Привкус горько-сладкий

Начало учебного года. Как же быстро заканчиваются каникулы. Тэхён поморщился, рассматривая свои ногти. В аудитории стоит шум, преподавателя еще нет. Ненавистный март наступил, и здравствуй третий курс СНУ факультета бизнеса и управления. Не то чтобы Ким прям горел желанием учиться именно на этом факультете. Как по его мнению, омега мог бы выбрать и что-то другое. И это доказывается тем, что в их группе намного больше альф. Что просто замечательно, по мнению Тэхёна. Но старший брат, Намджун, настоял на том, чтобы младший учился именно здесь, потому что после смерти родителей старший Ким взял бразды правления семейным бизнесом, а, значит, и Тэхёну туда дорога. Брат сразу сказал, что это их общее дело, и Тэхёну не отвертеться. Хотя омега всегда хотел стать врачом, но разве переспоришь этих альф? Брат, наверное, единственный, на кого чары прекрасного Ким Тэхёна не действовали. Омега сидит на столе, лениво рассматривая своих сокурсников. Они практически не изменились за каникулы, правда, пара альф стали довольно привлекательны. Они сальными взглядами скользят по телу Кима, когда замечают, что омега их рассматривает. Тэхён усмехается и отворачивается. Нет, не до такой степени они привлекательны. Рядом сидит любимый друг, Ким Сокджин, откинувшись на спинку стула. Что-то просматривает в телефоне и кусает пухлую нижнюю губу. Тэхён немного наклоняется и его губы растягиваются в усмешке. — Джин-и, неужели это мой брат? Омега вздрагивает и быстро блокирует телефон. Поднимает взгляд на ухмыляющегося друга и щурится. — Да, именно он. Скинул новую фотку. Красивый. Джин поджимает губы, а Тэхён смеется и щелкает языком. — Что ты по нему так сохнешь, я не пойму? — усмехается омега. — Уже третий год пошел. С первой вашей встречи ты про него мне все уши прожужжал. За тобой пол универа бегает, а ты помешался на моем брате. — Ты вообще его видел? — возмущается Джин, на что Ким закатывает глаза. — Это не альфа, а Бог. Почему я ему не нравлюсь? Тэхён длинным пальцем почесал кончик носа с родинкой, легкая усмешка играла на губах. — Ты для него, Джин-и, как лучший друг младшего брата. Такой же мелкий пиздюк, как и я. Типа, подойти и за щечку потрепать, волосы растрепать, и прочая хрень. Но уж точно не омега. — Я, блять, заметил, — прошипел Джин. — И это бесит. У него сейчас кто-то есть, да? Карие глаза друга смотрели с каким-то страхом и тоской, Тэхён даже улыбаться перестал. Он не понимал, как можно так сходить с ума по одному альфе, если их вокруг толпы. Им всего двадцать два, и надо отдыхать по полной, а уж точно не зацикливаться на одном человеке. Даже если это его брат, альфа-красавец. — Джин, ты же знаешь, — устало выдыхает Тэхён, — мой брат не для отношений, несмотря на то, что ему уже двадцать семь. Его отношения — это его работа. Он помешан на ней, меня на бизнес учиться запихнул. А омеги у него одноразовые, вот и все. Погулял, потрахал и забыл. — Да уж, — сморщился омега. — Это, походу, у вас семейное. Только ты омега, что более странно. — Ничего странного, — пожал плечами Тэхён. — Я люблю секс. Секс — это замечательно. — Полностью поддерживаю. Тихий шепот на ухо и холодные руки, которые пробрались под молочно-розовую рубашку и обхватили талию, заставили вздрогнуть и зашипеть. — Квон, — рыкнул омега, — убери руки, они холодные. Тэхён ударил альфу по рукам, и тот со смехом вытащил руки из-под легкой ткани. Встал сбоку от Кима, уткнулся носом в висок и сделал глубокий вдох. — Может, тогда согреешь, — прошептал альфа на ухо. — Сегодня. Мы давно не виделись. Тэхён повернулся и посмотрел на альфу. Он красив, серые глаза и темно-русые волосы челкой спадают на лоб. Губы красивой формы с четко очерченным контуром. Крепкое тело, хороший аромат мускуса, да и трахается прекрасно. Квон, так сказать, постоянный любовник. У них нет отношений, хоть альфа и пытается этого добиться. Но Ким этого не хочет. Потому что если он видит альфу, который его