крылом практически не было вентиляции, поэтому Эйхо ничего не сказав просто прижала малыша к своей грудке, что тоже начала промокать… Эйхо в какой-то момент начала замечать что через чур волнуется и помотав говорливой всё же вернула себе смелость, ибо неуверенность вряд-ли бы помогла ей в предстоящем развлечении. Серч уже легла в постель приласкаясь к подушке своей мордочкой, Эйхо же немного потупила но тоже легла в постель напротив пегаски. Они оба смотрели друг на друга, оба сильно краснели и пытались спрятать взгляды, в любом случае кто-то должен был начать. И тут Эйхо почувствовала, как кто-то нежно кусает её за подушечку копытца, понимая что Лисену уже не терпится Эйхо начала действовать. Похотливо улыбнувшись она подвинулась к пегаске поближе и отжала от себя переднее копытце которым прижимала к себе Лисена и медленно повела копытом к промежности Серч. Серч закусила губу, пока не понимая что за копытом Эйхо находится Лисен, поэтому через силу она подняла одно из задних копыт, что бы фестралка было легче дотронуться до её щелки. Пегаска закрыла глаза от предвкушения и вот Эйхо донесла малыша до вульвы его сестры и нежно прижала его к ней не давая ему шанса выбраться. Серч тут же ахнула сказав «Ах! Мф… что то там шевелится!». Эйхо тут же сказала «тсс… этой наш малыш, Серч и поверь, ему очень нравится». Тем временем Лисен зажатый с одной стороны копытом фестралки, а с другой вульвой пегаски, пытался двигаться всем телом пропуская к себе хоть какой-то воздух, параллельно возбуждая сестру и Эйхо. Фестралка начала вдавливать жеребчика в щёлку пегаски, Серч же тем временем уже была сломлена и поднятое заднее копыто начало дрожать от возбуждения, после чего начала пищать что-то вроде «Ах… Видео, мммф, глубже Эйхо! Но осторожнее». Фестралка чувствовала как сок из пещерки пегаски начал потихоньку течь, а копытце которым она толкала Лисена начала промокать густой жидкостью. Лисен понимая неизбежность своего погружения, начал сам способствовать этому прорывая себе путь копытами через мокрую плоть вульвы. Видимо из-за неожиданности и не готовой Серч, её соки пока находились в более густом и холодном состоянии, из-за чего единорожику было труднее пробираться глубже, всё липло и было чуть холодновато, так же, он чувствовал как его рог уже щекочет клитор сестрёнки из-за чего тот начал резко сжиматься и разжиматься. Серч действительно была не готова, внезапно из её глаз потекли слезы, Эйхо знала что такое бывает из-за переизбытка разных эмоций, она явно волновалась за своего брата, но и одновременно ей страшно это нравилась, так же, всё основные действия делает кобылка, что для неё впервой раз. Пегаска внезапно перевернулась на спину, из-за чего фестралке пришлось поспешно поворачиваться за ней и вот она уже была над пегаской. Она видела растерянность Серч поэтому решила просто засосать её, поглощая её стоны и отбрасывая все негативные мысли. Так же Эйхо не переставала играться с её вульвочкой, она прекратила запихивать ей копыто в глубь, а наоборот начала медленно и нежно водить им в разные стороны размазывая и чавкая её вытекающими соками, медленно доводя её до финала. Лисена начали обливать новые порции жидкости, уже куда теплее и жиже, они даже смели старую, Облипившую всё его тело и мешающую ему передвигаться. И тут Эйхо завелась ещё больше разжав поцелуй, она вспомнила как доводила до оргазма кобыл всего одним копытом, потому начала ещё интенсивнее стимулировать её вульвочку вдавливая копыто дальше. Пегаска хотела что-то сказать, но не смогла, ибо потеряла дар речи пока фестралка буквально одним копытом проходила все возбуждающие точки её вульвочки. Благо Лисен успел проникнуть глубже и беспощадное копытце Эйхо не оставила его останки в щелки его сестры, но он всё равно чувствовал как вся пещерка Серч содрогается от мощных движений копытом, из-за чего единорожику знатно укачало. И вот Серч уже была на пределе, она упёрлась задними копытами об матрас зажав глаза и прикусив губу, после чего кончила с громким криком прямо в копыто Эйхо. Из копыта что было на вульве пегаски брызнули соки, но фестралка чувствовала, что это был лишь предупредительный. Лисену тут же прибило к копытцу его хозяйки, даже оглушило из-за мощной струи, но мышцы щелки вновь дрожа сократились готовясь ко второму, менее мощному выбросу. И тут Эйхо успевает чуть отпустить копыто и второй раз пегаска кончила уже упавший от бессилия на матрас лишь сжав глаза и тихо пропищав «афф….». Этот раз оказался не таким мощным, лишь небольшая струйка выбилась из её киски, но уже вся простыня между ног пегаски была залита её соками, а среди всего этого бассейна лежал маленький жеребчик откашливаясь от жидкости. Пегаска лишь тихо постанывала и дрожала всеми конечностями, фестралка знала что пегаска быстро придёт в себя, поэтому решала не останавливаться. Встав и переместившись между ног к пегаске она увидела там Лисена который безуспешно хотел сбросить себя более густые остатки сока сестрички, приблизившись к Лисену мордочкой Эйхо сказала «Мы ещё не закончили