Закулисье

Невозможное порой становится возможным, и люди получают то, что хотят. Совсем скоро Роджер будет полностью доволен собой. Его душа нежится в восторге, он счастлив как никогда и полностью уверен в своем решении. Но ему страшно говорить с родными. Они всегда будут видеть в нем прежнего Роджера. И ему все так же больно признавать, что никто не разделяет его радости. Роджера не покидают навязчивые мысли и разочарование, а душа ноет и жалуется на злую судьбу. Он перебирает в руках маленькие бусинки и нанизывает на проволоку, они скатываются, превращаясь в единую цепочку событий. Только одна мысль, и что-то колючее пронзает сердце, и от неожиданной боли его глаза намокают. Ему остается лишь подпитываться остатками былой радости, которую еще не успели склевать беспощадные птицы. Они цепляют себе его энергию, оставляя Роджера ни с чем.

***

Роджер ждал его в парке. Ждал долго. С трепетом на душе он потирал руки, ходил вокруг скамейки и вновь садился на нее. Он теребил рубашку, накручивал волосы на пальцы и постоянно смотрел на наручные часы. Время близилось к рассвету. Лучи солнца постепенно рассеивались по городу, дышать становилось легче, и беспроглядная тьма сменялась живописными красками. А Роджер все ждал. Он все поглядывал в сторону улицы, по которой должен был идти Брайан. Роджер в каждом прохожем человеке искал его, но лица незнакомых ему людей сливались в одну искаженную маску, на которой с трудом можно было разглядеть эмоции. Он не мог найти себе места. Сердце то безмолвно ударяло, то слишком быстро билось. В последнее время слишком много взвалилось на его плечи. Роджер совсем позабыл слова, которые подготовил для встречи с Брайаном. Он позабыл с какой целью пригласил его и так ли это ему необходимо. Роджер уже успел обдумать все с другой стороны, и мучительное ожидание лишь наталкивало его на неприятные мысли. Внезапно его спокойствие сменилось страхом. Все, о чем Роджер до этого думал, отступило на второй план. Его ясное сознание захватила паника. Он отвернулся от дороги и попытался выглядеть расслабленным, будто совсем не переживал. Скоро послышались медленные шаги по траве, шарканье обуви по асфальту, и наконец-то сам Брайан молча присел на скамейку возле Роджера. Он не знал, о чем заговорить и нужно ли вообще? Вдруг Роджеру необходимо просто собраться с мыслями? Он никак не мог придумать ничего подходящего, так что просто продолжал хранить молчание. В этот момент Роджеру было не по себе. Все это казалось постыдным кошмаром, который закончится после пробуждения, и оставит после себя только мимолетное воспоминание. Но здесь все наоборот. В прошлое вернуться нельзя, даже если очень хочется. И не получится сейчас моргнуть и оказаться дома. Ведь даже права на ошибку у него нет. И дело было уже сделано. Сейчас он просто сидит и бездумно глядит себе под ноги, боясь даже пошевелиться. Все мысли сплелись в один строй, а рядом дожидается своей очереди озадаченный Брайан. Ситуация становилась все более глупой, а секунды стремительно бежали, и, казалось, они оба никуда не торопятся. Роджер боялся с ним заговорить, вот и все. Они будто бы играли в молчанку, и первым выйти из этой игры отважился все-таки Брайан. Он положил руку Роджеру на плечо, заставив того обернуться. — Ты хотел о чем то поговорить? — спросил Брайан, глядя на Роджера. Роджер решил не томить Брайана своим глупым молчанием, а взять себя в руки и начать