Проклятый вой

      -У меня возникает чувство дежавю…       Вокруг завывает сильный ветер. Метель не ослабевает, заслоняя взор. Но, кое-как, среди кривых силуэтов тёмных зданий можно увидеть шагающую девушку. Капюшон из бурого меха снят и свободно висит за спиной, не скрывая волос цвета тёмного каштана. Пальто из светлой кожи слегка поблёскивает лиловой магией, за спиной виднеются рукояти мечей. Стройные ноги в высоких ботфортах, на удивление, легко шагают по пушистым сугробам.       А чуткий слух улавливает в шуме ветра гул множества голосов.

Они кричат… они просят о помощи… просят потушить огонь… просят не убивать их.

      Чьё-то холодное дыхание ощущается слева от плеча. Острый взгляд улавливает зеленоватый блеск в той стороне, где по коже пробирает колющий холод.       — Surenosu! — чародейка развернулась и выставила руку. От неё тут же расходятся неоновые спирали, образуя щит.       Магическая паутина обогнула девушку, образуя защитный купол. Нити исчезли, когда он сформировался, оставляя лишь полупрозрачную плёнку с лёгким голубым оттенком. Тот гул, что всё это время раздавался на фоне, теперь послышался совсем близко. И очень громко.       Там, где сейчас быстро расходиться зелёный туман, в котором проглядываются искажённые до жути силуэты лиц людей. В ужасающе-мерзких чертах читаются гримасы боли и страха.

Они всё ещё просят не сжигать их… оставить в живых, хотя их лица изуродованы ожогами.

      У некоторых сквозными дырами была выжжена кожа. Они явно подвергались пыткам. И хотели отомстить. А оттого и рвались первее всех к живому существу. К своему прямому врагу.       Какие-то лица были другими, хоть и не менее пугающими. И именно они создавали этот вой, что легко спутать с воем ветра. Те лица, чья кожа сходит с «тела» лоскутами, образуя летающую паутину, что заслоняла взгляд и путала в пространстве.       -Вы не были виноваты в пожарах, спровоцированных Режимом. Вы просто оказались не в том месте, не в то время. — Констатировала чародейка, придирчиво осматривая всё это марево из лиц и тел, безразлично слушая крики и стоны боли.       И теперь они просто воплощают прошедший страх. За себя, близких, семью и детей. Боялись все. Не боялись лиш те, кто точно знал, что сможет уйти живьём. Жаль. Всё это ведь когда-то были люди, живущие своей мирной жизнью. Простые люди, не желавшие для себя богатства и не мечтающие о замках с тысячью подданными. А теперь их души, сошедшие с ума, будут страдать тут до тех пор, пока не получат силу живой души, чтобы решить свою судьбу. Упокоиться окончательно или вернуться в мир живых серой, бесчувственной оболочкой, что живёт лишь благодаря бывшему рвению к жизни.       Именно к этому они стремятся. Из тумана выскальзывают очертания неестественно изломанных рук. Кулаки бьют по щиту, когти отчаянно царапают прозрачную плёнку, но не могут оставить на ней ни следа. Они не могут добраться до яркого, вытянутого стержня души, что словно маяк, даёт надежду на то, что берег спокойствия уже рядом. Но его никак не достать. И от этого они кричат только сильнее. Это страшно…       Кажется, что от подобного зрелища можно с ума сойти, присоединившись к этому проклятому туману. Но чародейка смотрит на этих существ безразлично и холодно. Слабо ухмыляется, слыша приглушённый скрежет когтей и стуки кулаков       -Как жаль что свою душу я вам отдать не могу… — с наигранным и надменным сожалением констатировала она, выставляя сжатый кулак перед собой. Внутри ладони уже искриться магия. Лёгкая ухмылка бледных губ перерастает в хищный оскал. — Но вы ещё понадобитесь мне… Senno nami!       