Вечер

      Конец весны начало лета 1744 года. Вечер.       Российская Империя сидел, прижавшись спиной к старому вишнёвому дереву. В теле чувствовалась лёгкая ломота из-за идущей Война за «Австрийское наследство». Пруссия ещё начинает что-то творить. Ну что с него взять. Пылкий, красивый, умный. РИ усмехнулся, он уже представлял, как крылатое создание будет поддаваться ему и молить брать его более грубо. Но это потом. Сейчас нужно думать о другом партнёре, который скоро должен прибыть.        Он молод, умён, красив, но уж слишком скрытен и молчалив. Заставить его стонать задача сложная, и это заставляло пробовать новое, иногда более извращённое. Но сейчас… РИ чувствовал, что война скоро будет окончена. Дурные гены возьмут верх и его молодой любовник, начнёт строить козни. Поэтому именно сейчас он пригласил его сюда в долину пропитанную запахом цветущей вишни, шорохом изумрудной, мягкой травы и журчанием реки, текущей неподалёку; здесь он оставлял каждого, а иногда даже убивал.       Стреноженный конь заржал за спиной, оповещая о прибывшем госте. Чуждая уху речь и шуршание одежды окончательно нарушили покой. Английский, точный, и как казалось Империи холодный и расчётливый язык был ему не очень приятным. Даже немецкий для него был более благозвучным.       РИ перевёл взгляд на юношу. Великобритания оделся ни как для конной езды, красивые тонкие ткани, богато украшенный сюртук, его излюбленного насыщенно синего цвета, шейный платок сколотый брошью с родовыми символами. Сапфировые очи оглядывали партнёра в ответ. Носик чуть сморщился, для него Император был одет как простолюдин, белая свободная рубашка из тонкого хлопка, чёрные плотной ткани брюки для верховой езды, высокие сапоги.       —Не нравлюсь?       —Вы одеты не по статусу.       —Уменьши своё высокомерие, я никогда не был рабом правил.       —Но!— Великобритания не успел возразить.       —Мы воплощение не только власти, но и души народа. А моему народу главное воля, вера и Царь-батюшка. Не понять тебе души нашей, немец.       —Я англичанин.—юноша отвернулся.       РИ засмеялся, совершенно не сдерживаясь. Схватив за руку надушенного и напудренного любовника повалил на себя и поцеловал крепко держа тонкие запястья.       —«Немец» в моём языке означает любого иностранца, так как ваша речь нам неясна и непонятна. Ты обижаешься как маленький.       —Я уже взрослый.— Великобритания, который выглядел всего на 18 лет надул губы и отвернулся. РИ поцеловал тёмную голову. Синие с красными прядями волосы пахли морем.       —Для меня ты взрослый-ребёнок.       —Это оксюморон.       —Может быть.       РИ быстро расстегнул жилетку и стал выправлять шёлковую рубашку. Великобритания выгнулся. Шершавая ладонь поглаживающая его живот и рёбра расслабляла, но при этом будила страсть. Выскользнув из рук любовника, он быстро снял камзол, жилет и платок. РИ уже расстелил плотное покрывало.       —Тебе,мало вероятно, понравится лежать на сырой земле. Правда, красиво вышивают мои крепостные девки?       —Красиво.       Великобритания лёг на спину и потянул за ворот русского к себе. Он первый поцеловал мужчину. Он кусал обветренные губы и стремился забрать власть у чужого языка и начать свободно исследовать глубины, как его останавливали и заставляли спрятаться на своей территории, но и туда «захватчик» быстро проникал и устанавливал свои порядки.       Великобритания хмурился, задыхался и царапал спину РИ. Он дразнил русского медведя, зная, что его не обидят, а наоборот обласкают. Император стащил тонкую рубашку с британца, а потом с себя. Великобритания провёл по шрама на груди и руках русского, а потом прижался к губами к самому крупному на плече и провёл по нему языком, чувствуя не только соль на губах, но и приятный запах мужчины. РИ усмехнулся и поцеловал тонкую белую шею. Он чувствовал соль моря, но сильнее всего молока, как будто британец купался в нём. Он стал имитировать толчки заставляя парня жмуриться и ёрзать. Оставив пару засосов, Империя дёрнул Королевство за бёдра, устраивая под собой удобней и одну руку положил на пах, чувствуя сквозь ткань чужое желание. Сжав ладонь посмотрел как белый клычок прикусил тонкую бледную нижнюю губу, от чего она стала ярче.       —Ты готовился?       —Немного.