привлекает и от вида и запаха которого томно тяжелеет в паху, то отказывать себе омега не привык. И поэтому Ли Квон ждет, когда же Тэхён нагуляется, и станет только его. И сколько бы Ким ни объяснял, что альфа может не ждать этого в ближайшее время, Ли надежды не терял. Омега дернул уголком губ в усмешке и склонил голову в бок. — Соскучился, Квон-и? — Естественно. И тут ты, такой неотразимый. Как же не потрогать. Тэхён действительно неотразим. И не только сегодня, а всегда. Сам Ким считал свою внешность благословением свыше, потому что знал и понимал, что красив. И пользоваться научился этим еще в старшей школе. Его темно-каштановые волосы волнами вились от природы, иногда омега их выпрямлял. Но не сегодня, поэтому темные волнистые пряди спадали на лоб и слегка прикрывали красивые карие глаза с лукавым разрезом. Аккуратный прямой нос, идеальная форма лица с красивыми скулами. Пухлые алые губы блестят от бальзама. У омеги прекрасное тело, длинные стройные ноги, и упругая сочная задница, на которую пускают слюни все альфы в их группе и не только. Эти ноги и ягодицы сейчас обтянуты черными брюками, черные ботинки дополняют образ. Розовая широкая рубашка навыпуск, верхние пуговицы расстегнуты, открывая изящную шею и соблазнительные ключицы. Длинные пальцы в тонких кольцах, в ушах цепочки с бриллиантами на концах. — Посмотрим, Квон, — с издевкой усмехается омега. — Я еще не решил, хочу я тебя сегодня или нет. — Может я помогу тебе решить? — ухмыляется альфа и кладет ладонь на бедро, обтянутое черной тканью. — Я же сказал, я подумаю. — Фу, устроили свои похотливые игры, — фыркает Джин. Альфа оборачивается к омеге и улыбается. — Джин-и, давай я позову Минсу, ты же знаешь он с ума по тебе сходит. Тоже «поиграете»? Тэхён с усмешкой смотрит на возмущенное лицо друга. — Нахрен иди ты, и Минсу захвати, — шипит Джин. — Жестокий ты, Ким Сокджин, — вздыхает Квон. — Я так друга потеряю. Умрет от безответной любви. Джин сладко улыбается и тихо говорит: — От спермотоксикоза еще никто не умирал. Тэхён откидывает голову и громко смеется. В это время дверь в аудиторию открывается и заходит преподаватель. Все стали расходиться по своим местам. Ли чмокнул пухлые губы Кима, подмигнул и пошел на свое место. Тэхён слез со стола и сел рядом с Джином, достал телефон. Время ТикТок. — Уважаемые студенты, минуточку внимания. Преподаватель Чхве привлек внимание студентов, стало тише. Тэхён даже бровью не повел, засунув один наушник в ухо. — Хочу представить вам нового студента. Он перевелся к нам из Пусана, и следующие два года будет учиться с вами. Чон Чонгук. Ким пару раз моргнул, не отрываясь от телефона. Затем поднял взгляд в сторону преподавателя, и исподлобья смотрел на студента. Чон Чонгук? Серьезно? Да быть этого не может. Тэхён внимательно осмотрел альфу, который стоял рядом с господином Чхве, пока тот что-то еще говорил и объяснял. Альфа был высок и хорошо сложен. Крепкие ноги обтянуты темно-синими джинсами, черные кроссовки с белой подошвой отлично гармонировали с расстегнутой черной толстовкой и футболкой белого цвета под ней. Широкие плечи, на одном из которых висел рюкзак. Тэхён посмотрел в давно забытое лицо, и дернул бровью. Красивый, очень. Изменился, возмужал, вырос. Аккуратные красные губы чуть сжаты, челюсть напряжена, выделяя линию скул. Прямой нос, и темно-карие, почти черные, глаза, которые смотрели спокойно, даже равнодушно. Черные волосы в чуть косом проборе, челка спадает с одной стороны на лоб. По два широких кольца в каждом ухе. Когда преподаватель закончил свою речь, и предложил занять свободное место, Чонгук слегка кивнул и бегло окинул аудиторию взглядом, не останавливая своих темных глаз ни на ком конкретно. Он сел во втором ряду, левее Тэхёна, достал тетрадь и ручку. Ким наблюдал за ним с легкой усмешкой, глаз отводить не хотелось. Воспоминания нахлынули, унося в годы старшей школы. ___________________________ Было начало последнего года