Чародейка разжала руку. Поле озарили искры лилового огня. Кольцевая волна огня развеяла зелёный туман, разталкивая на многие километры опасное скопление предсмертного страха.       Девушка слегка удивлённо хмыкнула, оглядев свою руку.       -Что ж, не зря я изучала спиритологию. Всё-таки эти заклинания действуют на славу. - Оглядевшись и не заметив даже зеленоватой дымки, чародейка двинулась дальше. — Я ожидала мешьнего. Думаю, туман не соберётся так быстро, так что можно идти спокойно. А с одиночными тварями и меч справиться… и магия. Я что, зря называюсь тауматургом?       (Правильно — нет. А значит — мне не нужно оружие, чтобы одолеть кого угодно.)       Остановившись посреди запустелой деревни, она решает остановиться, чтобы насладиться пейзажем вокруг. Редко выдаётся возможность вот так остановиться в красивом месте и окунуться в красоту. Такую простую, но оттого не менее прекрасную и завораживающую.       Глаза цвета фиалки с вытянутыми зрачками поворачиваются к линии горизонта, где солнце неумолимо катилось по небесному склону, теряя немногочисленные остатки тепла и яркости. В сожжённой деревни стояли множество позабытых колодцев. Где-то между снегами цвета мела пробился выцветший вереск. Все здания, некогда поражающие своим величием и красотой сейчас одиноко стояли, наполовину сгоревшие до хрупкого угля, наполовину прогнившие от старости и мокрого снега.       -Наверно, здесь было красиво… Сколько же ещё таких деревень пострадало от Режима? И сколько ещё находяться под угрозой…       Чародейка опустила глаза, рассматривая собственные ноги. Чёрные сапоги оставляли плоские следы на снежной подстилке. На ремнях, обёрнутых вокруг бедёр, блестели ножи, флаконы с алхисическими бомбами, карманы с флаконами для эликсиров и масел. Она была готова драться. За свободу и за безопасность народа.       У лодыжки мелькнула зелёная полоса. Девушка рывком повернула голову в сторону. Дальше по снегу всё чаще мелькали проблески проклятой магии.       -Туман скоро снова соберётся. Надо поспешить…       Девушка поспешно подошла к зданию, что сохранилось лучше всего. Каменная церковь. Верхний этаж и крыша обвалились, от небольшой башни осталась груда серых кирпичиков, поросших живучим мхом синего цвета. Бегло оглядев здание, девушка вздохнула и вошла в руины.       Мерзко. Внутри пахло гнилью и влагой. Хоть сильный ветер и слабо развеивал это амбре — помещение было достаточно закрытым, из-за чего дышать было трудно. На половину лица чародейки появилась туманная пелена, образующая маску.       (Что ж… место найдено. Осталось немного подождать.)       Она нашла меж каменными завалами укромный уголок и спряталась там, проверяя, на месте ли её оружие и облегчённо прикрывая глаза. Всё на месте… осталось дождаться цель.

