Кровавый мир

      Утро начинается не с кофе. Так я думал раньше, так я думаю и сейчас.       В моём же случае оно началось с вылитой на меня ледяной водой.       От неожиданности я вскрикнул и судорожно попытался протереть глаза. Теперь ранее размытый силуэт, представший передо мной, превратился в Анбу в маске кабана, терпеливо стоящего в ожидании, пока я проморгаюсь.       — Шиноби обязан иметь чуткий сон. Он должен почувствовать возможную опасность даже во сне, — скрестив руки начал он отчитывать меня. — У тебя ровно две минуты, чтобы собраться и дойти до полигона. В том случае, если ты не успеешь за этот срок, тебя будет ждать наказание. Время пошло с того момента, как я вылил на тебя воду, — договорив, он быстро исчез.       Я посмотрел на часы, где время показывало пол пятого утра. Это могло означать лишь одно — день тренировок уже настал.       «Ну, по крайней мере, уже не надо умываться», — с иронией подумал я и тут же подскочил как ошпаренный:       — Ксо! У меня осталось катастрофически мало времени, а я точно и не помню, где находится полигон, ведь за две недели отдыха, я так ни разу туда и не ходил.       Наскоро напялив форму, я со всех ног побежал в, как мне казалось, нужную сторону. По дороге своих новых знакомых я не встретил. И это означало, что либо они опаздывают, либо наоборот уже там.       Немного поплутав, я всё-таки нашёл нужное место. Забежав внутрь, я увидел то, чего так сильно опасался: Кадзуми и Шизуки, такие же мокрые, уже стояли перед пятёркой Анбу, смотря на меня при этом несколько сочувственно. Среди Анбу был тот, кто меня так внезапно разбудил, а также старый знакомый — шиноби в маске тигра, который нёс меня недавно на своей спине.       — Ты опоздал на шесть секунд, — только я на это хотел что-то сказать, как Кабан меня сразу перебил: — Свои претензии оставь при себе. Это целиком и полностью твоя вина и ты должен нести за это ответственность. Твоё наказание будет потом. А сейчас начнём, — он хлопнул в ладони в такт своим словам. — Для начала, подойдите ко мне. — он поманил нас к себе. — Показывайте мне своё правое плечо, я поставлю вам метки. Поначалу будет небольшое жжение, однако вскоре оно пройдёт.       Когда я к нему подошёл, он сложил несколько печатей и приложил ладонь к моему плечу. После я почувствовал неприятное чувство, как будто бы стёр кожу на том самом месте. Убрав от меня руку, он провёл такую же процедуру с остальными и продолжил:       — Это печать Анбу. Она будет жечь, когда вас вызывают на миссию в канцелярию, либо же когда вас вызывает к себе лично Хокаге, — начал он объяснять, задумчиво постукивая пальцем по краю своей маски. — Также если вы попадёте в плен или, скажем, будете смертельно ранены, но вы, при этом, хотите забрать побольше врагов с собой в могилу, то просто подайте в неё чакру. Ваше тело уничтожится и, возможно, вы напоследок убьёте кого-то.       — Кабан-сан, а она будет постоянно у нас находиться на плече? Как татуировка, что ли? — не преминула задать довольно разумный вопрос Кадзуми.       — Нет. Она проявляется только тогда, когда вы на службе. В остальное же время, она скрыта, во избежание случайного рассекречивания, — откашлявшись, он продолжил: — Те, кто рядом со мной стоят, на протяжении следующих лет будут вашими сенсеями. Я, естественно, также вхожу в их число. Ваше обучение будет длиться до того момента, пока каждый из нас не убедится, что вы достойны почётного звания «Анбу Конохи». Если понадобиться, вы и десять, и двадцать лет будете здесь сидеть и тренироваться, пока мы не дадим вам возможность получать миссии. Всё целиком и полностью зависит только от вашего упорства и самоотдачи.       — Кабан-сан, позвольте мне продолжить? — мягко перебив своего коллегу и дождавшись от него кивка, Тигр взял слово: — Сейчас я вам расскажу о вашем расписании. Слушайте внимательно и не перебивайте, — увидев наши согласные кивки и убедившись, что мы поняли, он принялся объяснять: — Как вам уже известно, побудка у нас в 5 утра. Сегодня, к слову, было исключение… Хе-хе… — он ехидно ухмыльнулся. — Далее вы дружно идёте на полигон на разминку. Ничего сложного, просто чтобы проснуться, — тут он легкомысленно махнул рукой. — Затем вы идёте в столовую, где у вас будет немного времени на поесть. Кстати, совет на первое время: утром много не ешьте, иначе вырвет, — его серьёзный вид дал понять, что это совсем не шутки. — Потому что дальше у вас будет тренировка. Сейчас, пока у вас не пробуждена чакра, вы будете получать лишь общую физическую нагрузку для укрепления тела и подготовки его для будущего использования энергии. Её будет вести Кабан-сан. После того, как вы достаточно окрепнете, у вас начнутся настоящие тренировки, — садистским голосом припечатал наш будущий сенсей и не останавливаясь, продолжил: — Из-за того, что вы имеете разные природные данные, у вас будут свои индивидуальные сильные и слабые стороны. Они выявятся не сразу, а в процессе тренировок. Как только вы узнаете своё преимущество, например — в тайдзюцу, вы будете усиленно над ним работать вместе с одним из нас. В этом конкретном случае, тренер тайдзюцу у нас — Кабан-сан, он же будет улучшать вашу общую физическую подготовку. Что насчёт слабых сторон? Их безусловно необходимо поднять хотя бы до среднего уровня. Для вас это жизненно необходимо, потому что члены Анбу — преимущественно универсальные бойцы. И так, работать над вашим ниндзюцу буду я, гендзюцу будет тренировать Пантера-сан, — кивок в сторону куноичи с светло-розовыми волосами. — Вашим сенсеем по кендзюцу будет Сокол-сан, — второй кивок на высоко мужчину с длинной катаной за спиной. — Ну и на первых порах, Жаба-сан будет пытаться вдалбливать в ваши пустые головы теорию, — последний из Анбу молча стоял и разглядывал нас, оценивая или подозревая в чём-то… Во всяком случае у него был такой многообещающий взгляд, что становилось не по себе. — Так, что-то я отошёл от темы… После силовой тренировки, у вас как раз будет теория. Когда она закончится, в вашем графике наступит свободное время. Отбоя как такового у нас нет, вы можете вообще не ложиться спать, вот только, вряд ли вы так долго сможете продержаться, да и в первое время, после тренировок у вас будет одна мысль: как бы не заснуть, ну или не сдохнуть, — хохотнул он, закончив довольно длинную речь.       — Благодарю за подробное объяснение, Тигр-сан, — снова взял инициативу Анбу в маске Кабана. — Ну что, надеюсь вы всё поняли, — он вновь обратился к нам. — Если нет — это ваши проблемы. Ну а сейчас… Держите эти утяжелители, в них сейчас установлено десять килограмм, для тебя — Хиго Цутому, там пятнадцать, в качестве наказания. И будь благодарным, это ты ещё мягко отделался. А теперь развернулись и бегом марш двадцать кругов вокруг полигона! — под конец он прикрикнул, чем нас безусловно подогнал.       Так и начался первый день моего персонального ада…