старшей школы, когда Чон Чонгук вот так же появился в их классе. Его отец часто переезжал по работе, таская с собой мужа и сына по всей Южной Корее. Тогда они приехали в Сеул, и Чон попал в класс, где учился Ким Тэхён. Им было по восемнадцать лет, а Тэхён уже тогда был самым популярным омегой в школе, которого хотели все альфы в классе. Рядом с ним постоянно крутились те, кто надеялся, что Ким задержит именно на нем взгляд, и они получат доступ к телу этого прекрасного омеги. Чонгук выделялся молчаливостью и отстраненностью. Он ни с кем не общался, приходил на занятия, учился и так же тихо уходил. При этом его нельзя было назвать ботаном или изгоем. Его уже тогда красивая внешность и приятный аромат темного (как его глаза) шоколада привлекали омег, но он будто не обращал на это внимания. Знакомств не заводил, спокойно отвечал отказом на предложения прогуляться, посидеть в кафе. Тэхён наблюдал за этим с насмешливой ухмылкой. Что-то в этом Чоне притягивало омегу и скорее всего это то, что он всегда был сам по себе. Спокойный, безразличный, незаинтересованный. И этот альфа сделал огромную ошибку, когда отказал самому Ким Тэхёну. И не просто отказал, а безразлично кинул «неинтересно» и вышел из кабинета. Омега тогда охренел и стоял с открытым ртом. «Неинтересно»? Такого по отношению к себе Тэхён в жизни не слышал. Как, блять, он может быть неинтересен? Да за ним толпами альфы бегают. Все, что ему надо сделать, это пальцем своим длинным поманить, и они затопчут друг друга, несясь на всех парах. И тут этот альфа… С того дня Тэхён делал все, чтобы превратить жизнь Чона в ад. Постоянные подъёбы и издевательства сыпались на альфу со всех сторон. Задетая гордость и огромная самовлюбленность не давали Тэхёну отпустить эту ситуацию. Чонгук его бесил своими безразличными взглядами, чувство ненависти внутри мешало адекватно оценивать свои поступки. Не проходило и дня без их стычек, которые, естественно, начинал Тэхён. Очередная встреча во дворе школы, и Чонгук поджимает губы, с холодом смотря на приближающегося омегу и двух альф за его спиной. — Чон, привет. Улыбка сладкая как мед, и ледяная как айсберг. — Скажи-ка мне, ты же девственник? Чонгук фыркнул, и снова уткнулся в тетрадь, которая лежала перед ним на столе. — Или там другие проблемы? Не встает, да? Тэхён сочувственно поджал губы под смех альф, которые стояли за его спиной. — Я просто поначалу подумал, что дело во мне. Но у других-то все в порядке, значит, все-таки проблема в тебе. Чонгук поднимает голову, смотрит пристально, чуть с прищуром. — Нет, ошибаешься, Ким. Дело в тебе. Не привлекаешь просто потому, что слишком доступен. Мерзко как-то. Так редко можно было услышать голос альфы и его ответы, но каждый из них постоянно приводил в ярость, потому что унижал. Красивое лицо застыло злой маской, тонкие пальцы сжались в кулаки. После этого разговора трое альф были в медпункте, а затем и в кабинете директора за драку. Ким щелкнул пальцами, и его дружки решили показать, что лучше таких слов не говорить. Чонгук был за то, чтобы свободно выражать свои мысли. В итоге с разбитыми носами были все, а Тэхён стоял в стороне, хлопал глазами и лепетал о том, что понятия не имеет, почему они подрались. Эта драка была не первая, и не последняя. Тэхён медленно закипал, насмешливо кривя губы, и наблюдал за очередной дракой. В одной из таких потасовок омега не на шутку испугался, когда Чонгук подлетел к Тэхёну, схватил одной рукой за ворот рубашки и вплотную притянул его лицо к своему. Губа альфы была рассечена, он быстро слизнул кровь, тяжело дыша. Черные глаза метали молнии, смотрели с ненавистью и презрением. Запах темного шоколада, который усилился от злости, окутал их с головой, и омега застыл, широко распахнув глаза. Сердце забилось как бешеное, страх смешался с неуместным возбуждением, потому что запах самого Кима отвечал на ярость альфы. — Ты заебал меня, Ким, — прорычал Чонгук прямо в губы омеги. — Какого