***

      Задремавшую на груде камней воительницу разбудил звук звона металла. Будто кто-то волочит по земле множество цепей. Встрепенувшись, она выглянула из укрытия.       И тут же дёрнулась назад.       (Пришла… наивная.)       По залу шагала ещё одна девушка. Её голубые, словно ясное небо, волосы, заплетённые в косу, достигали конца лопаток. Глаза цвета молодой травы внимательно изучают окружающую обстановку. Для этого серого, унылого места она выглядит слишком ярко. Но самое главное… сзади голубоволосой шумят железные крылья, сделанные по старинным чертежам.       Чародейка в засаде знает, почему они металлические. О, да, кому, как не ей знать, как Луна гналась за скрывающимися с очередного места преступления рейдерами. Однако, те оказались умнее — сбили её в полёте, сильно повредив крылья. Пришлось прибегнуть к ампутации. С того момента она ходит с металлическими протезами.       (Трогательная история… если бы я не слышала её десятый раз. В первые разы было даже немного жаль… но она всё равно этого заслужила.)       -Алииисааа! — Решается позвать свою сестру голубоволосая, останавливаясь и оглядываясь по сторонам.       Чародейка с мечами на пару секунд зажмурила глаза. И открыла тогда, когда они уже были другими. Тёмно-синими, как небо сейчас. Такой все привыкли видеть мисс Лакриам. В том числе и она привыкла себя видеть такой.       -О, Алиса! — Луна чуть удивлённо посмотрела на Алису, когда та вышла из-за завала. — Я думала, что ты опоздаешь!       -Это не по моей части — опаздывать. — Холодно констатировала она, подмечая в руках названной сестры мешочек среднего размера, чем-то заполненный. На ткани проглядывались острые бугры, значит, возможно это то, ради чего была затеяна вся эта «встреча». — Ты принесла то, что я просила?       -А, да! Краеугольные Кристаллы Сингулярности. — Она гордо помахала своей добычей перед Алисой, подходя ближе. — Только вот ума не приложу — зачем они тебе…       -Нужны. — Серьёзно отрезала, встретив восторг голубых глаз холодным спокойствитем.       -Но… они безумно редкие, по этому хранятся только в кладовой Белого Дворца. Так что я могу дать тебе только несколько камней…       Алисе хочется смеяться. То ли от доверчивости Луны, то ли от её наивности.       Да уж — её «сестра» действительно настолько доверяет ей. Даже захотелось отойти от изначального плана, на секунду пожалев этого ребёнка. Особенно вспомнив, какую участь она для неё уготовила. Но Алиса не позволяет себе этого. Даже усмешки, которую приходиться глотать, вместе с грязной улыбочкой, к которой так и рвались губы в моменты, когда сестрица отводила взгляд.       Это будет подозрительно. Потому — не сейчас. Все эмоции она выплеснет потом.       Алиса завера руки за спину и выудила из рукава карманные часы, сжав в ладони.       (У тебя осталось десять минут… быстрее)       -Да, мне этого будет вполне достаточно! — искренне заявляет она, слегка улыбаясь и подходя к Луне. Та уже копошится в мешке, доставая оттуда три вытянутых кристалла жемчужного цвета. Лишь увидев их, Алиса почувствовала на своей коже пульсацию извне. Они буквально давили на неё, пытаясь оттолкнуть от себя. Или же от Луны?       (Надо же… какая забавная вещица. Защищает того, в чьих руках находиться? Или просто избегает жертв?)       -Вот. Надеюсь, они нужны тебе не для оружия… — Она взглянула на сестру серьёзно, будто пыталась прочитать в синих глазах истиные намерения.       -Что ты, нет конечно! — Алиса в ответ улыбнулась, помахав перед собой пустыми руками в безоружном жесте. — У меня есть мечи с рунными насечками и огромная коллекция кинжалов! Зачем мне ещё оружие?       -И правда. — Усмехается самой себе Луна, протягивая редкие материалы сестре.       Как только кристаллы падают на чёрную перчатку, Алиса сжимает руку в кулак. Но отходить не спешит, устремляя взгляд на сестру. Будто она что-то забыла       -Али?.. Что-то не так?       -Да, не так. — Улыбка исчезает с лица. Вокруг головы нимбом появились магические символолы, сверкающие недобрым огнём. — Ino kusa!       В глаза ударил свет от собственного заклинания. В сторону Луны полетела белая вспышка. И лишь в полёте стало заметно — что это.       Белые нити, будто черви, впились в руки Луны. Пламенная кровь хлестнула из ранений. Какие-то пронзали насквозь и ползли вверх, опутывая руки. Какие-то тянули на чародейку, крюками оттягивая мышцы изнутри и скручиваясь вокруг костей, будто стремясь вырвать их.       Мешочек с остальными кристаллами отлетел в сторону. И упал как раз под ногу Алисы.       -ЭЙ! Что ты делаешь, Алиса?! — панически спрашивает её названная сестра, пытаясь высвободить руки. Бесполезно — нити, обвили их в тридцать три кольца, мешая ими двигать, и почти прибили к полу.       -Прости, но ты была слишком наивна. - Она наклонилась и подняла мешочек с пола. Пересыпала туда три отложенных кристалла и затянула, спрятав во внутренний карман пальто. — Не следовало тебе браться за дела о Рейде — нарвалась на слишком серрьёзных людей. Мне лишь нужно было выжать из тебя последнюю выгоду…       -Ч-что?! О чём ты?!       -А ты? — в ответ переспрашивает Алиса, грозно надвигаясь на поставленную на колени сестру. - До сих пор веришь в справедливость и дружбу?       Луна не может ответить. Слишком больно. Как душе, так и рукам. Но вот что она видит, так это длинный нож в руке Алисы и её улыбку.       -А-Алиса?.. НЕТ, АЛИСА, НЕ-…

***

      Следующие несколько минут из церкви доноситься крики агонии. Луна умоляла сестру остановиться…

      Просила убрать кинжал… Просила оставить её в живых. Раз за разом… удар за ударом. Пока она не стихла.