***

      — Давай! Давай! Какой же ты слабак! Кадзуми вон и то уже закончила, один ты остался! — кричал на меня сенсей, пока я в буквальном смысле выжимал из себя последние капли, стараясь последний раз отжаться.       Кое-как осилив сотый раз, я рухнул лицом в землю. Мне было абсолютно плевать на то, что я сейчас весь потный и грязный. Единственное, что мне хотелось — это остаться лежать на этой земле ближайшие пару дней, ну или вечность. Но кое-кто думал об этом совершенно иначе:       — Быстро встал! Чего разлёгся? Конец еще не скоро! Дальше идут подтягивания, вперёд! — скрестив руки подгонял нас сенсей.       Вы спросите, а почему никто из нас не высказывает никаких претензий на этот счёт? А я вам скажу почему:       — Сенсей! Мы уже не можем! Зачем нам нужно делать так много повторений? — усталым голосом спросила Кадзуми, а я её полностью в этом поддержал, пытаясь воззвать сенсея к совести, однако он на это лишь ответил:       — Слишком тяжело? Хм, видимо, и вправду я немного перестарался. Подойди-те-ка ко мне, я вам сделаю меньше вес на утяжелителях… Ага, вот так, сейчас нормально? — фальшиво сочувствуя, спросил он у нас.       После его слов я почувствовал, как меня будто придавило к земле. А после он снова повторил:       — Теперь лучше, да? Отныне зарубите себе на носу, что те, кто не будут выполнять в полной мере мои задачи, будут получать больший вес, уяснили? — окинув нас суровым взглядом, отчеканил он.       С тех пор мы зареклись спорить с сенсеем.