хрена ты ко мне прицепился? Отвали от меня. Тэхён сглотнул и облизал губы, которые находились в опасной близости к чужим губам. — Не получится, — хрипло ответил омега. — Ты слишком сильно бесишь меня, Чон. Чонгук скрипнул зубами, оттолкнул от себя омегу. Развернулся, подхватил свой рюкзак с земли и ушел с территории школы, несмотря на то, что у них еще было впереди два урока. В общем и целом, Тэхён приносил проблемы, и как мог пытался еще раз вывести Чонгука из себя. Но тот раз был первый и последний. Чонгук либо игнорировал, либо унижал одной, но очень емкой фразой, либо дрался, стиснув зубы. Но ненависть в черных глазах горела все ярче и ярче. Тэхён это видел каждый раз, когда Чон прожигал его взглядом. Ким в ответ ненавидел не меньше, сам себе признаться не мог, что ненавидит не потому что Чонгук на самом деле сделал что-то не так, а потому что омегу к нему тянуло. И тянуло только потому, что его отталкивали. И это был замкнутый круг. Чон посылает — Тэхён бьет. Не своими руками, но все же. Итог один. Так прошла первая половина учебного года. После летних каникул Чон Чонгук в школу не вернулся. Учителя сказали, что его отца куда-то опять перевели, и они уехали всей семьей. Тэхёну это не понравилось, он неделю ходил раздраженный и злой. Все думали, что из-за того, что его любимая жертва уехала, но только сам Ким знал, что совершенно по другой причине. Он так и не получил этого альфу. Это как кость в горле, как дело принципа, как идея «фикс» тогда была. Но он больше не видел Чон Чонгука. ________________________ Пока спустя четыре года этот альфа с черными глазами не зашел в его аудиторию и не стал его сокурсником. Тэхён полулежал на столе, подперев ладонью голову, и смотрел на Чонгука, который сидел сбоку на ряд ниже. Джин сначала странно смотрел на друга, спросил в чем дело. Ким только отмахнулся, сказал, что потом объяснит. Омега закатил глаза и, видимо, подумал, что друг нашел новую жертву. Нашел, только не новую, а давно забытую старую. Если Чонгук и ощущал чей-то пристальный взгляд, то вида не подавал. Ни разу не обернулся, сидел спокойно, записывал когда надо, проверял время на телефоне. Кажется, он за эти годы стал еще более собранным и холодным. Лицо будто совсем безэмоциональное. И Тэхён понимает, что ему очень нравится то, что он видит. Захотелось почувствовать запах альфы, вспомнить тот темный шоколад. Изменился ли он? Ведь с возрастом запахи альф становятся интенсивнее, гуще, дают понять силу своего хозяина. А запахи омег расцветают, становятся более соблазнительными. И очень хотелось вдохнуть этот аромат с крепкой смуглой шеи Чона. То, что было в школе, сейчас Тэхёну казалось глупостью. Да, он прекрасно помнил, как бесился и ненавидел этого альфу. Как тот шикарно потоптался по гордости такого красивого и популярного омеги. Но прошло четыре года, и Тэхён все же повзрослел. Сейчас это не раздражало как раньше, а веселило, вызывало чувство какого-то азарта. Что Чонгук скажет ему сейчас? Как поведет себя? Будут ли черные глаза сверкать лютой ненавистью, или за четыре года все это стерлось и притупилось? Ким прекрасно помнил те слова альфы о том, что трахаться не пойми с кем мерзко. Но у омеги по этому поводу были совершенно другие мысли. Когда в шестнадцать лет пришла его первая течка, и он впервые узнал что такое секс, то омега понял, что это самое невероятное, что природа могла придумать для человечества. Тэхён взрослел, начал осознавать свою красоту и притягательность для альф, упивался этим вниманием. Оно грело изнутри, распаляло инстинкты, щекотало эго. Но что бы там ни думал Чонгук, и все другие невинные овечки, это не альфы выбирали его, а он альф. Ведь принято считать, что альфы пол сильный, смелый, настойчивый. Они добиваются, сами берут, а бедные омежки текут и укладываются у их ног, раздвигая бедра, требуя альфу. Но Тэхён решил по-другому. Нет, он не трахался со всеми подряд. У него не было расписания, составленного