      Девушки выходят из церкви. То есть… выходит Алиса, волоча за воротник куртки сестру. Уже без железных крыльев, она всё ещё хрипло просила пощадить её сорванным голосом. Вся в крови и глубоких ранах, не в силах уже сопративляться тому, что её куда-то ведут.       Она даже не понимает куда — всё застлано собственной кровью и слезами.       -Surenosu.       Их обоих тут же окружает неоновые нити и купол. Вокруг сгущается зелёный туман. По барьеру вновь стучат кулаки. Только, на этот раз, кажется, куда более агрессивно.       Луна смотрит заплывшим взглядом на эту картину, и тут же понимает, к чему всё идёт.       Она тут же поняла, что будет происходить дальше. Но попыталась отсрочить неизбежное.       -Алиса, не надо!!! Я же твоя сестра! Я ничего никому не скажу! Я уеду очень далеко, скроюсь от всего мира, ТОЛЬКО ПОЩАДИ!!! — Собрав остатки голоса, пыталась кричать Луна, снова пытаясь развязать верёвки, что прочно обвили всё её тело.       Алиса смеревает её презрительным взглядом. И всё же решает приостановиться, чтобы объясниться перед ней. Отпускает воротник и отходит на пару шагов, разворачиваясь к Луне лицом.       -Ты лишь идёшь на поводу у Грезящих. Ты не смотришь глубже. Не замечаешь того, что они под предлогом справедливости они устраняют неугодных. — Она сложила руки на груди. В глазах начала полыхать ярость. - Я же смотрю дальше. Это деревня некогда процветала — здесь жили мастера Риваньона, что поклонялись своему Первородному богу и не желали никому зла! Пришли Грезящие, которые хотели укрепить собственную веру, и уничтожили тех, кто не согласился отрекаться от старой веры. Теперь ты тоже причастна к подобным ужасам, происходящем по всему миру.       -Но… я не знала! — Всхлипнула раненная, пятаясь опереться на локоть и поднять глаза. — Хочешь, я исправлюсь?.. Я приму твою сторону. Я помогу сделать этот мир лучше! Я не виновата в этом!       Алиса безучастно поворачивается.       -Моя исповедь окончена, святоша.       И через несколько шагов делает резкий рывок. Оставляет после себя тонкую паутинку. Купол, что защищал обоих от зелёного тумана, пропал.       Проклятые накинулись на Луну. В попытках достать из её тела душу, они терзали несчастную девушку, вновь заставляя кричать. Хотя это было больше похоже на предсмертные хрипы. Они сражались друг с другом за эту душу, вырывая её из подобия рук друг друга. И уже не замечали, как не оставили от этой самой души живого места.       Алиса, всё это время наблюдавшая за смертью названной сестры, скрылась, как только последние звуки чужого голоса стихли. Она просто должна была убедиться в том, что она не выживет.       -Пусть это будет намёком Грезящим на то, что Революционная Армия больше не собирается шутить, а переходит в активные действия. Смерть Ангела Справедливости должна навести суету на них.       Гул в ушах чародейки наконец-то стих. Она достала из рукава часы и сверила время. Часы пробили двенацтать. Стемнело.       -Всё, прямо как во сне… И всё в точности, как предсказывала Мари. Получается — сон всё же вещий?       Сон, в котором она наблюдала за теми же событиями, только со стороны. Как она пришла и разогнала проклятья, как сидела среди завала в церкви, привалившись к несущей стене, и ждала, как разговаривала с Луной, как выворачивала её крылья и вырывала голыми руками, как выцарапывала ножам на спине герб Революционной Армии. Что ж, это дало свой толчок к действиям. Теперь у неё есть материалы для нового оружия и усиление влияния революционеров.       -Пусть эту весь напишут во всех газетах, пусть её разнесут слухами по всему свету. — Рифмованные строчки породили заклинание. Циферблат часов вспыхнул, обрисовывая в воздухе знакомый герб, и погас. В Рейд отправилось сообщение о том, что исполнитель выполнил своё поручение. Алиса убила Ангела Справедливости и добыла камни сингулярности. — Каждый должен знать, кто мы такие…