Жаренные обабки

- Ая! - вскрикнуло бесформенное складчатое тело Людмурика. Утро это тупой пизды началось с того, что на ее пустую голову упал кусок штукатурки. - Чё ты там орешь, мама?! - агрессивный голос уебка послышался из соседней комнаты. Жижеобразный комок Людмурика сполз с кровати и направился в сторону голоса Гобза. Зайдя в комнату она увидела все тот же привычный обвисший живот, вздутость которого, казалось, никогда не проходила из постоянного потребления пива. Вот та самая рожа, которая платила ей только 30 процентов. Ее переполняло противоречивыми чувствами - ненавистью к уродливой, искалеченной личности и любовь к сыну. - Да блять, ты с нового года потолок побелить обещал! На меня ёбается штукатурка, тебе до матери вообще дела нет?! - всхлипывая вопила Людка. - Мама! Я и так устаю от работы, еще и ты со своим потолком! Нас смотрят максимум сто человек за стрим, денег не хватает ни на что! - оскалившись сказал чмырь, смотря матери в крохотные поросячьи глазки. - А потому что ты все деньги на свою катериночку спускаешь! Тебе молодая пиздёнка дороже родной матери! - расстроившись промямлила дряхлая карга. Гобза очень задели эти слова, потому что уже долгое время он был влюблен в свою маму. Прожигающие изнутри чувства одолевали его все сильнее и сильнее. - Все мама, хватит! Мне это надоело, снимай ночнушку! - встав со стула сказал гнилой чмошник. Люда сначала подумала, что он шутит, но когда жирный пидорас подошел ближе, она осознала, что ее обвисшая волосатая пиздёнка в опасности.