на месяц вперед, с одним выходным. Его выбор мог быть спонтанным в клубе или в баре, в универе или кафе. Если ему нравился альфа, он не стесняясь говорил ему об этом. Прожигал лукавым взглядом карих глаз, закусывал пухлую губу, соблазнительно усмехаясь. Мало кто отказывался, но и мало кто нравился. Особенно с годами отбор в постель стал более придирчивый. И еще один немаловажный факт. В процессе прелюдии, когда уже все тело дрожит и истекает, Тэхён говорит альфе, чтобы тот ему отсосал, или всё это закончится прямо сейчас. Лица этих альф надо видеть, Тэхён эту реакцию обожает. Неимоверный шок с пеленой желания и невероятного возбуждения. Омега спокойно объясняет, что он привык к двум оргазмам за один секс, поэтому сначала минет, а потом и дальше по списку. Для большинства альф это как удар по яйцам и той же пресловутой гордости. Ведь они такие самцы, а тут омеге член сосать. Ким знает, что есть такие экземпляры, которые даже своим мужьям минет не делают, потому что не альфье это занятие. Ага, конечно, занятие только для омег. Тэхён так не считал. И у него есть член, его можно пососать. И нужно. Были те, кто отказывался, были те, кто соглашался. И только после первого оргазма Ким подпускал этого альфу к себе. Тэхёна бесило это разделение, что омега должен просто молча стоять и ждать, пока альфа обратит на него внимание. А в постели выполнять что скажут и стонать как можно громче, чтобы потешить самолюбие сильного пола. Сам же Тэхён минет делать не любил, очень немногие альфы вызывали в нем такое желание. Поэтому он часто смеялся, когда они после того, как ему отсосут, ждут ответного действия. Так сказать, ты мне — я тебе. Но увы и ах, не дожидались. Да, Тэхён секс любил, а как его не любить? И закатывал глаза, смотря на омег, которые при слове «оргазм» краснели и стыдливо опускали глазки. Словами и поведением убеждали, что только мужу они отдадут себя, только он сорвет их «девственный цветок». А по ночам в темноте пихали в себя все, что толще шариковой ручки. И в течку на стену лезли, но девственники, но ждут. А потом всю жизнь молятся на один член, потому что других не знали, и непонятно, хорошо тебе или нет, потому что сравнить не с кем. Тэхён к такому не готов, потому что если организм требует альфу, то он должен его получить. Ким не исключает той возможности, что полюбит когда-то, и даже станет чьим-то мужем, родит ребенка. Но об этом ему думать еще рано, хотя многие его сверстники-омеги в свои двадцать два уже хотят семью и детей. Да взять того же Джина. Если бы Намджун поманил его только пальцем, друг-омега бежал бы к нему на всех скоростях, в дороге планируя детей и пару собак. Но для Тэхёна это пока неинтересно. Он своей молодостью и красотой хочет насладиться. Да и не встретился еще ни один альфа, с которым захотелось бы остепениться и завязать хоть какие-то отношения. Их по факту у Кима ни разу не было. Были любовники на постоянной основе, и Квон задержался дольше всех. У них это длится почти год уже. Остальные были посланы сразу же после фразы «Ты мой омега, и ты должен слушаться меня». Для Тэхёна это как кодовое слово, на которое он разворачивается на сто восемьдесят и уходит, ни разу не ответив ни на одно сообщение в дальнейшем. Слишком омега дорожит своей свободой. Квон еще в каком-никаком, а близком статусе только потому, что не давит сильно, не ставит условия. Потому что умнее остальных, и понимает, что сразу будет послан. Альфа тоже гуляет по другим омегам, Ким это знает точно, но ничего против не имеет, потому что не испытывает ничего значимого к Ли. Поэтому Тэхён доволен своей жизнью. Он красив, популярен, обеспечен и в себе уверен. А перед глазами сейчас сидит альфа, который единственный заставил единожды усомниться в себе. Киму так интересна реакция Чонгука, когда они увидятся. Как он отреагирует, что скажет? И Ким собрался выяснить это как можно быстрее. ________________________ Звонок оповестил об окончании пары. Чонгук