Люди из разных миров

      Команда с каждым днём медленно улучшала свою игру. Первокурсников начали выпускать чаще. В основном, причина была в том, что старшие Лисы получали жёлтые и красные карточки или различной степени ушибы, из-за чего Эбби заставляла их посидеть на скамейке. Обычно оставались лишь синяки, ничего серьезного, но теперь у Лис было шестнадцать игроков, и они могли позволить себе лишнюю замену.       После инцидента с Логаном, Рэйчел и Пейдж перестали вести холодную войну. Возможно, первокурснице стало жаль Тонкс, а, может, она поняла, что девушка останется здесь надолго. Особенно учитывая, что произошедшее не заставило ее покинуть Пальметто, и каждую ночь Пейдж продолжала тренироваться.       Она заметно улучшила свою меткость. Кевин пару раз даже кивнул ей.       — Может, из тебя выйдет что-то стоящее, — сказал он на одной из тренировок.       — О боже, это что, великий Кевин Дэй только что сделал мне комплимент? — улыбнулась Пейдж.       Кевин слегка толкнул ее в плечо, и она засмеялась. Он, наконец, перестал отрицать, что Тонкс надоедливая, и принял ее постоянное присутствие рядом. Однако Кевин продолжал притворяться, что не поменял своего мнения. Он делал это, в основном, из-за того, что Пейдж понимала — он говорит не серьезно, и смеялась чаще.       Парни думали, что ещё долго не услышат смех Пейдж после случившегося с Логаном, но девушка продолжала цепляться за лучшие моменты своей жизни, смехом избавляясь от плохих мыслей и болезненных воспоминаний.       Пейдж воспользовалась советом Эндрю и обратилась к Бетси. Она приходила к ней раз в неделю. Ей нравилось, что иногда они могли разговаривать о чем-то абсолютно обычном и пить какао. На самом деле, Пейдж приходила к Бетси только ради какао. И, конечно, она любила поговорить. О своем детстве, об экси, о себе. О Логане они почти не разговаривали. Лишь несколько минут на первом сеансе, и иногда упоминали его вскользь. Но несмотря на это, девушке все же становилось лучше. Она приняла свои чувства.       Сестрам она ничего не рассказала, кроме Кейт. Пейдж чувствовала, что не готова снова возвращаться в тот вечер. А также ей нравилась мысль, что Мэдисон чего-то о ней не знает. Это было странно, Пейдж это понимала. Но это, возможно, эгоистичная мысль ее успокаивала.       — Почему ты до сих пор стоишь здесь? — спросил у девушки Кевин.       У Лис вновь была игра. На этот раз с юридическим университетом, победить который не составило бы труда. Пейдж стояла возле тренера. Скоро начиналась игра, и ей уже следовало идти на свое место, но она продолжала говорить с командой.       — Да ладно тебе, — сказал Лиам. — Она никак не мешает.       — Вы заметили, что она подбирается все ближе к полю? — спросил Чарли. — Такими темпами Пейдж скоро выйдет на поле вместо нас.       — Она точно выйдет на поле раньше тебя, чувак, — заметил Зак.       Чарли показал Заку средний палец. Тот сделал то же самое в ответ. Жест, который они стали применять чаще, когда попали в команду. Лисы постоянно использовали его. В команде он мог означать что угодно: так они могли послать тебя, сказать привет или поддержать. Парни не знали, кто начал эту традицию, но она к ним привязалась.       — Ладно, я пойду, — заключила Пейдж.       — Наконец-то, — не так тихо, как планировал, сказал Кевин.       — Не ври, ты уже скучаешь по мне, — закричала Пейдж, поднимаясь по лестнице.       — Конечно...       Когда началась игра, Лисы поняли, что победа действительно будет легкой. Они были, очевидно, сильнее своих соперников. И могли победить их всухую, но Грейс пропустила один гол, испугавшись, когда один из нападающих чуть не влетел в ворота, потому что не успел вовремя затормозить, а второй в это время забил гол.       