Перестань, продолжай

— Э, чо на! — раздался звонкий голос темноволосого парня с красной банданой на лбу. Это наш староста Джонни, неоспоримый лидер. Его тут знают все, и не только наша группа, но и параллельные, а также преподаватели, даже те, которые у нас ничего не ведут, что уж тут говорить, сам ректор помнит этого энергичного мальчика, ведь тот всегда найдет, как отличиться. Его звонкий голос слышен на весь коридор, а яркий внешний вид не оставляет равнодушными даже старшекурсников. И сейчас он стоял посреди кабинета, одной фразой вызвавший молчание и всеобщий интерес. Ранее болтающие о своих делах студенты теперь резко развернулись в сторону доски, множество глаз устремилось на старосту, желая узнать, в чем на этот раз заключается повод. — Пришли результаты работ по корпоративным финансам, — сначала протянул он, следом выдержал неоднозначную паузу и оглянулся, будто проверяя, все ли его слушают, и сделал это не зря. — Знат, блять, развернись! — рявкнул Колбая эмоционально, а затем треснул кулаком по столу. В другой руке Джонни находилась кипа с бумажками, видимо это и были те самые вступительные работы, которые мы писали две недели назад. Очень важные, как говорила одна девушка из деканата, ведь их составляли и отправляли по всей России. Работа должна была значительно повлиять на будущую оценку, а при условии плохого написания могли даже отчислить. Услышав крик, русоволосый кудрявый парень, сидящий за задней партой, развернулся и смешливо взглянул на старосту, будто тот не являлся для него помехой. Я испуганно взглянул сначала на дверь, но тут же успокоился, преподавателей поблизости не было. Мне всегда было неловко за то, что Джонни так спокойно матерится, вдруг кто услышит? Профессора не раз делали ему замечания, но все без толку, его хоть исключи, он все равно скорее всего припрется и разнесет тут все и всех в клочья. Возможно я даже ему завидую, ведь он такой бесстрашный, прямолинейный, властный, сразу видно - настоящий лидер, который может повести за собой команду. Не то, что я, такой тихий, ни для кого не видимый парнишка, сидящий на второй парте недалеко от преподавательского стола. Я чаще всего молчу, когда нахожусь в большой компании, отвечаю лишь на парах, за что порой получаю насмешки от одногруппников. Кто обратит на меня внимание в обычное время? Я резко повернулся обратно. Ну конечно, Знат и Ураган, кто еще мог нарушить тишину в этой группе? Порой даже Джонни не мог их усмирить, но в то же время староста всегда делал этим ребятам поблажки, корректировал посещаемость, так как тесно дружил с ними. Выгодно общаться с главой группы. — Казах, тебя тоже касается, развернись! — вновь крикнул Колбая, обращаясь к Асси. Теперь все точно смотрят на него. Староста начал озвучивать оценки и постепенно передавать работы нам, а мы уже отдавали их владельцам на задние парты. — Галандский 4, Коффи 4, Знат 3, Асылжан три с плюсом, — только и раздавалось из его уст, — шутка, у тебя 5, — исправился он, увидев недоуменный взгляд Асси, — Доми 5, Литпут 5, Ураган 2, — юноша сделал паузу и тяжело вздохнул, глядя через весь кабинет на друга. Мрачный взгляд старосты заставил поежиться даже тех, к кому он не относился. Ох как нелегко Урагану придется. Я тоже обернулся и посмотрел на него с интересом. Тот невозмутимо сидел, сделав безучастный вид, будто его совсем не волновала учеба, взгляд и слова Джонни, оценки. Я то слышал от некоторых ребят, что это Ураган на словах такой дерзкий, а дома ему влетит от родителей по первое число. Мне даже стало немного жалко этого парня. Порой казалось, что большую часть времени у него на лице была какая-то маска, скрывавшая его истинное “я”, чувства, эмоции. Эта дерзость и самоуверенность, словно огромный щит, скрывали что-то иное, более нежное и ранимое, то, что нельзя показывать первому встречному. Но черт, опять я слишком глубоко о нем задумался, уплыл в свои мысли. И почему вообще я постоянно о нем думаю? Все давно развернулись в ожидании дальнейшей информации. Зря я так долго пялился на Урагана, потому что юноша, словно почувствовав на себе мой пристальный взгляд периферийным зрением, повернул голову и грозно взглянул мне в глаза. Будто молнией ударило. Хватило ровно секунды на то, чтобы опомниться и успеть отвернуться, пока он не выкрикнул что-то язвительное в мою сторону на весь кабинет. — У меня 4, уф, — радостно гыгыкнул староста, почесывая темные взъерошенные волосы, — так, Чупикс 5… — Ну как обычно! — раздался знакомый голос с задних парт. Я резко развернулся. Ураган, опять он, все же не удалось избежать его комментариев. Мы вновь встретились взглядами, но только на этот раз я решил не испытывать судьбу, сразу повернул голову обратно и забрал свою работу из рук Литпута, сидевшего передо мной на первой парте. — Ого, ты молодец, — шепнул сидевший рядом со мной Доми, и я тут же забыл об Урагане. С Доми мы прекрасно ладили с самого начала учебы. Парень был таким же тихим и спокойным, никогда не кричал, подходил мне по темпераменту. Иногда мы вместе собирались после пар в библиотеке, готовились к проектам, обсуждали различные дисциплины. Пару раз гуляли, но в основном нашей точкой соприкосновения являлась любовь к чтению и учебе. — Ты тоже, — тихо произнес в ответ я, глядя в работу друга. Он придвинул ее ко мне, чтобы я сумел разглядеть способы решения задач, развернутые ответы на вопросы. В ответ я тоже протянул свой листок и мягко улыбнулся Доми, довольный собой и своим другом. Тем временем Джонни продолжал называть оценки. Часики тикали, все работы наконец оказались в руках у своих владельцев. Вскоре в кабинет вошел преподаватель, проверил посещаемость и продолжил объяснять материал, который мы начали проходить две недели назад. Большинство из нас, в которое не входили задние парты, погрузилось в учебу. Буква за буквой, строчка за строчкой, я конспектировал лекцию в свою удобную тетрадь на кольцах, периодически отмечая важные детали маркером. Я не стеснялся задавать вопросы по материалам и благодарил лектора за объяснения. Время текло безумно быстро, я и не заметил, как закончились три пары, а также я не мог знать о том, что парень на задней парте часто кидал взгляды в мою сторону.