спокойно встал, кинул вещи в рюкзак, одну лямку повесил на плечо, и, не смотря по сторонам, двинулся к выходу, вливаясь в толпу студентов. Тэхён проводил его взглядом и облизал губы. Задница крепкая и наверняка очень упругая, а бедра эти хочется кусать, стоя на коленях. Ким сам себе поражался. Как сильно он ненавидел Чонгука, но тот всегда привлекал его физически. В сексуальном плане еще тогда, в их восемнадцать лет, Тэхён на него залипал, и бесился еще больше. А сейчас, уже не парень, а более зрелый альфа, сильный и красивый. Тот, кто так и не достался, заставлял омегу внутри облизываться, и требовать подойти понюхать. Да, Тэхён так и сделает. Они с Джином идут к выходу из аудитории, сзади подходят трое альф, Квон, Минсу и Тиен. В принципе, это их компания в универе. Минсу как обычно залипает на Сокджина, который в телефоне рассматривает фотки Намджуна. Тэхён прикрыл глаза и покачал головой. Он с этим поделать ничего не может. Омега знакомил друга со своим братом, естественно по просьбе Джина. И все вышло так, как и думал Тэхён. Джин милый друг-омега младшего брата. Хотя Сокджин очень красивый, за ним многие бегают, а брату все равно. То ли на самом деле только работа на уме, то ли просто не видит этой красоты, считает слишком молодым. Они поднимаются на третий этаж, аудитория еще закрыта, поэтому студенты стояли в коридоре кучками и ждали преподавателя. Тэхён пристальным взглядом изучил помещение и нашел. Вот он, Чон Чонгук, стоит у окна, присев на подоконник. В руках телефон, он что-то быстро печатает. А у Кима внутри даже все дрожит от предвкушения такой замечательной встречи, а сучка внутри ехидно руки потирает. — Куда ты все смотришь? Недовольный голос Квона выводит из задумчивости, и Ким понимает, что в упор смотрит на Чона, ухмыляясь. — Никуда, — фыркает омега и смотрит на альфу. — Что, новенький приглянулся? Вроде Ли и без упрека спросил, но скулы напряглись. Ким пристально посмотрел на него и улыбнулся. — Да, приглянулся. Давно еще, четыре года назад. Это мой одноклассник, и поэтому я пойду поздороваюсь. Омега лениво усмехнулся, подмигнул и пошел в сторону Чонгука. Он глаз не отводил от красивого лица, чтобы не упустить ни одной эмоции. Все ближе и ближе, и вот виден шрамик на щеке, Ким помнит его. Тэхён остановился напротив парня, между ними не больше метра. — Привет, Чон Чонгук. Еще до того, как омега заговорил, Чонгук уже напрягся, потому что аромат сладкого кокоса хоть и давно забыт, но в памяти есть. Звучит красивый бархатистый голос, и Чон отрывает глаза от телефона, исподлобья смотря на Тэхёна. Омега улыбается как-то хитро, красивые глаза блестят будто в предвкушении. Чонгук поднимает голову и в упор смотрит, не моргая. Уголок губ поднимается в усмешке. — Ким Тэхён. Какая встреча. — Приятная? — Отнюдь. — Да ладно, я знаю, что ты рад меня видеть. Скучал? — Ни минуты за четыре года на это не потратил. Тэхён улыбается приторно, губу закусывает. Чонгук не удивлен, значит в аудитории его уже заметил. Смотрит расслабленно и безразлично, глаза не сверкают былой ненавистью. И рассмотреть альфу можно более подробно, более близко. Есть что рассмотреть. Ким медленно скользит взглядом по телу Чона, который сложил руки на груди, и так же рассматривал омегу. Взгляды снова встречаются, оба усмехаются. — А ты изменился, — тянет омега. — И как же? — Стал более привлекательным альфой. — Из твоих уст, Ким, это звучит как приговор. Тэхён прищурился и поцокал языком. — А что, ты все еще девственник? Или кто-то сорвал все же твой неприступный цветок. — Конечно, девственник, — усмехнулся альфа, склонив голову к плечу. — Жду того самого и единственного. — Оу, как мило, — похлопал ресницами омега. — Может, все же я стану тем, кто оседлает тебя, Чон? Глаза альфы на миг расширились, он тихо рассмеялся и покачал головой. Посмотрел пристально в карие глаза, которые так же сверкали весельем и интересом, покусал нижнюю губу. — А ты, я смотрю, не