уже этот разговор. — Да, — но он замешкался, пытаясь вспомнить, а зачем он вообще позвал Брайана погулять? Все было как будто в тумане, и он совершенно не помнил своих намерений, когда писал ему. Это было какое-то мимолетное желание, которое он поспешил исполнить, даже не подумав, о чем они будут говорить при встрече. Наверное, он просто думал, что после операции Брайан больше не захочет с ним видеться, и хорошо будет в последний раз насладиться простым его присутствием. — Знаешь, а давай просто с тобой где-нибудь погуляем? Как раньше? — предложил Роджер, наблюдая за реакцией Брайана. Ему хотелось, чтобы на лице Мэя появилась хоть капля радости, хотя бы малейшее движение губ в попытке улыбнуться. Ему просто хотелось увидеть, что он ему не безразличен. Брайан не отрываясь смотрел на Роджера своими ясными глазами. В его взгляде чувствовалось искреннее желание утешить Роджера. Он понимал, насколько ему сейчас тяжело. Брайан просто не мог видеть его таким подавленным и измученным. Он был не по-своему печален и уж слишком растерянным, словно зашел в тупик и не знает куда дальше идти, потому что единственный возможный путь он уже прошёл, и дороги назад нет. Сейчас Роджер нуждается в поддержке как никогда, ведь перед ним стоит очень сложный выбор — собственное счастье или счастье других людей. — Ну, пойдем, — Брайан вздохнул и еле заметно улыбнулся, — вот ты куда хочешь? И снова сложные вопросы. Ведь даже на него Роджер не мог ответить сразу. В голове прокручивалось множество мест, куда можно было бы пойти, но в итоге он всегда выбирал Закулисье любимого парка. Там он чувствовал себя будто единственным на земле, и для него переставали существовать людские переживания. Вся жизнь меняла свой окрас, и его волновали лишь собственные чувства и интересы. Это место принадлежало только Роджеру и являлось его отдушиной после тяжелого дня. Роджер, казалось, даже мог услышать, как поет его душа, и подумать обо всем на свете. Это было тихое место, невероятно чистое и безлюдное. Он мог приходить туда хоть каждый день, ведь именно там он оставался наедине со своими мыслями, какими бы они не были. И всегда после этого на душе у него спокойно. — Пойдем в закулисье? — улыбнулся Роджер и поднялся вслед за Брайаном. — А я почему-то так и думал, — он посмотрел в сторону их маршрута, — далековато идти придется, но будет неплохо, если мы успеем на автобус. Брайан повернулся к Роджеру. — Но нужно будет поторопиться. Ты же вечно плетешься еле-еле, мы так с тобой никуда не попадем! Роджер рассмеялся, а вот Брайан шутить был не намерен. Он схватил Тейлора за руку и заставил бежать рядом. Роджер еле перебирал ногами и плохо понимал, что происходит, ведь он все еще не до конца опомнился и просто не готов был к такому повороту событий. Внезапность ситуации сбила его с толку, и он даже не обратил внимание на очередное прикосновение Брайана. А Мэй был бодр как никогда. Казалось, с Роджером он сможет отправиться хоть на край света, главное, чтобы тот был рядом. Брайан смеялся и ему было хорошо. За столько лет общения со своим лучшим другом, Брайан успел запомнить расписание автобусов, которые везут прямиком в «Закулисье». В это загадочное место, подвластное только Роджеру. И Брайану хотелось узнать, какое волшебство хранит в себе этот парк. Они остановились неподалеку от автобусной станции. Роджер расцепил их руки, чтобы немного прийти в себя. Жар расплывался