Ещё один гол пропустил Эндрю во втором тайме, когда защитники, Зак и Эмма, не смогли договориться между собой.       Игра закончилась со счётом 7:2 в пользу Лис.       Это вновь была домашняя игра, а завтра у близнецов день рождения. Целых два повода выпить, как считали Лисы.       Уставшая команда расходилась по машинам, когда Пейдж воскликнула, взяв за руки идущих рядом Кевина и Ники. Парни проследили за ее взглядом и возле машины Эндрю увидели отца близнецов.       Аарон и Эндрю переглянулись. Первый был удивлен, что Джон вновь пытается заговорить с ними, второй решил проигнорировать эту навязчивость мужчины и пошел к машине.       — Парни, может, поговорим? — спросил Джон, вставая прямо перед близнецами, закрывая им доступ к машине.       — О чем? — спросил Аарон, пока Эндрю демонстративно молчал, всем видом показывая, что ему скучно.       — У вас завтра день рождения... — начал мужчина, но Эндрю его перебил.       — Ты пропускал его все эти годы, можешь продолжить в том же духе.       — Нет. Я понимаю, что вам это все больше не нужно, но мы же можем попытаться. Я не прошу о многом. Мы можем просто пообедать вместе, расскажите о себе больше. Об экси, об учебе, друзьях, Кейтлин, — на этих словах он посмотрел на Аарона. Джон видел, как парень поцеловал свою девушку перед игрой. Про Нила он решил не упоминать, но бросил на рыжего парня быстрый взгляд. Джостен и Эндрю заметили это, но промолчали.       — Один обед, — повторил Джон.       — И ты отстанешь от нас? — спросил Эндрю.       — Да. До Рождества, — добавил отец близнецов.       Эндрю молча обошел Джона и потянулся к двери машины, когда услышал голос Аарона:       — Ладно.       Эндрю вопросительно посмотрел на брата. Тот пожал плечами. Такой бессловесный разговор был нечастым явлением в их общении, но Эндрю понял брата. В последнее время Аарон все чаще стремился к нормальной жизни. Сестры Тонкс постоянно писали что-то о родителях. Мэдисон и Лия сейчас жили с ними и каждые выходные присылали фото и рассказывали, как проводят время с родителями. Весело, нормально.       Оба брата не хотели иметь ничего общего с Джоном и желали продолжить жизнь без этой новой драмы. Однако Аарон все же не мог избавиться от любопытства, от некой печали, что у него может быть хоть один нормальный родитель. Аарон был тем, кто скучал по матери. Несмотря на ее отношение к нему, парень не желал ей смерти. Он надеялся, что она исправится, станет лучше. Эндрю не позволил этому случиться. Бетси дала понять, что этого бы и не случилось. Но Джон не был Тильдой. У него была нормальная семья — сестра, которая воспитала в любви и доверии четырех дочерей.       Аарон мог дать ему шанс.       Эндрю видел, как Аарон надеется, что брат тоже согласится. Но Эндрю был другим. Он не верил в семьи, ему не нужен был отец. Уже нет. Но он не хотел отпускать брата одного.       — Один обед, — ответил он, открывая дверь машины. — На Рождество ты идёшь на хуй.       Джон не мог поверить, что они согласились. Но он сдержал свое удивление, остался внешне спокойным и лишь кивнул в ответ.       Аарон занял свое место, остальные парни тоже, и машина уехала.       Джон понимал, что это будет долгий путь, но он был готов к нему. Он видел нежелание, даже безразличие Эндрю, но также замечал, как Аарон готов посмотреть, что будет дальше. Аарону было также любопытно, как самому Джону. Мужчина отметил, что у них есть общая тема — медицина. И, может, с Эндрю у него мало шансов, но за внимание Аарона он может побороться.       И когда-нибудь... Когда-нибудь они станут чем-то похожим на семью.