изменился совсем. Все такая же блядь. Тэхён небрежно откинул челку со лба, облизал медленно губы. Руки засунул в передние карманы штанов и в два медленных шага подошел вплотную к альфе. Чуть расставив ноги, встал так, чтобы ноги Чона оказались между его бедер. Чонгук почти сидел, поэтому их лица были на одном уровне и на расстоянии не больше десяти сантиметров. Альфа не оттолкнул, не отодвинулся, встретил взгляд карих глаз все так же спокойно. — Я не блядь, Чон, — прошептал Тэхён. — Я просто люблю секс, и умею им наслаждаться. Я не ханжа и не притворяюсь, что упаду в обморок, если увижу член альфы. Так многие омежки делают. И я не боюсь своих желаний. А ты? — Жаль, — прошептал Чон. — Чего жаль? — дернул бровью омега. — Мужа твоего будущего жаль, — усмехнулся Чонгук. — Достанется же ему дрянь такая, которая не боится своих желаний и статуса шлюхи. — Не надо переворачивать, — фыркнул Ким. — Я буду прекрасным мужем и папой. — Страшно представить. Они смотрели друг другу в глаза, не отрываясь. Чонгук с насмешкой, Тэхён с лукавством. Омега облизал губы, и как было рассчитано, Чон проследил глазами за этим действием. — Я же тебя не под венец зову, Чон. А предлагаю потрахаться по старой памяти и взаимной ненависти. — Я не ненавижу тебя, Ким, — ответил Чон, чуть склонив голову. — Ты мне безразличен. И что самое главное, я тебя не хочу. Омега широко улыбнулся, блеснув белыми зубами. Как бы ни хотел отрицать этого Чонгук, но слепым он не был, и прекрасно видел красоту омеги перед ним. С этим не поспоришь, этого не изменишь и у Тэхёна не заберешь. Ким начал наклоняться к лицу альфы, потом медленно повернул голову, и склонился над шеей Чонгука. Прикрыл глаза, провел самым кончиком носа и глубоко вдохнул. Густой темный шоколад забил ноздри и сознание. Тэхён тихо выдохнул, обдавая кожу теплым дыханием: — И запах твой стал ярче. Уже не мальчика, а мужчины. Оставишь его на мне, Чон? Омега не без удовольствия заметил как дернулся кадык альфы, Чонгук тихо, но резко выдохнул. И запах стал сильнее, будто небольшая волна, реакция на возбуждение, которое нельзя контролировать. Тэхён так же бесконтрольно ответил, и понял это только когда альфа стал глубоко вдыхать. Сливочно-сладкий кокос отвечал Чону, Ким сам не ожидал такой реакции. Омега еще раз провел носом по шее альфы и снова посмотрел на него. Тот стиснул зубы и казалось, не дышал совсем. Тэхён усмехнулся, провел языком по уголку рта. Черные глаза смотрели пристально, взгляд потяжелел. Чонгуку не нравилась такая реакция на Кима, но это контролировать невозможно. Это природой заложено в альфах и омегах. — Как думаешь, — шепчет Тэхён, — когда мы будем трахаться, а наши ароматы сплетаться, это будет прекрасно? Шоколад и кокос. Очень сладко, как и сам секс. Резкий и громкий звонок на пару заставил Тэхёна слегка вздрогнуть. Чонгук моргнул пару раз и раздраженно выдохнул. — И что, — фыркнул альфа, — когда ты получишь отказ, то побежишь к своим дружкам, которые тебя трахают, и скажешь избить меня. Я так полагаю, это те трое, которые прожигают во мне дыру взглядами. Ни альфа, ни омега не посмотрели в ту сторону, где стояли друзья Кима. Тэхён улыбнулся и ответил: — Я трахался только с одним из них. И никто тебя пальцем не тронет, кроме меня. Я не повторяю своих ошибок, Чон. Чонгук холодно усмехнулся и провел языком по внутренней стороне щеки. Затем вплотную приблизил лицо к лицу омеги, и прошептал: — Я никогда в жизни не буду тебя трахать, Ким. Ты мне не интересен, даже если мой член встанет. Кого угодно, но только не тебя. Потому что какой ты красивый снаружи, такой же ты мерзкий внутри. Тэхён сам себе поразился, но его совсем не задели эти слова. Скорее, развеселили и подстегнули. Потому что он этого альфу хочет, и очень давно. И в этот раз он не отступит и получит то, что желает. — Это мы еще посмотрим, — ласково прошептал Тэхён, чмокнул воздух возле губ альфы и отошел от него, направляясь в уже открытую аудиторию.