— Великобритания облизнулся и раскинулся под старшим широко раздвинув ноги;— Вы ведь любите географию, так изучите меня скорее.—кубового цвета глаза закрылись, а ротик приоткрылся.       РИ раздел до конца расслабившегося юного правителя, но сам лишь приспустил штаны. Нависнув поцеловал в кадык, а потом чуть прикусил. Тело стало пахнуть возбуждением, пряно и манко. Оперевшись одной рукой возле рёбер, другой погладил внутреннюю сторону бедра и чуть подразнил естество, особенно ощутимо потерев головку. Сплюнув на пальцы, протолкнул два в чуть розовую дырочку, погружая сразу по костяшки. Великобритания раскрыл ротик в беззвучном крике и свёл брови. Было неожиданно, и пальцы сразу попали по простате. РИ наблюдал как подрагивает живот партнёра, как задрожали руки. Он ёще несколько раз так сделал. А потом впившись в податливые губы, размазав естественную смазку по своему немаленькому органу, вошёл в тело Великобритании. Юноша вцепился в его плечи, в синих глазах были слёзы.       —РИ, мне больно.. Ах! Ммм.       —Тихо. Твоё тело отвыкло от меня, а может ты с другим проводил ночи?— РИ стал двигаться не слишком медленно, но и не быстро, совершая плавные глубокие толчки.       —Боже! Боже! Аааах!       —Я люблю, когда меня называют Богом, но не увиливай.— РИ поцеловал бархатную щёчку покрытую румянцем.       —Я никогда не позволю… Аааа! Мед..мм..леней! Да! Ах! Ммм… Никому другому так владеть мной! Да!       Великобритания кричал под РИ, царапая ему спину и крепко обвивая ногами, мешая немного. Император довольно рыкнул и прижался вплотную к бледному хрупкому телу иностранца. Темп сменился и стал медленным и неглубоким. Это, так сказать, передышка, больше являющаяся пыткой юного, жаждущего скорейшего удовлетворения тела. Великобритания гнулся, сжимал коленями бока РИ, стараясь как коня подстегнуть и ускорить. Но ему рычали на ушко и целовали до боли в губах, уже припухших от постоянных покусываний.       РИ вышел из партнёра и перевернул его. Великобритания не хотел находиться в таком положении. Но повернуться ему не дали. На шее сжался чёрный шёлковый хлыстик. РИ крепко сжал им тонкую шею и тянул, заставляя поддаться назад. Великобритания сам насадился на член императора. Империя в пол силы отвесил шлепок по ягодице и укусил за лопатку. Великобритания закатил глаза и сам с силой поддавался назад, насаживаясь на горячий член партнёра. Он немного задыхался, но это его очень заводило. РИ схватил его за плечо и выпустил шею из захвата шёлкового шнура, но он стал хлыстиком подгонять его, слабо ударяя по ногам и спине.       —РИ! РИиии! Больно! Мммм! Нежнее! А! Ммм…       Великобритания жалобно заскулил и повалился вперёд, соскальзывая с члена любовника. РИ отбросил «игрушку» и стал вылизывать красные полосы на спине и ягодицах. Великобритания дрожал, прикусывая большой палец. Ночной воздух охлаждал разгорячённую кожу, особенно холодил там, где недавно был юркий язык старшего. РИ навалился на него и вошёл. Растянутые мышцы приняли без сопротивления. Повернув голову юноши поцеловал в губы, обнимая одной рукой поперёк груди, а другой сжимая красную горящую ягодицу. Хватило пары толчков и Объединённое королевство закрыл глаза и открыв в последнем наполненном экстазом стоне излиться на льняное покрывало. В течение ещё нескольких минут он чувствовал толчки в себе, а потом жар чужого семени. РИ остался в нём давая насладиться моментом единения, но потом лёг рядом, перетащив на свою грудь. Великобритания приоткрыл глаза и поцеловал плечо русского.       —Ты Эрот.       —Благодарю. Отдохни.       Великобритания прикрыл глаза и быстро заснул. РИ одел их и, укрывшись своим плащом, заснул.       Как только солнце осветило небо, Император стал собираться. Написав прощальное письмо, поцеловав губы спящего, снял с него кольцо с сапфиром и одел своё с агатом. Послание положил под руку. Развязав коня, вскочил в седло и уехал не оглядываясь.       Великобритания проснулся почти сразу, как уехал РИ. Сбросив оковы сна, прочитал письмо и чуть горько улыбнулся. Тело ломило от лёгкой боли, но это ему нравилось. Вздохнув , развалился на покрывале. Он надеялся, что когда-нибудь РИ пригласит его к себе, пусть через сто лет, пусть через триста, но он снова почувствует, как приятно ощущать власть над собой, власть истинной Империи.