по его телу, сердце билось, готовое выпрыгнуть из груди. А его душа радовалась, хотя он даже не понимал чему именно. Роджер приводил себя в порядок. Он забавно морщил нос и улыбался, пока протирал глаза, и прерывисто дышал, а его волосы были взъерошены, и теперь Роджер походил на сонного ежика, которого разбудили струей света. А Брайан просто стоял и смотрел на него. Молча, не шевелясь. Казалось, одно движение, и он спугнет беззащитного зверька, и тот убежит прочь. Ему было все равно, как он сам выглядит, да и важно ли это? Сейчас Брайан восхищался Роджером, и больше никто на этом свете его не интересовал. — Эй, ты чего уставился? — Тейлор посмотрел на Брайана и улыбнулся. Когда Роджер писал Мэю сообщение, одевался, запирал входную дверь и дожидался его в парке, он был полностью уверен, что Брайан просто перестанет воспринимать его всерьез и не захочет продолжать многолетнюю дружбу. Это пугало Роджера больше всего, ему было все равно на неодобрение родственников. Ведь именно Брайан был для него самым дорогим и близким человеком. А если он его потеряет, жизнь превратится в бесцельное существование, в котором не будет абсолютно никакого смысла. Любая вещь будет напоминать о нем, и воспоминания будут терзать его душу, покрывая ее глубокими ранами. Вот что значит для него Брайан. Он тот самый приветливый луч солнца, который так ярко светит, заглядывает в окна и машет солнечными зайчиками. Но только Роджер смог подружиться с этим лучиком, а тот счастлив светить для него каждый день. Даже если на улице дождь или снег, он всегда будет рядом. Сейчас Роджер подуспокоился и даже перестал думать о плохом. Его интересовало только то, что происходит прямо сейчас, а что будет послезавтра, Роджера никак не касалось. Главное, что его давняя мечта сбудется, и больше не будет никаких преград. Наконец-то подъехал автобус. Возможно, они бы так и стояли, глядя друг на друга, и даже упустили бы его, если бы водитель не начал сигналить им обоим. — Чего ж вы так, — проворчал водитель, пока парни заходили, — я ж стою, жду, думаю, зайдёте или нет. Понимаете, у меня ж все по расписанию. Брайан улыбнулся и решил посмотреть по сторонам. Салон маленького автобуса был пуст — ни единой души. Никто не ходил между стройными рядами сидений, никто не протискивался сквозь толпу, чтобы пробить свой билет, никто не пихался огромными сумками и рюкзаками. Можно было спокойно занять любое место и выбрать комфортное положение. Представить, что ты единственный ездишь на этом автобусе, а он, твой верный спутник, отвезет тебя куда угодно. Даже с таким воображением Брайану сейчас было скучно, хотелось спать, так еще и плавное движение автобуса только усиливало это желание. Но ему нужно было следить за остановками, чтобы случайно не проехать нужную. Лучше пусть Роджер немного поспит, а Брайан как нибудь справится. Поэтому Мэй решил послушать истории водителя. Например, про бездомного мальчика безбилетника или же про кошку Марусю, которая каждый день ездила на этом автобусе к своим бывшим хозяевам. А Роджер спал. Хотя он всего на минуту закрыл глаза. И как же приятно чувствовать безмятежность сна, после стольких тревожных ночей. И совсем не важно — это мягкая кровать или же сиденье автобуса. Роджер слышал какие-то разговоры, но отчетливо разбирал голос Брайана. Он слышал его совсем близко, от чего спать было не страшно. Брайан был рядом, и Роджер был в безопасности.