малыш». Она взяла его своими зубками и посадила его на верх, буквально на клитор его сестры, а сама уткнулась носиком в её щёлку, от чего та тихо ахнула и тут Эйхо продолжила «Сейчас, нужно быть нежным, малыш, кобылки не любят когда после того, как они кончили, жеребчики продолжают всячески издеваться над её вульвочкой, но я знаю что твоя сестричка не будет против нежных и осторожных ласк, ммм?». После чего, Эйхо закрыла глаза и как кошка поджала передние копыта под себя, после чего начала медленно слизывать соки Серч с её же щелки, совсем не торопливо и нежно. Серч тем временем тихо стонала пытаясь дотянуться передними копытами до вульвы, но у неё это не выходило, зато она смогла чуть упереться о задним копыта и поэтому сейчас чуть сжимала голову Эйхо что сейчас ласкала её щёлку, так же она начала говорить «Ох… так быстро… умф… осторожней, пожалуйста у меня сейчас буд-то ноги отвалятся…» . Лисен, как послушный жеребец начал повторять за своей хозяйкой нежно вылизывая клитор сестрички обхватив его между своими передними копытами. Из-за чего сок продолжал интенсивно течь, только уже не на жеребчика, а на мордочку Эйхо, которая продолжала нежно вылизывать щёлку лишь изредка открывая глаза и посматривая на Лисена. Эйхо гордилась своим малышом, ибо он делал всё так, как она хотела. И вот Пегаска в очередной раз ахнув снова брызнулась жидкостью прямо на лицо Эйхо, после чего тут же снова опустила свои заднее копыта без сил. Эйхо улыбнулась облизнувшись забрав языком большую часть соков пегаски, после чего начала взбираться к Серч, по её телу, позже, всё же заставила её повернутся на бок, параллельно ловко подложить свою заднюю ногу так, что бы Лисен, что сейчас сидел на клиторе своей систре был зажат с другой стороны клитором фестиалки. Вульва Эйхо и так неплохо намокла за это время, но фестралке тоже хотелось кончить этой ночью, поэтому прижавшись к уставшему телу Серч, она решила воспользоваться бессильным положением пегаски и начала тереться своей вульвой, об усталую вульву Серч, параллельно сжимая между ними единственного жеребчика в этой постели. Серч всё же найдя силы, начала так же тереться своим тазом о таз Эйхо, щемя своего братика к фестралке. Самые сильные мышцы у пони, были именно тазовыми, из-за этих мышц, земнопони могли всего одним ударом сотрясать деревья так, что бы все плоды спокойно падали с дерева на землю. Сейчас Лисен был между двух вульв кобылок, которые старательно терлись друг об друга, единорожика буквально могли стереть в муку две неосторожные, возбуждённые кобылы, но Лисену повезло оказаться чуть ниже клиторов, поэтому он быстро утонул в мягких щелках своих кобылок, хотя чувствовал, как каждая мышца напрягаясь смещало его тельце и он наделся, что не окажется между двумя мышцами кобылок, ибо после этого, он спокойно мог попрощаться со своей жизнью. Лишь чудом малышу удалось выжить. Эйхо наконец-то громко крикнув кончила обливая своими соками и так мокрую щёлку пегаски, после чего перестала активно дёргать своими бёдрами и задними копытами, позже, она успокоилась тяжело дыша прямо в шею Серч. Обе кобылки страшно устали, но были так же незабываемо довольны, фестралка потянулась к личику Серч и они слились в долгом поцелуе, после чего дыша на друг друга тёплым воздухом, буквально в секунды заснули из-за внезапной накатившей на них усталости, в той же позе, в которой они скрестили свои задние копыта соединив свои киски. Лисен тем временем пытался выбраться наружу пробираясь через плоть вульв обеих кобылок. Эйхо иногда дёргалась, но из-за усталости не могла даже вспомнить о Лисоне, так же, как и сестрёнка жеребчика, которой досталось куда больше. Единорожик смог пробраться чуть выше. Он высунул свою маленькую головку жадно глотая воздух, тут его хватало, для нормального существования, после чего он посмотрел наверх, но не увидев практически ничего, из-за соединённых и из-за этого сплюснутых доек кобыл, он решил прекратить попытки выбраться отсюда зажигая свой рог из последних сил, он увидел что сейчас находится где-то рядом с клитором Эйхо, клитор Серч же тёрся о его живот. Здесь было достаточно тепло, даже жарко и очень сыро, здесь так же был максимально сконцентрированный запах обеих любимых жеребчиком кобылок. Поэтому осознав, что он находится там, где он и не мечтал, решил забыть обо всём, что ему пришлось пережить и легонько уперев свою маленькую головку о клитор Фестралки он начал закрывать глаза. От такого Эйхо даже чуть дёрнулась, что-то пробормотала, но продолжила сладко спать. Единорог глубоко вдыхая воздух своим жеребцовым носом, начал так же тихо засыпать, наслаждаясь своим счастьем. Он заснул достаточно быстро, не смотря на то, что был весь мокрый, а из-за маленькой проходимости воздуха, ему в основном приходилось дышать испарениями соков обеих кобылок, что было чуть тяжелее чем дышать обычным воздухом. Но клитор Эйхо заместил подушку Лисену, а её половые губы - одеяло, так что жеребчик точно не боялся замерзнуть, в конце концов, все в этой постели, были несказанно счастливы.