***

Его сон был недолгим и достаточно чутким, что даже малейшее прикосновение заставило его проснуться. Брайан слегка толкнул Роджера в плечо, чтобы сказать ему — они подъезжают. Хотя сперва Роджер не совсем понял, что Мэй от него хочет, вид из окна напомнил ему, куда они едут. Легкая дремота завладела им, и он все никак не мог избавиться от зевоты. Так уютно спать, пока автобус плавно покачивается, словно лодка на волнах. Вот они уже стоят напротив дверей. Автобус в последний раз подпрыгнул на дороге и остановился. Брайан пожелал водителю хорошей смены и, пропустив Роджера вперед, вышел вслед за ним. Как только автобус отъехал от тротуара, парни смогли вздохнуть спокойно. Давящая духота в салоне была невыносимой. Стоял запах химозного бензина и масла, выхлопные газы автомобилей залетали в открытые окна, а в горле стоял ком и чувство тошноты. Выйдя на улицу, вдохнуть холодный воздух было отрадой. Ветер стремительно гнал из-под колес, рычание мотоциклов раздавалось где-то вдалеке, и перекричать эту симфонию было невозможно. Здесь был вход в парк, который им придется обойти. Так называемое закулисье находится ровно на противоположной стороне, но путь можно срезать по тропинке. Она проходит через небольшое озелененное пространство, от начала до конца усеянное кустарниками и цветами. Там за листвой деревьев можно было потерять из виду последний клочок неба, а солнце скрылось бы, блуждая где то снаружи. Маленькие камни шуршали под ногами, а Роджер специально смешивал их с рассыпанным песком, создавая вокруг себя небольшой купол пыли. Сейчас ему хотелось закурить. Он раскрыл карман куртки и достал оттуда пачку сигарет. Пошарпанную такую, грязную. В последнее время Роджер экономил на сигаретах, стараясь за день выкуривать меньше. Лишь изредка он протягивал руку к манящей пачке и доставал оттуда желанных штуки две, не больше. И тогда, валяясь на дне кармана, она мялась и пачкалась, купаясь в дорожной пыли. Зависимость заставляет повторять все раз за разом. Рефлекторно он берет в руки зажигалку. Струя желтого пламени вспыхивает и окутывает собой бумажную сигарету. Всплеск искр внутри постепенно угасает, а догорать остаются лишь сиплые огоньки. Привычка, переросшая в надобность, стала больше, чем сам Роджер, и он уже не мог просто взять и перешагнуть ее. Она завладела им, кружила, словно куклу, и обжигала зловонным дыханием. Пепел сыпался с неба, а дым струился изо рта. Брайан унылой походкой плелся рядом. Ему ужасно хотелось спать, ведь не каждый день он просыпается в шесть утра. Его холодная квартира вновь опустела. Остывший с вечера кофейник теснился на одной комфорке со сковородкой. В кастрюлях хранились макароны и рисовые крупы. А холодильник наполняли лишь йогурты и сметана, наверняка просроченная, упрятанная в самую глубь морозильной камеры. На столешницах рядом было накидано много всякого. Второпях собираясь Брайан раскидал все свои вещи. Утюг он одолжил соседке, стиральный порошок тоже, да и полочку в шкафу он все никак не мог прибить. И позабыл он совсем, что на днях его рубашку выпросила младшая сестра, которая приезжала, потому что не поняла физику. В общем, дел у Брайана было невпроворот, но проснуться по первому зову Роджера он был обязан, ведь все никак Мэй не мог перестать за него переживать. Он все боялся, что Роджер свернет куда-нибудь не туда и Брайан его потеряет. Навсегда и бесповоротно. На самом деле, он даже удивился, что Роджер пришел раньше и, как оказалось, ждал его. Ведь раньше этого растяпу попробуй разбуди, и он не встанет. Даже ничего не ответит, а, Брайан уверен, лишь усмехнется и продолжит спать. Роджер изменился, и Бри это заметил. Он теперь даже курит иначе. Или же Брайану показалось. Но, во всяком случае, запах его сигарет изменился. Или же это Роджер стал пахнуть по другому…

***

— Нам туда, — Роджер указал в сторону перелеска, где возвышалась небольшая белокаменная арка. Кроны деревьев низко осели, казалось даже, что они закрывают проход тем, кто желает попасть в «Закулисье». Будто бы ограждая это место от чужих людей. Обогнув последний поворот, вдалеке можно завидеть изогнутый мостик, который переплавляет путников через маленький пруд. Он такой же чистый и свежий, как раньше. Кувшинки медленно покачиваются на поверхности воды, а высокая трава шевелится, словно живая. Где-то на отдаленном клочке неба виднелись посветлевшие облака, и только они подсказывали, где сейчас просыпается солнце. Они росли и становились все больше. Рассеянные облака перемещались по небу, а подгонял их суматошный ветер. Тоненькими полосками лучи изредка пробивались сквозь пушистую крону деревьев. Зеленые листья светились и нежились в горячей свежести летнего утра, которое поднималось над городом и властвовало над природой. Брайан не помнил, как поднялся на мостик. Все его мысли сплелись в один узел, ощущения бурлили в голове и перебивали друг друга. А Тейлор просто смотрел вдаль. Казалось, он был очень спокоен, глядел взглядом явно привыкшим и совсем не подавал признаков горячей радости, в отличии от Брайана. Роджер был здесь словно своим. Он не смел вредить этому царству. Ему было дозволено лишь смотреть и созидать незримое природное дыхание. В этих краях не бушевал ветер, грозный ливень не стучал по каменным плитам, а непрогретая земля казалась теплее, чем в городе. Лучи выглянувшего солнца мягко осели на лице Роджера, странствуя по его волосам и плечам. Его голубые глаза совсем посветлели на солнце и стали только прекраснее. А нос грелся на солнышке, краснея вместе с щеками. Брайан желал только одного — видеть этого парнишку счастливым. Ведь когда Роджер так редко улыбался, Брайана переполняла искренняя радость. И даже если это была мимолетная улыбка, она радовала Мэя не меньше. Он стоял рядом с Роджером, облокотившись на перила мостика. Боялся ли он чего-то? Нет. Брайан всего лишь наслаждался настоящим, болея страшной и нестерпимой любовью. Ему было интересно, что сейчас чувствует Роджер. Мэй любопытствовал, подобно котёнку, познающему мир. Он оглядывался, смотрел по сторонам и вдохновлялся. Любовь Брайана выплескивалась наружу. Она полностью заполняла его, перекрывала все прочие мысли. Эта любовь воодушевляла Брайана, и он чувствовал, как его сердце медленно бьется, захлебываясь в этом потоке. Он таял на глазах, пугался, чувствовал и видел. Он ощущал все вокруг своей душой, пропуская через нее все свои переживания. Даже самые страшные. — Послушай, Роджер, — начал Брайан, — ты же хотел со мной о чем-то поговорить? Роджер обернулся, взглянул на Мэя и кивнул. Он снова отвел взгляд, оттягивая момент. Волнение внутри закипало. — Ах, да, ты прав, совсем из головы вылетело. — Я тебя внимательно слушаю, Родж! — Надеюсь, ты правильно поймешь… Я не хочу тебя потерять, понимаешь, — замешкался Тейлор, — я боюсь жизни без тебя, — он улыбался, стеснялся себя и своих слов, но он не мог замолчать, — хотя я прекрасно понимаю, что ты не захочешь меня видеть и все такое… — Роджер, прекрати нести чепуху. Ты и вправду думаешь, что я откажусь от нашей дружбы? — Брайан усмехнулся, он никогда бы не подумал, что производит такое впечатление, — я люблю тебя и хочу быть рядом с тобой. Как друга или как нечто большее — решать тебе. Запомни, я никогда не отвернусь от тебя. Ты всегда дарил мне необычайные эмоции, придумывал всякие забавные вещи, и я не припоминаю ни одного случая, когда бы я скучал в твоем обществе. Ты заставляешь меня чувствовать, и это самое дорогое, что может быть. Я впервые так сильно отдаюсь своей любви, — Брайан улыбался и едва успевал переводить дыхание, — моя душа снова начала жить, понимаешь? Брайан чувствовал себя маленьким мальчиком, видящим мир через линзу увеличительного стекла. Для него все казалось большим. Каждое слово, которое он произносил, несло в себе что-то поистине для него важное. И сейчас, краснея и улыбаясь, он старался дышать медленнее, чтобы успокоиться. Ошарашенный Роджер не пытался скрыть своего удивления. Наоборот, он уставился на Брайана и, наверно, смотрел бы на него ещё немного времени, если бы Брайан не щёлкнул легонько ему по лбу. — Приём. Ответь мне что-нибудь, — усмехнулся Брайан. На лице Тейлора появилась застенчивая улыбка, а после он рассмеялся. Ему было смешно от облегчения. Он так долго грузил себя гнетущими предположениями, когда ответ на его вопрос был настолько близок. Роджер молча взял Брайана за руку и стоял, смотря куда-то вдаль на зелёные деревья. Время их больше не торопило.

***

Когда они приехали обратно, солнце уже глядело на людей сверху вниз. Был разгар тёплого летнего дня. Дойдя до перекрёстка, разделявшего их улицы, Брайан с Роджером попрощались, обещая увидиться завтра. Быть может, они ещё повстречаются сегодня, кто знает? Но одно Брайан знал точно, сейчас он пойдёт отсыпаться. Ведь не каждый день он просыпается в шесть утра.

«Он был честным до потери сознания. Искренним до изнеможения. И влюблённым до потери пульса».